- -
- 100%
- +
Он позвонил ей по дороге из офиса. Как всегда: «Привет, как дела?»
«Нормально», – ответила она.
– Любимое слово – «нормально», – усмехнулся он и осторожно спросил: – Я заеду?
Вопрос человека, не уверенного в том, что его хотят видеть.
Она ответила, вздохнув, через пару секунд:
– Заезжай. Только у меня из съестного – предпенсионного возраста рокфор и остатки кофе.
По дороге он заехал в магазин, купил продукты и через час уже стоял на пороге ее квартиры. Она открыла дверь, и он увидел, какое у нее бледное и замученное лицо.
– Опять не спала? – спросил он, вешая на вешалку пальто.
– Спала, – ответила она. – Я теперь все время сплю.
– Это хорошо, – кивнул он.
Она посмотрела на пакеты из супермаркета.
– Ты сумасшедший, – сказала она.
– Тебе надо есть.
– Ну, тебе виднее. – Она усмехнулась. – Ты всегда точно знаешь, что мне необходимо. Даже если я в этом сильно сомневаюсь.
Он предпочел не ответить. По бесконечно длинному коридору они прошли на кухню.
«Какая все-таки идиотская квартира, – в который раз подумал он. – Комнаты крошечные, кухня с гулькин нос, а ванная и туалет – огромные. Проектировал, определенно, маньяк. Или кретин».
Они вошли на кухню, и он сел на табуретку. Она достала из шкафа турку.
– Ты голодный? – спросила она.
Он мотнул головой.
– Нет, на работе обедал. Спасибо.
Она разлила кофе по чашкам и села напротив него.
– Какая за день? – он кивнул на чашку.
Она махнула рукой – мол, какая разница.
– Счастье, что этот бред наконец закончился. Девять дней, сорок дней. Кому это надо? Никому это не надо, – упрямо сказала она. – Ни мне, ни всем остальным. Ни тем более ему. Ты же знаешь, как все эти примочки ему были до фонаря. А мне выслушивать все эти «милые» речи? Эти соболезнования, сожаления и сочувствие? Полный бред. Все лгут, его никто не любил. Ни его маман, ни его сестрички полоумные. Ни эта Эмма, мать его ребенка. Никто. Все только пользовались. Впрочем, я их понимаю. И даже не осуждаю. Любить его было сложно. Вот ты, например. Лучший, так сказать, друг. – Она прикурила сигарету и посмотрела ему в глаза.
– Ну, ты же знаешь, – ответил он. – У нас были сложные отношения.
Она встала и подошла к окну.
– Знаю, Лень. У сложных людей всегда сложные отношения.
– Ну я-то прост, как пятак, – улыбнулся он.
Она обернулась и посмотрела на него.
– Ага, простачок. Всю жизнь прикидываешься.
– Я не прикидываюсь, Ань, – почти обиделся он. – Просто в силу обстоятельств я многое не мог обнародовать.
Он встал и кивнул на пакеты:
– Разбери, не забудь.
В коридоре он долго надевал пальто, шнуровал ботинки и смотрел на себя в зеркало.
– Давай уже, – улыбнулась она. – Твоя Пенелопа уже небось заждалась.
– Подождет, – ответил он. – На то она и Пенелопа. Завтра позвоню, – добавил он.
– Кто же сомневается? – усмехнулась она.
Она закрыла за ним дверь. Потом зашла в комнату и, не зажигая света, села в кресло. Она сидела так долго, час или два. Просто смотрела в одну точку, перед собой. «Путь к безумию», – подумала она.
Встала, зажгла торшер и подошла к комоду. На комоде в траурной черной рамке стояла фотография ее мужа. Рядом стояла стопка водки, накрытая уже подсохшей горбушкой черного хлеба. Она провела рукой по фотографии – брови, нос, губы – и сказала:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.