Сердце не обманешь

Глава 1

Cтоя перед простой коричневой дверью с табличкой «Агентство по усыновлению „Дизарт“», Мэтт Паттер сон впервые в жизни испугался.

У него сдавило грудь, вспотели ладони и пересохло во рту.

Однако уклоняться от ответственности не в его правилах. Открыв дверь, он вошел внутрь.

Мэтт увидел обшитые деревянными панелями стены, пустую стойку регистратора и почувствовал мягкий аромат детской присыпки. А потом послышался детский смех. Вернее, визгливое и радостное хихиканье маленькой девочки.

Девять шансов из десяти, что смеется его ребенок.

Его ребенок…

Отныне личная жизнь Мэтта изменится.

Пока он не знает, что будет с его командировками и сотрудниками.

Ох! А экономка, миссис Макгенри, закатит истерику, когда узнает, что в его организованном доме появится детская комната и няня.

Мэтт пошел на смех – в кабинет в конце короткого коридора. Спиной к нему стояла стройная женщина, удерживая ребенка на сгибе руки. Ее блестящие каштановые волосы были уложены в опрятный пучок, а красивую фигуру подчеркивало облегающее красное платье.

Он поднял брови:

– Я всегда думал, что в агентствах по усыновлению работают седовласые старые девы в ветхих белых блузках.

Ребенок умолк. Женщина повернулась к Мэтту.

Впервые в жизни Мэтт потерял дар речи.

У женщины были огромные карие глаза, высокие скулы, чуть вздернутый нос и полные губы.

– Чем я могу вам помочь? – спросила она.

Мэтт медленно вошел в кабинет. С подобными женщинами он привык флиртовать, ужинать, соблазнять их, а затем оставлять им в подарок браслет с бриллиантами. Но прежде чем он успел открыть рот, девочка на ее руках пронзительно закричала. Белла – дочка Освальда и Джинни. Теперь его дочка. Потому что он согласился стать крестным отцом ребенка своей бывшей жены.

На него нахлынула грусть. В это же самое время на прошлой неделе Джинни звонила ему, выясняя, когда он вернется в Бостон, чтобы заранее пригласить его на ужин. Теперь нет ни ее, ни Освальда. Мэтт больше никогда не увидит красивую улыбку Джинни и не услышит раскатистый хохот Освальда. Мэтт потерял бывшую жену, которую любил, и ее нового мужа, ставшего его хорошим другом.

Белла снова визгливо вскрикнула. Женщина посмотрела на ребенка, потом охнула и резко взглянула на Мэтта:

– Меня зовут Клэр Кинкейд. Я соцработник, занимающийся Беллой. Вы Мэтт Паттерсон?

Засунув руки в карманы брюк делового костюма, он медленно шагнул в ее сторону:

– Да.

– Боже мой! Вот уже четыре дня Белла ни с кем не разговаривает. Она часто плачет по ночам, ест, и спит, и смеется, когда я ее щекочу. Но вы первый, с кем она заговорила.

– Она разговаривает? По-моему, она визжит.

Клэр рассмеялась:

– Младенцы разговаривают визгом.

В ее красивых карих глазах читалась усмешка, и у Мэтта скрутило живот. Женщина была невероятно красивой.

– Она меня знает. – Пауза. – Немного.

– Вы дружили с ее родителями?

Он кивнул и сделал еще один осторожный шаг в сторону Клэр и Беллы. Темноволосая, голубоглазая девочка напряглась, подалась вперед и протянула к нему ручки.

Удивленный, Мэтт отшатнулся.

Улыбка Клэр померкла.

– Она хочет к вам.

– Да. И я намерен о ней заботиться, но я… – Он втянул носом воздух. Инстинкт приказывал ему начать заигрывать с красивой женщиной. Рассудок напоминал, что визит в агентство – деловой, а не развлекательный. – Я не могу ее взять.

– Простите?

Он беспомощно поднял руки, вынув их из карманов:

– Я не знаю, как это делается.

Клэр шагнула к нему.

– Все очень просто.

Она обладала не только красивой внешностью. но и милым, вежливым голосом. По телу Мэтта пробежал трепет. Но когда она подошла к нему, протягивая девочку, он снова попятился.

Клэр нахмурилась:

– Это ваш ребенок.

– И я начну о ней заботиться. На следующей неделе. – Он покачал головой. – Нет. Не получится. Я должен ехать в Техас, чтобы воссоединиться с семьей.

Клэр приказала ему замолчать взмахом руки:

– Меня не волнует, даже если вы царь мира и должны созвать королевский двор. Белла теперь ваша дочь. – Она погладила ребенка по спине. – Кроме того, вам нечего бояться. Она такая милая, что ухаживать за ней одно удовольствие. – Она протянула ему ребенка.

Нервы Мэтта были на пределе. Вот уже четыре дня он знал, что его бывшая жена умерла, а он должен стать опекуном Беллы, и поначалу он не паниковал. Он решил, что будет разбираться с ситуацией постепенно, шаг за шагом. Но, увидев ребенка, он испугался. Следующие восемнадцать лет ему придется воспитывать эту девочку. Он поведет ее в ясли, потом в сад, затем в начальную школу, среднюю школу…

– Я… – Мэтт хотел взять девочку на руки, но никак не мог смириться с тем, что ребенок Джинни и Освальда остался сиротой.

Девочка заслуживает того, чтобы ее любили и баловали. Мэтт никогда никого не любил и не баловал. Вот поэтому он потерял Джинни. Он не из тех парней, что красиво ухаживают за девушкой, угощают ее вином, дарят розы, водят на длительные прогулки по пляжу и разговаривают ночи напролет. Хуже того, все его слуги, которые могли бы помочь ему с ребенком, были за пределами города.

– Нет, поверьте. Я не могу взять ее прямо сейчас. Я провел в Лондоне три недели. Узнав о Белле, я сразу же вернулся домой. Но я распустил всех слуг на шесть недель – до своего предполагаемого возвращения. Они уехали в отпуск в Арубу. Даже если я сейчас их вызову, они приедут только к пятнице. И я… – Он прижал руку к груди. – Я понятия не имею, как ухаживать за ребенком.

– У вас не было племянниц или племянников? – спросила она.

Он вздрогнул:

– Нет. Но даже если бы они у меня были, я не семейный человек.

Клэр выпрямилась с таким видом, словно собралась обрушить на Мэтта огненные стрелы ада. Она бережно поглаживала Беллу по спине, успокаивая.

– Вы согласились удочерить Беллу, не имея понятия, как ухаживать за ребенком?

– Я согласился быть ее крестным отцом. Я не представлял, что автоматически стану ее опекуном, если что-то случится с ее родителями.

– Как вы могли этого не знать?

– В некоторых кругах «крестный отец» – всего лишь уважаемый член семьи.

Выражение ее красивого лица смягчилось.

– Судя по всему, ваши друзья отнеслись к этому вопросу серьезно, потому что в завещании вы названы опекуном Беллы.

– Да. Но они не говорили мне об этом, поэтому я просто не готов.

– Вы все равно должны ее забрать.

Мэтт был в ярости. Какая несправедливость! Джинни мертва. Белла стала его дочерью. Что за бессмыслица! Он не знает, как держать ребенка на руках, не говоря уже о том, чтобы поменять ему памперс.

Белла засуетились, и Клэр потерлась щекой о щечку девочки, утешая и успокаивая.

И тут Мэтт воодушевился:

– Вы отлично ладите с детьми. Что вы делаете сегодня вечером, мисс Кинкейд?

– Меня зовут Клэр. – Отведя от него взгляд, она поправила воротник маленькой розовой кофточки Беллы. – И я занята.

Мэтт прищурился. Такая красотка вряд ли будет вечером заниматься делами.

– То есть вы не хотите нам помочь?

– Наше агентство занимается усыновлением, а не предоставляет нянь. – Подойдя к письменному столу, она вытащила из ящика визитные карточки. – Вот адреса агентств с хорошей репутацией. Любое из них предоставит вам отличную няню.

Когда Клэр протянула визитки Мэтту, Белла медленно моргнула. Ее длинные черные ресницы коснулись щек, затем она снова подняла веки. В ее голубых глазах стояли слезы – она словно понимала, что ее снова отвергают.

От жалости к ней у Мэтта сжалось сердце. Ему было всего три года, когда он заподозрил неладное в отношениях с отцом. Было такое ощущение, что он и Седрик Паттерсон не совместимы друг с другом. Глубоко в подсознании Мэтт всегда знал, что Седрик не его родной отец и он сам не имеет никакого отношения к семье Паттерсон. Хотя Белле намного меньше лет, и она не до конца понимает, что происходит, в ее глазах читается откровенный страх. Она не видела своих родителей почти неделю. Она одинока. И напугана.

Благополучие Беллы вдруг стало для Мэтта важнее его собственного. Он снова засунул руки в карманы брюк:

– Няня не нужна. По крайней мере, пока. Я не хочу оставлять ребенка с незнакомкой. – В данный момент Клэр Кинкейд была единственным человеком, которого нельзя было считать совсем уж незнакомкой. Поймав взгляд Клэр, он озвучил единственное верное сейчас решение: – Я заплачу вам любую сумму, если следующую неделю вы проведете в моем доме.

Клэр знала, что Мэтт предложил ей всего лишь поработать няней, но все равно покраснела. У нее засосало под ложечкой. Пусть Мэтт Паттерсон не умеет ухаживать за ребенком, но он очень красивый мужчина. Высокий, с блестящими короткими светло-каштановыми волосами и лукавыми зелеными глазами. Взгляд Мэтта теплел, когда он улыбался, и становился ледяным, если что-то шло не так, как он задумал. А еще он смотрел на нее оценивающе, словно каждое ее слово имело жизненно важное значение. И каждый раз, когда их взгляды встречались, Клэр чувствовала, как ее тянет к Мэтту.

Странно. Уже много лет ее не привлекал ни один мужчина. И вдруг ей понравился Мэтт – человек, который, по всей видимости, не желает забирать Беллу прямо сейчас. Похоже, Клэр сошла с ума.

– Мне очень жаль, мистер Паттерсон, но, как я уже сказала, мы агентство по усыновлению. У нас нет нянек.

Он шагнул в ее сторону, отчего у нее чаще забилось сердце. Ах, какой мужчина!

– Но вы хорошо с ней ладите.

Она отступила:

– Да… Ну… я люблю детей.

– Вы не просто любите детей. – Изучая ее лицо, он нахмурился. – Я полагаю, до работы в агентстве вы какое-то время работали няней. – Он внимательнее вгляделся в ее лицо. – Наверное, вы работали няней, когда учились в университете. А это было не так давно.

Ее сердце дрогнуло. Мэтт стоит к ней так близко, что ей достаточно просто поднять руку, чтобы прикоснуться к нему. У нее чесались руки от желания до него дотронуться и почувствовать, какова его кожа на ощупь. Под его пристальным взглядом у нее стало покалывать все тело.

Клэр сглотнула и сделала еще один шаг назад:

– Первые три года учебы в университете я работала няней, мистер Паттерсон. Я этого не скрываю.

Он растянул в улыбке полные губы, его зеленые глаза загорелись от удовольствия.

– Жаль. Такая красавица, как вы, должна иметь секреты. Они делают вас загадочной и… – Он улыбнулся шире. – Интересной.

Она покраснела. По ее спине пробежала дрожь. Черт побери, он великолепен и очарователен. Но она не забыла, что случилось в прошлый раз, когда она сошлась с очаровательным мужчиной. Он разбил ей сердце, и поэтому она сторонилась мужчин долгие пять лет.

Клэр сунула визитки ему в руку:

– Агентство «Дизарт», в соответствии с требованием адвоката родителей Беллы, заботилось о девочке до вашего приезда. Вы приехали. Наши обязанности выполнены.

Он зажмурился:

– Отлично.

Отказываясь его жалеть, она деловито спросила:

– У вас есть детское автокресло?

– Мой водитель установил автокресло.

По-прежнему держа Беллу, Клэр наклонилась и взяла сумку, стоящую у письменного стола.

– Держите. – Она протянула сумку Мэтту. – Здесь все необходимое, что понадобилось девочке за четыре дня, пока она жила у меня. Я полагаю, все необходимые вещи есть в доме ее родителей.

– Вещи?

– Кроватка. Высокий стульчик. Детские качели. То, что ей потребуется в повседневной жизни. – Клэр быстро и решительно направилась к двери, ожидая, что Мэтт пойдет за ней. – Я провожу вас до автомобиля и помогу вам пристегнуть Беллу.

Мэтт открыл ей дверь кабинета и вышел следом, не произнося ни слова. Они молчали, стоя плечом к плечу в переполненном лифте.

Клэр тайком поглядывала на Мэтта. Ее очаровали его острые скулы и чувственные зеленые глаза. Она встречала немало красавцев, но ни один не пробуждал в ней таких чувств. Мэтт был властным, но властность никогда ее особенно не привлекала. Клэр тянуло к нему, а он никак на нее не реагировал. Да, он немного флиртовал с ней, но только потому, что ему требовалась ее помощь. Интерес явно односторонний.

Она тихонько вздохнула, радуясь тому, что через две минуты они расстанутся, и ей не придется беспокоиться о том, что она скажет или сделает какую-нибудь глупость.

Клэр почти не встречалась с мужчинами с тех пор, как совершила большую ошибку, учась на последнем курсе университета, когда влюбилась в одного из профессоров. Они встречались тайно. Их роман начался замечательно, а закончился ужасно – на выпускном вечере профессор познакомил Клэр со своей женой. Вспоминая прошлое, Клэр понимала: она должна была догадаться, что он женат. Он заставил ее сторониться подруг, настаивал, чтобы они встречались у нее дома, хотя высмеивал обстановку в ее квартире, и никогда не появлялся с ней в общественных местах. После смерти отца Клэр была очень одинока, поэтому не хотела ничего замечать.

Вот поэтому последние пять лет она контролирует свои эмоции. Она больше никогда не позволит мужчине так легко ее увлечь.

Лифт остановился. Они прошли через вестибюль. Мэтт толкнул вращающуюся дверь и жестом предложил Клэр идти вперед. Последовав за ней на оживленную улицу Бостона, он остановился у черного лимузина. Мужчина в униформе подскочил к задней дверце и открыл ее.

Клэр заглянула внутрь. Бар, телевизор, изогнутое белое кожаное сиденье, похожее на плюшевый диван. На сиденье было закреплено автокресло.

Она так быстро передала Беллу Мэтту Паттерсону, что он не успел возразить.

– Я сейчас сяду, а вы передадите мне Беллу. Я пристегну ее к автокреслу, и вы поедете.

Пристегнув девочку к автокреслу, Клэр отстранилась от нее и посмотрела на ее красивое личико. Голубые глаза. Маленький нос. Рот, похожий на цветочный бутон.

У Клэр сжалось сердце. Она была с этой девочкой круглосуточно последние четыре дня: заботилась о ней, смешила ее, играла с ней, чтобы она привыкла к новой обстановке. Клэр успокаивала ее по ночам, когда малышка рыдала, скучая по родителям. В первую ночь Белла плакала так сильно, что Клэр сама расплакалась. Девочка не понимала, что произошло с ее матерью.

Клэр сглотнула. Эта милая бедняжка никогда больше не увидит свою мать. Мать Клэр тоже умерла, когда Клэр была совсем маленькой.

Она прижала пальцы ко рту. Нельзя оставлять малышку с человеком, который не способен о ней позаботиться.

Клэр стремительно выбралась из лимузина. Она опасливо повернулась лицом к Мэтту Паттерсону и протянула ему руку.

– У вас есть визитка?

Он нахмурился:

– Да.

– На ней указан ваш домашний адрес?

Он прищурился:

– Планируете нагрянуть с проверкой?

– Я закрою агентство и приеду к вам.

Он улыбнулся, и его красивые зеленые глаза засияли.

У Клэр засосало под ложечкой.

– Вы мне поможете?

– Сегодня помогу. А дальше будете справляться сами.

Глава 2

Ритмичное покачивание движущегося автомобиля усыпило Беллу, и она продремала почти всю дорогу до дома. Но когда водитель Мэтта по имени Джимми остановил лимузин, чтобы набрать код и открыть большие черные ворота из кованого железа и въехать на территорию поместья, девочка проснулась. Она сонно огляделась вокруг, потом скривила ротик. Затем Белла наморщила нос и издала такой вопль, что Мэтту показалось, будто на него обрушился ледяной ураган.

Делая вид, что ничего не замечает, Джимми поехал по коричневой кирпичной дороге. Вопли малышки Беллы заполнили лимузин. Она не видела, как красиво вокруг. Деревья, одетые в красно-желто-оранжевую листву, выстроились вдоль дороги, ведущей к величественному каменному особняку.

Ей было наплевать на увещевания Мэтта.

– Тсс. Тсс. Пожалуйста, не плачь.

Джимми открыл заднюю дверцу и вздрогнул:

– Вот это объем легких!

– Согласен. – Мэтт печально улыбнулся. – Ты не знаешь, как… – Он помолчал, подбирая слова. – Как ее успокоить?

Джимми попятился:

– Нет, сэр. Я убежденный холостяк. – Он лихо поправил галстук-бабочку. – К счастью, я не женат. И отец из меня никакой.

Вспоминая слова Клэр, Мэтт спросил:

– У тебя нет племянниц или племянников?

– Несколько. Но я решил общаться с ними, когда они достаточно повзрослеют, чтобы самостоятельно ходить в ванную комнату и поехать в казино в Атлантик-Сити.

Мэтт вздохнул:

– Отличный план.

Точно такими же были планы Мэтта, пока жизнь не сделала крутой поворот.

Крики Беллы усиливались. Мэтт повысил голос:

– Как мы внесем ее в дом?

Джимми снова пошел на попятную:

– Извините, но это не входит в мои обязанности. Пойду-ка посмотрю, освободилось ли место в гараже для лимузина.

Водитель торопливо пошел прочь, и Мэтт нахмурился. Посмотреть, освободилось ли место в гараже для лимузина? Бредовая отговорка.

Он повернулся к девочке:

– Итак, чего ты хочешь? Молока? Виски? – От страха Мэтт начал молоть чепуху. Именно ему сейчас не помешает выпить виски.

У него два пути: сидеть в лимузине с плачущей Беллой до приезда Клэр либо отнести Беллу в дом.

Он открыл дверцу, и в салон ворвался вихрь холодного воздуха. Несколько капель дождя упали на крышу лимузина, затем дождь пошел в полную силу.

Выругавшись, Мэтт захлопнул дверцу. Плач Беллы не прекращался.

Неожиданно появился Джимми:

– Я загоню машину в гараж.

– Отличная идея.

Словно соревнуясь в громкости с барабанящим по крыше лимузина дождем, Белла ревела что есть мочи. Мэтт зажмурился, потом открыл глаза и повернулся к девочке:

– Слушай, ты ведь узнала меня в офисе агентства. – Он указал на себя. – Я друг твоей мамы.

Когда они въехали в гараж, Белла разрыдалась еще громче. Мэтту казалось, от ее воплей сотрясается весь салон.

Он вгляделся в ее лицо. Маленькие голубые глаза были полны слез, нос покраснел, губы дрожали.

Мэтт потер свой рот рукой. Невыносимо видеть ее такой. Нужно что-то предпринять!

Заметив, что Джимми исчез, как только лимузин оказался в гараже, Мэтт отстегнул девочку от автокресла. Подавшись вперед, она уткнулась мокрым лицом в лацкан его шелкового пиджака.

Мэтт простонал.

Белла прижалась к нему. Вцепившись в лацканы его пиджака, словно в веревочную лестницу, она подтянулась вверх и зарылась лицом в его шею.

Сердце Мэтта переполняли противоречивые эмоции. Конечно, он испугался, так как понятия не имел, что делать с ребенком.

Но сочувствие побороло страх. Белла одинока. И чувствует себя потерянной. Мэтт знал, что такое одиночество. И, помимо остального, он был нежеланным. На следующее утро после их легендарного спора Седрик, возможно, не стал бы требовать, чтобы Мэтт покинул дом Паттерсонов, но было сказано слишком много резких слов. До того момента Мэтт называл Седрика отцом, но во время той отвратительной ссоры Седрик выдал семейную тайну. Мэтт и его сестра-близнец не были детьми Седрика. Их мать была прежде замужем. Она оставила первого мужа, не зная, что беременна, и Седрик женился на ней, вырастив ее детей, как своих собственных.

Теперь понятно, почему Мэтт всегда чувствовал некий барьер в отношениях с Седриком.

Мэтт посмотрел на Беллу. Одинокая сирота. Она осталась на попечении парня, который даже не знает, как ее успокоить, не говоря уже о том, чтобы ее покормить.

Чувствует ли она себя нежеланной?

Он поджал губы и закрыл глаза. Его сердце заныло от сожаления. Резко открыв глаза, он поднял Беллу.

– Я сожалею по поводу того, что с тобой произошло за последние несколько дней. – Он сам очень горевал по Джинни и Освальду. – Очень сожалею. Я тоже буду скучать по твоей мамочке. Но теперь ты моя. А это что-то значит.

Мэтт не знал наверняка, что это значит. Он был уверен только в том, что из него получится паршивый отец. Лучшее, что он может сделать для Беллы, – это нанять ей великолепную няню или несколько нянь. А может, ему придется найти лучшую няню на планете и отдать ей все до последнего цента, чтобы она вырастила девочку. Но нет. Мэтт Паттерсон не привык уклоняться от ответственности или сдаваться без боя.

И как только он выяснит, как нужно бороться, он начнет бороться.

Выйдя из лимузина с Беллой на руках, он направился к входу в особняк.

Итак, нужно выяснить, почему девочка плачет. Ее памперс не подтекает. От нее не пахнет ничем отвратительным. Значит, памперс менять не придется. Посмотрев на нее, он почмокал губами. Белла только сильнее расплакалась. Он попытался танцевать. После двух поворотов Белла в замешательстве моргнула и на несколько секунд умолкла. Но как только Мэтт остановился, она снова разревелась.

Он опять начал танцевать. Танцуя, он зашел в свой рабочий кабинет, где поставил сумку с вещами Беллы, снял пиджак и закатал рукава белой рубашки. Затем он протанцевал вокруг дивана.

Далее Мэтт танцевал на пустой кухне, в коридоре, вокруг обеденного стола, на застекленной террасе. В конце концов у него закружилась голова, а ноги стали ватными.

Где, черт побери, женщина из агентства по усыновлению? Как ее там? Клэр? Где эта Клэр?

Будто по волшебству раздался сигнал видеофона. Мэтт помчался к нему и нажал кнопку:

– Клэр?

– Да. Это я.

От ее мелодичного голоса по его спине пробежала дрожь. Он тут же вспомнил ее красивое лицо и чувственное тело. Если бы они встретились при иных обстоятельствах, то Мэтт обязательно пригласил бы ее на свидание…

Ну кого он хочет обмануть? Он бы с ней переспал. Но она нужна ему, чтобы заботиться о Белле, поэтому о близости не может быть и речи. Теоретически, как только Клэр начнет помогать ему с ребенком, она станет его сотрудницей.

Умный мужчина не заводит служебных романов. Особенно с незаменимыми работницами.

Чувствуя сожаление, он нажал кнопку видеофона:

– Я открываю ворота.

Белла похлопала Мэтта по щекам, словно привлекая его внимание.

– Что? Хочешь еще потанцевать?

Она хихикнула.

Мэтт испытал неведомые прежде ощущения. Нет, ему вряд ли удастся воспитать девочку. Боже правый! Ведь его называют Ледяная глыба с Уолл-стрит. Он непреклонен, и расчетлив, и невероятно суров.

Белла снова похлопала его по щекам, визжа от восторга, очевидно пытаясь заставить его танцевать.

Мэтта охватила тоска, но затем он снова признал, что, как бы ни старался, не сможет должным образом позаботиться о Белле. Семья научила его, что все люди лгут. Отношения с бывшей женой доказали ему, что, даже желая любви, он не знал, как ее принять.

И как же он продемонстрирует этой малышке, что любит ее?

Никак. Он на это не способен.

Припарковавшись перед особняком Мэтта Паттерсона, Клэр вышла из маленькой красной машины и открыла зонтик. Стоя под холодным дождем и глядя на резиденцию Мэтта, она вдруг поняла, каково быть миллиардером. Его особняк по площади равнялся многоквартирному дому, в котором она жила.

Клэр постояла на тротуаре, стараясь успокоиться. Впервые за последние пять лет ей понравился мужчина, и она согласилась провести вечер в его доме, чтобы помочь с малышкой.

Клэр выпрямилась. Опасаться нечего. Она взрослая женщина. Расставшись с Беном, она сняла розовые очки и теперь умеет держать себя в руках.

Кроме того, сейчас она оказалась совершенно в иной ситуации. Мэтт Паттерсон не профессор, у которого она учится. На самом деле сейчас она будет его обучать. Поэтому ему не удастся поразить ее своим интеллектом. В вопросах ухода за детьми Мэтт Паттерсон профан. Она справится.

Дверь открылась до того, как Клэр успела в нее постучать. Мэтт стоял перед ней с растрепанными волосами, без пиджака, в рубашке с закатанными рукавами. На его лбу блестел пот.

– Входите-входите, – сказал Мэтт и передал ей Беллу сразу, как только она закрыла зонтик и поставила его у двери. – Я передумал насчет няни. Я думаю, нужно вызвать ее прямо сейчас.

– Хорошо. – Придерживая Беллу, Клэр сняла пальто и вошла в вестибюль. Каблуки ее туфель звонко цокали по полу из итальянского мрамора.

– Визитки, которые вы дали мне, лежат в кармане пиджака в кабинете. – Мэтт повернулся и пошел по коридору.

Клэр последовала за ним.

– Как все запутано. – Он остановился перед закрытой дверью. – Я никогда не нанимал нянек. – Он посмотрел на Клэр. – Мне нанять пожилую женщину, которая к четырехлетию Беллы захочет выйти на пенсию? Или молодую и утонченную, которая не будет ее любить, но станет читать сказки и так далее?

– Вы слишком усложняете.

– Потому что это очень важно для меня. – Мэтт открыл дверь и провел Клэр в аккуратный кабинет с мягким диваном и креслом перед телевизором с большим экраном, а также массивным дубовым письменным столом и креслом с высокой спинкой у противоположной стены.