Нежный бренд, или Рождество в Париже
- -
- 100%
- +
А я совсем не загадочная! Характер работы не располагает. Я – рекламист. При любом контакте с заказчиком нужно показывать свою активную заинтересованность. А если к заказчику испытываешь личную симпатию и хочешь вызвать его интерес не только как добросовестный исполнитель – то тем более.
В общем, никаких загадок. Наверное, поэтому ты звонишь гораздо реже, чем мне хотелось бы. А ведь обещал надоедать…
«Что случилось? Почему не отвечаешь?»
Ты не привык к тому, что я не отвечаю. Что ж, попробую и дальше быть сдержанной и необъяснимой.
«Я отвечаю».
«Что с тобой? Как здоровье?» Ты начинаешь беспокоиться!
«Слабость какая-то». И это пишу я?!
«Ты дома или работаешь?»
«Работаю».
«Поужинаем?»
Вот, оказывается, как просто выдернуть тебя из цепких будней!
Поужинаем!
Начинаю воодушевленно готовиться к этому событию. Каждая мелочь имеет значение! Должна быть какая-то красноречивая деталь. Завязываю шелковый платок на ремешке сумки. Гармоничное единство роскоши и моды! – на ум приходят слова рекламного текста, который я могла бы написать по этому поводу. Легкость ее походки подчеркивал роскошный платок из натурального шелка. Будто сотканный из солнечных лучей, он перекликался с ее золотистыми волосами.
Смотрюсь в зеркало. Роскошь платка вовсе не бросается в глаза. И модные тенденции тоже особо не прослеживаются…
Тогда – гармония стиля и практичности!
Правильно говорят, что стиль – это ограничение. Развязываю платок и кладу обратно в ящик стола.
Роковая женщина таит в себе загадку… Я-то, как никто другой, знаю законы жанра. Как-никак семь лет в рекламном бизнесе! Могу менять свой образ как перчатки. Просто раньше не испытывала в этом особой необходимости. Решено – буду создавать таинственную ауру общения. Значит, нужно играть с многозначными деталями.
Вот, например, брелок в форме буквы R, который появился у меня в результате рекламной акции. А не прицепить ли его на ремешок сумки? Что может означать это R? Например, мой псевдоним! Меня зовут Розэ. Розэ Шанталь – французский шарм!
– Розэ, а почему у вас такое имя?
– Это для того, чтобы вы обратили на меня внимание.
– Розэ, а почему у вас такая фамилия?
– Это для того, чтобы вы заказали у нас рекламу.
Но это – вариант для заказчиков. А для тебя придумаю что-нибудь более подходящее.
Заметив брелок, ты спросишь: что это за таинственная буква R? Я выдержу паузу. Минут пять. А то и десять. Выдерживать паузу – большое искусство, и я собираюсь овладеть им в полном блеске. За это время ты успеешь передумать сотни вариантов. И когда я пойму, что ты окончательно потерялся в догадках, с улыбкой отвечу, что это от названия моей фирмы – «Радостная Реклама».
И вот мы в твоей машине:
– Куда едем? Чем тебя покормить?
– Хочу красную икру, блинчики, пирожные…
Опять я выбилась из роли! Роковые женщины никогда не раскрывают своих желаний. Они устало позволяют своему спутнику предлагать варианты и рассеянно выслушивают их с высоты своей изысканности и неприступности.
– Значит, поедем в «Вальяж», – ты включаешь зажигание. Потом, уже влившись в поток машин, спрашиваешь: – Как твои дела?
Изо всех сил изображаю усталость и равнодушно роняю:
– По-разному…
Увы, эта информация в сочетании с моим присутствием и вполне благополучным видом тебя полностью удовлетворила. Ты прекратил расспросы.
Мы устроились в уютном уголке твоего ресторана. Этот ресторан – одно из направлений твоего бизнеса. Название «Вальяж» ты придумал сам, еще до встречи со мной. А вот фирменный стиль делало мое агентство. Живые цветы и негромкая живая музыка каждый вечер: за роялем – седой музыкант в безукоризненном фраке. Все располагает к неспешной задушевной беседе.
Но и здесь ты на работе! Подошел администратор, почтительно поздоровался и сказал:
– Новые буклеты закончились. Напечатали тысячу, и уже все разошлись. Удачный на этот раз получился дизайн.
Я ерзаю на стуле. Вот оно – долгожданное признание!
Хочется немедленно позвонить Любе, нашему дизайнеру. Значит, не напрасно мы сидим в агентстве до полуночи! А когда наваливается усталость и хочется обидеться на заказчиков, которые ничего не понимают в настоящей рекламе, мы проговариваем один и тот же диалог.
«Вот увидите, Люба, – начинаю я, – мы сделаем такой дизайн, что заказчики будут плакать!» – «От радости и восторга, – с готовностью продолжает Люба. – Друг у друга на плече!»
Каким образом это будет происходить и почему именно «друг у друга на плече», нам до конца не ясно, но почему-то диалог нас очень воодушевляет, особенно в одиннадцатом часу вечера.
… Седой пианист наигрывал колыбельную из «Порги и Бесс», а тебе то и дело звонили. В перерывах между звонками ты рассказывал о своей работе, о сотрудниках. В отличие от роковой женщины, я реагировала. Все-таки сидеть с отсутствующим видом во время подобных рассказов – совсем не в моих правилах.
Было съедено по три порции икры, по шесть блинчиков и по два пирожных. Ты и не думал теряться в мучительных догадках по поводу таинственной буквы R. По-моему, ты вообще не заметил брелок, хоть я то и дело что-то вынимала из сумки. С таким же успехом я могла навязать на нее все имеющиеся у меня платки.
В половине двенадцатого ты спохватился:
– Тебе, наверное, пора домой? Прости, что задержал. Нагрузил на тебя столько своих проблем, а ты и так устала.
Открывая передо мной тяжелую дверь своей большой машины, ты поймал мою руку, задержал в своей.
– Никак не пойму, как же я мог так сильно привязаться к тебе? Кроме работы меня уже много лет практически ничего не интересовало. Я стараюсь не думать о тебе, но не получается.
Мне так хорошо с тобой… – Ты помолчал, а потом тихо добавил: – Твоя искренность и естественность для меня загадка.
Роковая женщина никогда не показывает своих истинных чувств. Мои каблуки увязли в жестком апрельском снегу, но я все-таки сделала шаг и уткнулась в твое плечо.
Теперь я знаю, как плачут от радости «друг у друга на плече».
Мозговой штурм
Нас все-таки опечатали! Семь лет держались, а сегодня на дверях всех офисов «Радостной Рекламы» красуются белые полоски бумаги с печатью.
Подумаешь, всего-то три дня просрочки платежей! В других бизнес-центрах к арендаторам не относятся так жестоко. Но у нас управляющая постоянно грозит опечатыванием. А ее помощница рано утром, крадучись, наклеивает свои бумажки.
Давно бы уехали отсюда, но место удобное, центр города. Да и прижились уже, знакомых много.
– Ну вот, мы потеряли лицо! – говорю я печально. – Теперь все проходят мимо и обсуждают, что я не умею вести бизнес. Мне выдали сертификат несостоявшегося бизнесмена.
– Зря вы думаете, что кому-то есть до этого дело, – Александр, коммерческий директор, пытается успокоить меня. – Каждый занят собой. Здесь постоянно кого-нибудь опечатывают, вы же знаете местные обычаи. Главное – решить, что нам сейчас делать. Мы, конечно, можем разойтись по домам и попытаться вести деятельность, но это не вариант, все материалы остались в офисах. Деньги обещали выслать послезавтра, а когда они придут? Как минимум три-четыре дня простоя.
Я бодро иду к управляющей. Наша гарантийка не подействовала. А вдруг она ее просто не заметила?
С порога кабинета заявляю:
– Заказчики должны нам прислать деньги вот-вот, со дня на день. Или с минуты на минуту. А может быть, уже в эту секунду высылают.
Управляющая смотрит на меня стеклянными прозрачными глазами, словно снежная королева.
– Наш бизнес-центр не для таких, как вы. Если вам не по карману, найдите что-нибудь попроще. Учитесь правильно вести дела, и вообще… я вам поверила, разрешила взять новый офис, а вы?
– Это бизнес, поймите.
– Бизнес? Мне кажется, что у вас получается жалкая пародия на бизнес.
– Через два-три дня деньги точно будут на нашем счету.
– Вот тогда и приходите!
– Но у нас работа, обязательства…
– У меня тоже работа, обязательства.
– Мы написали гарантийку.
– Ах, какой весомый аргумент! Вы думаете, это что-то изменит?
Я вышла из кабинета и развела руками:
– Она не оттает. Вечная мерзлота на Северном полюсе.
Нам оставалось только покинуть бизнесцентр, который столько лет был родным домом.
Бездомные рекламисты отправились куда глаза глядят. Глаза глядели на no-name кафе по соседству.
– Там тепло, светло и приветливо, никто не гонит. Зайдем, посидим, решим, что делать, – предложил Олег.
– Мозговой штурм! – сказала я, и все оживились.
Мы сдвинули два столика, заказали кофе, пирожных и дружно начали думать.
На всякий случай я послала тебе SMS.
«Нас опечатали, что посоветуешь?»
Ответа не последовало. Действительно, что на такое можно ответить?!
Только принесли пирожные, как в кафе появился наш знакомый, автор сценариев нескольких нашумевших сериалов.
Мое знакомство с ним произошло около года назад, за обедом. Ни одного из фильмов, снятых по его сценарию, я не смотрела, и он решил немедленно восполнить этот пробел в моем образовании. Я поняла, что герои были четко разделены на хороших и плохих. Хорошие говорили приятными голосами, сражались за правое дело и имели привлекательную наружность. Плохие общались между собой обезьяньими возгласами, были хитры и изворотливы как змеи, смеялись как гиены и передвигались как шакалы. Поэтому в итоге для них все кончилось не по-человечески. Наверное, в этом сценарии автор выразил свои глубокие детские впечатления от посещения зоопарка. Он в упоении рассказывал о перипетиях сюжета, а я думала, что самое интересное – это изменение характера, убеждений… Внутренняя динамика – вот где рождаются самые острые сюжеты.
– Что празднуете? – спросил сценарист, сбрасывая куртку.
– Опечатку офисов.
– Хорошее дело, правильное. Который раз вас опечатали?
– Первый. И это после стольких лет примерного поведения!
– Тем более надо отметить. Раньше вы были такие все из себя не опечатанные, а теперь пришла настоящая арендаторская зрелость! Нужно взять бейлиса, например. А потом все само собой решится. Когда нас опечатали в первый раз, я расстроился, но потом уже только веселился, потому что начал мыслить масштабно. Я вам скажу, что я рад за детей. Им повезло настолько же, насколько не повезло нам.
– Вы о каких детях? – удивился Александр.
– Раньше наша управляющая работала воспитательницей в детском саду. Оттуда и меры воздействия – объявить бойкот, высмеять перед всеми, поставить в угол.
– Вот и нас загнали в угол, теперь думаем, что делать. Видимо, пришло время размышлять, продвигаться…
– Лично я продвигаюсь на обед, – произнес сценарист, потирая руки.
– Это внешнее движение, – засмеялась я. – А куда движется ваша мысль?
– Моя мысль тоже движется на обед.
– Остросюжетно!
– Вполне. Если к жаркому, которое я сейчас намереваюсь взять, добавить восточной приправы и запить его красным вином, получится вполне остросюжетно! Разрешите влиться в вашу дружную компанию? – И он углубился в изучение меню.
– Давайте сделаем табличку «Осторожно, злая собака!» и прикрепим на дверь управляющей, – предложила Наталья.
– Месть неконструктивна. Чего мы этим добьемся? – возразила я.
– Тогда давайте предложим управляющей компании новое имя и новое позиционирование. Проведем ребрендинг. Оплата за наш труд пусть пойдет в счет аренды. На Западе нейминг стоит очень дорого. Может быть, нам зачтут даже несколько месяцев аренды.
– Компания ОВД – Опечатаем Всех Должников! Или ИНА – Играем на Нервах Арендаторов! ЖЖЖ – Жесткая Женская Жесть!
Ты вошел в кафе неожиданно – наверное, увидел нас сквозь большие окна. Поздоровался со всеми, подозвал Александра, что-то ему передал. Он стремительно вышел, а ты присоединился к нам.
– Что придумали?
– Пока в процессе генерирования идей, – ответила я тебе и обратилась к своим сотрудникам: – Давайте думать о нашей управляющей только хорошее! Она это почувствует и изменит отношение к нам.
– Ага, и освободит от аренды на целый год… – хмыкнула Наталья. – Тотчас сорвет свои бумажки, расстелет красную дорожку. Добро пожаловать, гости дорогие, простите, что была к вам несправедлива, чем могу искупить свою вину?
Твое присутствие не смущало моих сотрудников и не сдерживало их творческих порывов.
– И все-таки давайте закроем глаза и представим, что каждый из нас дарит ей по букету цветов, – предложила я, глядя на тебя.
Ты взял в руки меню и стал рассеянно листать страницы.
– А можно подарить букет репейника? – поинтересовалась Наталья.
– Репейник – это лекарственное растение. От многих болезней помогает, – вступила в разговор Люба.
– Что-то не получается представить картинку с букетами, – сказал Олег. – Сегодня не Восьмое марта. Давайте разойдемся по домам, ляжем спать, – он сладко потянулся.
– Двенадцатый час дня! Как это – спать? – поразилась Наталья.
– Устроим тихий час, как в детском саду. А можно и тихий день, тихую неделю, – мечтательно сказала Люба.
– В детском саду кушать дают часто. И на прогулку выводят, – продолжил тему Олег. – Эх, была бы сейчас осень, поехали бы в лес за грибами. Сварили бы суп, такой, чтоб грибы с ложки свисали!
– А зачем нужно, чтобы грибы свисали? – спросила я.
– Если грибы свисают, значит, суп густой и вкусный! – объяснил Олег.
Ты стал с удвоенным вниманием изучать меню, будто хотел найти этот самый суп со свисающими грибами.
– Давайте вернемся к нашей задаче. У нас же мозговой штурм, – призвала я размечтавшихся сотрудников к порядку.
В этот момент в моей сумке зазвонил телефон. Александр сообщил, что проблема решена. Оказывается, ты дал ему денег на уплату аренды.
Между тем сотрудники выдвигали новые предложения одно за другим. Я ждала паузы, чтобы сообщить всем новость.
– Давайте устроим пикет около ее офиса! – кричал Олег.
– За что будете бороться? За бесплатную аренду? – с набитым ртом поинтересовался сценарист.
– За человеческое отношение! – сказала Наталья.
– Вот именно! – с жаром поддержал сценарист. – Но пикетом ее не проймешь, давайте лучше объявим голодовку! – Он вытер рот салфеткой и отставил пустую тарелку подальше от себя.
– Долго мы не протянем, – возразил Олег.
– А зачем долго? До вечера вполне достаточно. Позовем телевизионщиков, они сделают сюжет для вечерних новостей.
И тут ты не выдержал:
– Вот я слушаю и не понимаю: о чем это вы? Какой смысл этих разговоров?
– Просто мы увлеклись и по инерции продолжаем обсуждение, – встала я на защиту своих сотрудников.
– Это не обсуждение, а разгул эмоций. В бизнесе не должно быть места эмоциям. Ваша управляющая просто выполняет свою функцию, вот и все. Ее задача – вовремя собрать деньги.
– Но у человека на любом месте и в любой ситуации есть выбор – вести себя достойно или нет, – сказала я.
– К чему эти рассуждения? – ты поморщился. – Меньше чувств. Больше разума. Решения должны основываться на фактах, а не на личных ощущениях.
– Эмоции не всегда мешают делу, – возразила я. – Моему делу они очень даже помогают. Например, чувство благодарности к тебе. Я очень благодарна за то, что ты приехал и спас меня от сердитой управляющей. Мы все очень тебе благодарны, – повторила я, и сотрудники дружно закивали головами. – Это конструктивная эмоция, и она двинет нас вперед. Через полчаса мы вернемся к своим компьютерам, будем наслаждаться теплом и крышей над головой. Наши дела пойдут в гору… А у тебя, когда ты на работе, неужели полностью отсутствуют чувства? – спросила я совсем тихо.
– Увы, не всегда, – так же тихо ответил ты. – Видишь, я отменил переговоры, приехал. Мог бы водителя прислать… Мало того что приехал, но вот уже минут двадцать слушаю этот ваш так называемый мозговой штурм про детский сад и суп со свисающими грибами. Слушаю и не понимаю, зачем… Но что-то мешает мне встать и уйти. – На этих словах ты резко поднялся с места, посмотрел на меня сверху вниз и закончил: – Наверное, это тоже эмоции. Довольно глупо, но факт.
Жилетка восточного деспота
Современные технологии достигают впечатляющих результатов! Доказательство тому – высокотехнологичный продукт, предлагаемый нашей компанией. Мы предлагаем вам искусственно выращенный именной алмаз «Эйдос Диамант». Бриллианты «Эйдос» рождаются, проходя отлаженную цепочку обработки основы – выделение частиц углерода из небольшого количества материала, предоставляемого клиентом, а затем выращивание из них кристалла алмаза в специализированной швейцарской лаборатории, там же эти кристаллы приобретут желаемую форму огранки.
Я отвлеклась от монитора и повернулась к Александру:
– Хорошо еще, что нам не заказали текст про мемориальные бриллианты из праха! Или из пуповины новорожденного. Они ведь и такие производят.
– Вот это да! – поразился коммерческий директор.
– А у нас они хотят продвигать бриллианты, выращенные из свадебных букетов. Или из цветов, подаренных на романтическом свидании.
Александр покачал головой:
– Сомневаюсь, что найдется много людей, готовых тратить деньги подобным образом. Ну кому эти бриллианты нужны? Прежде чем запускать рекламную кампанию, им надо было социологическое исследование провести.
– Целевая аудитория – мужчины с высоким уровнем достатка. Придется нам самим проводить опрос. Тогда будет по крайней мере ясен стиль изложения и аргументация.
Я стала перебирать в памяти заказчиков, кто не откажется уделить мне время и высказать свое мнение. Первый кандидат для опроса – конечно, ты.
…В этом же кафе мы сидели, когда опечатали мои офисы.
– Пожалуйста, пойми меня правильно, – сразу сказала я. – Это только исследование, я ни на что не намекаю.
– Я понял. Ты ни на что не намекаешь. Итак, в чем вопрос?
– Купил бы ты женщине подарок, который стоит втрое дороже только потому, что вызовет у нее сентиментальные ассоциации?
– О чем речь? Что-то я не понимаю…
– У нас есть заказчик, который производит уникальные бриллианты. Они несут индивидуальную информацию. Например, можно взять букет, подаренный на свидании, и сделать из него бриллиант.
– Ну и в чем смысл подарка?
– В том, что бриллиант сохранит энергетику этого свидания. Он станет его символом. И будет вызывать сентиментальные ассоциации. Мы хотим позиционировать бренд как «Бриллианты счастья».
– Сомневаюсь, что такое позиционирование сработает на мужской аудитории. Это исключительно женские потребности.
– Ну а если женщина очень попросит своего мужчину, пустит в ход всю свою женственность? Признайся, это работает!
– Весь привлекательный для мужчин комплекс женских качеств известен, – вздохнул ты и начал перечислять: – Это эмоциональность, ассоциативное мышление, случайность логических цепей и их незавершенность, способность подстроиться под ситуацию. Да, с помощью этих качеств женщина может добиться чего угодно. Если, конечно, их в меру, без переизбытка. Иначе они перерождаются в капризы, скандалы, психозы.
Мне стало обидно.
– Интересная картина! Женщина привлекательна только тогда, когда ее эмоции соответствуют ожиданиям мужчины. Значит, я, проявляя эмоции, должна следить, нравятся ли они моему избраннику?
– Именно так, – ты спокойно кивнул.
– Но это же образ мыслей какого-нибудь древнего восточного деспота! – возмущенно выпалила я.
– Почему древнего? Налет цивилизации – это как кожура на яблоке. Психология мужчин и женщин осталась все та же, как и много тысяч лет назад. Мужчина бегает за мамонтом, а женщина должна терпеливо ждать. Поэтому самые ценные женские качества остались прежними – умение ждать и способность подстраиваться под ситуацию.
– Но мы в двадцать первом веке живем! Разве в женщине не важны самостоятельность, умение общаться?
– Для общения я вижу всего три основных повода. Если не брать во внимание физические близкие отношения, то остается профессиональное или какое-то другое социальное общение, и… – ты немного подумал: – Женщина может быть интересна как жилетка, в которую можно поплакать, когда тяжело.
– Как цинично! – воскликнула я. – А я надеялась услышать от тебя что-то вроде: я ценю в женщине тонкость восприятия, нежный отклик, тихий шепот любви…
Ты усмехнулся.
– Увы, я не поэт. Цинизм во многих случаях помогает мужчине.
– И какими же качествами должна обладать жилетка, по мнению циничного мужчины? – спросила я, сдерживая обиду и возмущение.
– Жилетка должна быстро сохнуть.
Ты явно решил меня позлить, и это тебе удалось!
– Что это значит?
– Если мужчина поделился эмоциями, – объяснил ты, – то нечего это долго переживать, экспансивно реагировать.
Я все-таки не выдержала:
– Если бы меня спросили, что я обо всем этом думаю…
Ты не дал мне договорить:
– Но ведь это ты проводишь опрос!
– А я имею право прокомментировать результат. Я не могу проявлять свои эмоции с оглядкой на кого-то. Я не могу загонять свои чувства внутрь из страха, что они не понравятся мужчине. Так действительно и до психозов недалеко. Другое дело, если я захочу измениться сама, из любви к своему избраннику. Из любви, а не от страха, что от меня отвернутся. Надеюсь, разница понятна даже таким циникам, как ты?
Ты посмотрел на часы.
– Давай подведем итоги нашего разговора. Мне пора ехать. Если ты спрашиваешь, стал бы я покупать женщине втридорога бриллиант, сделанный из гербария, дабы удовлетворить ее сентиментальность, то ответ однозначный – нет. – Ты отставил кофейную чашку и поднялся из-за стола.
Понимая, что разговор закончен, я все же не могла успокоиться:
– Но представь, что ты полюбил женщину, – сказала я уже в гардеробе. – А она, как любой человек, несовершенна. Эмоциональна, часто переживает и не всегда в меру. А если ты делишься с ней своими проблемами, то ее жилетка высыхает нескоро… Проявления ее сентиментальности не всегда тебе понятны. И несмотря на все это, она тебе очень нравится!
Ты подал мне пальто и стал одеваться сам.
– Допустим, – сказал ты, накидывая кашне. – Но подразумевается, что и я ей буду небезразличен, да? Значит, она не станет устраивать истерик, а постарается терпеливо ждать, когда представится возможность исполнить ее, мягко говоря, прихоти.
– Она постарается, но ведь у нее может и не получиться! Иногда эмоции сильнее нас. Но все-таки попробуй представить, что они искренне любят друг друга.
Ты остановился перед стеклянной дверью.
– Первоначально о любви не было сказано ни слова. Ты изменила условия задачи.
Открыв дверь, ты пропустил меня вперед. Мы вышли на шумную улицу.
– Спасибо, что не отказался помочь, – сказала я, прежде чем попрощаться.
– Обращайся еще! Но старайся точнее формулировать задачу. Ведь если изменить условия, то и ответ будет иным.
Музы уходят молча
Мое маленькое суверенное государство объявляет войну. Разрабатывается стратегия решительного сражения, которое должно принести полную и блистательную победу. Я смотрю с высоты одиннадцатого этажа на залитый солнцем парк и озеро, почти свободное от серого льда. И в эту минуту мне кажется, что я – генерал огромной армии, и там внизу, где от ветра колышется серый лес, – мои преданные воины, моя поддержка. А против чего мы воюем? Против жесткости и бесчувственности! И по странной иронии судьбы эти качества воплотились в одном человеке – в тебе.
Как все-таки мешает сосредоточиться эта музыка из окна! Сколько можно петь про любовь?! Как будто тем других нет… Почти весна, а я сижу дома с завязанным горлом и пью антибиотики. И ничего нет радостного, кроме розовых мохнатых тапочек в виде поросят с улыбающимися пятачками, которые ты мне подарил на Новый год.
За все время нашего знакомства я так и не узнала, где у тебя та кнопочка, которая включает внимание к близкому человеку. Поэтому именно сейчас, когда терпение мое закончилось, мне предстоит высказать тебе всю правду!
Вот позвоню тебе в офис и попрошу секретаршу позвать тебя по очень срочному делу. И неважно, что у тебя совещание или переговоры. Услышав в трубке твое «алло», будничным спокойным голосом скажу: «Все кончено. Я больше так не могу».
Или позвонить на мобильный? А вдруг ты не ответишь? А может, послать ММS с нашей фотографией и подписью «прощай»? Тогда ты, может быть, поймешь, что теряешь.