Песнь Неваэ

Вскоре мы добрались до острова.

– Расскажи о нем, – попросила я, обращаясь к Дарию.

– Когда-то здесь была арктическая пустыня из сплошного льда. Постоянные ветра и метели были спутниками этой местности. Но из-за глобального потепления океан стал открыт для судоходства и здесь стали появляться люди. Образовывались поселения и города. С приходом деградации эту часть суши заняли высшие мира сего – люди, которые принимали главенствующие решения в судьбе планеты. Эти места снова стали недоступны для обычных людей. Тогда-то и был построен подземный город с удивительной инфраструктурой на случай глобальных катастроф. Огромные средства были вложены в это строительство. Но этот город так и не впустил своих создателей. Дело в том, что очень скоро здесь случилась экологическая катастрофа – произошла утечка радиации в связи с ошибочными подсчетами ученых. Тот, кто не успел покинуть эту местность – погиб. Так эта часть земли снова была недоступна. Но Кассий обладал тонким видением. Как-то путешествуя рядом, он почувствовал, что уровень радиации уже не смертелен, ведь с тех пор прошло порядка пятьсот лет. Тогда-то он позвал нас, и мы пошли сюда и нашли вход в подземный город. С тех пор мы водим сюда оставшихся людей для того, чтобы дать им прибежище.

– Здесь еще остались запасы пресной воды, – добавил Дарий.

– А сейчас слезайте, дальше пойдем, тут недалеко.

Мы ступили на почву. Все было покрыто мхом, подобно кружеву.

– Сейчас лето, а тут все равно холодно, – сказал я.

– Зимой тут, конечно, минусовые температуры, несмотря на глобальное потепление, но жизнь вполне реальна, – прокомментировал Дарий.

Мы шли за Дарием, рассматривая местность.

Темнело и на небе стали появляться какие-то пятна в форме столбов и лучей самых ярких красок и оттенков. Зрелище захватывало дух.

– Это особенность этого места. По сути, это люминесценция верхних слоев атмосферы планеты вследствие их взаимодействия с заряженными частицами солнечного ветра, так называемое полярное сияние, – добавил Дарий.

На фоне этого небесного великолепия мы казались маленькими букашками. Я впервые почувствовала так ярко все величие природы.

– Нам туда, – Дарий подошел к узкой тропинке, проходящей мимо скал.

Тропинка нас привела к входу в пещеру. Там было темно и сыро. Мы шли за Дарием почти в потёмках, ориентируясь только на блики его глаз. Вскоре мы подошли к двери. Дарий стал рыть лапами землю рядом с дверью. Через считанные секунды двери отворились и пред нами предстал город.

Город был построен по типу перевернутой вниз пирамиды. Первые этажи города были построены для проживания людей. Здесь были дома, улицы, искусственные реки и озера, парки и скверы. Далее вниз были пространства для туристических целей, для бизнеса. Самую нижнюю часть предполагалось использовать для сельскохозяйственных целей.

Искусственное освещение и прозрачность купола создавало вполне реальное восприятие светового дня. Мы шли по улице, ведущей к скверу. Я увидела детей, которые резвились и задирали друг друга. Смотря на эту беззаботность, я не могла вспомнить, переживала ли сама такие настроения в детстве. Дети, увидев волка накинулись на него и стали обнимать и теребить его за шкуру. После недолгого приветствия Дарий повёл нас дальше вдоль лесопарковой зоны и вскоре мы подошли к жилому району. Симметрично расположенные вдоль улицы небольшие домики, построенные по одному типу, привлекали внимание своей незатейливостью и тонким вкусом. Мы зашли в один из них. Увидев нас на пороге, к нам подбежали незнакомые люди и стали обнимать как самых дорогих гостей или даже больше. Одна бабуля подбежала ко мне, быстро сняла с меня порванную кофту и дала в руки новую, пахнущую чистотой. Потом нас отвели к умывальнику, дали полотенца. Усадив за стол, принесли еду. Ничего вкуснее я не ела в своей жизни. Как оказалось это был вполне созревший батат, приготовленный на огне.

– Это невозможно, – сказала я. – Откуда?

– Ах дочка. Несмотря на то, что почва здесь была искусственным образом завезена и подведено множество систем для ее полива и удобрения, она не давала урожая. Мы нашли склады с запасами злаков и корней, но несколько урожаев не дало всходов. Но мы не теряли веру, молились Господу, молились матери-земле, и она нас услышала. Земля стала давать плоды ровно столько, сколько нам нужно для поддержания своего тела.

– А волки, чем питаются они? – спросила я.

– Мы ходим на охоту за орками, также едим то, что земля даёт.

– А много здесь людей?

– Где-то пол сотни.

Я достала из рюкзака Симхо. Как ни в чем не бывало я поставила перед ним батат и предложила ему поесть. Люди вокруг меня очень удивились.

– Кто это? – спросил меня мужчина в серой рубашке.

– Это Симхо. Мой друг, – непринуждённо ответила я.

Меня окружили со всех сторон разглядывая Симхо.

– Он удивительный, – услышала я, – как будто живой.

– А кто он? – спросил дедушка с другого конца комнаты.

– Это сам Господь, который приходил на эту землю в облике льва.

– Господь? Какое счастье, что мы увидели его облик, Кассий нам всем много рассказывал о Господе. Теперь мы можем лицезреть Его. Все затихли и стали смотреть на Симхо с удивительным трепетом в сердце.

– Давай для Симхо организуем самую красивую комнату, – предложила бабуля. – Мы будем выращивать для него плоды, предлагать листья и все что есть красивое в нашем городе.

– Симхо, теперь ты хозяин этого города, – сказала она.

Я обрадовалась, что мой Симхо коснулся сердец этих людей. Я была счастлива, что он получил достойное служение, ведь я едва ли могла что-то для него сделать в этих непростых условиях.

– Я не против вашего предложения. Только у меня единственная просьба, я очень привязана к нему и если мне придётся отсюда уйти, я его заберу с собой.

– Но куда ты пойдёшь Ная? Кругом опасность.

– Я пока не знаю, я говорю это на всякий случай.

– Ная и Венеция, приглашаем вас сегодня на наш концерт. – сказала молодая женщина в красивом платье из горчичного шелка. Там будут угощения и культурная программа.

Я была удивлена.

– Концерт? В такие времена? – переспросила я.

– Да, а почему ты удивляешься. Как раз в такое время поддерживать дух это главная задача. Каждый день мы молимся Господу, поем, играем на музыкальных инструментах, тем самым почти лишены всякого страха перед неизвестностью. Наша душа питается этим подобно тому, как тело питается пищей. Иначе мы бы не выжили. Посмотрите на глаза этих стариков, детей, женщин, увидели ли вы там скорбь? Хотя почти все потеряли близких. Нет. Эти глаза полны радости и счастья, которое приходит изнутри. Поэтому приходите сегодня на концерт, я могу зайти за вами вечером.

– Конечно, вы меня очень вдохновили, – сказала я.

Я почти не соприкасалась с музыкой, но всегда где-то в глубине моего сердца чувствовала особый трепет перед ней. Иногда в моей голове играют мелодии, которые я никогда и нигде раньше не слышала. Как-то я напевала одну из них папе и маме, это произвело на них сильное впечатление, и они часто потом просили меня петь, когда было совсем плохо на душе.

– Поэтому я обязательно приду, мы обязательно придем, да Венеция?

– Конечно, конечно, – захлопала в ладоши Венеция.

Настал вечер. Прозрачный купол подземного города отражал сияние звезд, которое проникало внутрь.

Мы отправились в концертный зал.

Зайдя в него, я удивилась тому сколько же много людей здесь было. Дети, взрослые, старики – все собрались в одном месте. На сцене стоял белый рояль, также я увидела несколько скрипок и трубу. Мое сердце забилось в трепетном ожидании. Музыка – это то, чего не было в моей жизни, но для меня она всегда была чем-то мистическим и притягательным.

Вскоре я услышала эти первые магические звуки. Заиграла скрипка, словно одинокая красавица она взяла самые высокие ноты, зазывая за собой в неизведанные дали. Ее нежный и сильный голос приносил успокоение. Вскоре вступила рояль. Звуки ее клавиш пробудили в моем сердце водоворот чувств. Мелодия что струилась по пространству казалась мне такой знакомой, что я стала предугадывать ее развитие. Мелодия то возрастала, сжимая сердце, то отпускала чувства, заставляя оказаться над пропастью блаженства. Затем снова она натягивала чувства будто струны, принуждая парировать перед ней в трепете и благоволении. Звуки заполонили воздух, небо и пространство внутри. Даже во рту я ощущала сладковатый привкус от этой мелодии. Действительно это как пища, подумала я. Все страхи прошли, осталось ощущение гармонии и доверия Всевышнему. Время для меня остановилось. Открылся новый, неведомый мне мир, мир звука. Вскоре в мелодию влился чей-то нежный, проникновенный голос. Слов я не понимала, но звуки этой песни совсем свели меня с ума. Я вдруг перенеслась в другое измерение, и почувствовала тот же сладковатый запах, исходящий из бескрайней любви Симхо. Чувство, что я обрела окутало меня полностью. Закрыв глаза, я погрузилась в этот звук сердцем, умом и телом.

– Ная, кто-то аккуратно коснулся моей руки.

Я очнулась.

Рядом сидящая Венеция будто переменилась, и вся сияла от счастья.

– Концерт закончился?

– Да Ная, все расходятся, пойдём?

Мы направились в сторону дома. Я шла молча, боясь растерять ожерелье, которое сплела музыка в моем сердце.

– Это было божественно, – единственное что я проронила в тот вечер.

Нас отвели в нашу комнату. Я вмиг упала на незнакомую кровать, кутаясь с головой в одеяло и провалилась в глубокий сон.

Впечатления того вечера были такие яркие, что я проснулась от чудесной мелодии. Женские и мужские голоса сочетались в прекрасном оркестре. Эхо убегало куда-то в небо, рассыпаясь по сторонам как капли дождя. Мелодия была прекрасна. Я открыла глаза и увидела возле кровати Симхо. Он сидел и смотрел на меня, источая свой необыкновенный аромат. Я бросилась к нему, обнимая его за гриву.

– Симхо, Симхо, – шептала я, – я хочу, чтобы время навсегда остановилось, хочу всегда видеть тебя, быть с тобой.

– Милая, мы и так всегда вместе, – ответил он.

Я уселась перед ним и продолжила.

– Я не смогла увидеть в прошлый раз то, что ты мне хотел показать, я поняла, что мое тело для этого не предназначено, верно?

– Да, ты права. Я это знаю, но я хотел до какой-то степени передать эти ощущения, чтобы они остались в тебе.

– У тебя это получилось, Симхо. Это как бы ещё больше связало меня с тобой. Расскажи мне про мою прошлую жизнь, в которой я узнала о тебе.

– Ты действительно уверена, что готова это услышать?

– Да, уверена, несмотря на то, что меня могут шокировать мои деяния.

– Ну хорошо, слушай. Последнюю жизнь ты жила на земле и была мужчиной. Это было много тысяч лет назад. Жизнь на земле в те времена была не такой ужасной, как сейчас. Ты была известным пианистом. Музыка, льющаяся из твоих рук, доходила до самого сердца слушателей. Она была подобно лекарству. После твоих концертов люди выходили счастливыми, вдохновлёнными. У кого рушилась семья – мирились, у кого были неизлечимые заболевания – выздоравливали, кто-то открывал свои таланты – такова была сила этого звука. Этот особый дар в тебе был за деяния в прошлом. Ты полностью был пропитан музыкой и ничего для тебя больше не существовало. Но на пике твоей славы ты стал ощущать в сердце зов. Сначала ты не мог понять, почему оно не спокойно. Ты больше не мог найти успокоении в музыке. Все больше и больше ты ощущал нехватку чего-то важного и это была не музыка. Тогда ты погрузился в скорбь. В великом отчаянии и тоске ты сочинил рапсодию, которая покорила весь мир. И вся другая музыка стала подобно мусору на фоне этого произведения. Из любых уголков планеты, в домах, на улицах, машинах, ото всюду доносилась эта мелодия. Но ты не испытал облегчения. Наоборот, зов этот усилился и стал невыносим. И в один из дней ты больше не смог играть ни звука, потому что печаль твоего сердца окутала тебя полностью. Собрав вещи, ты вышел из дома и поехал прочь от себя, от мира, от музыки.

Скитаясь по разным странам в одеждах отшельника, ты провел двадцать лет. Ты посещал храмы, монастыри, изучал тайные библиотеки мира в поисках того, о чем не знал.

Однажды на базаре ты увидел старика. Он раздавал всем пригоршни риса. Стояла очередь, и все подходили к нему с вытянутой ладонью, в которую он клал этот рис. Лицо этого старца сияло от счастья. У него были седые, слегла отросшие волосы, собранные в пучок, седая, длинная борода. На фоне этой белёсой седины, оттенок его синих глаз приковывал взгляд. Ты тоже встал в очередь, потому что невозможно было пройти мимо этого олицетворения безмятежного счастья.

Твоя очередь подходила все ближе, и ты уже совсем хорошо мог рассмотреть эту загадочную личность. Каждому он смотрел в глаза будто говоря что-то без слов. Люди отходили от него совсем другими, будто эти несколько секунд очищали их от скорби и проблем. Когда подошла твоя очередь, и ты протянул руку и поднял глаза, то почувствовал невероятный поток счастья, ни на что не похожий. Ты не мог сдвинуться с места, тебе хотелось находиться рядом со стариком, такова была сила его сердца.

– Проходи, проходи, – подгоняли тебя, – но ты не мог ничего с собой сделать.

Тут мягкий голос старика сказал:

– Отойди в сторонку. Когда я закончу раздачу, можем с тобой поговорить.

Повинуясь его голосу, ты ушёл за прилавок, вмиг опустошив свою ладонь. Рис был не похожий на тот, что ты ел раньше. Его вкус перемешивался со вкусом розы и придавал особую тайну. Ощущение покоя и чувства удовлетворения пришли так же легко и естественно, как и сытость после принятия пищи.

Кто он? Это странный и удивительный старик, думал ты. Дожидаясь, когда в его кастрюле закончится рис.

В скором времени все люди разошлись, старик закрыл крышку, поставил свою кастрюлю на тележку и обратился к тебе.

– Поможешь мне довести поклажу? Моя повозка по ту сторону базара.

– Да, да, конечно, – заволновался ты. – Давай старик, я сам. Ты выхватил его тележку и уверено повёз ее, идя за стариком.

Вы молча обошли торговые ряды и направились к выходу.

Недалеко от входа на базар стояло несколько повозок с лошадьми. Старик подошёл к одной из них и жестом тебе показал куда положить кастрюлю и тележку.

Сам он взобрался на повозку, взял вожжи и собрался было ехать. Тут ты крикнул:

– Подожди старик, подожди, куда ты? Я хотел с тобой поговорить.

– Хочешь, запрыгивай, – сказал он, – по дороге и поговорим.

Ты быстро залез на повозку, и вы отправились в путь.

– Кто ты и почему ты раздаёшь этот рис бесплатно? – спросил я.

– Я простой старик, живу в соседней деревне. Люди нуждаются в милости, и поэтому я приезжаю сюда каждый день и раздаю эту милость.

– Нет, ты не простой. Ты что-то недоговариваешь. Я много лет странствую по свету, я объездил много храмов, монастырей, но такого как ты не видел. И не могу решить для себя, что больше всего меня взволновало – твои милосердные глаза, этот необычный рис со вкусом роз или умиротворение людей после соприкосновения с ним.

Старик улыбнулся, но ничего не сказал.

– А почему ты оставил сцену, славу и музыку? – невзначай спросил он, как ты живешь без неё?

Ты чуть не поперхнулся. Ты и сам уже начал забывать свою прошлую жизнь. А тут незнакомый человек спрашивает об этом.

– Как ты узнал? – запинаясь от удивления спросил ты.

– Не знаю как, – невинно ответил старик, – вижу и все. Музыка у тебя на лице, в сердце, в твоей походке, я вижу твоё прошлое, которое петляет за тобой словно тень.

– Удивительный ты старик. Раз ты видишь насквозь меня значит знаешь, что оставил я все потому, что чувствовал неудовлетворение, будто жизнь проходит мимо меня, несмотря на славу и любовь к музыке.

– Да ты прав. Я знаю, что ты ищешь. Я могу тебе дать это, если захочешь. Но также хочу сказать, что ты не должен оставлять музыку. Если ты перенаправишь свой талант на благо людей, ты будешь получать полное удовлетворение. И тогда ты будешь наблюдать те же лица что и сегодня. Только твоя милость будет не рис, а музыка.

Ты задумался. Кажется, ты начал понимать, о чем это он говорит.

– Да, я хочу, чтобы ты мне дал, то, что я ищу. Только я сам не знаю, что это, откуда тогда знаешь ты?

Старик засмеялся совсем по-детски.

– Потому что все ищут одно и тоже. Все, – повторил он. – Мы ищем то, что когда-то потеряли.

– И что же это, не томи.

– Бог, это Бог – властелин этого и других миров, прекрасный друг и вершитель судеб.

– Бог…

Ты попытался повторить также нежно это слово.

– Но я был во многих храмах и не нашёл там его. Мое сердце не трепетало от молитв.

– Это ещё ничего не значит. Сердце наше заковано в железо и получить Бога мы можем только через личность, которая подошла к нему очень близко. Значит просто ты не встретил таких. Можно всю жизнь ходить по храмам, но так и не сделать шаг навстречу к Нему.

– Интересные ты вещи говоришь старик. А ты знаешь такого человека, который подошёл близко к Богу? – спросил ты.

– Знаю, мой учитель. Я могу тебя познакомить с ним, если хочешь.

– Конечно, хочу, – обрадовался ты.

Вы всю дорогу непринуждённо разговаривали о жизни, будто старые товарищи. Тебе было хорошо с ним и спокойно.

Вы подъехали к хижине. Вокруг паслись коровы, звеня своими колокольчиками.

– Это твой дом? – спросил ты.

– Да, пойдём, покажу тебе кое-что, – ответил тот.

Вы зашли в хижину. Посреди неё стоял огромный алтарь, на котором все сверкало волшебным образом. Цветы, различные фигуры из металла, из дерева, драгоценные камни и золото, ткани и ленты – все украшало его с большим вкусом. На алтаре стоял Я, вырезанный из металла. Ты доселе ничего подобного в жизни не видел. В доме пахло цветами. Старик упал в поклоне, ты последовал ему.

– Кто это? – поднявшись с колен спросил ты.

– Это Господь. Он воплотился в эту форму человека-льва, когда нужно было защитить его преданного. С тех пор мы поклоняемся Ему как нашему защитнику.

Ты стоял перед алтарём и не мог отвести свой взгляд от меня. Тогда-то и зародилась наша связь. Я захотел ответить на зов твоего сердца и с алтаря упал цветок, прямо к твоим ногам.

Примечания