Письма из Гималаев

© 2020 Reinhold Messner

© 2020 Piper Verlag GmbH, München/Berlin

© Морозова П.А., перевод, 2023

© Бойко С.В, литературный редактор, 2023

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

Фото на обложке: © Bernhars / GettyImages.ru

Не пойду – пропаду.

27 июня 1980

Дорогой Райнхольд!

Пишу тебе в Тибет, хотя не уверена, получишь ли это письмо!

Ты живешь в совершенно ином мире, в отличие от братьев, и дело тут не в одних только горах.

Знаю, ты не можешь иначе, но береги себя!

Ровно десять лет назад вы с Гюнтером были на Нанга-Парбат. Тогда я надеялась, что после этого ты останешься дома.

Но ты снова отправился в горы, и, несмотря ни на что, я не пыталась тебя удержать. Не делаю этого и сейчас. В Европе тем временем многое изменилось, горизонт сужается.

Я начинаю все больше понимать твой образ жизни.

Оставайся в Тибете, если у нас грянет война или революция, и береги себя. Я думаю о тебе!

Мама

Чем дальше от дома, тем сильнее тянет обратно.

8 февраля 2020

Любимая,

сегодня я летел из Бутана в Непал, и, когда самолет приблизился к гряде Гималаев, из утренней дымки показалась Канченджанга. Вот это зрелище! Вскоре мы пролетели мимо Джомолхари, и я увидел Макалу, Лхоцзе и Эверест – их восточные склоны освещало восходящее солнце. При мысли о том, что в 1970-х у меня ушло десятилетие только на то, чтобы просто увидеть все четырнадцать восьмитысячников, становится понятно, каким это было счастьем – отправиться в таинственную Страну снегов – и как трудно было поддерживать связь с внешним миром. Как нелегко приходилось моей матери, которая месяцами не знала, где я.

Мне уже не удастся «положить Нанга к твоим ногам», как обещал Маммери своей жене в 1895 году, зато я могу много рассказать тебе о Гималаях. Лха гьяло[1].

Твой Райнхольд

Разделенная страсть

«Письма из Гималаев» рассказывают о стремлениях: о том, что вдохновляет месяцами, а порой годами, прежде чем поедешь в экспедицию, и о тоске в далеких странах по дому, семье и близким. Меня в Гималаи привели сначала романтические переживания. Они стали почвой, на которой росли идеи новых, более смелых начинаний, пока не наступало время, невзирая на тревогу родителей, братьев, сестер и жен, снова отправляться в путь.

Часто проходили месяцы, прежде чем письма со склона восьмитысячника Макалу попадали к адресатам. Сначала письмо из высотного лагеря спускалось в базовый, затем посыльный доставлял его в городок Тумлингтар, оттуда легкомоторным самолетом Twin Otter оно переправлялось в Катманду. Дальше несколькими авиарейсами письмо попадало в Европу и уже по земле достигало места назначения. Ответа обычно приходилось ждать так же долго. Нередко письма приходили домой уже после моего возвращения, и нетерпение, с которым их ждали родные, оказывалось напрасным.

Публикацией писем из Гималаев я преследую две цели: рассказать об опыте альпинизма за последние пятьдесят лет и предоставить вниманию читателя, пожалуй, самые искренние рассказы о Стране снегов. Это мои письма и ключевые письма других восходителей, необходимые для понимания двухсотлетней тяги людей к Гималаям.

Всю жизнь я обращался к опыту предшественников – великих первопроходцев, стараясь понять и почувствовать, как они пришли к восхождениям. Кроме того, мне посчастливилось выжить в более чем пятидесяти гималайских экспедициях. Благодаря этому постепенно складывалось понимание глубинных изменений в высотном альпинизме. Пришло время сделать эти письма общим достоянием, история, рассказанная в них, более не принадлежит лишь родным и близким.

Когда повезло родиться рано

Мои занятия альпинизмом имеют больше общего с искусством, нежели со спортивными достижениями. Неважно, хожу ли по отдаленным горным долинам или альпийским лугам, где за тысячелетия сложилась самобытная культура, или поднимаюсь по ущельям, ледникам и скалам, – взаимодействие с горой нельзя измерить одними цифрами: затраченным временем, категориями трудности, набранной высотой. Остаться в живых в ледяной вышине – не что иное, как искусство. Жизнь настоящим моментом, а также счастье, которое получаешь в процессе восхождения, то есть многообразие переживаний, открытий, принимаемых решений, составляют то, что я считаю традиционным альпинизмом: восхождение как путешествие по страницам истории Земли и способ познания человеческой натуры. Пятьдесят лет подряд в письмах домой я фиксировал то, как испытывал на себе силу природы в Гималаях и Каракоруме, и пытался выразить все то, что там, наверху, придает нашей жизни смысл. Так же поступали и другие люди, разделявшие и разделяющие страсть, которая вдохновляет идти на высочайшие вершины. «Письма из Гималаев» – вне зависимости от их значимости – задокументированная жизненная позиция и чувства, которыми хотелось поделиться. Речь идет о непосредственно пережитом и о том, как убедить других в реальности этих переживаний.

Подборка писем не отличается объективностью, впрочем, ею не отличается и история в целом, однако они прекрасно передают дух времени, будь то представления о возможном и невозможном или «исторически обусловленное» высокомерие сагибов – нас, «белых людей»[2].

Порядки и правила в Гималаях когда-то устанавливались богами. Однако эти представления о мироустройстве постепенно сходили на нет и окончательно исчезли с появлением наших историй о покорении вершин. Запад и Восток, городская культура и культура горных народов продолжают взаимодействовать и смешиваться, в частности, потому что в них самих постоянно происходят изменения. С каждым столетием культурное разнообразие уменьшается, уцелевшие культуры подстраиваются друг под друга, становятся масштабнее, сложнее и… поверхностнее. Между тем, что считается приключениями сегодня, и тем, какими они были прежде, пролегает пропасть: раньше приходилось принимать в расчет законы природы, путешествия были полны опасностей и препятствий, на преодоление которых уходили немалые усилия, сейчас на смену пришли аттракционы для туристов, а желаемое выдается за действительное. «Письма из Гималаев» рассказывают о подлинном единении человека с природой и о счастье побывать в горах, когда это было совсем не просто.

Считается, что жители Бутана – самые счастливые люди на свете. Но разве можно определить степень счастья с помощью анкеты? Как и прежде, счастье зависит от желания искать его. А еще им необходимо делиться, особенно с теми, кто у домашнего очага ждет весточки из последних диких уголков Гималаев.

Благодаря Марко Поло уже в XIII веке в Европе узнали о высочайших вершинах мира:

«Отсюда три дня едешь на северо-восток, все по горам, и поднимаешься в самое высокое, говорят, место на свете… Двенадцать дней едешь по той равнине, что называется Памиром; и во все время нет ни жилья, ни травы; еду нужно нести с собою. Птиц тут нет оттого, что высоко и холодно. От великого холоду и огонь не так светел и не того цвета, какв других местах, и пища не так хорошо варится»[3].

На рисунке (слева направо): Роберт, Герман, Адольф. Уроженцы Мюнхена братья Шлагинтвейт, одни из первых европейских исследователей Гималаев (рисунок 1892 года).

Глава I

Время первопроходцев

1850–1924

«Я сделаю все возможное, чтобы положить Нанга к твоим ногам»

Ваше высокопревосходительство!

По завершении нашего путешествия по Центральной Индии считаем почетной обязанностью сообщить Вам некоторые сведения о нем, но прежде всего с глубокой благодарностью должны отметить значение и ценность Ваших рекомендательных писем. Благодаря Вашему живейшему участию нас повсюду принимали с большим радушием, и все без исключения чиновники содействовали решительно во всем, чтобы помочь исследованиям. Вас здесь знают и уважают, как, впрочем, и везде; нередко местные жители в городах удивляли тем, что подробно расспрашивали о Вас, узнав, что мы из Германии.

Мы решили отправить королю отчет о путешествии (за исключением первого и последнего предложения его, вероятно, примут и в Географическом обществе), а также официальное донесение индийскому правительству. В связи с этим просим Вас сообщить Академии некоторые сведения из части III А, касающейся научных наблюдений явления вечерней и утренней зари, а также по возможности кое-что из части IV. Уверены, доктор Рат или доктор Эвальд не откажут в любезности перевести эти отрывки. Ввиду множества интереснейших объектов для ежедневного изучения мы не имели возможности осуществить перевод самостоятельно.

В части III А вы найдете разнообразные, хотя страдающие неполнотой, почти всегда неизбежной в пути, наблюдения касательно вечерней зари, которые мы вели, руководствуясь Вашим советом. (Мы также наблюдали альпийское сияние[5], наряду с длительным свечением снега по ночам, которые в районе Дарджилинга – Канченджанги сопоставимы с тем, что наблюдаются в Альпах. В скором времени я отправлю Вам еще несколько строк, посвященных этой теме).

Когда эти краткие заметки окажутся в распоряжении Академии, хотели бы попросить, надеясь, что Вы простите эту череду почти неприличных просьб, направить первую часть профессору Поггендорфу для его научного журнала «Анналы физики», а вторую – Геологическому обществу.

Мы были приятнейшим образом удивлены, получив деньги от Его Величества. Пользуясь случаем, хотим еще раз выразить королю глубочайшую признательность. Эти средства очень кстати, так как во многом именно от них зависят наши шансы добраться до Сиккима и Канченджанги.

Планы следующие: оба моих брата намереваются за лето осмотреть сначала Кумаон и Гархвал, а затем, ближе к концу лета, по возможности пройти по перевалам через западную границу Непала и направиться в Катманду. Заключительный этап путешествия пока точно не определен, однако стараниями индийских колониальных властей непальскому правительству уже отправлены надлежащие запросы.

Сам я с 5 апреля нахожусь в Дарджилинге и буду пытаться отсюда попасть в Сикким. На первый запрос правительства раджа Сиккима ответил категорическим отказом. Тем не менее я пытаюсь через суперинтенданта Дарджилинга доктора Кэмпбелла добиться разрешения отправиться прямиком к подножию Канченджанги.

Однако мне уже намекнули, что не обойтись без крупных подарков подданным раджи, а на деле – самому радже (прошу не сообщать этого никому, пока все не придет к счастливому завершению) на сумму около 2 тысяч рупий – по 20 серебряных грошей за рупию, чтобы беспрепятственно перемещаться всюду[6]. На это в первую очередь пойдут средства, полученные от короля. К сожалению, вследствие вышеописанного в ближайшем будущем придется вновь обратиться в Берлин с просьбой прислать денег. И на этот раз мы надеемся на Ваше милостивое содействие.

Наши коллекции состоят преимущественно из образцов горных пород и окаменелостей, также собраны образцы речной и родниковой воды в районах Индии, по которым мы проходили. Эти образцы хранятся в стеклянных колбах, как следует запечатанных, что, стоит надеяться, сохранит их для последующего анализа. Среди этнографических материалов особого упоминания заслуживают, пожалуй, гипсовые слепки лиц, а также фотографии. Все, что удалось собрать до сегодняшнего дня, находится в бюро генерального инспектора в Калькутте и позже будет отправлено с материалами из Гималаев в Европу.

Хочется верить, что даже так далеко от дома мы можем рассчитывать на Вашу поддержку и участие, которые с момента наших первых шагов в науке были огромной опорой и навсегда останутся лучшим воспоминанием в нашей жизни. Осмелюсь добавить, что будем очень рады получить в ответ хотя бы несколько строк, написанных Вашей рукой.

(Адрес бюро генерального инспектора в Калькутте)

С выражением безграничного почтения и уважения Вашему превосходительству, благодарный и преданный вам Герман Шлагинтвейт

Ваше превосходительство!

Недавно нам с Германом удалось продолжить наблюдения, мы прошли по особенно интересному маршруту через горы Куньлуня в Эльши, столицу Хотана[7].

Насколько нам известно, еще ни один европеец не отваживался пересечь границу между Ладакхом и Туркестаном. Это обстоятельство, вероятно, в большей степени, чем даже наши приготовления, которые велись в атмосфере строжайшей секретности в Лехе, способствовали тому, что путешествие состоялось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

В переводе с тибетского языка дословно «Боги воцарились», фигурально – «Да здравствуют боги!». Так тибетцы восклицают, например, поднявшись на высокий перевал или развешивая молитвенные флажки в знак победы и силы богов и их помощи.

2

 «Сагиб» – слово арабского происхождения, вежливое название европейца в Азии, в частности, в Британской Индии, а также форма обращения к нему.

3

 Цитируется по «Книга Марко Поло», М., Географгиз, 1956.

4

Барон Фридрих Вильгельм Генрих Александр фон Гумбольдт (1769–1859) – немецкий географ, натуралист, художник и путешественник. Создатель таких научных дисциплин, как физическая география, ландшафтоведение, экологическая география растений. Благодаря его исследованиям были заложены научные основы геомагнетизма. Именем ученого названы десятки объектов, явлений, животных и растений – от течения Гумбольдта в Тихом океане до Моря Гумбольдта на Луне. Был наставником братьев Шлагинтвейт.

5

Альпийское сияние, также известное как «горение Альп» – оптическое явление, в результате которого в ясную погоду перед закатом солнца вершины гор окрашиваются в красный цвет. По мере ухода солнца за линию горизонта накаливание переходит в бледновато-серо-голубой цвет, затем происходит вторичное окрашивание сперва в желтый цвет, потом в темно-красный, оттеняющийся разнообразными красными, пурпуровыми и фиолетовыми тонами.

6

Нежелание раджи пускать иностранцев связано с тем, что британцы в 1850 году аннексировали значительную часть Сиккима. Годом ранее два британских исследователя – Джозеф Хукер и упоминаемый Шлагинтвейтом Арчибальд Кэмпбелл отправились в горы княжества без разрешения раджи. В Сиккиме англичан схватили и посадили в тюрьму. Великобритания в ультимативной форме потребовала отпустить ученых. Хотя требование было выполнено, британцы воспользовались этим инцидентом как поводом для захвата сиккимских территорий.

7

Точнее, Ильчи – китайское название Хотана.