Интенция 2. Опутанный неизбежностью

Глава 1. Полотно

Лаура Петерсон с нежностью смотрела в сонные серо-голубые глазки, которые уже закрывались. «Моей Элис три года», – подумала она и аккуратно уложила дочку в детскую кроватку. Малышка протягивала свои маленькие ручки, показывая, что хочет еще побыть с матерью. «Ну что ты, ты уже совсем сонная, поспи, отдохни, моя чудесная девочка. Мама здесь, неподалеку», – прошептала Лаура. От этих ласковых слов маленькие глазки начали потихоньку закрываться. Элис никогда не приходилось уговаривать поесть, поспать, погулять и поучиться. Она и ее брат-близнец Реан послушно выполняли все просьбы матери.

Прокручивая в голове свою жизнь, Лаура поймала себя на мысли, что эти годы, проведенные с детьми, были самыми счастливыми в ее жизни. Она никогда и подумать не могла, что заботиться о маленьких крохах может быть настолько приятно. Лаура не раз жалела, что четыре года назад задумывалась об аборте. Она даже готова была это сделать, но что-то в последний момент остановило ее. Какой же дурой можно быть?

Родственники помогли Лауре переехать из Ицара в Капеллу. Дядя с тетей разрешили ей временно пожить в их маленьком двухэтажном домике на окраине Капеллы, где она и поселилась с двумя малышами. Места хватало: две просторные спальни наверху и большая гостиная с кухней внизу. Дом давно не ремонтировался, и по нему то и дело гуляли небольшие сквозняки, но зато вечером можно было погреться вместе с детьми у старинного камина.

Родители ежемесячно переводили Лауре немного денег. Этой скромной суммы хватало на самое необходимое. Раньше Лаура считала, что сможет быть счастлива, если выйдет замуж за успешного и влиятельного мужчину. Но появление детей в ней что-то изменило. Несмотря на бессонницу и постоянные бытовые хлопоты, время пролетало быстро и с радостью.

Лаура с любовью посмотрела на свое спящее дитя и тихо спустилась по скрипящей лестнице к маленькому Реану. Проходя через гостиную на кухню, она ласково взглянула на него. Тот сидел, увлеченно уставившись в цветной телевизор. Кроме мультиков, Реан очень любил познавательные передачи про природу, особенно про животных. Лаура не боялась ненадолго оставлять своих детей одних, даже если нужно было отлучиться за продуктами. Они были умны не по годам, поэтому молодая мать дни напролет изучала книги про развитие детей.

Элис и Реан начали говорить довольно рано и уже к году произносили предложения. Посоветовавшись со специалистами, Лаура решила сделать из своих детей вундеркиндов. Она представляла, как в будущем они станут великими людьми, и это будет ее заслуга. В перерывах между работой по дому она учила их читать, показывала им познавательные фильмы, вместе с ними рисовала и играла. Реан и Элис почти никогда не капризничали и охотно выполняли все мамины задания. Когда у них получалось, они сияющими глазками смотрели на нее, ожидая одобрения или похвалы. В такие моменты Лаура просто не могла удержаться от того, чтобы взять их в охапку и крепко-крепко обнять.

Часто во время прогулок на детской площадке другие мамы жаловались ей на своих неуемных сорванцов, с завистью поглядывая на ее двойняшек. В то время как другие носились по улице, громко вопя, Реан и Элис мастерили в песочнице замки и незамысловатые фигурки. Лаура была суеверной и боялась, что эти женщины могут сглазить ее детей и с ними может что-то случиться.

Неожиданно из гостиной послышался громкий смех Реана. «Наверное, опять что-то забавное увидел в мультфильме», – подумала она. Смех становился громче, в нем слышалось любопытство – обычно Реан так реагировал на незнакомцев. Обеспокоенная, Лаура сделала несколько шагов и заглянула в гостиную через приоткрытую дверь. Там никого не было. «Странно», – подумала она и тут же заметила, что Реан смотрит вовсе не в телевизор, а в другую сторону. Но там ничего не было. Женщину не покидала тревога, потому что ребенок что-то явно с интересом разглядывал. Присмотревшись, Лаура заметила странный отблеск в пространстве, который переливался, образуя прозрачный едва видимый силуэт в форме полотнища. Медленно плывя по воздуху, оно приближалось к ее сыну.

На мгновение Лаура окаменела от испуга. Ей сразу вспомнились сводки новостей, – как в городе похищали детей, которым было от года до пяти лет. В ее памяти надолго запечатлелась фотография малыша, милого и невинного, как ее дети, которого, как и многих других, забрали у родителей. Подобные случаи в Капелле были не слишком частыми, в год пропадали несколько десятков. Раньше она никогда не тревожилась по этому поводу, потому что жила в многомиллионном городе. И вероятность того, что такое могло бы случиться с ней и ее детьми, была очень мала.

В паническом ужасе она схватила ближайшую со стола сковородку и побежала к этому полотнищу. Выкрикивая: «Оставь моего сына!» – она принялась колотить его. Полотнище выглядело извилистым, гибким, и где-то обтекаемым, но при этом оно оказалось довольно твердым. При первом же ударе сковородка будто врезалась в металлическую поверхность. Лаура била полотнище что есть силы, как сумасшедшая. Реан, тревожась за маму, начал плакать и кричать: «Мама, мама, перестань!», но Лаура не могла остановиться. Преодолевая боль в ладони, она наносила удары один за другим. В какой-то момент ей показалось, что скорее ручка сковороды повредит ей руку, чем она нанесет хоть какой-то вред этому полотну.

В переливающейся поверхности показалась трещина черного цвета, из которой посыпались крупинки оранжевых искр. Это заставило Лауру остановиться и перевести дыхание. Полотнище энергичными импульсами заметалось из стороны в сторону, снося все вокруг. Светильник свалился и потух, телевизор повис на одном крепеже, а стеклянная дверца шкафа рассыпалась вдребезги. Лаура взяла Реана на руки и прижала к груди, закрывая собой от опасности. Продолжая дергаться в воздухе, полотно влетело на кухню. Также хаотично мечась из стороны в сторону, оно рушило посуду, полки и раскидывало продукты. Через пару минут оно пробило закрытое окно и вылетело наружу.

Лаура дрожала, стиснув в объятиях Реана. «Мама, не бойся, оно улетело», – произнес мальчик. Женщина пыталась успокоить себя, постепенно выравнивая дыхание. Неужели она смогла защитить своего ребенка? В Капелле пока это никому не удавалось. Неожиданно, из спальни наверху раздался звук ломающегося стекла. «Нет, Элис!» – с испугом воскликнула женщина и тут же побежала на шум, крепко держа на руках сына. Страшные ожидания женщины оправдались: в детской кроватке дочери не оказалось, а окно было сломано. Неужели за ее детьми могли отправить два таких полотна? Не обращая внимания на осколки, валяющиеся на полу, женщина подбежала к окну и увидела, как Элис, обернутая в прозрачное полотно, по воздуху удаляется от нее. Увидев маму, девочка громко заплакала.

Не выпуская из рук сына, Лаура быстро спустилась по лестнице и прямо в домашних тапочках выбежала на улицу. На дворе уже стемнело, и вокруг не было ни души. Вечерняя прохлада касалась открытых частей тела, не защищенных легким халатом. Присмотревшись, Лаура увидела вдали полотнище, которое летя чуть выше деревьев, уносило ее дочь в темную даль. Женщина бежала изо всех сил, и, глотая слезы, кричала: «Стой!» Полотно постепенно исчезало в вечернем полумраке, так что скоро Лаура потеряла его из виду. Борясь с одышкой, она остановилась и закричала: «Нет! Моя девочка!» – и громко зарыдала. Реан тоже похныкивал, обнимая маму.

Лаура не стала отчаиваться и, вернувшись в дом, тут же вызвала полицию. Выход есть всегда, какой бы сложной ни была проблема. Этот девиз родители вбили ей в голову еще в детстве. Полиция явилась спустя примерно двадцать минут. На их лицах не было и тени сострадания к убитой горем женщине.

– Это не первый такой случай, вы же понимаете это, – объяснял ей мужчина с безразлично-усталым лицом.

Лауре казалось, что он вообще не хотел приезжать на ее поздний вечерний вызов. Лихорадочно перебирая разные варианты, она пыталась найти решение:

– А нельзя как-то перехватить их? Ну, у вас же есть вертолеты.

– Наши службы пытались, но объект слишком мал и проворен. У нас нет такой техники, которая бы могла это сделать. Сбить полотно мы тоже не можем, иначе пострадает ребенок.

– А нельзя как-то проникнуть за барьер и вернуть похищенных детей? – словно в безумии тараторила Лаура.

Полицейский слегка усмехнулся, стараясь проявить понимание к этой красивой женщине:

– Ну, вы что, не в курсе? Еще никому не удавалось проникнуть за стену, – полицейский достал свои бумаги и начал их заполнять, – давайте вы успокоитесь, а мы сделаем все, от нас зависящее.

Лауру затрясло от обиды. Неужели они хотят оставить все как есть и превратить ее проблему в очередную груду бумаг в полицейских архивах?

– Что вы сделаете?! – женщина перешла на крик, – моего ребенка похитили прямо из моего дома. Нужно что-то срочно сделать! Что вы предпримете? – голос Лауры надрывался.

Полицейский также безразлично посмотрел на нее:

– Выпустите сына из рук, вы его пугаете.

С момента похищения дочери Лаура не выпускала Реана из своих объятий. Она не разжимала рук, боясь, что его тоже могут забрать.

– Давайте вы успокоитесь.

Полицейский взял Лауру за руки и попытался аккуратно разъединить их.

– Не прикасайтесь! От вас никакой пользы! Вы никого не защищаете!

Полицейский развел руками и, посчитав, что выполнил свою работу, направился к выходу, сказав напоследок:

– Если будет что-то известно, мы с вами свяжемся.

Лаура встала и проводила его. На выходе из дома ее ослепили вспышки света. Это были журналисты. Лаура была просто в гневе от того, что они хотели сделать из ее несчастья новость:

– Убирайтесь, я не разрешала себя снимать! – прокричала Лаура и захлопнула дверь, после чего принялась набирать номер мамы, все еще не отпуская Реана. Дрожащие онемевшие пальцы отказывались попадать в нужные цифры на экране мобильного устройства. Лауре пришлось напрячься, чтобы рука наконец начала слушаться ее.

Послышались гудки. Фелиция долго не отвечала, видимо, потому что уже спала. Вскоре в трубке все же послышался знакомый голос:

– Что случилось, почему ты так поздно звонишь?

– Мама, они забрали ее, – зарыдала в трубку Лаура.

– Кого забрали, ты о чем?

– Элис забрали в Селектион. Эта хреновина обволокла ее и унесла по воздуху.

– Какой ужас!

Мать замолчала, словно не зная, что еще сказать.

– Ты сама в порядке?

– Нет, мама, они хотели еще забрать Реана, я с трудом его отбила, мне страшно…– в конце фразы ее голос задрожал.

– Мы обязательно что-нибудь придумаем, не паникуй.

На фоне послышался знакомый мужской голос. Фелиция ненадолго отвлеклась от разговора с дочерью, чтобы объяснить мужу ситуацию.

– Потерпи, мы с папой к утру приедем.

Повесив трубку, Лаура заперла все двери в доме, а окна заставила стульями. Даже если они не остановят полотнище, то она хотя бы услышит шум и, может, успеет скрыться с сыном.

– Мам, а где Элис? Она вернется? – грустно спросил Реан.

– Не знаю, наверно, уже нет, – удрученно ответила Лаура.

Ей следовало солгать, чтобы не травмировать психику ребенка. Но сейчас у Лауры совершенно не было сил придумывать отговорки для сына.

Реан заплакал, и женщина пожалела, что произнесла вслух эти слова.

– Ну не плачь, я точно не знаю, может быть, и вернется, прилетит обратно на облачке, – пыталась она утешить ребенка.

Снова пролистав в телефоне новости о пропавших детях, Лаура окончательно убедилась в том, что больше не увидит свою дочь. Из Селектиона пока никто не возвращался, и это был факт, та реальность, которую Лаура не могла принять. Она все еще надеялась, что Элис спит наверху в своей комнатке, и что утром снова увидит это радующееся ей лицо.

Лаура постелила белье прямо на диван в гостиной и, оставив светильник включенным, улеглась с Реаном спать. Тот заснул сразу же, видимо, от эмоционального утомления. Лаура же не сомкнула глаз. Она вздрагивала от любого шороха. Ночь тянулась, словно вечность. Наутро по привычке Лаура открыла в сети сводку новостей, где увидела статью о себе. Первое, на что она обратила внимание – это на свой безумный перепуганный вид. А ее домашняя одежда не делала ее красивей. «Хоть бы предупредили, прежде чем фотографировать», – проворчала вслух она. Даже в такой ситуации она хотела выглядеть блистательно и красиво. Неожиданно ее охватила паника. В голове пронеслась тревожная мысль: «Он ведь все узнает! Какая же я дура!». От негодования и тревоги она нервно дергала себя за волосы. Ночью она считала, что хуже и быть не может, но увы.

Звонок в дверь прозвучал, как спасительный клич. На пороге стояли старомодно одетая женщина лет пятидесяти и седоватый мужчина. Лаура с болью смотрела на своих родителей. Те крепко обняли ее, произнося сочувственные слова.

– Ты ведь жила отдельно от нас, мы так и не успели привязаться к внукам, но нам очень тяжело. Я представляю, через что тебе пришлось пройти, – успокаивал ее отец, поглаживая по спине.

Родители зашли в дом, и Лаура рассказала им о пережитом ужасе.

– Мне нужно как можно скорее уехать отсюда. – Лаура пыталась объяснить свое непростое положение, не сболтнув лишнего, – отец Реана и Элис может обо всем узнать, тогда у меня точно будут неприятности.

– Мы с мамой поговорили и решили снять для вас небольшое жилье в более обеспеченном районе. У них там комнаты оснащены сигнализацией.

Лаура очень ценила то, что родители для нее делали все эти годы. Они не так много зарабатывали, но если ей нужна была помощь, то они всегда были готовы безвозмездно отдать ей отложенные деньги.

– Спасибо, папа.

Грусть так и не сходила с лица Лауры.

– Я понимаю, как тебе сейчас больно, но ее уже не вернуть, – отец положил руку Лауре на колено. Та согнулась, наклонившись вперед, обхватила лицо руками и заплакала. Мать обняла ее, нежно поглаживая по голове.

Родители Лауры договорились с арендаторами, так что уже к середине того же дня она вместе с Реаном смогла переселиться на новое место. Новый район оказался довольно дорогим и благоустроенным. Мало кто мог позволить себе жилье в этом месте. По сравнению с загородным домом квартира была маленькой, но Лауре нравилось, что рядом есть и сад, и школа, и много гипермаркетов. Лаура всегда мечтала, чтобы ее сын и дочь росли вместе с детьми обеспеченных семей.

На следующий день она вывела Реана погулять на местную детскую площадку. Реан, прихватив с собой ведерко и лопатку, направился к песочнице. Осмотревшись, Лаура заметила, что здешние мамы одеты куда дороже, а лица у них более ухоженные. пригороде Капеллы редко можно было встретить женщин, одетых в модные бренды. Там люди меньше беспокоились о своем внешнем виде – их больше волновало пропитание. Сейчас вымотанная, с кругами под глазами, она смотрелась хуже на фоне местных модниц.

Неожиданно к Реану подбежала темноволосая девочка примерно его возраста и грубо выхватила у него из рук лопатку со словами: «Отдай, я тоже хочу!». Реан некоторое время смотрел перед собой, а потом заревел. Лаура направилась к песочнице, чтобы успокоить сына. В это время к этой грубой девочке подошла молодая зеленоглазая девушка с завязанным платком на голове, которая принялась ее отчитывать:

– Джульетта! Я сколько раз тебе говорила не брать чужое! А ну, быстро вернула!

Девочка виноватыми глазами посмотрела на маму, но лопатку все равно спрятала за спину.

– Несносная девчонка! Опять за свое!

С этими словами девушка выхватила у той лопатку и протянула ее Реану.

– Держи, не плачь, она так больше не будет. Ведь так? – угрожающе посмотрела она на девочку.

Лаура, зная покладистый характер сына, боялась за его будущее. Что же с ним будет потом, если сейчас у него отнимают игрушки?

Лаура встретилась взглядом с девушкой. От ее заботливых зеленых глаз веяло чем-то теплым. Девушка начала оправдываться, сохраняя позитивные нотки в голосе:

– Простите, я правда уже не знаю, что с ней делать. Сколько ни говори, она за свое. У меня еще есть сын, она с ним дерется каждый день. Хорошо, что он крепкий, – засмеялась девушка. – Ах да, я Дражена.

Лаура сейчас охотно шла на контакт. Последние несколько лет ей очень не хватало общения с подругами. Живя в пригороде Капеллы, отдавая себя всю детям, она так и не обзавелась новыми знакомыми.

– Я Лаура, мы только недавно переехали сюда.

К ним подошла еще одна девушка, интеллигентного вида, с темными волосами, завязанными в хвост.

– Твоя опять учудила? – с долей иронии произнесла она.

– Джульетта просто неуправляемая. Я с ней веду воспитательные беседы каждый день, и ей хоть бы что.

К молодым дамам подбежал маленький мальчик с золотистыми волосами. Увидев Реана, он что-то восторженно выкрикнул. Мальчик достал из кармана машинку и протянул ее новому другу. Реан тут же оживился. К ним сбоку медленно подошла Джулия, всем видом показывая, что тоже хочет с ними дружить. Реан нахмурился, и отступил от нее несколько шагов назад.

– Кажется у них появился новый друг. Я Руфь, – поприветствовала новую знакомую мать золотоволосого мальчика.

Обе девушки показались Лауре простыми и доброжелательными. Раньше она думала, что в таких районах живут одни надменные дамочки, гоняющиеся за модными брендами. Но Дражена и Руфь вовсе не выглядели такими.

Девушки быстро сдружились. Лаура выяснила, как записать ребенка в детский сад и узнала еще много полезного. В середине разговора Руфь сочувственно посмотрела на нее и осторожно произнесла:

– Это не мое дело, но у вас заплаканные глаза. Вас что-то мучает?

Лаура собралась с чувствами, но как только начала говорить, слезы потекли сами.

– У меня забрали… дочь… за купол.

Она едва договорила, вытирая глаза и нос. Девушки с ужасом посмотрели на нее, а потом на своих чад. Ни одна из них не хотела бы оказаться на ее месте.

– О, бедная, – Дражена сочувственно обняла ее.

Лаура со слезами рассказала все, что пережила за последние сутки. Новые подруги искренне поддержали ее.

– Они ведь снова придут за моим сыном. Я не знаю, что мне теперь делать, – мотала головой Лаура, кусая губы.

Женщины переглянулись. Руфь посмотрела на Дражену, будто искала в ее взгляде одобрения, потом заговорила:

– Я знаю одну молодую девушку. Она вроде предсказательницы, хоть и вовсе не похожа на ведьму. Но самое главное, ей очень много известно о Селектионе, правда, я не знаю откуда. Многое из того, что она нам предсказывала, сбылось.

Лаура перевела взгляд на Дражену, и та утвердительно кивнула.

– Ее зовут Хелен, но она живет далековато, в пригороде Ицара.

– Я оттуда родом, – произнесла Лаура.

Возможно, эта Хелен могла быть ее последней надеждой. Вчера, проматывая хроники новостей, Лаура узнала много необычного. Это полотнище каким-то образом похищало даже детей, находящихся под круглосуточным присмотром. Ей повезло, что она вообще смогла распознать его своим обычным зрением.

Новые подруги дали Лауре адрес Хелен и уже ранним утром вместе с Реаном она добралась до малолюдной местности в окрестностях Ицара. Малыш успел в дороге поспать, поэтому, когда мама вытащила его из такси, бодро с ней зашагал к домику. На пороге дверь им открыла молодая девушка с завязанными в пучок волосами. Лауре показалась странной ее небрежная прическа, которая не сочеталась с красивым лицом. Поздоровавшись с хозяйкой и пройдя в дом, Лаура решила по-женски дать ей совет.

– Вам бы больше подошло ходить с распущенными волосами, мужчинам такое очень нравится.

Обычно Лаура не вела себя бестактно, но эта предсказательница выглядела слишком простой и неопытной.

– Зато мне не нравится, – прервала Хелен, – я же не ведьма. Волосы электризуются и собирают всякую энергетическую дрянь на себя. Я бы вообще побрилась налысо, но люди не поймут.

«А я, что ведьма?» – подумала Лаура, поправляя свои длинные светлые волосы. Обстановка в доме навевала на нее скуку. Картины, музыкальные инструменты, книги – во всем этом она почти не разбиралась.

Усевшись на стул, она рассказала о случившемся. Хелен сочувственно смотрела на нее и внимательно слушала, а потом выдала то, что Лаура не ожидала услышать:

– Ему там будет гораздо лучше.

Такой ответ ошарашил настрадавшуюся женщину. Не сдержав эмоций, она выкрикнула:

– Ему будет лучше со мной, с матерью! Я его родила, никто не полюбит его сильнее, чем я!

Хелен с горечью посмотрела на женщину и продолжила:

– Вы не понимаете. В Селектионе все устроено по-другому. Ему там будет гораздо легче, чем здесь. Он получит хорошее образование и сможет добиться невероятных высот. По крайней мере он вырастет со здоровой психикой, а здесь я этого не гарантирую.

Лаура нервно заерзала на стуле.

– О чем вы говорите, я не понимаю! – возмущалась она.

– Я не могу вам многого сказать, просто поверьте мне, – искренне упрашивала ее Хелен.

– Вы так говорите, будто сами там были.

Хелен ничего не ответила. Лаура была крайне удивлена. Она впервые слышала о том, что кто-то смог побывать за барьером.

– Я попробую помочь вам, но вы должны обещать, что дадите этому ребенку столько, сколько способны пожертвовать.

– Я готова свою жизнь отдать за него, – твердо заявила Лаура.

Хелен несколько минут размышляла, то и дело что-то бормоча себе под нос. Лаура смогла только расслышать отрывки мыслей молодой предсказательницы: «…что же придумать… как перебить частоту…».

– О, я гений!

– Что, что? – с нетерпением в голосе спросила Лаура.

– Но вам придется очень непросто, – пристально посмотрев на собеседницу, Хелен продолжила, – нужно будет завести дома много собак, штук шесть.

– Что?! – воскликнула Лаура, – я ненавижу собак!

Ей казалось, что Хелен сумасшедшая и несет какой-то вздор. Причем тут вообще собаки?

– Так надо, поверьте, вы же хотите оставить у себя сына?

– Но чем мне помогут собаки? Они не смогут его защитить.

– Собаки своим магнетизмом перебьют частоту мальчика и сделают его невидимым для полотнищ.

– Я ничего не понимаю, – вздохнула Лаура.

– Вы меня заставляете говорить вещи, которые я не имею права выдавать, – Хелен с укором посмотрела на Лауру, – они забирают детей чистых, вы таких называете ангелами.

– Я знаю, что мои дети – ангелы, – с гордостью ответила Лаура, не вникая в смысл сказанного, – но причем тут собаки?

– Вы когда-нибудь замечали такое странное явление? Люди, которые много лет живут со своим домашним животным, очертаниями лица чем-то становятся похожими на него.

Лаура вспомнила старушку из соседнего дома, которая десять лет держала у себя собаку. У них не только внешность, но и походка чем-то были схожи.

– Это энергообмен между двумя тесно взаимодействующими существами. Точно так же, как члены семьи перенимают качества друг друга.

Лаура примерно поняла смысл сказанного, и теперь ее интересовало другое: сколько будет длиться этот кошмар?

– Нужно будет потерпеть, пока Реану не исполнится шесть лет. В этом возрасте они уже не забирают.

Лаура запустила пальцы себе в волосы и подавленно застонала, но потом произнесла:

– Я все поняла.

– Но мне не все понятно, – подозрительно посмотрела на нее Хелен, – вы не выглядите как низкочастотная… Это странно, почему они его забирают? Нужно проверить.

– Что?

Хелен вышла из комнаты и вернулась обратно с небольшой плитой, на вид сделанной из мрамора. Лауре она показалась похожей на надгробие. Неужели эта Хелен таскает домой предметы с кладбища? Но потом, разглядев на плите индикаторы, она поняла, что это какое-то устройство.

– Приложите сюда свою руку, – Хелен указала на выемку Лауре.

Эта предсказательница сама странная и устройства у нее странные. Лаура с недоверием выполнила указание, и на экране загорелось: «Норма. +3 единицы».

– Что это?

Хелен не ответила на вопрос, а лишь произнесла:

– Как я и думала, а давай-ка проверим малыша.

Хелен взяла маленькую ручку Реана и приложила ее к плите. Экран выдал: «+27 единиц. Высокая частота».

– Вам очень повезло с сыном. Но все же непонятно, почему он попал под прицел. Ведь вы для него не опасны. Кто его отец?

Лаура замешкалась с ответом и заявила, что точно не знает, что это была какая-то случайная связь.

Хелен сосредоточенно рассматривала мальчика. Потом, положив руку Реану на голову, закрыла глаза. Лауре казалось, будто провидица пребывает в каком-то трансе. Неожиданно глаза открылись и Хелен охнула:

– О боги, мои наставники! Я прошу вас, купол убережет его от отца, вы не сможете от него нигде скрыться, если он узнает о ребенке.

– Это мой ребенок, и я никому его отдам! – твердо заявила Лаура.

Выражение лица Хелен изменилось на пренебрежительное: