Моя индийская неделя

После этого городка (почувствуйте разницу!) мы въехали в совсем бедный райончик с хибарами, крытыми пальмовыми листьями. Дорога – приличный такой серпантин. Когда выглядываешь в окно, видно, как по бокам пути почва уходит вниз уступами, почти ступеньками. На некоторых «ступеньках» снова хибары. А если смотреть из окна машины вперёд, то мы словно по зелёному коридору едем. Ветви деревьев полностью смыкаются над дорогой, даже неба не видно. Уже очень сильно ощущается разница в природе между северным и южным Гоа. Чаран сообщает, что мы уже на юге, скоро прибудем в форт. Форт расположен на берегу моря со времён португальской колонизации и неплохо сохранился. Там даже есть храм, но он закрыт.

Небольшое отступление: я, конечно, читала и знала, что Гоа долгое время был португальской колонией. Но несмотря на это даже предположить не могла, насколько яркое наследие португальцы оставили. Их храмы повсюду! И хотя их строили чёрт-те когда, они до сих пор в отличном состоянии и очень впечатляют. На века строили колонизаторы. Всё их камня, массивное, белое-белое под синим-синим небом, однако ощущение от строений двоякое. С одной стороны, восхищение шедеврами архитектуры. Все храмы разные, нет похожих, все с выдумкой, которая заставляет их разглядывать. Нет шаблона, по которому бы их «печатали». А с другой стороны, видится в них нечто грозно-мощное, затаившееся, вовсе не мирное. Представляю, как здесь местному населению христианство когда-то навязывали… (Это мои личные ощущения. Я могу быть не права). А также поражает соседство «сытого» храма с полуразвалившейся пыльной лачугой. Это нечто. Однако, если абстрагироваться от истории завоеваний, то храмы очень красивые.

Итак, мы приезжаем в форт. Выходим из машины и из комфортной атмосферы с кондиционером попадаем в жару-у-у… Адское пекло! Солнце палит ощутимо, будто в печку шагнул. Но оно всё равно ласковое. Нежное. Нет ощущения, что тебя сейчас чпокнет по голове солнечный удар, и ты свалишься в придорожную пыль. Солнце ЛАСКАЕТ. Приятно-приятно. И если с собой есть бутылка воды, так жизнь вовсе замечательна.

Насидевшись в машине, Евгений и Нина бодро стартуют вперёд. Они вообще молодцы. Не смотря на возраст неутомимые и любознательные путешественники, восхищаюсь такими. А вот я замешкалась – беру с собой воду, фотик, шляпку… Копаюсь, короче. С удивлением чувствую, как с моей стороны открывается дверь и Чаран потихоньку спрашивает:

− Тум тику? (*Ты в порядке?)

По-индийски качаю головой. Это потрясающе прилипчивый жест! Обожаю. И он выражает сразу так многое. Им одним можно выразить огромную гамму эмоций. В сочетании с мимикой и от интенсивности покачивания – от гнева и сомнения, до радости и счастья. Я любуюсь на этот жест у местных без устали. КАК они это делают, словами не передать. Отвечаю Чарану, что всё хорошо, и мы идём за Евгением и Ниной.

Форт начинается то ли с арки, то ли с ворот, то ли два в одном. Вокруг него ров. Когда-то он был глубже и заполнен водой, сейчас зарос травой и в нём валяется мусор. Подтверждая мои догадки, Чаран показывает на море и говорит, что воду для рва брали оттуда. Ок, входим внутрь «арки». В каменной прохладе нечто вроде небольшой проходной комнатки, где второй выход не напротив, а с изгибом – влево. На стенах надписи. Скорее всего, вроде наших: «Здесь был Вася». На полу остатки древней пушки. Рядом с ней сидит колоритный нищий в позе лотоса и возле него тормознувшие Евгений и Нина. Добрая Нина протягивает нищему десять рупий. Тот не берёт. Нина настаивает. Мужик не берёт!!! Что-то говорит. Нина обиженно смотрит на Чарана и тот поясняет, что мужчина не нищий и не попрошайничает, просто отдохнуть присел. Евгений ржёт над женой.

Мы проходим сквозь арку, и дорога превращается в тропинку, поднимающуюся наверх. Сначала плавно, потом всё круче. Вот уже камни появляются большие, которые надо перешагивать и шагать по ним как по ступенькам. Мы тут не одни, есть и другие туристы, но их не много, так что никто не толкается и друг другу не мешает. Я усиленно кручу головой по сторонам. Завораживает всё: с одной стороны (справа) неровная стена из круглых выступающих камней. Трогаешь их и ощущаешь вкус древности. Это оборонительная стена форта, отгораживающая его от океана. С другой (слева) что-то вроде обрывчика и он постепенно делается круче. Если смотреть вниз, то там ещё тропа есть, куда-то ведёт. На ней (внизу) джунгли и баньян, знаменитый фикус бенгальский! Мама моя, я вижу настоящий баньян! Я в восторге. Священное дерево Индии, под которым медитировал Будда. А-ааа!!! Глазам не верю. Ну, а кроме всего прочего это дерево и само по себе красиво. Конкретно это не так чтобы большое, но и не маленькое.

В Интернете я читала, что индийцы очень любят отдыхать под баньянами, и часто устраивают возле них невообразимые помойки. Однако возле этого чисто. Только опавшие листья с прошлых сезонов. Кстати, сейчас в Гоа зима. Да, вот так! По баньяну прыгают экзотические птички, мелькнула бабочка с неровным, рваным каким-то полётом величиной с мою ладонь, и я замираю на месте, чтобы всё рассмотреть и пофотографировать. Нина и Евгений уже лезут наверх, на вершину форта, благо тропа тут одна и не ошибёшься. Чаран меня ждёт. Отрываю себя от созерцания и тоже иду к тропе. Мой проводник поднимается первым. Идёт легко, на пути оборачивается, смотрит на меня, очевидно прикидывая, смогу ли я одолеть такой подъём. Я, вообще-то, смогу. Но он решает иначе. Остановившись на особо крутом и высоком камне, Чаран протягивает мне руку. И вот тут… Простите меня, индийские боги, но бес попутал! Я даю свою руку. Вкладываю её в ладонь парню, но медленно, плавно. Будто не просто пальцы положила, а погладила. Глаза у Чарана сразу стали очень внимательные. Вот точно в Индии много значения прикосновениям уделяют! За своё хулиганство мне уже слегка стыдно, и я себя мысленно ругаю. Чаран ведёт себя безупречно. Идеальный таксист, проводник по туристическим объектам и просто гоанец.

Вид из форта сверху – просто космос. Словами выразить трудно, а фото, к сожалению, не до конца передаёт ощущение глубины, высоты, чувства полёта и желания распахнуть руки над этой бездной! И чувство замирающего сердца над головокружительной высотой. Здесь очень красиво! Синяя синь неба сливается с матовой голубизной океана. Потрясающе! Даже фотик тупит – ему не на чем зацепиться. Не выходит сфокусироваться. Вокруг одна глубина, голубизна и простор. Безграничный. Ощущаемый всеми фибрами души. А ещё фото, к сожалению, не передаёт запах. Он же здесь особенный. Древесные нотки от джунглей смешиваются с солёностью и свежестью (лёгкой-лёгкой свежестью) океана…

Придерживаясь за выступ стены, свешиваюсь вниз. Там тоже зрелище. Внизу, по краешку джунглей с одной стороны (сейчас они какого-то рыжеватого оттенка, из-за зимы видимо) и по каменистому берегу океана с другой продолжается стена форта. Уходит, извиваясь, вдаль. Не великая, не китайская, но всё равно впечатляет. Когда с высоты видишь её, представляешь труд сотен тысяч людей, построивших стену. Чувствуешь кожей её оборонительную функцию… Здорово, в общем. Мы наверху, а стена идёт резко вниз, от этой кручи, куда мы залезли. Затем чуть вверх, следуя ландшафту и снова вдаль, вдаль… Чаран говорит, что по ней можно пройтись, если есть желание. Но идти до конца стены далеко. Естественно, желания у нас не возникает. Любуемся фортом в непосредственной близости. В его стенах много узких отверстий для стрельбы. Для аркебуз, если я всё правильно помню. Впечатляет очень. Мужчины сразу к этим отверстиям прицеливаются. А мы, девочки, на море и на цветочки любуемся. Бабочка всё та же самая, дразня, появилась. Я за ней ломанулась даже, чтобы сфотографировать как натуралист чокнутый, но остановил обрыв стены. Отсюда же сверху виден небольшой искусственный водоём с зеленоватой водой, сейчас заброшенный.

Налюбовавшись, мы спускаемся вниз (мне помогают), но к выходу наш проводник ведёт нас другой дорогой. Обходит водоём, что мы видели сверху и через метров двести выходим к католическому храму. Он закрыт, то территория вокруг него чисто выметена, выложена пёстрой плиткой и это резко контрастирует с красновато-коричневой почвой возле джунглей. По этим земляным комкам бродят птички, похожие на наших цапель, только ростом поменьше. Чаран говорит их местное название, но я не запоминаю. Вообще, от общения с индийцами мой хинди стремительно улучшается. Я привыкаю говорить на нём, мне это нравится, и мне даже приходится контролировать себя – переходить на русский, когда говорю с Евгением и Ниной. Кстати, их рядом что-то не наблюдается. Мы с Чараном идём за храм и там обнаруживается небольшая площадка так же выложенная пёстрой плиткой. Посередине, типа в «клумбе» – цветущее деревце. Напротив него, в «домике» за стеклом – статуя Богини. Я сначала думаю, что это снова Па́рвати, но подойдя ближе вижу, что это католическая святая.

И вот тут я убеждаюсь, что за мной начинают ухаживать. Чаран срывает цветок с деревца и дарит его мне. Улыбка – непередаваемая. Я говорю: «шукрея». (Спасибо)

Выходим из форта той же комнаткой – аркой. Не совсем нищий всё ещё отдыхает, и Нина обиженно смотрит на него. Евгений ей что-то смешное говорит.

А вот на подъездной дороге, перед самим фортом, машин явно прибавилось. Густая толпа вновь привезённых туристов поднимается той же тропой, что недавно поднимались мы, а из окошка одного микроавтобуса торчат грязные пятки. Чаран смеётся, как мальчишка, походит и щекочет эти пятки. Оказывается, это его друг, который работает таксистом в микроавтобусе, возит туристов. (Всё-таки хорошо, что мы приехали раньше, не толкались).

Едем дальше. Минут 15-20 и мы оказываемся на пляже Аго́нда. Это… ЭТО ЧТО-ТО! Забегая вперёд, сразу хочу сказать, что Агонда – самый красивый пляж из всех виденных. Он понравился мне больше всего. Песок белый-белый, пальмы изогнулись к воде, и вода… голубая-голубая! Она тут особенно голубая. Казалось бы, тот же самый океан, но тем не менее. У нас в Калангуте вода более мутная, с зеленцой, а здесь прямо сияющее неоновое волшебство! Да ещё и пляж почти безлюдный. Нет, народ, конечно, имеется. Купается. Но мне сразу вспомнились слова гида: «… и индусни там меньше».

Индийцев здесь действительно мало. А по сравнению с Калангутом и Багой, так и вовсе нет. Но мы в первую очередь заворожённо любуемся водой. Купаемся. Волны настолько прозрачные, что, стоя по пояс, видно пальцы на ногах. По берегу и по мелководью запросто носятся раки отшельники. Для меня прямо чудо-расчудесное. Ловлю одного и разглядываю. Евгений уходит в дальний заплыв, Нина купается поблизости, потом к ним присоединяюсь и я. Волны безумно ласковые! Возможно, это самовнушение, но также мне кажется, что и вода тут теплее. Это определённо самый красивый пляж из виденных нами! Однако Чаран говорит (потом поймём почему), что следующий пляж – Пало́лем – ещё лучше. Ок, едем. Вытираемся, собираемся. К нашему потом запоздавшему сожалению мы провели в Агонде непростительно мало времени. Но фотки я всё же сделала.

Ещё через 15 минут приезжаем в Палолем. Тут тоже здорово. Издалека видим голубые волны и пальмы, но мне как человеку привыкшему смотреть в объектив фотокамеры, сразу видна разница в оттенках: она не такая голубая как в Агонде, не такая! Но здесь у пляжа своё достоинство: по берегу и в воде «разбросаны» большие, округлые, обточенные волнами до шёлковой гладкости чёрные камни. В сочетании с белым песком и пальмами прямо не Гоа, а Сейшелы. Евгений сразу в восторге. С его дальними заплывами возможность полежать на этих камнях – самое оно. Так что, кому что. Ещё, по сравнению с Агондой, тут более людно. Всё побережье застроено бунгало, они стоят почти у воды. Здорово, наверно, в них спать, слушая шелест волн.

Перемешиваясь с бунгало на берегу расположены кафе, открытые всем ветрам и солнцу. Только крыша имеется, столбы-опоры, да по бокам развевающиеся шторки. По всему побережью тянет запахами еды. Мы уже голодные и Чаран, словно предугадывая вопрос, указывает рукой на кафе, говоря, что в этом неплохо кормят. Мы идём за столики, а Чаран в машину, получив от администратора кафе откат за приведённых клиентов. (Вот он, его интерес. Меня, любопытную, конечно же разодрало оглянуться в самый неподходящий момент, и я вижу мгновение передачи денег). Прикалываюсь, говорю об этом Нине: вот почему наш водитель говорил, что Агонда хуже и сюда стремился.

Но мы в принципе не в претензии, так как цены на еду во всех кафе приблизительно одинаковые. А кроме того, как говорила гид, есть в местах с большим потоком людей безопаснее – продукты не успевают залёживаться.

Сразу скажу, что еда в этом кафе действительно была вкусная, вот только обслуживание притормаживало. Прилично народу было. Заказываем обед. Я, как всегда, убиваюсь по свежевыжатому ананасовому соку. Уже успела перепробовать несколько разных и конкретно запала на ананасовый. Мои компаньоны по пиву. И то и другое приносят быстро. Пиво открывают при клиенте, к соку полагается зонтик. Из еды мои товарищи заказывают сиззлер (шкварчащая сковородка) с рыбой, а я снова пробую что-то национальное, индийское, острое-острое, но блин! Мне нравится!!! К тому же, уже полюбившиеся мне лепёшки с чесноком и сыром снимают эту остроту превосходно, наравне с соком. Кстати, в этом кафе лепёшка особенно вкусная. Низ аж похрустывает от прижаренности, верх нежный-нежный… Тает на языке. Сыра столько, что он аж сыплется вниз вкусным дождичком… Сиззлер у моих товарищей тоже выглядит очень привлекательно и я даю себе слово заказать его в след раз, хоть это и не национальная кухня.

Обед несут долго, вайфай не загрузился (сдувает его тут что ли??) и я развлекаюсь наблюдениями за людьми. Очень люблю смотреть за эмоциями и живым человеческим общением. Слева и наискосок – большая русская компания, человек десять. Шумно делают заказ, все с пивом. Дружные, весёлые, смотреть одно удовольствие. Справа – молодая семейная пара индийцев с дочкой. Картина маслом: дочка черноглазая куколка, смуглянка с кудряшками в европейском платьице и бантиками. Ей классно. Перед ними накрытый стол, но муж и жена не едят: оба со своего сокровища глаз не сводят. А малявка сосредоточенно поедает мороженное, губки сладкие облизывает, они у неё все в капельках. Мама и папа в напряжении. Мама следит, чтобы маленькими кусочками ела, а папа платочек в мужественной смуглой руке сжимает, чтобы девонька его любимая не обляпалась. Умилительно! Прихожу в себя от того, что рядом Нина пытает официанта какая рыба будет у неё и мужа в сиззлере. Официант её не понимает. В итоге, отчаявшись, притащил на подносе сырую рыбу – демонстрационный образец.