Устоять невозможно

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Глава 1

Доктор Джейкоб Волфф привык видеть пациенток как одетыми, так и обнаженными. Но когда на пороге его кабинета появилась Ариэль Дейн, Джейкоб от реагировал на нее совсем не как профессионал.

Усевшись за металлический стол, он жестом пригласил пациентку:

– Располагайтесь, мисс Дейн.

Не обращая внимания на его любезности, она быстро и нервно подошла к большому окну и, сложив руки за спиной, уставилась на лес.

Джейкоб воспользовался возможностью, чтобы ее рассмотреть. Ариэль Дейн. Изысканная и невероятно красивая кинозвезда. Но слишком худощавая, как почти все голливудские актрисы. Чаще всего она играла белокурых любовниц главных киногероев. Сегодня ее волосы были затянуты в простой хвост. Подобная прическа выгодно подчеркивала тонкие черты ее лица и изящную линию затылка.

Беспокойно поерзав на месте, Джейкоб откинулся на спинку стула. Молчание Ариэль его не тревожило – она заговорит, когда сочтет нужным. Его взволновала собственная реакция на эту красотку. Он не был с женщиной уже несколько лет, однако не испытывал дискомфорта по этому поводу. Джейкоб научился усмирять сексуальное желание. Но в присутствии женщины, чей образ занимает умы миллионов мужчин, побороть внезапное желание Джейкобу не удалось.

Ее молчание распаляло его любопытство.

– Как вы обо мне узнали, мисс Дейн?

Она слегка повернулась в его сторону, наконец решив удостоить его ответом. Выражение ее лица было задумчивым.

– Вы ведь знаете Джереми Варгаса? Он актер.

– Немного. С ним дружит моя невестка Оливия.

Кивнув, она снова посмотрела на пышные заросли рододендрона и лавра:

– Недавно я встретилась с ним на вечеринке, и он сказал мне, что я выгляжу как…

Ариэль умолкла. Джейкоб обратил внимание на ее напряженные плечи.

Повернувшись к нему, она поморщилась:

– Извините. Давайте скажем так: Джереми не особенно лестно отозвался о моей внешности. Он сказал мне, что я должна прийти к вам, и дал мне ваши контактные данные.

– Разве в Голливуде нет врачей?

Она подняла голову, выражение ее лица было затравленным.

– Джереми говорит, что из-за скандала в прессе, который пережила ваша семья, вы очень скрытный человек. Он прав? Я отлично знаю, что папарацци готовы выкупить копию моей медицинской карты за кругленькую сумму. Мне больше не к кому обратиться. Я никому не могу доверять.

– Мне не нужны деньги, мисс Дейн. Я и моя семья не жалует бульварную прессу. Поэтому я сохраню вашу тайну.

– Спасибо. Вы не представляете, что это для меня значит. – Она обхватила себя за талию. На ней было бледно-розовое шелковое платье до колен. Ариэль обладала стройными красивыми ногами и маленькой грудью. Либо она не носила бюстгальтер, либо он был настолько тонкий, что сквозь легкую ткань платья проглядывали очертания ее сосков.

У Джейкоба пересохло в горле. Молчаливо выругавшись, он приказал себе образумиться.

– Я должен признаться, мисс Дейн, что нечасто занимался расстройствами пищевого поведения. Но я могу отправить вас в частную клинику.

На ее лице отразился шок.

– Должно быть, я выгляжу ужасно.

Голос Ариэль не соответствовал ее хрупкой внешности. Он был низким и хрипловатым и наводил мужчину на мысли о сексе. Возможно, именно голос помог ей сделать блистательную карьеру в кино. Она начала сниматься еще в детстве, а первую роль во взрослом фильме получила в семнадцать лет.

– Вы невероятно хороши собой, – сказал он намеренно равнодушным тоном. – Но, очевидно, вы больны. Как врач, я обязан обращать внимание на все детали.

Она склонила голову набок и впилась в него взглядом.

– Я люблю молочные коктейли, жирный картофель фри и пиццу, – насмешливо произнесла она. – Мой метаболизм работает на полную мощность. И я не вызываю у себя рвоту. У меня нет расстройства пищевого поведения. – Ее губ коснулась едва заметная улыбка. – Дайте мне тарелку с жирной, нездоровой пищей, и посмотрите, что будет.

Джейкоб испытал облегчение. Итак, она не страдает от анорексии и булимии.

Но вдруг ему в голову пришла не менее тревожная мысль. Не подсела ли мисс Дейн на наркотики? О ней отзывались как об известной тусовщице, любительнице мужчин и ночных вечеринок. Но Джейкоб отлично знал, что журналисты любят преувеличивать. Еще неизвестно, какова Ариэль на самом деле.

– Раз мы заговорили о пище, – сказал он, – не хотели бы вы поесть? Я попрошу принести легкие закуски или закажу повару в замке какое-нибудь необычное блюдо.

– Я не голодна. – Она бродила по кабинету, беря в руки то книгу, то фото. Остановившись, взяла любимую фотографию Джейкоба. – Кто это?

– Я и мои братья, когда были подростками. Папа позволил нам заниматься рафтингом на Колорадо. Это был единственный раз, когда мы по-настоящему отдохнули.

– Почему? – спросила она, нахмурившись. – Ваш отец был скупым?

– Дело не в деньгах. Моя мать и тетя были похищены и убиты, когда мы с братьями были маленькими. Отец боялся нас потерять.

– Извините, – прошептала она, в ее больших глазах отразилась печаль. – Я мало знаю о вашей семье.

Он пожал плечами:

– Это было давно. Большинству людей известна эта история. Сколько вам лет?

– Двадцать два.

Она еще не успела родиться, когда на семью Волфф обрушилась трагедия. Ариэль прищурилась:

– Я выслала вам информацию о себе по электронной почте. Я заполнила все графы присланного вами формуляра на семи страницах.

– Извините. Я не ожидал увидеть вас так скоро, – сказал он. Ее письмо пришло накануне вечером. – Я прочту его после. – Ему вдруг захотелось ее приободрить. – У нас с вами больше общего, чем вы думаете, мисс Дейн. Моя семья многие годы была мишенью папарацци, с тех пор как убили мать и тетю. Виновные так и не были пойманы, так что время от времени эта старая история обсуждается в прессе.

– Мне очень жаль, – произнесла она официальным тоном. – Я знаю, что не должна была приходить так рано, но у меня мало времени.

– Вам уже поставили диагноз?

Она кивнула, расхаживая по кабинету. Джейкоб оглядел ее снова и не увидел явных признаков онкологии.

От печальных воспоминаний Джейкобу стало не по себе. Резко вздохнув, он спросил:

– У вас проблемы с наркотиками или что-то похуже?

Она замерла на полпути между его столом и дверью. Медленно приблизившись, опустилась в кресло и нахмурилась:

– Вы не будете меня сильно ругать?

Теперь, когда их разделяло всего несколько дюймов, Джейкоб заметил серо-лиловые прожилки на белках ее глаз. Ариэль обладала классической красотой и была похожа на молодую Ингрид Бергман. К сожалению, большинство режиссеров видели ее только в роли сексуальной нимфетки.

– Я не смогу вам помочь, если не узнаю правды.

Он посмотрел на ее изящные руки, длинные пальцы без колец и ногти с французским маникюром. Ариэль не носила даже часов. Единственным ее украшением были скромные серьги с бриллиантами, которые сверкнули, когда она повернула голову.

Она отвела взгляд, словно ее смутило его пристальное внимание. Вздохнув, она положила руки на подлокотники кресла.

– Мне сказали, что вы лечите только известных людей, которые скрывают свою личную жизнь.

– Да.

– Значит, вы понимаете, почему мне нужна ваша помощь.

– Я так понимаю, вы не хотите, чтобы кто-то вмешивался в вашу личную жизнь. Но вы до сих пор не сказали мне о причине своего визита.

Не дожидаясь ответа, она поднялась и снова прошлась по кабинету.

– Почему вы стали врачом? – спросила она, стоя к нему спиной.

Джейкоб сглотнул, борясь с желанием снова усадить ее в кресло, чтобы вдыхать запах ее тела.

– Когда убили мою мать, я плакал и спрашивал отца, почему доктора ее не спасли. Тогда я не понимал, что она умерла мгновенно от огнестрельного ранения.

Отец ответил, что никто не смог бы ее спасти.

Ариэль посмотрела на него с беспокойством:

– Но вы ему не поверили?

Джейкоб пожал плечами:

– Я был ребенком. Я решил, что стану врачом, чтобы никто не страдал так, как страдает моя семья.

– Как трогательно.

– Но я ошибся. Врачи не боги, хотя некоторые мои коллеги считают себя всемогущими.

– Зачем же вы работаете врачом, если сомневаетесь в своих способностях?

– Я знаю, что испытываешь, когда лезут в твою личную жизнь и распускают о тебе сплетни. Поэтому я помогаю людям, которые избегают огласки. Если не принимаю пациентов, то занимаюсь научными исследованиями. Я изучаю лейкемию. У меня есть время и деньги на исследования.

– Почему именно лейкемия?

– Когда мне было шесть или семь лет, у меня был лучший друг – Эдди, сын нашего зоотехника. Он заболел лейкемией и, несмотря на то что отец и дядя показывали его лучшим врачам и оплачивали лечение, умер в возрасте восьми лет. Память о нем помогала мне учиться на врача.

– Какой вы молодец!

Он пожал плечами.

– Я люблю свою работу. – Он умолк и усмехнулся. – Но сегодня мне несказанно повезло и ко мне заглянула звезда.

Ариэль проигнорировала его комплимент:

– А как насчет бедных и неизвестных?

– Если вы спрашиваете о медицинской помощи в целом, могу вас заверить, что семья Волфф вкладывает значительные средства в организацию «Врачи без границ». Мой брат Киран и я на собственные средства построили несколько клиник в нашей стране и за рубежом. Не нужно чувствовать себя виноватой в том, что я принимаю вас, как примадонну.

Она снова едва заметно улыбнулась:

– Я испорченная и избалованная стерва, разве вы не знаете?

Он услышал обиду в ее словах:

– Значит, вас это беспокоит? Вам надоело пристальное внимание?

Она покусывала нижнюю губу белоснежными зубами:

– Оно не должно меня беспокоить. Мне следовало привыкнуть.

– Но вам все равно неприятно.

Она посмотрела на него в упор, ее глаза наполнились слезами.

– Мягко сказано, доктор.

Она постаралась взять себя в руки и вытерла глаза тыльной стороной ладони.

Он протянул ей коробку с бумажными носовыми платками:

– Присядьте, мисс Дейн. Пожалуйста.

– Зовите меня по имени. – Она опустилась в кресло, скинула серебристые сандалии на плоской подошве и поджала под себя ноги.

Джейкоб старался не обращать внимания на то, как ткань юбки облегает ее стройные бедра.

– У вас красивое и редкое имя.

Наклонившись вперед, она оперлась локтями о стол и положила голову на руки:

– Моя мама любила мультфильм «Русалочка».

– Но вы блондинка, а русалочка Ариэль была рыжей.

– Не имеет значения, – сказала она, словно прочтя его мысли. – Я натуральная блондинка. Никогда не красила волосы, но носила парики.

– Почему вы так категоричны? Я думал, что большинство актрис согласны поменять внешность, чтобы получить роль.

– Я всегда слышала, что блондинкам легче живется. Я надеюсь, что когда-нибудь мне удастся в этом убедиться, – насмешливо сказала она.

– Вам не нравится то, чем вы занимаетесь?

– Идеальной работы не существует, доктор Волфф. Я удивлена, что вы об этом не знаете.

– Вы меня поймали, – он медленно откинулся на спинку стула, ибо близость к Ариэль заставляла его забыть о своих обязанностях. – Вы готовы рассказать, зачем пришли в клинику «Волфф Маунтин»?

– Расскажите мне об этом месте, – потребовала она, продолжая тянуть время. – Я видела особняк. Он больше похож на замок.

– Можно и так называть, – признался он. – Но вообще-то это обычный дом.

– Довольно странный…

– Иногда проживание в нем казалось мне отбыванием срока в тюрьме. – Он умолк и едва не прикусил себе язык. Незачем откровенничать с пациентами. – Итак, вернемся к вам, мисс Дейн.

Увидев ее предупреждающий взгляд, он поправился:

– Ариэль. Вы тоже можете называть меня по имени.

– А если я предпочитаю называть вас доктор Волфф?

Он нахмурился от смущения и разочарования:

– Я думал, что деятели кино предпочитают неформальное общение.

– Я предпочла бы сохранять дистанцию с человеком, который увидит меня обнаженной.

Он сглотнул:

– Я думаю, вы зря ко мне приехали, Ариэль. Я не смогу вам помочь.

Она прищурилась:

– Я еще не сказала, чем больна.

– А скажете? – Его голос показался грубым даже ему самому.

– Почему вы сердитесь?

– Я не сержусь, – терпеливо ответил он. – Я работал, когда вы пришли.

– Большинство мужчин находят для меня время.

– Я думал, что вам нужен врач, а не мужчина.

– Возможно, и то и другое.

Он так стиснул зубы, что у него заныла челюсть.

– Я полагаю, мы зашли в тупик, Ариэль. Вы сообщите мне о цели своего визита?

Покраснев, она опустила голову.

– Ариэль? – Джейкоб тихонько вздохнул. Он был на восемь лет старше ее и был обязан контролировать ситуацию. – Поговорите со мной. Все, что вы скажете, останется в стенах этого кабинета, даже если вы не станете моей пациенткой. Я клянусь.

Она подняла голову и посмотрела на него, казалось, без всяких эмоций.

– Я хочу нанять вас на пару месяцев, – сказала она не церемонясь.

Он нахмурился, пытаясь ее понять:

– Как врача?

Она поморщилась и поерзала в кресле, слегка обнажая бедро:

– Как моего парня.

Глава 2

Ариэль немного смутилась. Совсем не так она представляла себе нынешнюю встречу. Но Джейкобу Волффу почему-то удалось лишить ее самообладания.

Она ожидала, что он окажется сорокалетним врачом в медицинском халате и очках в золоченой оправе. В действительности Джейкоб Волфф был молодым и симпатичным мужчиной с серыми глазами, которые прожигали ее, словно рентгеновские лучи. Его черные волосы были коротко острижены. На нем была дорогая рубашка и темные брюки. Джейкоб был широкоплечим и по-спортивному подтянутым.

Ариэль постоянно окружали красивые мужчины, но Джейкоб Волфф был не похож ни на одного из них. Его спокойная уверенность и серьезность привлекали Ариэль.

В данный момент он хмурился и явно желал поскорее от нее отделаться.

Джейкоб откашлялся:

– Простите, я вас не понял. Вы хотите нанять меня в качестве своего парня?

От его слов она покраснела:

– Я понимаю, что вы не парень, а взрослый мужчина.

– Поверьте, Ариэль, я отлично знаю, что старше вас.

– Не разговаривайте со мной свысока! – отрезала она. – Я давно не младенец.

– На вид вам лет шестнадцать.

– Ну, мне не шестнадцать. Моя мать говорит, что я стара душой.

– Мы уходим от темы. Зачем вам понадобился парень? Разве вы не встречаетесь с тем рэпером?

– Это выдуманная история. Я удивлена, что вы видели нашу фотографию. – Ариэль была заинтригована.

– Пусть я живу отшельником, но даже такие дряхлые люди, как я, иногда выходят в Интернет. О вас ежедневно пишут в новостной ленте. Вы об этом не знаете?

От его усмешки она смутилась:

– Я не читаю развлекательные новости.

– Вы меня шокируете, мисс Дейн. – Он откинулся на спинку стула и сложил руки на животе. – Хорошо, что я нечасто принимаю пациентов. Вы отвратительный пациент.

– Ну, а вы струсили от предложения стать моим парнем.

Он пожал плечами.

– Вы уже меня отвергаете? – Он преувеличенно протяжно вздохнул. – Я к этому привык.

– Не говорите ерунды. Никогда не поверю, что вас может бросить женщина. У вас ведь были серьезные отношения?

Выражение лица Джейкоба стало непроницаемым.

– Либо вы говорите мне правду, Ариэль, либо уходите.

– Я больна, – тихо сказала она, отлично понимая, что Джейкоб Волфф не поддастся на ее уловки.

Замерев, он с подозрением прищурился:

– Вы шутите? У меня такое ощущение, что мы играем, но вы забыли назвать мне правила игры.

Она сняла ворсинку с платья и произнесла:

– Знаете, вы несносный. Разве доктора не обязаны быть вежливыми с пациентами? Я больна. Вот поэтому вы должны стать моим парнем.

– Начните сначала, – мягко сказал Джейкоб. – Я не буду вас осуждать или перебивать. Я обещаю. Я хочу помочь вам, Ариэль. Вы можете мне доверять.

Внезапно в кабинете повисла абсолютная тишина и духота. Ариэль захотелось открыть окна и впустить в помещение свежий воздух и звуки леса. Но в кабинете командовала не она.

Ариэль небрежно пожала плечами:

– Я возила свою мать на Амазонку несколько месяцев назад. У нее диагностировали рак молочной железы, и я хотела отправиться в путешествие вместе с ней, пока она еще может передвигаться.

Джейкоб посерьезнел:

– Мне очень жаль это слышать.

Ариэль небрежно махнула рукой, не желая снова расстраиваться:

– Она примирилась с судьбой.

– А вы? У Ариэль сдавило горло, несколько долгих секунд она не могла говорить.

– Я стараюсь. Мы прожили вдвоем большую часть времени, поэтому вы понимаете, что я не могу представить, как буду без нее жить.

– Я где-то читал, что она заставляла вас в детстве сниматься в рекламе. Это правда?

– Да. Большинство людей считает, что она делала это ради денег после ухода моего отца.

– Но вы не согласны?

– Деньги не были лишними. Но я думаю, она просто хотела, чтобы я добилась успеха. Она не была богачкой. Один из ее двоюродных братьев был связан с миром искусства, и она попросила его устроить меня на студию.

– Вас это возмущало?

Ариэль рассмеялась, застигнутая врасплох его предположением:

– Нет, конечно. Я всегда обожала быть на виду, слышать аплодисменты.

– Но вы нигде не учились после школы, верно?

– Я ежегодно снималась в двух, иногда в трех фильмах, с тех пор как мне исполнилось четырнадцать лет. Я окончила только среднюю школу. В любом случае студентка из меня получилась бы никудышная. На студии я зарабатывала кучу денег. Если бы я поступила в университет, то потеряла бы зря время.

– Вы пытаетесь убедить меня или себя? – тихо спросил он.

Ошеломленная его проницательностью, она прикусила губу.

– Теперь вы отклоняетесь от темы, – серьезно сказала она, не обращая внимания на его вопрос.

Он поднял руки:

– Прошу прощения. Пожалуйста, продолжайте.

– Моя мать любит путешествовать. Как только я добилась успеха, мы начали ездить по миру. Мы были в Париже, Риме, Йоханнесбурге и еще много где.

– Как ваша мать перенесла поездку на Амазонку?

– Очень хорошо. А вот я заболела.

Он насторожился:

– Что случилось?

– Мы были там почти пять недель и уже собирались домой, когда я слегла с малярией.

– Вы принимали лекарства до отъезда домой?

– Принимала, но, видимо, болезнь оказалась сильнее. Честно говоря, я плохо помню первые три-четыре дня своей болезни. Мне было ужасно плохо. Моя мать очень испугалась. Мы наняли замечательного гида, который нам помогал. Когда мы были в джунглях, я совсем ослабла, и Макимба отвел меня к местному знахарю, который меня лечил.

– Боже мой! – На лице Джейкоба отразился ужас. – Вы могли умереть.

– Поверьте мне, я знаю. Но снадобья знахаря мне помогли.

– Что было потом?

Она пожала плечами:

– Мы приехали домой. Я собиралась озвучивать мультфильм. К счастью, студия находится в Лос-Анджелесе, поэтому я ночевала дома. И график был не особенно напряженным.

– Вы должны сдать кровь на анализ, – тут же сказал Джейкоб. – Нужно подобрать лечение. Вы делали анализ крови?

Она поморщилась:

– Нет.

– Почему, черт побери? Что же это такое, Ариэль? Разве такими вещами шутят? – Он почти кричал.

– Поэтому я к вам пришла, – спокойно и с достоинством ответила она. – Три недели назад у меня был приступ. Я не могу обратиться в клинику, потому что информация о моей болезни просочится в прессу.

– Почему? Вам нужно лечиться. Вы больны. Что в этом такого? – Он явно недоумевал.

– Через десять дней начнутся съемки фильма, который может навсегда изменить мою жизнь. Прочитав сценарий, я поняла, что фильм будет номинироваться на «Оскар». Я получила роль, обойдя пять первоклассных актрис. Если узнают, что я недееспособна, я лишусь роли.

– Карьера для вас важнее здоровья? – спросил он осуждающе. В его серых глазах читалось отвращение.

– Закройте рот! – отрезала она. – Вы не имеете ни малейшего понятия о моей жизни и моих обстоятельствах. Очень хорошо, что вы нечасто принимаете пациентов. Я должна сказать вам, доктор, что вы высокомерная свинья!

Они в ярости прожигали друг друга взглядами примерно полминуты. Ариэль видела, как пульсирует жилка на загорелой шее Джейкоба, слышала аромат его дорогого лосьона.

Удивительно, но он ей уступил.

– Извините, – сухо сказал он. – Я обещал вас выслушать. Пожалуйста, продолжайте.

Приготовившись к бою, Ариэль опешила, услышав его извинение. Откинувшись на спинку кресла, она произнесла:

– Мне нравится мое занятие. Я солгу, если скажу, что не берусь за любую работу. Я так часто играю светловолосых шлюх, что иногда спрашиваю себя, не становлюсь ли на них похожей. Но мне нужны деньги. У моей матери нет медицинской страховки, поэтому я оплачиваю все счета на ее лечение.

– Ох.

– Вот именно. Мне надоело, что мать читает обо мне негативные отзывы в прессе. Отныне я хочу, чтобы она мной гордилась. Она плакала, когда узнала, что я получила достойную роль.

Джейкоб Волфф молчал, выражение его лица было спокойным. В конце концов он вздохнул и сказал:

– Я не могу с вами спорить, но подозреваю, что она уже вами гордится. Похоже, вы с ней очень близки.

– Да, – прошептала Ариэль, осознавая, что совсем скоро останется одна. Отмахнувшись от грустных мыслей, она продолжала: – Я должна играть в этом фильме. Но у меня может начаться осложнение после малярии. Я хочу, чтобы вы постоянно сопровождали меня во время съемок.

– Разве вы не привлечете этим ненужное внимание?

– Сосредоточьтесь, доктор Волфф. Никто не должен знать, что я больна, поэтому вы станете изображать моего парня. О вашем присутствии на съемках я договорюсь. Как только у меня начнется приступ, вы меня прикроете. Конечно, члены съемочной группы обязаны знать, кто вы такой. Нельзя скрыть, что вы доктор Волфф. Но они не должны знать, чем я больна.

– Вам не кажется, что вы бредите?

– Весь мой мир – бредовая иллюзия, док. Но я отлично делаю свою работу в иллюзорном мире.

Он покачал головой:

– Вам легко говорить, Ариэль, но я не так талантлив, как вы.

– Может быть, – протянула она, желая его подколоть, – но у вас красивое тело и необходимые медицинские навыки. Больше мне ничего от вас не нужно.

Если она надеялась его смутить, то ей это не удалось. Джейкоб Волфф уставился на нее и спросил:

– Почему вы решили, что я буду рассматривать ваше предложение? Я должен работать и проводить исследования, Ариэль.

Уже в шестнадцать лет Ариэль поняла, что красивая внешность и сексуальность позволят ей многого добиться в жизни, особенно от мужчин. Однако строить глазки Джейкобу ей почему-то не хотелось.

Она пожала плечами, притворяясь беспечной:

– По той же причине, по какой вы стали врачом. Вам нравится помогать людям. И вы нужны мне, Джейкоб Волфф. Вы, и никто другой. Вы мне поможете?

Глава 3

Джейкоб с трудом сдерживался. Черт побери, эта девчонка приперла его к стенке. Если Ариэль умрет, что потенциально возможно, Джейкоб никогда себе этого не простит. Если он позволит ей уйти, то нарушит врачебную клятву. Он хотел ей помочь не только из чувства долга. Слишком часто он сталкивался со смертью: мать, невеста, друг детства. Не говоря уже о других безнадежных пациентах.

– Когда я вам понадоблюсь? – спросил он, вспоминая свой рабочий график.

– Примерно через десять дней.

– И где мы будем инсценировать наши отношения? Только, пожалуйста, не говорите, что в центре Детройта.

– Вам повезло. Мы поедем в Антигуа. Солнце, песок, сангрия.

– Я не любитель алкоголя. Подорвет ли это мой имидж?

– Вовсе нет. Я тоже редко выпиваю. – Заметив недоверчивость в его взгляде, Ариэль рассердилась. – Я недавно стала совершеннолетней и за прошедший год в общей сложности выпила бокал вина.

Он отмахнулся от своих предубеждений:

– Если я соглашусь, на какой срок мне рассчитывать?

– Режиссер надеется снять фильм за десять недель и вернуться в Лос-Анджелес.

– А если у вас начнется приступ по возвращении в Калифорнию?

Она пожала плечами:

– Моя мать будет рядом. Еще у меня есть двое надежных друзей. Когда вернемся в Лос-Анджелес, будет снята большая часть фильма, поэтому меня не смогут уволить. Режиссеру и продюсеру придется ждать, когда я выздоровею.

– Вы все просчитали.

Она махнула рукой на стену за его спиной, указывая на дипломы: