Сердцеедка на миллион долларов

Million Dollar Baby

© 2018 by Harlequin Books S.A.

«Сердцеедка на миллион долларов»

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Глава 1

Тускло освещенный бар, заполненный шумными посетителями, в три часа ночи в четверг был не самым приятным местом, особенно если ты – одинокая и застенчивая девушка. Громкая музыка помогала Брук скрывать нервозность.

Она была одна и так устала быть хорошей девочкой. Всю жизнь не переступать какую-то невидимую черту – ради чего? Два старших брата покоряли мир. А что же она? Застряла дома с мамой и папой в городке Ройал, штат Техас. Заложница родительских ожиданий и собственного стремления угождать. В общем, ситуация – полный отстой.

Брук поглаживала бокал с нетронутым клубничным дайкири, вглядываясь в пузырьки воздуха. Импульсивность ей присуща, но напиваться она не собиралась, поскольку порой была свидетельницей того, как ее друзья оказывались на волосок от гибели, выпив лишнего и сев за руль. Она, возможно, не совсем нормальная, тем не менее хочет сохранить ясную голову.

Группа музыкантов покинула сцену, которую занял гитарист, наигрывавший грустную мелодию. Жалобные нотки этого музыкального инструмента прекрасно сочетались с настроением Брук. Она даже перестала замечать, что пол усыпан арахисом, а в баре сильный запах несвежего пива. Как вдруг увидела одинокого мужчину, сидевшего за стойкой, по обе стороны от него стояли три пустых табурета. Было что-то такое в его широкоплечей фигуре, от чего у нее перехватило дыхание. Она еще раньше заметила его, просто в тот момент на танцполе было слишком многолюдно, он исчез из поля зрения прежде, чем она набралась смелости подойти.

И вот сейчас он снова оказался рядом. Все в ней вопило о том, что это подарок небес, это ее мужчина. Настал ее момент. Она хотела его.

Бабочки запорхали в животе. Боже. Неужели она действительно сделает это? Подойдет вот так просто к незнакомому мужчине?

Несомненно, это ее типаж. Даже когда сидел, было видно, что он высокого роста. Развитая мускулатура, прямая осанка. Светлые волосы торчали из-под ковбойской шляпы, добавляя шарма. Цвет глаз, к сожалению, с такого расстояния было не разглядеть.

Брук быстро встала, чтобы не передумать, и, взяв в руки бокал, пошла в его сторону через весь бар. Никто ее не остановил. Никто не подошел к этому мужчине. Несомненно, это знамение.

Сделав глубокий вдох, она поставила свой напиток на полированную стойку из красного дерева, рядом положила сумочку и запрыгнула на обтянутый кожей стул. Без паники. Они просто поговорят. Да. И все.

Теперь, когда она остановилась рядом с ним, у нее немного закружилась голова.

Она закусила нижнюю губу и изобразила на лице улыбку.

– Привет, ковбой. Не возражаешь, если я присяду рядом?

Остин посмотрел в ее сторону и ощутил разочарование. Маленькая блондинка, красавица, только вот слишком молода для него. В ее серых глазах плескалась невинность, которую он сам потерял много лет назад.

Он сухо улыбнулся ей.

– Простите, мэм. Я уже ухожу.

Она сникла.

– О, не уходите. Я думала, мы сможем поболтать.

Он приподнял бровь.

– Поболтать?

Ее щеки покраснели.

– Ну, вы понимаете.

– Нет, не понимаю. В том-то и дело. Может быть, это девичий розыгрыш или ты таким способом пытаешься потерять девственность. Выглядишь на шестнадцать, а я не хочу оказаться сегодня в тюрьме.

Она нахмурилась.

– Звучит оскорбительно.

– Нисколько. Ты сама невинность. Это комплимент, поверь мне. К сожалению, я не тот, кого ты ищешь.

– Может быть, я хочу того, кто более грубый.

Ее сердитый тон заставил его улыбнуться.

– Намекаешь, что я необразованный?

Она сделала глубокий вдох.

– Не меняй тему. К твоему сведению, мне двадцать шесть. Я достаточно взрослая. И да, в романтическом настроении.

– Подозреваю, ты намекаешь на секс.

Он произнес эти слова медленно, с удовольствием наблюдая, как ее лицо приобрело темно-розовый оттенок.

Брук, уставившись на него, захлопала огромными ресницами.

– Секс?

На этот раз он спрятал ухмылку. Она еще совсем ребенок.

Это такое искушение, он это и не пытался отрицать. Она искренняя, аппетитная и обезоруживающе красивая. Этакий типаж соседской девчонки. Светлые волосы собраны в небрежный хвостик, на ней ярко-синяя рубашка, узкие джинсы, на ногах – балетки. В общем, обычная одежда. Она явно из тех женщин, которые отлично выглядят, проснувшись утром.

Его мысли потекли в направлении, которого необходимо избегать. Его брюки внезапно стали тесными. Он протянул ей руку, попытавшись переключиться.

– Меня зовут…

Она приложила руку к его губам, прерывая представление.

– Нет. Я буду звать тебя Ковбой. А ты зови меня Мэнди.

Он взял ее за запястье и убрал руку.

– Это ведь не твое настоящее имя?

– Нет.

– Псевдоним. Интригует.

Ее лицо опять поникло.

– Ты дразнишь меня.

– Совсем чуть-чуть.

Разговор внезапно прервался. Высокая, статная рыжеволосая девушка приземлилась на барный стул справа от него и обняла его за талию.

– Купи мне еще пива, пожалуйста. Прости, что так долго. Кому только пришла в голову идея сделать туалет всего с одной дамской кабинкой.

Остин внутренне застонал. Черт. Он действительно забыл об Одре.

Бедная Мэнди стала мертвенно-бледной и выглядела так, будто ее сейчас стошнит.

– Извините. – Она продемонстрировала вежливость, будто находилась на чаепитии с королевой. – Было приятно познакомиться, однако мне нужно идти.

Одра сразу все поняла, оценив ситуацию.

– О черт. Извините. Не уходи. Я его сестра. Честно.

Мэнди колебалась.

Остин кивнул.

– Это правда.

Одра встала и поморщилась.

– Забудь про пиво, младший братик. Возьму такси. Увидимся дома.

Потом его старшая сестренка поступила не по сценарию. Она шагнула к Мэнди и взяла обе ее руки в свои.

– Я знаю, иногда страшно встречаться с мужчинами в баре.

– Это она ко мне клеилась, – перебил Остин.

Обе женщины проигнорировали его.

Одра продолжила:

– Мой брат – хороший, порядочный человек. У него нет никаких заболеваний, и он не обидит женщину. Тебе не нужно его бояться.

От смущения Остин был готов провалиться сквозь землю.

– Одра!

Мэнди едва взглянула на него.

– Я поняла.

Одра кивнула.

– Он здесь не живет. Просто приехал навестить меня, и мы зашли сюда.

Сестра смутилась.

Мэнди озадаченно посмотрела на него.

– Зачем?

Он стиснул зубы. Если не скажет ей, Одра все равно все выложит.

– Сегодня шесть лет, как не стало моей жены. Я наконец-то, по настоянию сестры, снял обручальное кольцо.

На глаза Мэнди навернулись слезы. Одна слезинка не удержалась и потекла по щеке.

– Я понятия не имела. Мне так жаль.

Одра похлопала ее по плечу.

– Это было давно. Он в порядке.

Остин не слишком вежливо схватил ее за руку.

– Ты уходишь. Прямо сейчас.

А потом оглянулся на Мэнди.

– А ты никуда не уходи.

По дороге к выходу Одра ухмыльнулась.

– Я не буду тебя сегодня дожидаться. Повеселись.

– Ты ведешь себя как ребенок. – Выйдя на тротуар, он обнял сестру. – Я не буду обсуждать с тобой мою личную жизнь.

Одра поцеловала его в щеку.

– Я поняла. Просто хочу, чтобы ты был счастлив, вот и все.

– А я и счастлив.

– Лгун.

– Я счастливее, чем был раньше.

– Вернись туда, пока она не сбежала.

– Я люблю тебя, сестренка.

– Я тоже люблю тебя.

Он проследил, как его единственная сестра села в такси, потом оглянулся на окно бара и увидел, как двое мужчин воспользовались его отсутствием, чтобы подкатить к Мэнди.

Ну уж нет. Ни за что на свете. Эта маленькая блондинка только его. По крайней мере, на сегодня.

Брук вздохнула с облегчением, когда вернулся ее ковбой и разогнал толпу, которая собралась вокруг. Видимо, в поздний час, когда мужчины уже изрядно набрались, даже самые застенчивые становились смелее.

Когда они снова остались вдвоем, Остин одарил ее соблазнительной улыбкой, от которой у нее перехватило дыхание.

– Могу я заказать тебе еще выпивки?

– Нет, спасибо. Я не пью. Алкоголь затуманивает разум. А я хочу мыслить трезво сегодня.

– Понятно. – Он изучающе посмотрел на нее. – Ты живешь здесь, в Джоплине?

– Нет.

– Значит, мы оба приезжие.

– Выходит, так.

Уголки его губ искривились в усмешке. А у этого мужчины были красивые губы. Большой рот. Брук вполне может представить себя целующейся с ним всю ночь напролет.

Он покачал головой.

– Я знаю, что делаю здесь, Мэнди, однако по-прежнему не понимаю, что ты здесь потеряла.

– Разве это имеет значение?

Кто бы мог подумать, что мужчина будет задавать столько вопросов. Тот факт, что ковбой явно хотел замедлить ход событий, напугал ее.

Он кивнул.

– Для меня – да.

– Может быть, я сексуально озабоченная.

Он пытался сдержать смех, превратить его в кашель, но неудачно потер двумя пальцами лоб и вздохнул.

– Я не прошу исповедоваться. Просто хочу знать, почему я и почему сегодня. Может быть, это месть кому-то?

– Девяносто девять мужчин из ста уложили бы меня в постель прямо сейчас.

– Прости, что разочаровал тебя.

Его взгляд заставлял ее чувствовать себя озорной школьницей. И отнюдь не в хорошем смысле. Она сделала глоток дайкири и сморщила носик.

– У меня скучная жизнь. Проблемы в семье. Сегодня я хочу совершить нечто дикое, захватывающее и незабываемое. К тому же ты очень сексуальный.

– То есть обычно ты не посещаешь бары?

– Ты же знаешь, что нет, иначе я бы не вела себя так неловко.

– Никто не говорит, что ты ведешь себя неловко.

В его голосе послышалась какая-то глубокая нотка, зацепившая ее и заставившая испытать возбуждение и предвкушение.

– Ну, теперь все в порядке?

Ковбой уставился на нее и смотрел так долго, что у нее отвердели соски и непроизвольно сжались бедра.

– Почему ты думаешь, что у нас с тобой все будет дико и возбуждающе? А вдруг ты сделала неправильный выбор?

Она разинула рот и не нашлась с ответом.

Он положил палец на ее губы.

– Сначала разумно провести тест-драйв. Как ты на это смотришь?

Она едва успела сделать вдох, как он, обхватив ее за шею, притянул к себе так близко, чтобы их губы неизбежно встретились.

По правде говоря, удобно – не совсем подходящее слово, не в состоянии отразить дальнейшее. Выстрелил фейерверк, запел хор ангелов, кровь в венах ускорила свой бег, а внизу живота возникло сладостное тянущее ощущение.

Ее поцеловал мужчина. Вот и все. Так почему же земля буквально уходит из-под ног?

Где-то вдалеке послышались одобрительные возгласы благодарной аудитории. Брук едва обратила на это внимание. Ее руки легли на плечи ковбоя.

– Сними шляпу.

– Я снимаю шляпу только в постели. – Он был движим грубой похотью и решимостью.

– О-о-о.

Его улыбка выглядела скорее как гримаса.

– Тебе еще не слишком поздно просто уйти. На самом деле никогда не поздно остановиться.

Она посмотрела на него, в глубине души одновременно ощущая уверенность и сомнения.

– Я не хочу говорить «нет».

– Ты уже сняла номер в отеле?

– Еще нет.

– Есть предпочтения?

– Какое-нибудь скромное местечко.

Что в переводе означает: персонал отеля не должен знать, кто ее родители.

Он коротко кивнул.

– Тогда пойдем.

Бросив деньги на барную стойку, Остин взял ее за локоть, и они вышли на улицу.

Стояла теплая августовская ночь. Он указал на пикап последней модели.

– Хочешь, поедем на моей машине?

Брук покачала головой. Кто же знал, что организация секса на одну ночь потребует стольких телодвижений?

– Мои вещи в моей машине. Как насчет отеля «Шервуд»? Через две улицы?

– Я знаю, где это.

– Мне жаль. – Она чувствовала себя слишком молодой и слишком глупой.

– Чего?

– Мне жаль, что ты потерял жену.

Выругавшись, он возвел очи к небу, уставившись на луну.

– Ты предложила не использовать настоящие имена. Это твое правило. А мое правило – ни слова о прошлом. В этом весь секс, Мэнди. Дикий, захватывающий, на одну ночь. Если это не то, чего ты хочешь, уходи.

Он весь вибрировал от напряжения. Она не понимала, зол он или сексуально возбужден. Хотя, возможно, и то и другое.

Однако в тот момент Брук осознала, что цель ее приезда в Джоплин изменилась. Она больше не хотела флиртовать, заниматься сексом с незнакомцем или доказывать себе, что не скучная.

Все изменилось прямо сейчас. У нее дрожали руки и ноги, пересохло во рту, она была взвинчена. И все из-за этого ковбоя, удивительного, но сложного мужчины, который чем-то ее зацепил. Она хотела заполучить его в качестве любовника.

Для этого у нее в распоряжении только одна ночь. Вполне достаточно.

Она дерзко положила руку ему на плечо, сквозь хлопковую рубашку ощутив твердые мускулы.

– Я не хочу уходить, Ковбой. Встретимся у отеля. Не заставляй меня ждать.

Глава 2

Остин Брэдшоу до конца не верил в случившееся. Эта ночь не похожа ни на одну предыдущую. Взглянув в зеркало заднего вида, он удостоверился, что маленькая бирюзовая «хонда» Мэнди следует за ним. Он усмехнулся про себя, складывалось ощущение, будто машинка-то арендованная. Эта загадочная женщина не на шутку его заинтриговала.

Администратор отеля не был ни особо любопытен, ни особо дружелюбен. Просто снял деньги с кредитки Остина, выдал ему ключи и сразу же вернулся к просмотру шоу на своем ноутбуке.

Когда Остин вернулся на улицу, Мэнди стояла, прислонившись к пикапу, переступая с ноги на ногу.

– Все готово?

Он уставился на нее.

– Ты уверена, что хочешь этого?

– Хватит меня спрашивать, – фыркнула она. – Я ведь здесь, не так ли?

Глубоко вдохнув, он обхватил ее голову, наклонился и прижал свои губы к ее губам. Он в состоянии возбуждения уже больше двух часов. Запах ее духов и вкус ее губ отпечатались в его мозгу.

Он хотел ее. Безумно. Страстно. Чем больше думал о грядущей ночи, тем больше возбуждался. Правда, необходимо ускориться, ночь уже практически на исходе.

Остин неохотно отпустил Брук.

– Поторопись.

Трехэтажный отель был достаточно современным. Они поднялись на лифте на последний этаж, их номер оказался в самом конце коридора. У Остина так дрожали руки, что он только с третьей попытки смог открыть дверь ключом. И думал, что Мэнди выскажется на эту тему. Однако она не проронила ни слова.

Когда они наконец оказались внутри, он осторожно закрыл дверь, чтобы не помешать гостям в других номерах.

Мэнди нахмурилась.

– А где твоя сумка?

– У меня ее нет.

– Почему?

– Потому что мы здесь на одну ночь.

Она выглядела подавленной.

– Почему ты мне не сказал? Я бы тоже не брала сумку.

– Я думал, тебе так удобнее. Женщинам всегда нужно иметь при себе много вещей.

Мэнди обняла себя руками и осмотрела номер, будто искала пути отступления.

Остин напомнил себе, что должен быть терпеливым.

– Что случилось?

Ее нижняя губа задрожала.

– Я сейчас кое-что поняла. Если сегодня ты впервые за шесть лет собираешься заняться сексом, мне это не подойдет. Слишком большая ответственность для меня. Правда.

Он расхохотался, потом засмеялся еще сильнее, заметив негодование на ее лице, постарался овладеть собой.

– Не беспокойся. Я занимался сексом. Иногда. Так что все нормально. Только ты, я и дикая страсть. Все, как ты хотела.

Она немного расслабилась, хотя явно не видела в этом ничего смешного.

– Что ж, это замечательно.

– Иди сюда, дорогая.

Он протянул ей руку. Она подошла, не глядя ему в глаза, ее щеки покраснели.

Он расстегнул верхнюю пуговицу ее рубашки.

– У тебя такая бархатная кожа, – заметил он, поглаживая ее.

– Ты все еще в шляпе, – парировала она.

– А мы все еще не в постели.

– Ничего, скоро будем. – Она сняла с него шляпу и бросила на ближайший стул. – Ты не должен ее носить. Женщины с ума будут сходить по твоим волосам.

Теперь ему стало с ней более комфортно. Он не хотел бы робкую девочку.

– Не стесняйся, снимай с меня все, что хочешь.

– Очень смешно. – Она поигрывала с пряжкой его ремня. – Почему ты не зовешь меня Мэнди?

– Потому что ты не похожа на Мэнди. Это не твое настоящее имя. Как тебя зовут по-настоящему? Не бойся, я не собираюсь тебя преследовать.

– Я знаю. – Она слегка прикусила нижнюю губу. Это было так чертовски сексуально, что ему захотелось ее поцеловать.

Он осторожно вытащил ее рубашку из джинсов и скользнул руками под нее. Кожа девушки была теплой и мягкой. Очень нежной. Ему захотелось, чтобы эта ночь стала для нее приятной. Он расстегнул ей бюстгальтер, по-прежнему слегка беспокоясь по поводу того, почему она здесь, с ним. Однако постепенно мозг отключался от желания обладать ею.

Когда он обнажил ее по пояс, она не протестовала. Он залюбовался белоснежной кожей и розовыми сосками.

– Боже, ты великолепна.

Он не солгал. За шесть лет у него были женщины. Но лишь на одну ночь. Женщины, чьих имен он даже не помнил. Разведенные. Вдовы, страдавшие так же, как и он. Секс утолял сиюминутную физиологическую потребность, тем не менее горе после него не унималось, оставаясь столь же глубоким и сильным.

В некотором смысле ему было легче не заниматься сексом, чтобы не напоминать себе о том, что потерял.

Остин заключил Брук в объятия и отнес на кровать. Сегодня что-то изменилось. Может, потому, что таинственная девушка до смешного очаровательна и ранима, а еще чуточку наивна. Она разрушила его защитные барьеры и пробудила эмоции, которые, как ему казалось, уже умерли.

С ней он ощутил потребность быть нежным.

– Иди сюда, милая.

Остин откинул одеяло, положил большеглазую блондинку на кровать и постарался сразу не набрасываться на нее. Сдерживаясь, он лег рядом с ней и медленно провел пальцем от ее ключицы вниз между грудями, ниже до живота с милым крошечным пупком.

– Скажи мне, что не так, милая леди. Клянусь, я не кусаюсь.

Брук явно была напряженной, прикусила нижнюю губу.

– Я забыла о предохранении.

– Не волнуйся. У меня есть две штуки. – Он полез в задний карман и достал упаковку из двух презервативов. – Лежали в пикапе.

– О. Это здорово.

– Назови свое имя, – попросил он.

Наклонившись, Остин поцелуями проложил дорожку от пупка вверх к груди, обратив внимание, что ее дыхание участилось и дрожь прошла по всему телу.

– Это нечестно. – Она посмотрела на него из-под ресниц.

Отдавала ли она себе отчет в том, какое воздействие оказывает этот взгляд на мужчин? Едва касаясь, он провел языком по ее соску.

– Я играю, чтобы выиграть, дорогая. Ты же хотела дикой, захватывающей страсти? Обычно это означает нарушение правил.

Он тяжело дышал, едва сдерживаясь. Продолжать игру было весело, хотя он не был уверен, что долго продержится. Так сильно хотел ее, что его просто трясло от возбуждения.

– Брук, – прошептала она. – Меня зовут Брук.

Выражение доверия на ее лице заставило его устыдиться того, что он вынудил сделать то, чего она не хотела. Он понимал это. И в ответ был готов помочь ей испытать безрассудную страсть этой ночью. И что он за человек после этого?

Остин тяжело сглотнул.

– Брук. Мне нравится твое имя.

Она провела пальцем по его щетине. Сегодня он брился в шесть утра.

– Теперь твоя очередь, Ковбой.

Он не стал делать вид, будто не понял, и простонал:

– Остин. Меня зовут Остин.

Он покрывал поцелуями ее живот, грудь, поднимаясь вверх и спускаясь вниз. Брук тяжело дышала и постанывала. Это сигнал, которого он ждал.

Он вскочил и одним движением освободился от рубашки, снял ботинки, потом джинсы и трусы. Встав обнаженный около кровати, попытался перевести дыхание.

Брук поднялась на колени и уставилась на него.

– Ты в порядке?

Он моргнул.

– Что?

Она сделала жест рукой.

– Твой… ну ты понимаешь… такой большой.

Он ощутил укол тревоги.

– Ты не обманываешь меня? Может, ты девственница?

Она выпрямила плечи, ее глаза сверкали.

– Я не лгу.

– Ты занималась сексом?

– Конечно.

– Сколько раз?

– Это тебя не касается.

Она расстегнула и спустила с бедер джинсы.

У него пересохло во рту.

– Я сам хотел их снять.

Она взглянула на него.

– Ты слишком медлил. Я уже не уверена, что выбрала правильного мужчину. Ты точно знаешь, что делать?

Он не знал, смеяться или выть от разочарования.

– Боже, ну ты и штучка.

– Ты обещал мне нечто дикое и возбуждающее. А я по-прежнему в трусиках.

Он обхватил ее за талию, и они оба повалились на кровать. Брук была на восемь дюймов ниже и на сорок фунтов легче и притворилась сопротивляющейся. Она оказалась сверху. Остин притворно отпустил ее. Когда оба перевели дыхание, он запечатлел на ее губах крепкий поцелуй.

Она растворилась в нем, мурлыча его имя с мягкой эротической тоской, которая передавалась каждой клеточке его тела.

Он погладил ей спину.

– Я рад, что повстречал тебя сегодня, Брук без фамилии.

Ее светлые волосы, мягкие и шелковистые, растрепались, от них пахло сиренью и невинностью счастливых летних вечеров.

Она коснулась губами его подбородка.

– Я тоже. Мне было страшно, но я увидела тебя у стойки и что-то почувствовала.

– Что же?

Он погладил ей ягодицы. Они были идеальной формы – мягкие, пухлые, нужного размера, каждая помещалась в широкую мужскую ладонь.

– Влечение. Зов природы.

Она двинулась, и ему стало почти больно. Член был очень твердым, болели яички. Презерватив лежал близко, стоило лишь протянуть руку. Но он не хотел, чтобы все это закончилось. Не желал окончания ночи.

Без предупреждения Брук скатилась с него, села рядом и взяла в руку его член.

– Мне нравится, как ты выглядишь, Ковбой.

Она медленно и сосредоточенно поглаживала его. Ощущение ее прохладных тонких пальчиков на тугой плоти было на грани удовольствия и боли. Остин стиснул зубы и постарался не кончить, сдерживаясь изо всех сил.

– Я назвал тебе мое имя.

Она уперлась щекой ему в плечо и продолжила пытку, крепко сжав его.

– Да. Остин.

Она прошептала это тихо и сладко. У него на лбу выступил пот. Эта женщина медленно убивала его.

Брук была возбуждена и чувствовала головокружение. Вечер, начавшийся так плохо, грозил стать весьма запоминающимся. У Остина есть все, чтобы стать идеальным любовником для нее. Требовательный и нежный. Мужественный и очень внимательный.

Он, хрипя, схватил ее за запястье и отстранил от себя.

– Достаточно.

Прежде чем она запротестовала, он потянулся за презервативом, надел его и стащил с нее трусики. Потом оказался сверху и вошел в нее. Брук забыла, как дышать.

Он был тяжелым и дико возбужденным. К счастью, она тоже очень возбудилась. Несмотря на его впечатляющий размер, ее тело приняло это легко. У нее давно такого не было, правда, ему об этом знать не обязательно. Раскрыв бедра, Брук попыталась расслабиться и сконцентрироваться на невероятном ощущении наполненности тела, ставшего одним целым с его телом.

В этот момент ее глаза увлажнились, перехватило горло. Возможно, от мысли о том, что он столько потерял, или от желания, что однажды у нее будет такой мужчина. Все в совокупности глубоко тронуло ее, вызвало слезы и ощущение уязвимости.

Остин быстро кончил и пробормотал извинения. Брук попыталась подавить разочарование. После быстрой отлучки в ванную для избавления от презерватива он вернулся. В спешке они оставили лампу включенной. Теперь он щелкнул выключателем. Комната погрузилась в темноту. Только ночник в ванной комнате рассеивал мрак.

Остин погладил волосы Брук, убрав их с ее лица.

– Прости насчет этого, дорогая. Ты меня изрядно завела, поэтому получилось так быстро.

– Все нормально.

Он улыбнулся.

– Это не нормально. Но это еще не конец. Раздвинь ножки, дорогая. Позволь доставить тебе удовольствие.

Она покорно раздвинула ноги, внутренне поморщившись. Это никогда не было ее сильной стороной. Слишком личное, слишком интимное. Единственный человек, который зашел так далеко, плохо с ней поступил.

К счастью, Остин не в курсе ее негативного опыта. Он прикоснулся к ней с уверенностью мужчины, знающего, как доставить женщине наслаждение, причем ему это нравилось.

– Закрой глаза, – мягко прошептал он. – Расслабься, Брук.