Хранительница темных врат

Пролог

– Сара, тебе там письмо пришло, – зайдя в мою комнату сказала Вика.

– Мне? – удивленно переспросила, отвлекаясь от сбора вещей.

– Да. Иди скорее.

Кто вообще мог отправить мне письмо? У меня ведь не осталось родственников. Я сирота.

Думаю, стоит представиться. Сара Голфрид, восемнадцать лет. Ровно тринадцать лет назад в пятилетнем возрасте меня нашли у порога детского приюта Аист. Кто я и откуда известно не было. В руке у меня нашли листок с двумя словами "Сара Голфрид".

Я совершенно ничего не помнила и не говорила. Даже как оказалась у приюта, и кто меня привел. Не сама же пришла в самом деле? Говорить начала только через год после этого события. И то если бы не врачи так и осталась бы немой. Память за все эти годы так и не вернулась.

Внешность немного не обычная по крайней мере для этих мест. Темные прямые волосы. Всегда длинные и стричь их очень трудно. Да и я не позволяла. Очень ими гордившись. Прямой носик, чуть пухлые губы, почти черные глаза. Телосложение очень худое. Как бы меня не пытались откормить – все бесполезно.

Расследование по моему делу было заведено, но уже через два года было закрыто. Стало ясно, что семью мою так и не найдут.

Приемной семьи так и не случилось. Детей приходили смотреть, но на меня никогда не обращали внимание.

И вот вчера мне исполнилось восемнадцать. Наконец могу уйти из приюта и начать свою жизнь. Как сироте мне полагалась квартира и небольшая сумма денег. Я как эту квартиру увидела так сразу и решила продать Вике. Она сейчас беременна и лишней квартира не будет.

Что не так было с квартирой? Жить там невозможно. Ремонт явно делался в прошлом веке, а мебель только на помойку. Когда я возмутилась мне заявили, что другого нет.

Что ж, я все равно не собиралась оставаться в этом городе. Грязный, захламленный и девяносто процентов населения пьют почем зря. Я решила уехать и найти место получше. После продажи жилья у меня приличная сумма. Хватит на покупку небольшого домика и еще останется.

Глава 1

Закрыв чемодан, я вышла из комнаты и спустилась на первый этаж. Там меня ждала директриса нашего приюта – Валентина Картеева.

– Сара, идем в мой кабинет, – сказала директриса, держа вскрытое письмо и запечатанный большой конверт.

– Но…

– Знаю у тебя поезд через час, но у меня в руках то, что может поменять твое решение.

Я была уверена, что ни что не способно изменить мои планы, но мне было интересно почему всегда такая веселая директриса сейчас такая хмурая. Что там такого в письме?

Кабинет располагался здесь же на первом этаже слева от входа в самом конце коридора. Кабинет был обставлен простенько. Резной стол, два мягких стула, резной кофейный столик, три кресла и много книжных полок, которые забиты различными бумагами.

– Садись, – сказала Валентина Картеева садясь на свое место.

Я прошла к столу и села на свободный стул напротив директрисы.

– О чем Вы хотели поговорить?

– Сара, тебе ведь известно, что так и не удалось найти хоть что-то о твоей жизни до приюта и соответственно твою семью.

– Конечно.

– Так вот сегодня на твое имя пришло письмо, которое озадачило многих, в том числе и меня.

– Я не понимаю…

– Прочти.

Мне протянули развернутый листок, а конверт так и остался в руках директрисы. Я аккуратно взяла листок и начала читать.

"Уважаемая Сара Голфрид. С прискорбием сообщаю Вам, что Ваша тетя – Натаниэлла Голфрид скончалась тринадцатого июня четыре тысячи восьмидесятого года, вечером. Прошу Вас прибыть в город "Полуночный" для получения наследства. С ним Вы можете ознакомиться в копии завещания, которое высылаю Вам в запечатанном конверте. С уважением Родрик Смоук".

– Тетя?.. Наследство?.. – не могла поверить я. – Как такое возможно? Ведь…

– Я тоже удивлена не меньше тебя, – вздохнула директриса и серьезно посмотрела на меня. – Так как теперь ты совершеннолетняя, я не имею права решать за тебя. Поэтому предлагаю задержаться в городе пока мы не проверим все, что написано в этом письме.

Мысль здравая, но задерживаться в этом городе больше не намерена.

– Нет. Я поеду, и сама во всем разберусь.

– Но Сара!

– Директор, я взрослая девочка и разберусь сама. К тому же Вы как никто осведомлены, что свою квартиру я продала Вике. В приюте остаться не могу так как к вечеру мне было велено покинуть сие стены.

– Я тебя поняла. Что ж… Вот конверт. Письмо тоже забери. Поспеши и ты еще успеешь поменять билет. Удачи тебе Сара и я надеюсь, что память к тебе все же вернется. Несмотря на то, что ты перестала верить в это.

Попрощавшись с директрисой, вышла из кабинета прижимая к себе первый шаг в новую жизнь.

Быстро забежав в комнату, положила бумаги в сумку решив посмотреть по дороге, подхватила в одну руку сумку в другую чемодан и еще раз взглянув на комнату, которая служила мне домом больше десяти лет, вышла в коридор.

Провожать вышли все приютские дети. Я со всеми сдружилась и было немного грустно покидать это место, но ничего не поделаешь.

На станцию влетела за десять минут до отбытия поезда, на котором должна была ехать. К счастью, мой билет поменяли, и через двадцать четыре минуты отходит поезд в Полуночный.

Найдя поезд, я сразу же вошла внутрь и отправилась в свое купе. Мне очень повезло, что оно было одноместным. Обычно в такие купе билеты раскупают в первую очередь. Поставив сумки, села на довольно широкую полку и посмотрела в окно, где туда-сюда сновали разные существа.

Дело в том, что еще какие-то триста лет назад наш мир был обычным. Все держалось на технологии и от нее же все и зависело. Но в один не очень прекрасный день произошел прорыв. По всему миру стали открываться большие черные дыры.

Сначала ничего не происходило за исключением того, что люди начали умирать от неизвестной болезни. Но и без нее люди умирали при необычных обстоятельствах, которые никто не мог объяснить.

Спустя два года, когда смертность превысила все мыслимые, и не мыслимые пределы – появились другие расы. Эльфы, вампиры, оборотни, демоны, гномы, орки и много еще кто. Все, что мы считали сказкой и мифом – стало частью нашей жизни.

Так наш мир и изменился. Технологии ушли на второй план и начала преобладать магия. Дыры были закрыты, но рождаемость так и не восстановилась. Дети у людей стали рождаться очень редко. На данный момент в нашем мире семьдесят процентов иных рас и только тридцать процентов людей. Возможно, со временем что-то и изменится, но очень нескоро. Да и к тому же все чаще дети людей рождаются с магической силой. Вскоре человеческая раса и вовсе исчезнет с лица земли.

До Полуночного ехать три дня. В купе буду одна так что никто не помешает наслаждаться одиночеством.

Три часа назад поезд тронулся. Переоделась и решила посмотреть копию завещания. Откуда все-таки объявилась эта тетушка? Если у меня была семья, так что я делала в приюте? Остался ли хоть кто-то кто ответит мне на вопросы?

В завещании написано много. На мое имя было завещано, все, что находилось в доме ну и сам дом, а также земля, на которой этот дом стоит. Дальше шло перечисление всего имущества, находящегося в доме начиная от мыла и заканчивая крупногабаритной мебелью. Тут даже зачем-то лестницы посчитали. Судя по впечатляющему списку, тетя явно жила не бедно.

Три дня пролетело не заметно. Я спала, ела и исследовала поезд, в котором много чего интересного. Два спа-салона чего стоят. Никогда еще так не отдыхала!

В Полуночный мы прибыли на третий день уже к вечеру. Зажглись уличные огни и несмотря на это городок выглядел зловеще. Из поезда выходила лишь я. Более того те, кто ехал дальше закрылись в своих купе на замок, как только объявили остановку. Странная реакция… Я чего-то не знаю?

Разумеется, меня никто не встречал и дорогу до завещанного мне дома пришлось искать самой. Ключ, кстати говоря, был в конверте, а в записке приписка, что Родрик Смоук сам явится в дом моей тети и я подпишу документы о принятии наследства.

Если честно, то еще ничего не решила. Принимать наследство или нет, еще не решила. Смогу ли я жить в этом городе? Пока меня тут только все пугает, да и странное поведение пассажиров уже о многом говорит.

Спросить дорогу было не у кого. Те же кто встречался мне по пути – старались скрываться как можно быстрее. Странно все как-то…

Сейчас начало лета, но на улицах этого города почему-то очень холодно. Остановившись у очередного столба, нашла шаль в своей сумке и накинула на плечи. Фонари горят очень ярко и освещают большую часть города. Похоже маг честно отрабатывает свой хлеб.

Все равно кажется, что во круг темнота. В закоулки вообще лучше не заходить. Туда свет огней не просачивался и, кажется, будто тьма живая и смотрит на тебя. Ужас. Не думать и топать дальше.

Я шла по очередной улице как из-за поворота появился кто-то в черном одеянии и налетел на меня. Не упала лишь потому, что держалась за ручку чемодана на колесиках. Да и незнакомец придержал.

– Прошу прощения, – сказал хриплый чуть грубоватый голос.

– Да ни чего… – сказала уже в пустоту. Мужчина, который только что стоял напротив меня, просто исчез.

После неожиданной и мимолетной встречи удалось пройти всего ни чего как мне на встречу вышли маги. Пятнадцать не меньше. Из толпы вперед сделал шаг высокий мужчина. Крысиные глазки, вытянутый нос и уложенные назад длинные черные волосы.

– Что Вы делаете на улицах города так поздно? Комендантский час, объявленный на два дня, для всех.

– Эм… Простите, но я только прибыла в город. Ищу дом покойной Натаниэллы Голфрид.

– Вот как? И зачем же?

– Она моя тетя.

– Так это Вы Сара?.. Что же, добро пожаловать. Вас проводят до дома.

– А Вы представиться не хотите?

– Хм… Каст Волмар – главный городской маг. А теперь поспешите. Надеюсь, мы больше не встретимся.

Не нравятся мне эти презрительные нотки. Мы с ним только встретились и такой прием.

Двое помощников главного мага проводили к старинному большому дому с несколькими этажами. Возле ворот меня ждал какой-то мужчина.

– Сара Голфрид полагаю?

– Здравствуйте. Все верно.

– Позвольте представиться. Родрик Смоук – адвокат и просто хороший друг Вашей тети.

– Не ожидала увидеть Вас сегодня.

– Так я не к Вам. Присматриваю за домом пока он без хозяина. Рад Вашему приезду. Раз уж так сложилось… Не против ли поговорить сейчас?

– Конечно. Пойдемте внутрь.

В конечном итоге Родрик Смоук ушел ни с чем. Не могу вот так сразу принять наследство чужого мне человека. Бумаги я так и не подписала, и мы договорились, что я поживу в доме месяц. Потом все же что-то придется решать. Время есть так что все хорошенько обдумаю.

Так же я узнала почему должна принять наследство так скоро. После смерти тети должно пройти время и только потом могу наследовать даже несмотря на то, что единственная наследница. Но тетя настояла, что в течении двух месяцев я должна вступить в наследство. Причем отказаться не могу. Только если в пользу кого-то.

В доме живу уже второй день. Разложила все свои вещи по шкафам и даже узнала, что при тете в доме работала прислуга и они готовы работать и на меня. Я честно предупредила, что нанимаю их только на месяц, но мне кажется не поверили.

Теперь в доме помимо меня живет повар и две его помощницы, садовник, который обещал привести все во круг дома в порядок и вскоре все зазеленеет. Так же три горничные и дворецкий. От последнего я пыталась отказаться, но куда там. Дедок лет семидесяти не хотел так просто покидать семью Голфрид которой служит вот уже пятьдесят лет. Пускай работает раз ему так хочется. Так же они мне сообщили, что им заплатили за два года вперед. Тем более пусть все работают.

За эти же дни начала замечать некоторые странности. Во-первых, вся прислуга смотрела как-то странно и будто ожидали чего-то. Во-вторых, ночью по коридорам разносились какие-то странные звуки, но я пока не решалась их проверить. И, в-третьих, когда я заикнулась о подвале на меня, посмотрели с ужасом. Предпочитали сделать вид, что они все заняты и им некогда болтать.

Именно в этот момент начала подозревать свою семью в самом нехорошем. Как минимум в каннибализме. А что мне еще думать, если стоило мне вчера переступить порог продуктового магазина как на меня с ужасом посмотрели и исчезли с глаз не только покупатели, но и продавцы?

Кем вообще была моя семья, что ее так боятся? Я ведь толком ни чего и не узнала. И никто не спешит со мной поделиться такой информацией.

Сам дом… Он больше, чем снаружи. На первом этаже кухня, столовая, большая прихожая, огромная гостиная и дверь ведущая в подвал. На втором этаже только жилые комнаты. На третьем этаже оказалось всего три двери. Одна ведет в небольшой кабинет. Он обставлен очень дорогой мебелью (впрочем, как и весь дом). Резной стол светлого оттенка, три мягких стула. В углу небольшой кофейный столик с двумя креслами, три книжных шкафа и большой пушистый ковер на полу. Вторая дверь ведет в библиотеку, и ее я решила оставить на потом. Слишком много книг. Все сразу их не осмотрю. Третья закрыта причем у нее нет ни ручки, ни замка. И как прикажите мне ее открывать?

Сегодня наконец завершила осмотр всего дома и подметила для себя, где не плохо бы его подлатать. Слегка зевая, отправилась в свою комнату, которую выбрала в первую ночь пребывания в городе. Решила почитать, но уснула.

Меня, как и в предыдущие ночи разбудил странный звук, и в этот раз он шел откуда-то снизу. Решив узнать, что происходит, встала с кровати решительно настроенной. Вот только когда увидела, что дверь в подвал открыта решительности поубавилось. Может вернуться в комнату пока не поздно?

Как оказалось поздно. Мои ноги уже шли вперед, когда я совершенно этого не хотела. Перепугалась знатно, но сделать уже ничего не могла. Лестница вниз оказалась очень длинной. Когда наконец достигла последней ступеньки, увидела тусклое свечение, которое пробивалось из единственной тут двери. Идти опять же не хотелось вот только меня никто не спрашивал.

– Наконец-то я смогла достучаться до тебя, – сказала мне женщина, стоящая возле большой каменной арки.

Сквозь нее просвечиваются все предметы, и она похожа на женщину с портрета, который висит в главном зале. Одна из горничных подтвердила, что это Натаниэлла Голфрид – моя тетя.

– Вы…

– Мертва? Так и есть. У нас мало времени поэтому просто слушай. Я не могу ни чего рассказать о твоей матери. Она сбежала из дома в семнадцать лет, и я ее больше не видела. О твоем существовании я узнала, когда тебе было пять. Именно тогда же узнала, что она погибла. Я не хотела брать тебя к себе, прекрасно понимая почему моя сестра сбежала. Видишь ли, мы, точнее род Голфридов, Хранители темных врат. Этот статус передается от матери к дочери. В нашем случае все намного сложнее. У нашей матери родились двойняшки, и сила передалась Виолетте. После ее смерти сила перешла мне хотя должна была перейти на тебя. Сейчас я тоже мертва, но ты не хранительница и силы в тебе не много. Увы, но вся наша семья была уничтожена, и ты осталась последней. Сара, ты единственная способна охранять врата. Тьма, которая живет за ними не должна пробраться сюда. Ты не связана с вратами, тем не менее способна если что закрыть их.

– Я не понимаю… Во мне нет никакой силы. Я обычный человек. Меня не раз проверяли на магические способности.

– Так и есть. Ты человек, но не обычный. Пойми, ты должна пробудить в себе силу и остаться здесь. Иначе наш мир обречен. Все ответы на свои вопросы ты найдешь в моем кабинете. Думаю, ты уже нашла запечатанную дверь? Приложи к ней ладонь, и она откроется. Будь осторожна, Сара. Смирись со своей судьбой пока не поздно! – Образ тети померк и исчез.

Ничего себе смирись! А если я не хочу?! И вообще толком ничего не поняла. Голова идет кругом.

Что же, зато теперь ясно – дом у меня никто не купит. Более того даром он тоже никому не нужен. Теперь хотя бы понятно почему меня так боятся и обходят десятой дорогой. И боюсь тоже попытаются убить. Та еще перспектива. Все-таки надо было в письменной форме отказаться от наследства еще в приюте и ехать куда собиралась. Тогда ведь еще не знала, что от наследства отказаться почти не возможно. Теперь чувствую поздно.

Не довольная таким поворотом событий, злая поднялась на верх. Перепугав горничных, которым приспичило пыль ночью протереть, поднялась в комнату и залезла под одеяло твердо решив завтра сходить к Родрику Смоуку и вытрясти из него все интересующие меня ответы.

Глава 2

На следующий день рано утром отправилась на работу к Родрику Смоуку, но его не оказалось на месте. Более того у него сегодня выходной и мне посоветовали отправиться к нему домой. Было велено принимать без очереди и, если что объяснить, как пройти к его дому. Не привыкла я к такому отношению и с этим что-то надо делать.

Все же интересно почему меня так боятся? Ни чего же конкретно я плохого сделать не успела. Нельзя же судить обо мне по всем моим родственникам. Я ведь росла совершенно в других условиях.

Адрес, который мне дали, привел к не большому двухэтажному дому. У него же прибыльная работа. Мог бы приобрести дом больше. Или в этом городе мало кому нужны его услуги и денег не так много?

Открыла мне маленькая девочка лет пяти или шести. Увидев меня ее глаза зажглись интересом, а вот ее мама, которая стояла сзади, увидев меня упала в обморок.

Я сразу засуетилась и попробовала привести женщину в чувство. Страх и интерес еще куда не шло, но это… Как бы мне хотелось познакомиться со своими родственниками и сказать им пару ласковых!

Родрик Смоук появился неожиданно и унес жену куда-то вглубь дома. Девочка же так и продолжала разглядывать меня во все глаза.

– Простите Сара, – крикнул Родрик Смоук. – Моя жена… Она…

– Я знаю. Именно поэтому и пришла. Есть вопросы, на которые просто требую ответы. Искать их в бумагах, которые оставила тетя, нервов не хватит.

– Пройдите на кухню. Отвечу на то, что смогу, но даже я не все знаю.

Разговор получился довольно долгим. За окном уже начинало вечереть и зажигались уличные фонари.

Жена Родрика (он попросил называть себя только так и не иначе) давно пришла в себя, но забрав дочь ушла к соседям. Похоже, если останусь здесь жить, придется менять их мнение обо мне. Иначе я так жить не смогу.

Узнать удалось мало. Семья Голфрид переехала жить в Полуночный еще, столетие назад и сразу же отдалили от себя всех жаждущих познакомиться. Поползли не самые хорошие слухи и их стали бояться. В то же время их уважали ведь именно Голфриды умели закрывать прорывы.

После смерти тети Натаниэллы все вздохнули с облегчением. Моему прибытию были рады, но время испугались. С каждым поколением Голфридов боялись все больше так что меня начали бояться заранее.

Домой ушла только в девять вечера. На улице темно, но страха, как в первый день пребывания в этом городе, не было. Я шла по уже знакомой дороге и в какой-то момент свернула не туда.

Совершенно неожиданно налетела на мужчину в черном. Откуда он взялся? В этот раз держаться мне было не за что, и я попыталась схватиться за первое, что попалось под руку. Это оказалась куртка незнакомца, а потом почувствовала его руки на своей талии.

– Вы решили мне отомстить?

– Делать мне больше не чего! – возмутилась и посмотрела в звериные глаза незнакомца.

– Не боишься меня?

– Мы уже на "ты"? – искренне удивилась.

Не то чтобы я была против. Но мы с ним толком не знакомы и разглядеть сумела его только сейчас. Волосы коротко стриженые, цвета самой ночи. Нос прямой и с небольшой горбинкой. Тонкие губы, глаза чуть сужены, темно голубые. Выше меня на две головы. Хотя во мне всего-то сто шестьдесят сантиметров.

Незнакомец хмыкнул и выпустил меня из объятий.

– Ривен, – представился незнакомец, разглядывая меня.

– Сара.

– Что же ты делаешь на улицах ночью, Сара?

– Гуляю. Нельзя?

– Опасно гулять одной.

– Не для меня, – хмыкнула, представляя вора или маньяка, которые увидев меня с воплем бегут куда подальше.

– Не из пугливых значит.

Он не знает кто я? Странно… По-моему, тут каждая собака меня уже знает.

– А ты что делаешь ночью на улице?

Ответить он не успел. К чему-то прислушался и напрягся.

– Сама до дома доберешься?

– Конечно.

– Тогда увидимся, – сказал Ривен и исчез.

Это что сейчас было?

В мою сторону кто-то приближался, и я решила на глаза им не попадаться. С городским магом встречаться не хотелось, а с местными тем более.

Все-таки нужно что-то решать. Либо плюнуть на наследство и уехать, либо доказывать, что я не такая страшная как все себе представляют. Что интересно легче?

Вернувшись домой, спать не пошла. Решила уже узнать поподробнее о том, что досталось мне в наследство и что там с этим статусом Хранительницы. Начну, пожалуй, с кабинета тети, а потом отправлюсь в запертую дверь без ручек и замков.

Кабинет очень пыльный. Грязи нет, а вот пыли полно. Это единственное место куда прислуга категорически отказывается заходить. Мою тетю даже после смерти боятся. Кошмар!

Ничего интересного в кабинете не нашла. Только узнала почему так боятся нашу семью. Мы темные. Причем в прямом смысле. В нас течет темная магия. Именно поэтому Голфриды отдалились от всех подальше. Именно поэтому наш род может закрывать прорывы и охранять врата.

Вот только со мной возникла проблема. Я у мамы родилась светлой. Именно так и писала тетя в своем дневнике, который нашла в столе. Темная магия тоже есть, но ее очень мало. Поэтому мне не передался статус Хранительницы врат. Я не могу удержать их закрытыми. Что же теперь будет?

Сон как рукой сняло, и отправилась в запертую комнату. Мне мало информации, которую получила. Может есть еще кто-то из моего рода? Ну мало ли… Надо бы это выяснить и с этим мне поможет только Родрик.

Дверь открылась просто. Стоило дотронуться до нее как поползли странные рисунки и появилась дверная ручка. Комнатка оказалась небольшой. Небольшой столик стул и два полностью забитых книжных шкафа. Комната выражена в темных тонах. Даже стены серые с красными витиеватыми рисунками.

Как оказалось на полках были не совсем книги. Большие листы, скрепленные вместе. На них писали разные люди. Это было заметно по почерку и даже цвету чернил. Больше всего меня опечалило то, что прочесть что-либо на этих листах я не сумела. Язык мне не знаком. Тетя сказала, что найду тут все ответы, но вопросов стало только больше.

Сев на стул, задумалась. Что мне теперь делать? По профессии я учитель истории. Вот только боюсь в здешнюю школу мне путь закрыт. В городе меня не любят. Более того боятся. И как поступить?

Да, мне всего восемнадцать и уже есть документы подтверждающие, что я могу быть преподавателем. Нас начинают учить с пятнадцати лет. Профессию всегда выбирают сами дети, а потом начинается обучение.

Историю люблю с семи лет. Мне нравилось сидеть за книгами и окунаться в прошлую жизнь нашего мира. Когда магии еще не было и мир не был таким жестоким.

В те времена, конечно, тоже жестокости хватало, но сейчас все намного сложнее. Смертность намного больше и в основном насильственная. Плюс по всему нашему миру насчитывается более миллиона тюремных заведений. И это только те, о которых известно широкой общественности.

Даже здесь в Полуночном три тюрьмы. Одна с жестким режимом, вторая с облегченным режимом, а третья предназначена лишь для выполнения общественных работ. Туда осужденные приходят утром к шести часам и вечером в девять возвращаются к себе домой. Да, сейчас есть даже такие тюрьмы. Раньше тоже существовали общественные работы, но проходили они немного иначе.

А может все-таки попробовать? Учителей в наше время не хватает. В конце концов что я теряю?!

Приняв решение, пошла собираться. Через час школа откроется. Надо поспешить.

В восемь уже стояла у дверей школы. Как и ожидалось, как только меня увидели пришли в шок, а потом исчезли из поля зрения. М-да, дела совсем плохи. Если ученики будут бояться, карьера преподавателя закончится так и не начавшись.

Так как спросить дорогу до кабинета директора было не у кого, пошла искать сама. На первом этаже кабинета не оказалось поэтому поднялась на второй этаж, где беременная женщина мыла полы. С животом, но все равно работает. Она где-то на восьмом или девятом месяце беременности. Куда ее муж смотрит?

– Прошу прощения. Можете сказать, где у вас тут кабинет директора?

Женщина выпрямилась и внимательно на меня посмотрела. В первые не увидела в глазах страх с тех пор, как прибыла сюда. Даже вся моя прислуга в доме побаивается хоть и делает вид что это не так.

– Вам нужно в подвал, там только одна дверь не ошибетесь, – устало сказала женщина и продолжила мыть пол.