Душа. Пепел несбывшихся надежд

Часть 1. Пепел несбывшихся надежд. Пролог

Огонь утихает. Пытаюсь встать на ноги, превозмогая боль, как физическую, так и ту, что разбивает душу на осколки. Нервничая и оглядываясь по сторонам, он ждет меня, как вдруг рация на его поясе, которую я раньше не замечала, начинает громко шипеть. Перестав обращать на меня внимание, он отцепляет ее, смотрит в упор, с каким-то непонятным для меня трепетом ожидая сообщения. А потом сквозь шипение пробивается чей-то голос.

Не просто чей-то, могу поклясться, что это мой голос.

"Любимый, ответь мне..."

Глава 1. Зовите меня "Ди"

"А ничего, что имя героини и мой личный псевдоним совпадают?".

Я держу ручку, не замечая, как обкусываю кончик, склонившись над тетрадью. Моя книга передо мной – в ноутбуке, на экране вордовская страница с новой главой, а в тетради записаны персонажи, их имена, отличительные особенности, город, где они живут. Мою героиню зовут Диана и живет она в городе "Фиэрлон" в вымышленном мире, название которого я еще не придумала, как и фамилию Дианы. На то есть причина – Диана не полностью вымышленный персонаж. Я ее не придумывала. Она просто мне снится уже на протяжении десяти лет. Надо сказать, что сны не очень радужные. У Дианы строгие родители. Заставляют усердно учиться, забывая о ее желаниях, жестко контролируют, в общем – держат в ежовых рукавицах. Так у Дианы появилась своя жизнь на страницах моей книги. Пока что электронной – дальше, как пойдет. Диана менялась по мере взросления. Моего. В 2009 году у нее появился парень – вампир, в 2012 она с ним рассталась, когда в город приехали два брата – охотники на нечисть. И так далее, пока она действительно не встретила свою любовь и не изменилась уже по-настоящему. По правде говоря, даже я такого не ожидала. У Дианы появились суперспособности, и не те, что я ей приписала, а такие, какие я бы сама себе не пожелала. А ее парень – Марк, ее во всем поддерживал. Марк, к слову, оказался темной лошадкой, но Диану, несмотря на всяческие запреты ее родителей, не бросал. И как я не сошла с ума, наблюдая все это в своих снах? Очень просто. Сны мне нравились. Особенно после того, как в них стал появляться Марк. Я была в теле Дианы, чувствовала прикосновения его сильных рук, вкус его губ, взгляд его ярко-голубых глаз. Мне было пятнадцать лет, и я влюбилась в парня из своих снов. Окончательно и бесповоротно. Естественно, об этом знала только я – мой возраст, а может и здравый смысл не позволили этой новости разлететься по друзьям и знакомым. А тем более – в кругу семьи. Поэтому боролась я со своей бедой одна. Когда стала чуть постарше, пыталась найти парня, хоть немного похожего на Марка, но, как ни крути и не верти, замены ему не было. Похожая внешность – не тот характер, похожий характер – не та внешность, абсолютно не та.

Два года назад "новые серии" про Диану в моих снах стали сходить на нет. Приснится раз в месяц от силы и пару раз в неделю прокрутится повтор, на этом все. Не скажу, что это как-то повлияло на мое эмоциональное состояние, однако дало волю фантазии. И когда "реальные" отношения остались в тени, те, что развивались на строках моей книги, только набирали обороты. И вот, когда я наконец обрела смелость и решила показать свое творчество миру, встал вопрос, уместно ли взять псевдоним, созвучный имени главной героини?

Помучив уставшие от учебы в колледже мозги, я решаю оставить этот вопрос на потом. Книга еще не готова, а значит и в сеть выкладываться будет тогда, когда все углы будут сглажены, ошибки исправлены, и ее прочитает хоть один-единственный в этом мире человек. Само собой, истории о вампирах и братьях-охотниках канули в лету. Я собрала по крупицам все свои интересы и предпочтения и отдала Диане – пусть хотя бы она живёт так, как хочется мне. Не без драмы, конечно, иначе это никто не будет читать.

Дома тихо. Родители на работе до восьми вечера, а меня начинает одолевать скука. Обычно по пятницам-субботам я беру свою подругу Катю и иду в "Дворик" – общажное кафе. Там всегда собирается половина колледжа. Место не элитное, но бедных студентов устраивает. Только на прошлой неделе два второкурсника не поделили девушку и устроили там драку. Пострадали несколько столов, посуда, и репутация нашей компании, несмотря на то, что я этих парней едва ли знаю по именам. В общем, на целый месяц вход студентам моего колледжа закрыт. Все разбрелись кто куда.

Беру в руки телефон, чтобы написать подруге, и вижу от нее сообщение. Полчаса назад. А я не видела и не ответила, потому что телефон, как обычно, на беззвучном.

"Привет, куда идем сегодня?" – пишет она. Катя – школьная подруга, отличница, у которой я списала почти все итоговые контрольные. Учится Катя в ВУЗе, но не может найти там друзей, поэтому до сих пор общается со мной, что меня вполне устраивает – я тоже не нажила близких друзей, хоть и обрела более-менее постоянную компанию в "Дворике".

"Идем в клуб", – отвечаю я, прикинув, сколько налички у меня осталось. На пару коктейлей хватит. У Кати с финансами всегда было лучше, поэтому я не сомневаюсь, что согласится. Пока жду ответа, подыскиваю подходящее место. Не слишком людно, не слишком дорого, бесплатный вход – основные критерии при выборе клуба. Контингент не важен, будь то молодежь или те, кому за тридцать. Интересно будет в обоих случаях, а во втором еще и возможность получить коктейль на халяву и свалить по-быстрому, пока мужчина не понял, что ему ничего не светит.

"Идем", – без особого энтузиазма отвечает Катя, и я тут же начинаю собираться. Принимаю решение зайти за подругой, выпить в каком-нибудь простом баре и ехать в клуб. Можно и на улице постоять, но осень в разгаре, прохладно, весь день моросил дождь, так что, все поверхности мокрые – сидеть будет не на чем. Подруга снова покорно соглашается. Уже в баре спрашиваю, в чем причина ее упадочных настроений – все видно на лице, особенно по грустному блеску в глазах. Я-то уверена, что ничего серьезного не случилось, ибо Катя бы не пошла со мной веселиться, но не спросить ее об этом не могу.

– Мы скоро расстанемся, – набрав побольше воздуха в грудь со всей скорбью в голосе отвечает она.

Мы – это она и ее парень Костя. Тот, кого нельзя называть – так я думала о нем всегда, когда вела задушевные беседы с подругой. Все потому что в школьные годы этот самый Костя бегал за мной по пятам, не упускал ни единой возможности что-то сделать для меня, показаться лучше в моих глазах. Только мне было все равно, потому что он не был похож на Марка. Об этом никто не знает, даже Катя, поэтому она, начав встречаться с ним в конце первого курса, переживает, как бы в нем снова не вспыхнули чувства ко мне. Костя подрос и возмужал за этот год, но во мне ничего не изменилось. И я сто раз пыталась сказать Кате о том, что он меня не интересует и никогда не будет интересовать, но ей нужен веский повод, который я не могу ей дать.

– Что случилось?

– Да, в общем-то ничего, но, ты знаешь, он звонить редко стал, видимся реже и вообще…

– Понятное дело, вы все лето вместе были, а тут учеба началась. Кать, ты чего? И это ты сама просилась, чтобы я тебя в свою компанию взяла, а его с собой не берешь, как думаешь, что он чувствует в этот момент? – Я плохая подруга. Вместо того, чтобы поддержать, перевожу стрелки.

– Я просто не хочу, чтобы ты думала, что, начав встречаться с Костей, я тебя бросила, – со всей серьезностью в голосе заявляет подруга, а меня в этот момент будто бьет током. Я и не знала, что, оказывается, бедная и несчастная в этой ситуации именно я.

– Я бы так не подумала, – говорю я, засунув свои внутренние возмущения куда подальше. – Давай лучше выпьем и забудем об этом. С Костей у вас все наладится, а если и расстанетесь, значит так и должно быть.

На секунду у подруги округляются глаза, но она девочка не глупая и понимает, что обстоятельствам непреодолимой силы суждено случиться в жизни каждого человека.

Больше мы об этом не разговариваем. В клубе, несмотря на мои возражения, Катя заказывает бутылку джина и тоник, а я, ударившись в танцы, не замечаю, как она напивается так, как не напивалась никогда, во всяком случае при мне. В самом клубе я не потратила ни копейки, поэтому беру такси на два адреса на себя, и, когда водитель останавливается у дома Кати, даю ему лишнюю сотку, чтобы подождал, пока я тащу подругу на третий этаж. Родители у Кати строгие, но лояльные. Поругают, но все поймут, именно поэтому я не повела ее к себе, ибо мои сразу начнут падать в обморок при виде пьяной девятнадцатилетней девушки. Время чуть за полночь, и мама подруги встречает, одетая в ночной халат, но не капли не сонная. Проводив ее взглядом до комнаты, я виновато улыбаюсь и спешу удалиться, но Катина мама меня останавливает.

– Чего она так?

– Да, с Костей не поладила, – из меня под воздействием алкоголя вылетает правда. Я хотела наврать, но поняла, что буду слишком долго придумывать несуществующую причину, и меня спалят.

– Понятно. Оставайся, куда в такой час?

– Спасибо, но меня такси ждет.

Мама Кати понимающе кивает, и когда за мной закрывается дверь, я пулей лечу вниз, надеясь, что такси меня еще ждет, ибо водитель запросил оплату полностью, плюс за ожидание, итого в кошельке осталось всего двести рублей. Выйдя из подъезда, я сразу же понимаю, что меня кинули. Машины нет ни возле подъезда, ни в округе. В приложении сервиса такси заказ уже выполнен, с водителем не свяжешься. Выругавшись, звоню на горячую линию. Выслушав меня, девушка с тихим голосом начинает распинаться, что водитель не обязан меня ждать, и то, что я ему заплатила – уже мои проблемы. Такси до моего адреса стоит двести пятьдесят рублей, которых у меня нет, и за то, что водитель так поступил, я получу бонусы, но не сейчас, а в течение трех рабочих дней.

– В жопу себе засуньте свои бонусы! – кричу я напоследок и бросаю трубку. Двести пятьдесят рублей за полтора километра это грабеж, и выбора у меня нет, другого такси в нашем захолустье, к сожалению, не водится. Остается только воспользоваться самой безотказной и абсолютно бесплатной услугой – ноги. Погода благоволит – ветер стих, дождя уже нет несколько часов и заметно потеплело. Сначала думаю идти и слушать музыку, но боюсь, что в наушниках ничего не услышу, а при включенном динамике привлеку к себе какого-нибудь неадеквата, поэтому решаю идти в тишине по освещенному тротуару, только подальше от дороги – остановится машина с плохими дядьками, успею убежать прежде, чем меня сцапают. Такие истории редкость, но береженого бог бережет. Где-то на середине пути, невольно обернувшись, я замечаю силуэт, двигающийся в том же направлении, что и я. Я должна была идти прямо, не сворачивая во дворы, но тревожные мысли уже начинают проникать мне в голову. Я гоню их, как могу: "Да, что с тобой такое? Человек, так же, как и ты, идет домой с гулянок, не накручивай себя!"

Однако во двор все же сворачиваю.

Ветер во дворах слабый, и меня обволакивает неизвестно откуда взявшимся теплом. Здесь уютнее, темнее, и даже чуть спокойнее. Но все мое спокойствие улетучивается в миг, когда я вижу, что человек повернул за мной. Самое время ускорить шаг. Можно запутать преследователя – ведь я шла прямо, по правой стороне дороги, значит должна пойти налево, вместо этого сверну вправа и побегу. Даже если то, что он пошел в эту сторону – чистое совпадение, так мне будет спокойнее. Оборачиваюсь снова, и сердце начинает бешено колотиться – преследователь тоже ускорился и стремительно приближается ко мне, я отчетливо слышу его решительные шаги.

Сворачиваю за дом и бегу. Сил осталось мало, и я выжимаю из себя все, что есть. Ноги устали, но страх подгоняет меня, превращаясь в панику, когда я вижу, что человек бежит за мной. Крик сам вырывается из горла. Я знаю, что кричать бесполезно, только потрачу драгоценный воздух в легких, но уже не могу себя контролировать, и времени на то, чтобы подумать, совсем нет. Он хочет ограбить меня, изнасиловать или убить, в самом наихудшем из случаев – все вместе. Я – Ди, бесстрашная, обладающая огромной силой, только в своей голове, в своих снах, оказываюсь ничтожной перед злыми намерениями обычного человека, ровно ничего не значащего в этом мире. Выходит, что и я ничего не значу, а Диана снилась мне всю жизнь просто так. Может, я всего-лишь сходила с ума?

Сама того не осознавая, я привожу себя к знакомому месту. В душе загорается спасительный огонь, когда я вижу отблеск на асфальте от вывески, и, кажется, тот, кто меня преследовал, немного отстал. "Дворик" работает до двух часов ночи, как по выходным, так и по будням. Я никогда не ходила туда этой дорогой, выходит, что у меня есть ангел-хранитель, именно он привел меня сюда.

Добежав до двери, я дергаю ручку и с ужасом понимаю, что кафе закрыто. Где-то внутри еще горит свет, и я, не теряя надежды, со всей мочи стучу кулаками по стеклянной двери, реву и проклинаю всех и все на свете, пока резкий толчок не сбивает меня с ног.

Глава 2. Белый пикап

Я четко помню удар в бок, тупую боль в ребрах и плече, а потом все будто растворилось, и что-то проникло в мою голову, вызывая там переполох. Когда все переворачивается вверх дном, ты не можешь найти точку опоры для самого себя и ничего не понимаешь, но знаешь, что все, что с тобой происходит – не нормально, видимо что-то подобное испытывают люди, пережившие либо инсульт, либо травму головы. Но, в отличие от двух этих случаев, голова у меня не болит, и все происходит так быстро, что я не успеваю опомниться. Пара мгновений, и я открываю глаза, чувствуя себя, как после кратковременного и очень плохого сна, но вполне сносно – боли ни в одной части тела, к счастью, нет. И, наверное, все было бы в порядке, если бы не одно огромное "но" – я не там, где меня сбили с ног, а в каком-то лесу. Странности на этом не заканчиваются. Вся растительность подозрительно зелёная, и здесь очень тепло, как летом. Встаю на ноги и оглядываюсь. Кто бы это ни был, он оставил меня здесь, посреди дороги в этом жутком лесу и просто ушел. Жуткий потому что кроме шелеста листьев от слабого ветра я не слышу ничего: ни пения птиц, ни стрекотания насекомых. Судя по всему, меня вывезли в другой регион, либо в другую страну. Но зачем тогда бросили здесь? Я не изнасилована, не избита, и не ограблена – проверив сумку, понимаю, что все на месте. Телефон, документы, даже последние две сотки…

На часах пять утра. Число то же. Пытаюсь прикинуть, успели бы вывезти меня в южный регион за три часа? Да, но исключительно на реактивном самолёте… Связи в этом месте, к моему величайшему сожалению, нет. Прежде чем начать рыдать от ужаса и бессилия, я еще раз пытаюсь подумать. Только на ум ничего не приходит, кроме сверхъестественных причин. Воображение тут же начинает рисовать жутких монстров, которые водятся в этом лесу, и только и ждут, когда очередная глупенькая жертва угодит в их лапы. Если прямо сейчас где-нибудь треснет ветка, я точно схвачу сердечный приступ и умру прям здесь. Хотя, более вероятна смерть от обезвоживания, потому что воды с собой у меня нет, а пить уже хочется. В сумке нахожу полупустую пачку сигарет, и, опустившись рядом с первым попавшимся деревом, закуриваю. Несмотря на то, что от курения пить хочется еще больше, мне нужно хотя бы на время успокоить бурю в голове и заглушить панику, иначе у меня не получиться выбраться отсюда. Лес заканчивается через несколько метров. Но там ничего нет, только бескрайнее поле. Куда в таком случае идти? В поле, в отличие от леса, не заблудишься. Но и лес, если я не в тайге, а, судя по климату, я точно не в тайге, может быть небольшим. И все-таки, где я?

В памяти вспыхивает случай, который относится к жизни в моих снах. Марк рассказывал Диане про Дриммор – город, в котором он жил до переезда в Фиэрлон. Одной из достопримечательностей Дриммора был лес, который огораживал половину города. А удивителен этот лес был тем, что в нем не водилась никакая живность. Ни животных, ни насекомых, и даже птицы если летели мимо, то очень высоко. При этом никаких вредных, отравляющих веществ, радиации лес не выделял, находиться там было безопасно. Диана спрашивала, почему же человеку, а человек, как известно, самый серьезный вредитель, можно находиться в лесу? Марк ответа на этот вопрос не знал. Знал только то, что давным-давно к лесу запретили притрагиваться. Даже веточку нельзя срубить просто так. Только если ты голоден, а кроме куска сырого мяса у тебя с собой ничего нет, или чтобы согреться. Тогда лес покорно отдаст эту самую веточку. Но, опять же, при условии, что поблизости не будет валежника. Все это было похоже на сказки, будто лес обладает какой-то недоступной для людского понимания магией.

Вспоминая этот разговор до мельчайших подробностей, я начинаю трястись от страха. За то время, что я сидела под деревом, не прозвучало ни единого постороннего звука. Но это же лишь мои собственные бредни, никаких Дианы и Марка нет и никогда не было, я их придумала, поэтому они снились мне. Да, я не помню, как это произошло, и когда, но разве может быть иначе? Либо это все было плодом моего бурного воображения на фоне отсутствия приключений в детстве, либо же я давно спятила. Как бы то ни было, из леса нужно выбираться, и я, больше не желая терять время, поворачиваю направо – в противоположную сторону от поля. Если там действительно есть загадочный город, и я нахожусь в мире из моих снов, то вероятнее всего я сейчас не в лесу, а где-нибудь в палате номер шесть, в смирительной рубашке бормочу бессвязный бред, мутным взглядом уставившись в потолок.

Только вот я не Алиса, а это место совсем не страна чудес. При мне мой телефон, часы на котором не отматывают время вспять. Надо мной голубое небо, а под ногами обычная земля. Между прочим, совершенно сухая. Выходит, что дождя не было давно…

Солнце уже поднялось, и становится совсем жарко. Снимаю куртку и вешаю на сумку – становится чуть легче, но не намного. Воды нет, а в горле уже совсем пересохло. Радует одно – дорога не выглядит слишком заросшей. Значит, кто-то по ней иногда ездит. Значит, населенный пункт где-то рядом.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я падаю без сил, но солнце еще высоко. Оно сушит кожу и жжет глаза, вызывает еще более изнуряющую жажду. Начинаю прикидывать, сколько человек может выжить без воды. Два дня? Может, три. Или все же больше? А если он до этого пил джин с тоником? Довожу себя до слез, но, вспомнив, что слезы это тоже вода, стараюсь как можно быстрее успокоиться. Другую воду, однако, удержать не могу, и, кое-как поднявшись на ноги, ухожу с дороги, будто здесь вообще есть какое-то движение.

Стоит мне присесть, как я вдруг слышу рычание мотора где-то вдалеке. Судя по звуку, внедорожник. Снова начинаю паниковать, и не могу решить, что же мне делать. Если человек за рулем хороший, он отвезет меня в город и даст воды, если нет, меня возможно убьют, или сделают то, чего не стал делать тот, кто меня здесь оставил. А если он оставил меня для них? Вколол мне что-нибудь, думая, что я просплю дольше, а сам убежал подальше от греха? Немного пораскинув мозгами, понимаю, что более бредовой мысли мне в голову еще не приходило. Жажда сильнее страха. Поэтому я, побыстрее натянув брюки, со всех ног бегу обратно к дороге.

Машина приближается с той стороны, куда я держала свой путь. Это белый пикап старой модели, годов девяностых, может, еще старее. За рулем один человек, и больше в салоне никого нет, но я не расслабляюсь. Сил у меня почти нет, но какое-то время бежать смогу. Водитель останавливает автомобиль чуть поодаль от меня и сразу же выходит из машины. Это парень. Молодой, но гораздо старше меня, лет на семь-восемь, может, больше. Высокий, темно-русые волосы, короткая стрижка, одетый в клетчатую рубашку болотного цвета. На бандита он совершенно не похож, но опасны не только бандиты, психопаты еще опаснее, и вероятность встретить их посреди леса выше. Попрошу воды и убегу. С этими мыслями я иду к машине.

– Тебя подвезти? – спрашивает он.

– У тебя есть вода? – слетает с моих пересохших губ.

Не говоря ни слова, парень достает из машины литровую бутылку с прозрачной жидкостью и протягивает мне.

– Ей дня два, но пить, думаю, можно.

Не слушая его, я откручиваю крышку и жадно пью, закатывая глаза от удовольствия. Обезвоживание еще не наступило, поэтому от большого количества жидкости мне становится намного легче, даже откуда-то появляются силы.

– Ты откуда? – Парень сверлит меня подозрительным взглядом. Будто одинокая, страдающая от жажды девушка посреди леса может быть источником опасности. "Эй, вообще-то я жертва, и это я должна тебя бояться!"

Жажду я утолила, но не спешу возвращать бутылку. Думаю только, сесть в машину или же продолжить путь самостоятельно?

– Я не знаю. Он напал на меня, и я отключилась, а очнулась здесь. Я ничего не понимаю. У нас было холодно, листья уже почти облетели, а тут лето, – не выдержав, выкладываю все этому парню. Я не знаю его, даже его имени, но здесь больше никого нет, кто смог бы вызвать больше доверия. – Я где-нибудь в Краснодаре или в Узбекистане?

– Боюсь, ни там, ни там, – отвечает он, улыбнувшись одним уголком губ. Это пугает меня. Снова перед глазами всплывают образы из снов. Но я совсем не помню, какой климат был в том маленьком мире, где жили Диана и Марк. Меня это и не интересовало. Они праздновали Новый Год, или Рождество, но что происходило на улице на тот момент, оставалось за пределами моей фантазии.

– А где тогда?

– Поехали, по дороге я тебе все расскажу.

– Нет, уж, я с тобой никуда не поеду, – отвечаю я с плохо скрываемой дрожью в голосе. – Говори, где я? В какую срань меня занесло?

– За этим лесом Дриммор, – вздохнув, отвечает парень. – Это город… – дальше я не слышу. Перед глазами все плывет, а земля уходит из-под ног. – Эй, ты чего?

– Я чего? Ты наверное пошутил, да? – справившись с приступом головокружения, говорю я. – Это шутка такая, да? Такого города не существует, я точно знаю.

– В твоем мире нет, – кивает головой парень. – А в моем очень даже существует. Садись, пожалуйста, в машину, я тебе все объясню, а то ты уже на ногах еле стоишь. Я Дэн, кстати. А ты…

– Даша.

– Ты мне, Даша, кое-кого напоминаешь, – помогая сесть в пикап, говорит мне Дэн. Я отвергаю эту информацию, как и все, что происходит вокруг меня. – Очень сильно напоминаешь. Я не знаю, к лучшему это или к худшему, но, если что, я тебя в обиду не дам. Ты хороший человек, это видно сразу.

– Что? – спрашиваю я. – Кого я тебе напоминаю? Ты вообще откуда взялся, Дэн? Там дальше только поле, и ничего нет больше, ты специально за мной ехал? – гнев и ярость – лучшая защита, когда ты в полном смятении, и не до конца осознаешь, что с тобой происходит.

Дэн заводит пикап и нажимает на педаль газа, прежде чем ответить мне. Наверное, он думал, что после его ответа я попытаюсь сбежать.

– Нет, не специально. Но я знал, что там что-то произошло. Карл, мой друг, он частенько отслеживает вспышки энергии по периметру города. А тут без слежки это почувствовал. Но я только сегодня его увидел, он попросил меня съездить, посмотреть, что там такое. Я поехал, и вот, нашел тебя. Такое очень редко случается. Даже не у каждого хантера есть дар телепортации. У меня его, например, нет. Вернее есть, но лишь отчасти.

Хантеры – так звали охотников на темных магов. Марк был наполовину темным, и не причинял никому зла, поэтому хантеры его не трогали, но были наблюдательны и не упускали его из виду. И да, их тоже придумала я. Точнее, мое больное воображение. Все это похоже на одну огромную инсталляцию, наподобие "Шоу Трумана", только в формате розыгрыша, но я решаю не делать поспешных выводов. Доеду с Дэном до города, а там будет видно.

– Так кого я тебе напоминаю? – осторожно спрашиваю я, все еще переваривая полученную информацию.

– Диану. Она жила в Фиэрлоне лет сорок назад. Ее, наверное, все тут знают.

– Жила?

– Да, она умерла. Погибла совсем молодая, может как ты возрастом, может младше даже, – говорит Дэн, поджав губы, а меня накрывает волной ужаса и боли. Будто весь мир обрушился на мою голову. Диана реальна. И она давно умерла. Задаю себе вопрос: "почему она выбрала мои сны?", но тут же все понимаю.

– А я напоминаю ее тебе, потому что на нее похожа?

– Не то слово, – отвечает Дэн, и я, больше не в силах сдержать эмоции, даю волю слезам.

Глава 3. Дриммор

Слезы текут градом, и я не знаю, от чего именно я плачу, от того, что прямо сейчас схожу с ума, или же, наоборот, все, что я считала плодом своего воображения, оказалось реальным. А главное – она. Диана всегда была частью моей жизни, и теперь эту часть съедает пламя, она чернеет и рушится у меня на глазах. Я даже не хочу знать, что случилось. Что убило Диану, и почему ее лицо знакомо всем здесь даже спустя сорок лет. А Марк? Если он выжил, ему наверное лет шестьдесят, или около того. Дэну не по себе от моих рыданий. Но он молчит и дальше давит на газ. А когда я успокаиваюсь и, уставившись в окно, замолкаю, говорит: