Затмение страсти

Janice Maynard

His Heir, her Secret

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. Α.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

His Heir, her Secret

© 2018 by Janice Maynard

«Затмение страсти»

© «Центрполиграф», 2022

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2022

Глава 1

С утра ничто не предвещало беды. Казалось, это будет еще один серый февральский день в маленьком городке в Северной Каролине. Так было ровно до тех пор, пока во время обеда шум с улицы не заставил Кейт Эверетт выглянуть в окно.

Маленькая квартирка Кейт располагалась на втором этаже, над ее книжным магазином «Потрепанные страницы». Из окна открывался прекрасный вид на улицу и, в частности, на здание напротив, где располагался офис фирмы «Виллы Стюартов». Фирма принадлежала ее подруге Изабель, обаятельной женщине в годах, взявшей молодую Кейт под свое крыло. Звук остановившейся рядом машины заставил Кейт отодвинуть занавеску и посмотреть вниз.

В этот момент ее сердце, кажется, пропустило пару ударов.

Шотландец вернулся.

Броуди Стюарт – мужчина, которого она не видела четыре месяца и совершенно не рассчитывала увидеть вновь. И вот он снова появился в Кэндлвике во всей своей красе: почти два метра ростом, широкие плечи, рельефные мышцы и бархатный голос с хрипотцой – непревзойденный покоритель женских сердец и завоеватель их постелей.

К такому повороту событий она не была готова.

По правде сказать, утро все равно не задалось. Кейт проснулась на рассвете совершенно разбитая, и серое ледяное февральское утро прекрасно отражало ее настроение. Она заваривала чай в надежде взбодриться, когда услышала шум автомобильного двигателя и низкие мужские голоса.

Теперь она знала: шотландец вернулся. Новость застала ее врасплох, а чай остался сиротливо остывать на столе.

Тогда, четыре месяца назад, Кейт даже подумать не могла, что встреча с этим парнем перевернет ее жизнь с ног на голову. Во всяком случае, когда Изабель решила познакомить ее со своим внуком, Кейт приняла Броуди за инфантильного стеснительного юношу, не способного пригласить девушку на свидание, и совершенно не ощутила угрозы. Как же она ошибалась! Броуди Стюарт мог заполучить любую женщину, лишь взглянув на нее своими синими глазами с длинными ресницами. Кейт помнила очаровательные морщинки, которые появлялись в уголках этих глаз, когда Броуди улыбался. А Броуди улыбался часто…

Кейт была в смятении. Ее ноги дрожали, а в животе порхал целый рой бабочек. Ей нужно было сесть, выпить чаю. Но она не могла оторваться от окна. У дома напротив Изабель – миниатюрная седовласая дама – раздавала указания двум очень похожим мужчинам. Один из них был Броуди (ну что за нелегкая его снова принесла!), а второй, очевидно, его младший брат, Дункан. Когда чемоданы были выгружены из багажника арендованной машины, пришло время семейных объятий.

На февральском ветру танцевали снежинки, но все трое, казалось, не замечали холода. Причиной тому, возможно, была шотландская кровь, текущая в их жилах. Их предки были с Шотландского нагорья, где зимние ветры прочесывают вересковые пустоши, а родословные уходят корнями в далекое прошлое воюющих кланов.

Кейт отпустила занавеску. Шпионить – это, конечно, увлекательно, особенно если шпионишь за Броуди Стюартом. Но ей следует взять себя в руки и вернуться к работе, ведь обеденный перерыв подошел к концу.

Город Кэндлвик затерялся в горах Голубого хребта, в часе езды от Эшвилла. Казалось, время здесь замерло и отстало от всего остального мира на несколько десятилетий. В этом городе каждому было известно, как идут дела у ближних и дальних соседей, преступления были редкостью, и все эти прелести тихой провинции компенсировали жителям отсутствие модных ресторанов и современных кинотеатров. Именно сюда и занесла Кейт нелегкая судьба пять лет назад. Книжный магазин «Потрепанные страницы» с рядами антикварных книжных полок и неровными деревянными полами стал для нее истинным утешением и поводом для гордости. Со дня весеннего солнцестояния и почти до Дня благодарения туристы приезжали и уезжали, принося в городок деньги и жизнь.

Молодая, стройная, с длинными светлыми волосами цвета весеннего солнца, Кейт была достаточно замкнута и не искала общения ни с местными жителями, ни с приезжими. Единственной подругой в новом для нее городе стала Изабель Стюарт – женщина, чей возраст перешагнул за девять десятков. Рост ее вряд ли достигал полутора метров, а волосы поседели добела, но это не мешало Изабель держаться с достоинством амазонки. Родом она была из Инвернесса – небольшого портового городка на севере Шотландии. Много лет назад она познакомилась с харизматичным американцем Джеффри, приехавшим в Шотландию учиться в университете.

Роман развивался бурно и стремительно, и вот уже замужней женщиной Изабель последовала с ним в Соединенные Штаты, в городок Кэндлвик. В чужой стране она начала свою жизнь с единственной просьбы – сохранить свою девичью фамилию. Молодой муж не только согласился, но и сам взял ее фамилию, чтобы продолжить род Стюартов. Молодая семья открыла бизнес по строительству коттеджей в горах. За годы брака им удалось сколотить состояние и обзавестись сыном. Молодой человек почувствовал притяжение своих шотландских корней и после окончания колледжа перебрался на историческую родину и поселился в Хайленде. Там и появились на свет оба его сына, внуки Изабель и Джеффри.

Время шло, бизнес процветал, но годы брали свое. Полгода назад Джеффри не стало, Иззи осталась одна в чужой когда-то стране. Броуди уже второй раз за эти полгода навещал бабушку, теперь в компании брата.

После обеденного перерыва Кейт забралась вглубь магазина, подальше от входной двери и окон, выходящих на дорогу, и принялась протирать пыль с книг, посвященных истории края. Спокойное медитативное занятие позволяло не только не смотреть на здание напротив, где трое шотландцев радовались воссоединению семьи, но и привести в порядок мысли.

Она почти успокоилась, когда звон дверного колокольчика вернул ее в реальность. На пороге стояла Изабель Стюарт. Сердце Кейт лихорадочно забилось, но она постаралась говорить спокойно.

– О, мисс Иззи! Чем могу помочь?

Изабель улыбнулась:

– Я хочу, чтобы ты пришла сегодня на ужин, Кейт. Броуди вернулся. На этот раз он приехал вместе с Дунканом.

– Ты, должно быть, очень рада, – сказала Кейт, пытаясь придумать благовидный предлог и отказаться от визита. Она не готова была ужинать в компании шотландца, даже ради подруги. Однако ей было известно, что Изабель отказов не принимала.

– Ты очень нужна мне сегодня, – тихо, но с настойчивостью в голосе произнесла она.

Неловкое молчание повисло в воздухе. Кейт облокотилась на тяжелую дубовую стойку и внимательно посмотрела на свою гостью.

Изабель смахнула слезы. Даже сейчас, после пяти лет знакомства, Кейт не могла с уверенностью сказать, были ли слезы искренними, или же это было ловкой манипуляцией.

– Что случилось, мисс Иззи?

С дрожью в голосе Изабель начала свой рассказ:

– Понимаешь, в моей квартирке нет места для двух таких крупных мужчин, как мои внуки, поэтому я попросила ребят расположиться в Большом доме.

Большой дом был невероятно красивым строением на вершине горы над Кэндлвиком. Этот дом был семейным гнездом Стюартов, но после смерти мужа Изабель не могла заставить себя провести там ночь.

Так же как и Кейт, и многие другие владельцы предприятий в Кэндлвике, Иззи теперь жила в комнате на втором этаже над своим офисом.

– Поселить их там – хорошая идея, – сказала Кейт, предчувствуя подвох, – но какое это имеет отношение ко мне?

– Мальчики решили сделать подарок мне на день рождения, наняли шеф-повара на вечер, чтобы он организовал в Большом доме праздничный ужин. А я… Я не смогла сказать им, что не хочу идти туда.

– О, мисс Иззи, я и забыла, что праздник уже сегодня! Прими мои самые горячие поздравления! Но почему же ты не хочешь сегодня идти в Большой дом? Броуди уже был здесь после похорон, неужели вы с ним не ходили туда?

– В прошлый раз Броуди приезжал один, и мы поместились в моей квартире. Он спал на диване, ему одному там было достаточно места. Но когда он предлагал мне посетить дом, я находила кучу дел и причин, чтобы остаться у себя. Я не смогла пересилить себя, он ходил один.

– Мисс Иззи, – Кейт старательно подыскивала слова, – я думаю, твои внуки понимают, что творится у тебя на душе. Но прошло уже шесть месяцев… Чем дольше ты избегаешь визитов в тот дом, тем тяжелее будет вернуться туда потом. Думаю, праздничный ужин в родных стенах они придумали специально, чтобы ты наконец-то переступила порог своего дома и перестала его избегать. Прошло уже очень много времени…

– А я совсем не чувствую прошедших месяцев, – ответила Изабель, – мне кажется, что все было лишь вчера. В каждой комнате я чувствую присутствие моего Джеффри. Мне так тяжело. Пожалуйста, пойдем со мной! Ты моя подруга, и мне очень нужна твоя поддержка.

Изабель смотрела на нее с такой искренней мольбой, что Кейт увидела в ее глазах всю глубину страданий этой женщины, потерявшей любовь всей жизни, и поняла, что не сможет отказать. Однако в таком случае ей не избежать встречи с Броуди.

Кейт предприняла последнюю попытку отказаться от званого ужина:

– Изабель, все же сегодня – ваш семейный праздник, не покажется ли странным, если я приду?

– Вовсе нет, – возразила Изабель, – во-первых, ты моя подруга, а во-вторых, это идея Броуди.

Спустя пять часов Кейт переминалась у порога «Виллы Стюартов» в безуспешной попытке согреться. На обочине, прогреваясь, устало фырчал двигатель ее старенького седана. Пальцы Кейт уже начали неметь от холода, когда из дверей вышла Изабель. Для человека, который в ближайший час должен был столкнуться с болезненными воспоминаниями, Изабель выглядела достаточно бодрой.

– Кейт, ты как раз вовремя! – обрадовалась пожилая женщина. – Пунктуальность – похвальное качество, да и в целом – ты прелесть! Тому, с кем ты свяжешь судьбу, несказанно повезет!

Кейт помогла подруге сесть в машину. На Иззи были довольно старомодное, но весьма добротное кашемировое пальто, бежевый берет и ее любимый шотландский шарф в клетку.

– Почему ты не в платье? – поинтересовалась Иззи.

Кейт выехала с парковки и на всю мощность включила автомобильную печку.

– Сегодня ночью обещают минус двадцать. На мне – мои лучшие брюки.

– Ну надо же! А как же посверкать ножками перед горячими мужчинами? Эх, поймешь в моем возрасте, что упустила.

Кейт промолчала, не желая спорить с пожилой женщиной, чьи взгляды на отношения мужчины и женщины накрепко застряли в середине прошлого века.

Дорога в гору была легкой и, к сожалению Кейт, заняла совсем немного времени. Как же она хотела оттянуть этот момент! Но Большой дом Стюартов уже возвышался над ними великолепной громадой. Выветренный горный камень, грубо отесанные деревянные балки, медные водосточные желоба, гигантские окна с витражами.

Эта великолепная архитектурная жемчужина когда-то украшала обложки известных американских и европейских журналов.

Кейт обратилась к своей спутнице, которая как зачарованная смотрела на дом, в котором провела большую часть жизни.

– Ты уверена, что с тобой все будет в порядке? – спросила она, коснувшись руки Изабель.

Та лишь усмехнулась:

– Знаешь, пережить всех своих друзей и сверстников – это довольно забавный опыт…

– Мисс Иззи! – Кейт никак не могла привыкнуть, что ее пожилая подруга ни во что не ставит общественные устои.

– Не будь ханжой. Какой смысл стареть, если ты не можешь говорить то, что тебе заблагорассудится?

Кейт улыбнулась.

– Итак, вернемся к моему вопросу. С тобой все будет в порядке?

Иззи смотрела через лобовое стекло машины на громадину дома, нависающего над ними. По ее морщинистым щекам текли слезы.

– Он построил этот дом для меня в знак благодарности. Ты знала об этом?

– Нет, ты никогда не говорила… Благодарность – за что?

– За отказ от Шотландии. За то, что я переехала в Америку, бросив свою привычную жизнь, родные места, семью. Глупец… – Слезы сдавили горло Изабель. – А сейчас я отдала бы все, что у меня есть, за один день с ним…

От этих слов у Кейт сдавило горло и перехватило дыхание. Пожалуй, причина была не только в сочувствии к Изабель и не в драматизме этого момента. Кейт охватили неведомые до этого момента чувства. Изабель отдала всю себя своему возлюбленному. У самой Кейт в жизни не было ничего подобного. Она не представляла себе, как это – любить мужчину настолько сильно, чтобы изменить свою жизнь ради него. Ей не довелось испытать такой сильной любви, какую посчастливилось испытать ее пожилой спутнице. Зато совсем недавно она совершила самую роковую ошибку в своей жизни. И вот теперь она стоит на пороге дома, в котором находится Броуди. Что она скажет ему?

Кейт заглушила машину, но не спешила отстегнуть ремень безопасности и продолжала сидеть, вцепившись двумя руками в руль.

Иззи выдохнула:

– Пора покончить с этим. – Голос ее дрожал. – Я не буду плакать, не переживай. Слишком много слез я уже пролила. К тому же я не хочу расстраивать моих мальчиков. Не хватало еще, чтобы они начали винить себя в моих слезах. Пойдем, Кейт, моя девочка.

Две женщины побрели к дому по мощенной камнем дорожке, подгоняемые ледяным ветром. Едва они поднялись по ступеням крыльца, как перед ними распахнулись двойные дубовые двери, и массивная люстра выплеснула яркий свет за порог дома. Миниатюрная шотландка тут же была заключена в восторженные объятия своих брутальных внуков. Тем временем Кейт могла рассмотреть мужчин в мельчайших деталях. Хотя во внешности братьев имелось определенное сходство, Иззи не раз говорила Кейт, что Броуди больше похож на мать – ирландку по происхождению, в то время как Дункан пошел в деда-американца. Теперь, когда Кейт наконец встретила Дункана, она не могла не согласиться с этим заключением – младший брат Броуди был едва ли не точной копией Джеффри Стюарта в молодости. Она задавалась вопросом: больно ли Иззи смотреть на Дункана и видеть копию своего юного мужа?

Кейт попятилась, все еще не понимая, зачем она пришла, но Иззи схватила ее за руку и потянула в дом.

– Кейт, моя дорогая, познакомься с Дунканом.

Дункан Стюарт поцеловал ее руку:

– Очарован, мисс Эверетт.

Броуди фыркнул:

– Прекрати, Дункан.

Дункан поднял руки, всем своим видом изображая святую невинность:

– Что я сделал-то?

– Сходи-ка проверь, как обстановка на кухне. Может, шеф-повару требуется твоя помощь.

Дункан усмехнулся и повел бабушку вглубь дома, оставив Кейт наедине с Броуди.

Мужчина, который до сих пор избегал смотреть на нее, криво усмехнулся:

– Сюрприз, Кейти. Я вернулся.

Кейт скривилась, словно от зубной боли.

Броуди не был идиотом – он всегда мог понять, рада ему женщина или нет. Конечно, нескрываемое недовольство, отразившееся на лице Кейт, ущемило его гордость, но он приложил все усилия, чтобы сохранить улыбку.

– Спасибо, что составила компанию моей бабушке. Я знаю, как она боялась приходить в этот дом.

Кейт неспешно сняла пальто и протянула ему.

– Так зачем надо было заставлять ее приходить сюда?

Броуди пожал плечами и повесил пальто Кейт в шкаф.

– Иногда приходится принимать неприятные решения. Моя бабушка спала в комнате размером с чулан и довольствовалась лишь самым необходимым. Дедушки больше нет. Но дом все еще здесь. Пора уже посмотреть правде в глаза и перестать убегать от реальности.

Кейт закатила глаза:

– С чего ты взял, что можешь решать за других, как им следует поступать?

Броуди посмотрел на нее, склонив голову, хотя единственным его желанием было поцеловать эту женщину. В последний раз, когда они виделись, одежды на них не было. Они лежали голыми, счастливыми и очень уставшими в постели Кейт.

– Я тебя чем-то обидел? Мне нужно было уехать, и ты это знаешь.

Пять месяцев назад, спустя четыре недели после похорон деда, Броуди вернулся в Кэндлвик, чтобы поддержать бабушку и разобраться с делами семейного бизнеса. При дедушке «Виллы Стюартов» были процветающей компанией с безупречной репутацией. Но Джеффри Стюарта уже не было, а его сын – отец Броуди и Дункана – совершенно не хотел возвращаться в Америку. Поэтому Броуди предстояло решить два вопроса: что делать с бизнесом и с пожилой бабушкой.

Тогда, через месяц после похорон деда, Броуди провел четыре недели в Кэндлвике, посвятив немалую часть времени Кейт Эверетт – своей внезапной и яркой страсти. Днем Броуди был заботливым внуком, а по ночам – пылким любовником. Его невообразимо тянуло к Кейт. В этом маленьком городе за девушкой закрепилась репутация милой скромницы, впрочем, наедине с Броуди ей удавалось преодолевать природную сдержанность…

Броуди тоже не был новичком в любовных делах. Он прекрасно понимал биохимию сексуального влечения, да и за плечами у него был некоторый опыт серьезных отношений. Но когда его бабушка познакомила его со своей соседкой, Броуди смутился, как подросток. В Кейт причудливо сочетались два образа: синего чулка и роковой женщины. Свои длинные светло-русые волосы Кейт постоянно собирала в тугой узел, но, когда она распускала их, они сияли, словно весеннее солнце…

От одного воспоминания о ее волосах, шелковым водопадом спадающих на грудь, Броуди ощутил непреодолимое желание прикоснуться к ней.

Кейт была высокой, без малого сто восемьдесят сантиметров, и Броуди знал каждый изгиб ее обольстительного тела. Впрочем, о том, что оно обольстительное, знал лишь он – ее соблазнительные формы были скрыты от взглядов окружающих свободными кардиганами и джемперами ниже колена. Для Броуди оставалось загадкой, почему столь шикарная женщина с таким упорством прячет свою красоту.

– Так чем же я тебя обидел?

– Просто сегодня был долгий день. Но я рада тебя видеть, Броуди, – с печальной улыбкой ответила Кейт, глядя на мужчину, с которым когда-то была близка.

– «Рада видеть»? – Броуди поморщился от столь формальной фразы.

– Я не давала тебе никаких надежд.

– На что?

– Сам знаешь. Я не намерена продолжать все с того места, где мы остановились, как будто просто поставили отношения на паузу.

– Может, мне и не нужны были эти надежды? – намеренно поддел ее Броуди. Ее колкие обидные фразы он воспринимал как вызов. Он никогда не встречал женщин со столь непростым нравом.

Кейт вздохнула и направилась в гостиную – она не раз бывала в Большом доме Джеффри и Изабель и прекрасно ориентировалась в нем. Броуди пошел следом. Они нашли Дункана и Изабель в столовой. Шеф-повар уже накрыл шикарный стол, сервировав его фамильной посудой Стюартов. Фарфор, серебро и хрусталь старинных европейских марок были истинным украшением стола. Изабель встала за спинкой кресла, которое когда-то принадлежало ее мужу.

– Мальчики, пусть один из вас займет это кресло. – Голос Изабель дрожал.

Броуди и Дункан переглянулись. Кейт поморщилась.

Спустя несколько секунд напряженного молчания Броуди ответил:

– Я не могу, бабушка, и Дункан тоже.

– Так зачем вы притащили сюда меня?! – Глаза старушки наполнились слезами. – Вы не можете сесть в опустевшее кресло деда, но требуете от меня, чтобы я жила в опустевшем доме?!

Глава 2

– Что, если кресло мистера Джеффри сегодня займу я, мисс Иззи? – неожиданно предложила Кейт, сделав шаг вперед. – Это будет для меня большой честью. А вы могли бы сесть рядом со мной.

Броуди беззвучно поблагодарил Кейт через голову бабушки.

Бесспорно, Кейт оказалась как нельзя кстати на этом семейном празднике: она не только заняла пустующее кресло хозяина дома, но и поддержала непринужденную беседу о книгах, политике и международных отношениях. Дункан, к огорчению Броуди, оказывал Кейт слишком много внимания. Возможно, Броуди следовало предупредить брата, что они с Кейт когда-то были близки. Да, эти отношения в прошлом, но, возможно, у них еще есть будущее?..

От этой мысли Броуди поперхнулся едой и покраснел.

Изабель посмотрела на него:

– Ты в порядке, мальчик мой? Надеюсь, ты не подавился рыбной косточкой?

– Я в порядке, – поморщился Броуди.

Кейт посмотрела на него своими кошачьими зелеными глазами, от взгляда которых ему всегда было не по себе. Он не любил, когда ему заглядывают в душу. Временами Броуди казалось, что Кейт может без труда читать его мысли. Чтобы отвлечь внимание от себя, Броуди легонько пнул брата под столом.

– У Дункана есть несколько хороших идей о компании, бабушка.

Изабель оживилась:

– Я слушаю.

Дункан посмотрел на брата с яростью, которая обещала возмездие.

Он прочистил горло:

– Бабушка, я думаю, стоит продать твою фирму «Виллы Стюартов» и твою недвижимость здесь. Американская экономика восстановилась, сейчас оптимальное время для продажи. Не пора ли вернуться на родину? В твоем возрасте не следует жить одной. Представь, как обрадуется папа твоему возвращению в Шотландию?!

В комнате повисла гробовая тишина. Всех присутствующих за столом сковала неловкость.

Кейт откашлялась и встала.

– Это ваши семейные дела. Я, пожалуй, пойду в библиотеку.

Прежде чем Броуди успел возразить, Изабель вскинула подбородок и посмотрела на них с высокомерием королевы.

– Ты не уйдешь, Кейт. Я попросила тебя пойти со мной на этот ужин, потому что считаю тебя одним из самых близких друзей. Похоже, в этом семейном споре мне может понадобиться твоя поддержка. Не сомневаюсь, дорогая, – ты на моей стороне.

Броуди нахмурился.

– Бабушка, мы же не на войне, какие тут могут быть стороны? Мы с Дунканом любим тебя и хотим сделать как лучше для всех присутствующих.

Изабель фыркнула:

– Когда я умру, ты сможешь делать со своим наследством все, что захочешь. Но в данный момент эта компания, которую мы с Джеффри строили годами, не щадя себя, – все, что у меня осталось от него. Честно говоря, я рада, что вы заставили меня вернуться в дом. Я и не понимала, как сильно мне этого не хватало.

– Мы могли бы сохранить дом, – сказал Броуди.

Он подставил под первый удар брата, но теперь пришло время ему взять на себя часть ответственности. Изабель пристально посмотрела на него.

– Какую часть слова «нет» ты не понял? Я стара. Ты что, не понимаешь? Я здесь долго не пробуду. Кроме того, мои менеджеры неплохо ведут дела после смерти Джеффри.

Кейт бросила на Броуди сочувственный взгляд и встала на его сторону.

– Но, мисс Иззи, Герман готовится переехать в Калифорнию, а Кевин один не справится – ты сама мне об этом недавно сказала.

Но Изабель это замечание, казалось, лишь воодушевило.

– Тогда пусть один из этих двоих переедет ко мне. Конечно, если такая просьба пожилой женщины к внукам не слишком обременительна.

За столом снова воцарилась тишина, тяжелая от бремени семейных ожиданий.

Кейт снова пришла на подмогу:

– А как же лодочный бизнес Броуди в Скае, мисс Иззи? Неужели ты просишь его отказаться от дела всей его жизни? А Дункан – его самый надежный партнер в этом деле, верно? – Она вопросительно посмотрела на младшего из братьев.

– Да, верно. У Броуди контрольный пакет акций, а я веду все финансовые дела.

Иззи не растерялась:

– Так почему же вам не продать свой бизнес? Вы можете переехать сюда оба. В любом случае «Виллы Стюартов» достаточно скоро будут вашими. Вашему отцу мой бизнес не нужен.

Сын Изабель, отец Броуди и Дункана, был всемирно известным художником, его картины выставлялись во всех крупных галереях Британских островов. Он был невероятно успешным и богатым, не только его дети, но и внуки и правнуки могли бы не работать ни дня, однако тот настоял, чтобы его мальчики получили хорошее образование и нашли свой собственный жизненный путь. Броуди ценил вклад отца в открытие лодочного бизнеса, но этот долг отцу уже давно вернул.