- -
- 100%
- +
© Меркулова Э.И., 2025
© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2025
* * *Цветы I
1В цветах оседает небо на землю.Общенью цветов я внимательно внемлю.В нём к солнцу любовь, и к дождю, и к ветрам.Источник любви – ими созданный храм.Летят к нему пчёлы, ползут муравьи,Цветам доверяя надежды свои.Колибри, что пьют их небесный нектар,Пыльцу переносят соцветиям в дарРастений других, что без помощи птицНе перешли б очертанья границ,В пределах которых растёт пустоцвет.Пыльца – это жизнь, обновленью привет.Пред окнами дома, где клумбы в порядке,Буйством цветов душу греют посадки.Каждый, кто б ни пришёл, красоте этой рад.Все цветы источают здесь свой аромат.2Рвать не нужно цветы,Собирая в букет.Нет без них красоты,Да и радости нет.Они плачут, когда их и рвут, и срезают.Слёзы их не видны. Они тихо роняютЭти слёзы в букет. А мы радости ждёмТам, где радости нет. Ждём под слёзным дождём.Лучше каждый цветокПосадить в свой горшокОсторожно, чтоб не повредить корешок.И цветок обретёт для жилья новый дом,Чтобы радость дарить в новом доме своём,Создавая вокруг красоту и уют,Где с заботой о нём все бутоны живут.Цветы II
Мы, люди, так же, как цветы,Рождаемся, цветём и увядаем.И, как цветы, от засухи страдаем,На клумбе жизни память оставляя,И, как для пчёл цветы, нектаром добротыДругих отзывчивостью привлекаем.Кто ложью пустоцвета расцветает,Своим присутствием осадок пустотыИ фальши лишь усугубляет.А красота цветущего букетаРазбудит в памяти забытые мечтыО счастье и весне, что, как предтеча лета,Зимой холодной явится во сне,Чтоб уловить частицу от приветаИз прошлого, что дорого вдвойне,Как ностальгии верная примета.«В чарующем мире цветов…»
В чарующем мире цветов,Рождённых в обилии света,Составленных в виде букета,Живёт отражение снов.Цветы – это сны наяву,Которые дарит нам лето,Дыханием солнца согрето,Где я, так случилось, живу.Пробуждение
Я, с вечера у камелькаВздремнув, свой дом его теплом согрела.Едва заря зарозовела,Ожили в цвете облака.И воды тихая рекаСо стороны водораздела,Ещё дремавшие пока,Будить с зарёй не захотела.Зато пчела взялась за дело.Собрав нектар у тростника,Стрекозы полетели смело,К воде стремясь издалека.Их тёмно-синие бока,Изящное в полёте телоВ воде лягушка углядела.Берёзка вдруг зашелестелаОт дуновенья ветерка,И птица ранняя запела.«Лишь святые не ошибаются…»
Лишь святые не ошибаются.И безгрешны одни они.Люди же посвящают дниТем надеждам, что не сбываются.«От материнского соска…»
От материнского соскаДо старости всего два шага.И как по мановенью магаВолшебной палочки, тоска.Она предшествует всему,Что предвещает расставание.У времени и расстоянияНет чётких граней. НикомуНе видны контуры бумаги,Где в судьбы каждого не маги,А Бог решает, что вписать.У каждого свой путь и стать.Одним – сплошная благодать.Другим лишь боль (ни сесть, ни встать),Своя символика и флаги.Не только люди – города,Не только города и страны,Но континенты, океаны —Всё-всё подчинено Судьбе,Что предначертана Тебе.Звуки
Старого органа звукиВ сердце болью проникали.И под эти звуки рукиК лику Спаса приникали.Эти звуки уплывалиВ те космические дали,Где, возможно, обиталиТолько боги. И бывалиДуши праведников. Звали,Душу обнажив органа,Зная: поздно или раноСтанет меньше сердца рана.В звуках этих – тайна вечности,Что оберегает знанья,Сохраняя в бесконечностиСкрытый смысл мирозданья.Завершение сонатыПафосным звучаньем скерцоЛечит раненое сердце.Звуки радостью объяты.В этих звуках – волшебство.И «серебряные струны»Щедрой милостью ФортуныВходят в жизни торжество,Чтоб в Туманность АндромедыБез сомнения и страхаГимном счастья и победыУстремились фуги Баха,Чтоб звучали, органичноВстроившись в звучанье скрипки,Тайне вечности ритмичноПосылая в дар улыбки.Орган
Звучала музыка барокко,Великим Бахом сотворённая,Душой органа окрылённая.Ей с тех времён хватило срокаШедевры Генделя и БахаНа суд людей отдать без страха,Чтоб звуки дивные органа,Отточенные филигранно,Мелодию его душиВ ткань музыкальную вплетая,Дарили ощущенья рая,Где все добры. И хорошиИзгибы чувств и состояний,И значимость их предстоянийПеред устоями канона,Канва в котором неуклонноСоставлена с учётом знаний,Их важности и пониманий,Их канонических звучаний.Но романтизм звучит пышнееИ современнее для слуха.И как судить, что нам нужнее?..Лишь по оттенкам звуков ухоОпределить поможет точно,Что «романтично», что «барочно».Барокко – это градус чувств,А романтизм – каскад эмоций.От исполнительских искусств,Хранящих таинство пропорций,Зависит, чтобы звук органаПонятен был. И чтобы странноОн не звучал. Чтоб исполненьеГлубокого произведенияРаскрыло смысл глубочайшихПо стилю Шумана творений,Где переливы настроенияИ творческого вдохновенья,В которых быть не может нормы,Способны пьесу преподатьИ даже статус ей придать«Жемчужины нечёткой формы».«Днём серой дымкой затянуло…»
Днём серой дымкой затянулоИ дом, и сад, и небеса.И даже леса полосаВся в серой дымке утонула.И серый дождик моросит,Зависнув, словно серый щит.И у машин из-под «копыт»Грязь тёмно-серая летит.И мутно-серая водаДля серых уток как беда:Не пропускает солнца лучЧерез густую толщу туч.И серых мыслей тусклый ройНевольно в этот день сыройУсиливает серый фонЗемли и неба с двух сторон.В лабораторию
Вы, почистив пастой зубыИ умывшись очень тщательно,Не подкрашивая губы,Но одевшись привлекательно,Отправляетесь в дорогуВ поликлинику столичную.От домашнего порогаРасстояние привычное.Чётко отмеряя шаг,Вы идёте натощак.Путь-дорога вам знакомаВ поликлинику от дома.Вы спешите в ранний час,Чтобы очередь до вас,Изгибаясь серпантином,Словно корпусом змеиным,Не сломила сил запас.Всех тревожит, чтобы кто-то,Кто стоит в конце пути,Не пытался обойтиРаньше времени кого-то.Здесь у всех одна забота:Всем за всеми наблюдать,Чтоб порядок соблюдать.Ждущих «дружная семья»Не допустит, чтобы яИли вы не в свой черёдПросочились, – разорвёт…Вслед за тем, кто внутрь прошёл,Кто-то новенький пришёл.Очередь не убывает,А нервозность убивает…И волнение, присущееВсем больным с плохими венами,Нарастает с неизменнымиТекстами. «Кровососущие»Приглашают: «Проходите.Успокойтесь, не дрожите.Вены ваши покажите.Ставьте кулачок на столПод „тестуемую“ руку».Вену нужную нашёлЛаборант, кто смог наукуЭту точную постичь,Совершенства в ней достичь,Не пропарывая вены,Попадая неизменноВ самый трудный кровоток,И тогда бывает толк.Новый шприц, со спиртом ватки,Медицинские перчатки,Две пластинки из стекла.И… внимание на стёкла.От волнения намоклаВся спина. А кровь пошла…«Гроза прекратилась внезапно…»
Гроза прекратилась внезапно.Наполнился воздух озоном.И лишь в небесах с отдалённымИ затихающим громомВсполохи многократноВысвечивали знамёнаКолышущихся деревьев.Их величавые кроныПоникли от ливня, как перьяКурицы мокрой, свисали.А вдалеке угасалиГромовые раскаты.И, как бриллиантов караты,Капли на солнце сверкали.Пар поднимался с землиК небу, его увлажняя.С громом печали ушли,Радостью жизнь наполняя.На подходе
Много беременных летом.Гордый округлый животСмотрит призывно. При этомВсем посылает приветы,Зная, что не подведётВ час, когда время придёт.Запущенный в нём механизмВылепит организм,Который дорогу найдётВ мир, что бывает опасен.В мир, полный сложных проблем.В мир, что и зол, и прекрасен,И громогласен, и нем.Новая жизнь появитьсяОбязана вовремя, в срок.Первый свой в жизни урокДоченька или сынокВыполнить не побоится.С криком на свет устремится,Выбрав одну из дорог,Чтобы на радость родитьсяТам, где счастливый порог.Светлой памяти мужа
Ты ушёл, не попрощавшись,Около восьми утра,Изболевшись, настрадавшись.Забрала тебя пораБуйных красок и цветеньяТрав, деревьев и кустов,Птиц заливистого пенья,Звонких детских голосов.Ты любил весну и лето,Запах скошенной травы,Мне одной теперь – увы! —Завещал ты помнить это.Помнить ужины в саду.Счастье утреннего быта.Разве может быть забыт иКульт рыбалки на пруду?И беседы на террасеВ предзакатной тишине,И езда по шумной трассеВ радость и тебе, и мне.И приезда ожиданьеРодственников и друзей.Звёзд волшебное сияньеВ тусклом свете фонарей,Где, казалось, мирозданьеВозле дома, у дверей.Эфемерна жизнь, как нить,На которой путь наш бренныйПровисает. Смысл житьПамять может сохранить.В ней твой образ незабвенный.Средь забот в потоке днейТрудной жизни многослойнойЯ стараюсь быть достойнойСветлой памяти твоей.Свидание
Я среди ночи открыла глаза,Поскольку лил дождь и шумела гроза.Молния вдруг осветила окно.В брюках с рисунком под доминоМой муж, похороненный месяц назад,Стоял, устремив на окошко свой взгляд.Я не изумилась и не испугалась.Мне даже странным не показалось,Что он был отпущен (Господь так решил)С домом проститься, который любил.За доброту Бог ему разрешилДом навестить. Мужа дом не забыл.Вместе со мной дом без мужа скучалИ, несмотря ни на что, его ждал.Мой муж был одет совсем по-другому.Одежда на нём мне была не знакома.Живой мне поверить в реальность был риск.Через мгновенье на тысячи брызгФигура распалась. Растаяв, пропала.Я очень отчётливо мужа видала.Надежду увидеть мне было дано,Что и после жизни душе сужденоЖить в тонком звучанье на искренней ноте.Той ноты звучание людям из плотиПри жизни нет шансов принять и понять.И слухом ту ноту нельзя воспринять.Людям с такой, как у мужа, душой —Широкой, отзывчивой, тонкой, большой —Могут позволить с их домом свиданье,Если они выражают желаньеУзнать, как без них их родные живут,И убедиться, что память их чтут.Экспромт
Снизошёл покой не душу.Тихо падает снежокИ ложится на порог,На замёрзший пруд, на сушу.А вчерашний снегопадОблепил деревьев веткиИ одел фасад беседкиВ белый свадебный наряд.Долгожданный снегопадЗемлю спрятал от мороза.Не страшна зимы угроза —Оживёт весной наш сад.Одиночество
Тихим шагом, походкой медленнойОдинокие люди бредут.В час вечерний и в час обеденныйНе востребован стал их труд.Нет того, кто их возвращенияЖдал, им верил и их любил.Нет того, перед кем прощенияПросят лишь у живых могил.Слова мрачного «одиночество»Так при жизни боимся мы,Как проклятия, как пророчества —Не от Господа, а от тьмы.Люди! Будьте терпимей к старости.Всех она в перспективе ждёт.Ест тоска нас не от усталости.Одиночество старость жрёт.Душа
Покинув тело и планету,Забрав с собой стремлений рой,Душа летит навстречу свету,Меняя жизненный настрой.Она учтёт свои просчёты,Чтоб в новом теле стать умней,И снова, выйдя из теней,Использует другие ноты,Чтоб в песне жизни веселейЗвучали выданные квотыНа срок из лет, недель и дней.Душа, летая сквозь пространствоИ время, чтоб вернуться вновь,Разыщет прежнюю любовь.Душе присуще постоянство.«Опять зацвел зелёный сад…»
Опять зацвел зелёный сад.Цветут нарциссы и тюльпаны.И одуванчики горят,Примерив солнечный наряд,На фоне зелени поляны.И, наконец, стал длинным день.Погода землю согревает.И распускается сирень.И птичье племя распевает.И садовод цветы сажает.И поливать ему не леньСвой огород. Деревьев теньВ жару посадки закрывает.И тень ложится на плетень.И солнце землю освещает.Весной пророс высокий пень.И лето радость обещает.Светлой памяти Лизоньки
Я прильнула к холодному камню,Чтоб ему передать тепло.Чтобы сердца живую каплюПринял камень в своё нутро.Чтобы кровь, что течёт сквозь сердце,Помогла оживить портретТой, дороже которой нет.Кто исчезла в расцвете лет,Мне оставив кровавый следНа душе. Я ищу ответНа вопрос: «Есть ли где-то дверца,За которой надежды свет?»«Пять лет промчалось, но тоска…»
Доченьке
Пять лет промчалось, но тоскаМеня снедает постоянно.Я с ней сроднилась. Даже странно,Что я жива ещё пока.То, что мне душу бередит, —Та безысходность и терзанья —Всё перешло в воспоминанья.А сердце ноет, и болит,И ждёт по-прежнему свиданьяС любимой доченькой моей.Я мысленно всё время с ней.Но сколько лет нам или днейОсталось дожидаться встречи?!Бессмысленны пустые речи.Ей не дано ко мне прийти.Я, как найти её, не знаю.Ещё не найдено путиОбратно в жизнь. Я умоляю,Чтоб было всем разрешеноИ высшим Разумом даноС душой не прерывать общенья.Я жду, что будет разрешенье.Возможно, я дождусь, как знать,Чтоб дочь смогла услышать мать,И нам вдвоём погореватьО том, что мать не может дать,К несчастью, доченьке своейС отсчёта самых страшных дней:Надежды, веры и любви.У каждой матери в кровиЖивые постулаты эти.Их понимают сразу дети.Апрель 2014 г.
Светлой памяти доченьки
Прости, моё любимое дитя!Но жизнь идёт. И что же это значит,Когда твой муж и десять лет спустяПри имени твоём надрывно плачет?!Мы с ним вдвоём идём к тебе тропой,До боли нам знакомой и тернистой,Для краткого свидания с тобой,Как лошади идут на водопой,Спеша к реке дорогой каменистой,Чтоб жажду утолить, пытаясь дальше жить,Набравшись сил, что были на исходе.И мы приходим при любой погоде,Чтоб мысленно с тобой поговорить.Я мать. Мне невозможно не страдать.С годами боль тупая не уходит.И муж твой себе места не находит,Не научившись с горем воевать.Нелепо, но мы ждём тебя всегда.Андрей звонит, тоскуя, как и прежде,Давая шанс бессмысленной надежде,Что вновь вернутся прежние года.Доченьке
Я помню, ты цветы мне приносила,Даря мимозу, раннею весной.Весны прихода ждали мы с тобой.И радость от общения, и твойКрасивый голос и такой родной,И всё, что я так трепетно любила,Покинув жизнь, ты унесла с собой.Теперь я приношу тебе цветыИ молча плачу у твоей могилы.Где взять терпения, и мудрости, и силыПоверить, что меня простила ты?!И страшно то, что не исправить путь,Который подсказало Провиденье,На «мудрое» настроив поведенье.Как страшно – ничего нельзя вернуть.А я всё жду тебя, и верю в чудо,И небеса помочь тебе молю.Пока жива, я в сказку верить буду,Что ты со мной. Я так тебя люблю.«Ей было плохо на земле…»
Ей было плохо на земле:Она болела и страдала.А я её не удержалаВ нескладном жизненном седле.Отпущен каждому свой срок.Судьба к кому-то благосклонна.Над кем-то нависает рок,Что давит сверху непреклонно,Как тягостный дамоклов меч,Он над судьбой висит упрямо,Как гнёт ложась на хрупкость плеч,Стоять не позволяя прямо.Не каждый может быть бойцом.Жестокость, злоба окруженья,Не побеждённые отцомНебесным, без благословеньяГотовы уничтожить всех,(Что не считается за грех).А очень чистая душаНе может выдержать атакиТех тёмных сил, что и без дракиУмеют душу погубить,Готовую весь мир любить.Лизоньке
Если б на меня ты посмотрела,Доченька любимая моя,Ты б узнала, как я постарелаПотому, что рядом нет тебя.Все слова бессмысленны и тупы.В сердце навсегда застыла боль.Чтоб увидеть боль, не нужно лупы.Как коварный очень злобный тролль,Ест тоска измученную душу,Не желая выходить наружу.Время мчится, отнимая силы.Ты, как в жизни, очень молода.Сколько мне осталось до могилы?Старость исчезает без следа…А твои печальные глазаНа граните всё глядят с укором.В них застыла тихая слеза.Можно ли космическим просторомПуть определить, где та стезя,По которой мне в полёте скоромМимо пролететь никак нельзяТой единственной тропы на свете,Где душа в холодном мирозданьеДверь найдёт, куда уходят дети,Матерей отдавшие страданью?!«Я, как осколок в океане…»
Я, как осколок в океане,Барахтаюсь в пучине вод.Порой мне кажется – в туманеКорабль спасительный плывёт.Но вот разверзлись в небе тучи.И вдруг, качаясь по волнам,Волну пригнав к моим ногам,Стремительно корабль летучийПронёсся к дальним берегам.На нём и взрослые, и детиСпешили радостно домой.Но он меня и не заметил.Где радость, тот корабль не мой.Когда на штиле водной гладиРазвеялся густой туман,Стал очевиден мне обман —Все плыли, на меня не глядя.Был целеустремлён их путь.А что же делать мне? Тонуть?!Нельзя судить плывущих мимо.У всех по жизни свой маршрут.Кого спасти необходимо,Те верят и спасенья ждут.А утомлённому пловцу,Мне, ждать спасенья не к лицу.Тоски стихия хуже плена.Бесперспективна перемена…«Пахнет вершиной лета…»
Пахнет вершиной летаСкошенная полынь.У осени есть примета:Небо теряет синь.И интенсивность цветаБлекнет в густом тумане.А листопада шум —Источник тревожных думО будущем мирозданья.М. Ю. Лермонтову
Он гений был, он был поэт,Назначенный служить воякой.Покинув мир во цвете лет,Ушёл, так и не став служакой.К себе он относился строгоИ не терпел в друзьях обмана.Его кремнистая дорогаОкутана плащом тумана.Он умудрился в двадцать семьПонять, что происходит с нами,Когда, став старыми совсем,Украшенными сединами,Мы смотрим мудрости глазамиНа прошлое с его страстямиИ грудой нерешённых тем.В сколь яркой жизнь, столь и краткойОн прятал комплексы свои.Остались до сих пор загадкойИх отношенья с Н. Ф. И.Он свой облагородил векУмом, талантом, и культурой,И, главное, литературой.В нём Демон, Ангел, ЧеловекЕго окрашены натурой.Он современен и теперь.Мир его видений прекрасен.Он противоречив, и ясен,И строг безвременьем потерь.Я верю: для великих делОн снова гением вернётся.Свой компенсируя пробел,Судьба счастливой обернётся,Ему даруя много летДля поэтических побед.Владимиру Высоцкому
(К 80-летию)
Его очень громкая лираКагэбэшников раздражала.Он в масштабе таланта ШекспираПризнан мог бы быть гением мира,Но система не позволяла.Отголоски «эпохи страха»Надорвали ХХ век.Для друзей он был парень-рубахаИ свободный во всём человек.Многогранный его талантСодержал не одно направление.Многоплановое явление:Он – актёр, гитарист, музыкант,Он – поэт, ещё бард-исполнитель,Композитор и дум властитель.Жил со вкусом, но был не франт.Для него смыслом жизни былиЕго преданные друзья.Он любил их, его любили.Дружба – это его семья.Тем не менее есть два сына.Смысл понятия «сыновья»В том, что дети – его друзья,Но их лучшая половина.В сыновьях – его бурная кровь.А для тех, кто не знал его странность:Таланта его филигранность,Что способна дарить любовь.Он по жизни бежал, не жалеяСил, здоровья, всего себя.Ярких рифм целая галереяБыла создана им, умеяВерить, чтоб жить любя.Он просил коней: «Чуть помедленнее!»Кони мчали его во всю прыть.Они не были привередливые.Он спешил слишком быстро жить.Его песни вошли без стукаВ каждый дом, ду́ши согреваяИ гитарой сердечного звукаАтмосферу тепла создавая.В этих песнях звучит наукаНе рабами – свободными быть.Жизнь вообще непростая штука(Если жизнь проживать, то с толком).Но ему окровавленным волкомПриходилось дышать и выть.И сейчас в его песнях, кромеСтрок, чеканящих чёткий ритм,Смысл его уникальных рифмКак бальзам для души – в каждом доме.2018 г.
«Как женщина умеет расцветать…»
Как женщина умеет расцветатьВесной! В ней оживает стать.Она идёт легко, расправив плечи.В ней, возродившись, жизнь бурлит опять.И слышен смех, и позитивны речи.Потухший было взгляд блестит. И ждатьОна готова судьбоносной встречи.Осенняя зарисовка
Промчались солнечные дни,Когда благоухало лето.Теперь земля ковром одетаЛиствы опавшей. Мы одниНа нашей улице шумливой.Излишне громкой и крикливойСоседки нет. Да и игривойИ добродушной детворыТеперь не слышно до поры,Для всех весёлой и счастливой,Когда оцепененья сныОт пробуждения весныУйдут с морозами. И снова,Забыв о происках зимы,В любимый сад вернёмся мы.«Моя любимая кровать…»
Моя любимая кроватьНужна для сил восстановленья.Её забота и терпеньеНеобходимы, чтоб поспатьЧасы ли, краткое мгновенье.Чтоб лёгким было пробужденьеИ уходили прочь сомненья,Есть смысл вовремя вставать.Нельзя во зло употреблятьЕё души гостеприимством.И нужно чётко сознавать:У дня и ночи нет единства.Должны все сутки состоятьИз пар противопоставлений,Чтоб не было поползновенийПоставить время суток вспять.Антагонисты утро – вечерСпокойны, что не будет встречиМеж ними ночью или днём.Они не могут жить вдвоём.У них свои приоритеты.Дню нужен свет,А ночи – тьма.Иначе будет кутерьма.И где закат, а где рассвет,Никто не сможет дать ответ.Но каждый волен выбирать,Когда ему ложиться спать.Чтоб самому не ошибиться,К кровати нужно обратиться.Бионика
Смотреть, бездействуя, была сплошная мука,Как ползала увесистая муха,Найдя себе немытое стекло,И, хаотично двигаясь, жужжала.Она оконное стекло облюбовала.Ей было там уютно и тепло.Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.