- -
- 100%
- +
– Кто или что с ними такое сотворил? – обходя помещение, спросил Курт.
– Кто и что угодно. Мне все больше кажется, что это не совсем те катакомбы, о которых я читала. Да и катакомбы ли это вообще? – неуверенно проговорила я.
– Есть предположения?
– Я даже не знаю… Все эти письмена на стенах однозначно были нанесены нашими древними предками, но… Не знаю, что и думать. Ловушки явно были построены позже самих катакомб. Вход, по которому мы сюда вошли, тоже был прорезан позже. Гораздо позже. И эти новые написанные письмена… Мало кто сейчас изучает мертвый язык… Нужно выбираться отсюда.
Подойдя к трем рядом располагавшимся проходам, стала разглядывать письмена. Сколько бы я их ни рассматривала, понять не могла.
– Что там? – спросил меня Рестат.
– Я не могу понять, что тут написано. Письмена те же, но вот их значение я не улавливаю.
– И как понять, куда нам идти?
– Пойдем по тому, что в середине.
– Почему по нему?
– Здесь один знак нарисован. Он обозначает воду, а нам сейчас она не помешает. У нас нет еды, хоть воды напьемся.
Если мы в скором времени не выберемся, будет худо. Даже если мы сейчас и найдем воду, то без еды не протянем.
Если я права и это не те катакомбы, о которых я читала, значит, мы абсолютно ничего не знаем об этом месте. К тому же, что или кто убил всех тех людей? С чем мы тут столкнемся? Более того, сможем ли выжить?
Шум воды мы услышали издалека и совершенно не ожидали, что добром это не кончится. Дорога кончилась резко, и мы, поскользнувшись, полетели вперед и буквально врезались в воду. Где верх, где низ, было не понять. Воздух кончался, и последнее, что я видела перед тем, как отключиться, это большой водоворот, в который мы и попали.
***
Просыпаясь, я чувствовала холод и боль во всем теле. Глаза плохо слушались. Мне с трудом удавалось пошевелить хоть пальцем.
Через какое-то время мне удалось открыть глаза. Я лежала на спине, а холодно мне было потому, что лежала я на льду. Вокруг были снег и лед. Я все еще в катакомбах или как?
Как только мне удалось подняться, я поняла, что осталась одна. В нескольких шагах от меня лежали ребята, все в крови и проткнуты чем-то очень острым, но это был не лед. Только Амелии не было видно, и я очень надеялась, что ей, как и мне, удалось выжить.
Осмотрев себя, я поняла, что мне очень повезло. Множество царапин и ушибов. Нога была сильно повреждена, но кровь уже остановилась. Как мне вообще удалось выжить? Что произошло, когда мы попали в воду?
Встать мне удалось с трудом. На ногу было больно становиться. Скорее всего, я не только ее повредила, но еще и подвернула. Стоит надеяться, что хоть не сломала. Нужно найти Амелию. Ребят уже не спасти, я проверила, они все мертвы. А вот участь Амелии вообще неизвестна. Надо найти девочку.
Амелию я нашла чуть дальше того места, где нас выбросило на берег. Девочка была жива, но сильно замерзла, и у нее была сломана рука.
Вправить кость у меня получилось, а вот привести в себя Амелию – нет. Нужно согреть ее, но где взять огонь?
Как оказалось, в той колбе с черной жидкостью, что я изъяла у здоровяка в маске, находился жидкий огонь. С ума сойти! Это такая редкость!
Жидкий огонь научились добывать все от тех же метеоритов, но с одного большого можно собрать вот такую небольшую колбочку. Именно поэтому жидкий огонь большая редкость и не у каждого он есть.
Вода у нас была, а вот с едой все та же проблема. После последних событий есть хотелось еще сильнее. Сколько мы пробыли под водой и сколько лежали на берегу?
Что делать дальше, я не представляла. Никаких знаков, что могли бы помочь, поблизости не было, а далеко я решила не ходить. К тому же, если мне удастся привести в себя Амелию, далеко мы не уйдем. У меня повреждена нога у Амелии рука. Мы обе потеряли много крови. Неужели нас все же ждет смерть?
Через час я заметила, что Амелия согрелась. Она уже не была такой холодной, и цвет лица больше не был бледным. Кажется, ей становится лучше, чего нельзя сказать обо мне. Голова кружилась, сильно хотелось есть, и нога начала опухать. Еще через час Амелия зашевелилась и, застонав, приоткрыла глаза.
– Амелия, как ты себя чувствуешь? – спросила я, посмотрев на девочку.
– Где папа? – тихо спросила она, проигнорировав мой вопрос.
Я совершенно не знала, как сказать ей, что она больше не увидит своего отца. Не знаю как, но, кажется, она все поняла. Амелия заплакала, прижавшись ко мне. Я стала гладить девочку по волосам и говорить, что все будет хорошо, хотя совершенно не была в этом уверена.
Через какое-то время она успокоилась и лишь изредка всхлипывала. Именно в этот момент я и заметила, что она двигает сломанной рукой.
– Амелия, как твоя рука?
Она всхлипнула в последний раз и нерешительно посмотрела на меня.
– Понимаешь… Мы не совсем такие, как ты.
– Что ты имеешь в виду? – не поняла я.
– Много лет назад вместе с метеоритами, как вы их называете, спустились и мы.
Я удивленно смотрела на Амелию и не могла понять, серьезно ли она. Немного помедлив, она рассказала, что в тот день, когда впервые на нас обрушились метеориты, пришла и их раса. Они иные, не такие как мы. Они похожи на людей, но у них быстрая регенерация, и они живут намного дольше, чем люди. К тому же, у каждого из них есть индивидуальные способности.
Те метеориты на самом деле были их кораблями, которые упали на нашу планету. Их родной мир был разрушен, и существа спасались на своих кораблях. Но что-то пошло не так, и большинство кораблей сбились с курса, потеряли управление и упали на нашу планету.
Наши ученые и высшие чины все знали и скрыли правду от людей. Другие расы оказалась под запретом, им пришлось скрываться на чужой планете. Их вылавливали и пытали, стараясь раскрыть секреты.
Я сидела и с ужасом слушала Амелию. Я, конечно, знала, что не все так просто, но чтобы настолько!
– Я могу увидеть тело отца? – со слезами на глазах спросила Амелия.
Я не считала это хорошей идеей, но не могла отказать девочке.
Дошла я с большим трудом. Амелия помогала мне идти, и я в который раз убедилась, что в таком состоянии далеко не дойду.
Тела лежали там же. Амелия снова плакала над телом отца и остальных. Она никак не могла понять причину их гибели, ведь такие раны не способны их убить.
Если это действительно так, значит, они погибли еще там, под водой. Только сейчас я заметила, что крови на самом деле не так уж и много. Лишь вокруг ран, и она бурая. Что же произошло в воде? И что теперь будет с нами?
Мы с Амелией немного посидели около тел, а потом, как смогли, закопали их в снег. Вернувшись назад к костру, мы сели ближе друг к другу.
– Что мы теперь будем делать? – тихо спросила Амелия.
– Надо найти выход, но я не представляю, как. Я даже не представляю, где мы. К тому же, нам нужно найти еду. Долго мы так не протянем.
– Я могу пойти и поискать проход отсюда.
– Плохая идея. Мы не знаем, что еще нас здесь поджидает, нам нельзя разделяться.
– Тогда как быть?
– Пойдем вместе. Я медленно хожу, но у нас нет выхода.
Глава 3. Выход
Мы медленно шли вверх по течению. Нога чуть припухла, но то, что мы кое-как ее обработали, немного помогло.
Сколько мы так шли, не знаю, и когда уже было принято решение отдохнуть, я увидела чуть левее проход.
– Амелия, смотри. Посмотрим, что там. Если нам повезет, мы все же найдем выход.
Проход вывел нас в уже знакомые переходы. На стенах были все те же рисунки, только на этот раз они все казались свежими. Три-четыре года, не больше.
– Похоже, эти тоннели были сделаны не так уж и давно.
– Мы найдем выход?
– Не знаю. Пройдем немного вперед и передохнем.
Пока мы, сидя на земле, отдыхали, я осматривала рисунки. Похоже, мы на правильном пути. Если верить тому, что здесь нарисовано, то впереди что-то есть. Ловушек, кажется, не было, но придется быть осторожными.
Передохнув полчаса, мы снова отправились в путь. Амелия изредка плакала, но старалась держаться. Я ее хорошо понимаю. Потерять отца – это сильный удар. Как так вообще вышло? И что теперь делать?
***
Проход вывел нас в просторный зал, усеянный камнями. Дальше ход был один, и я решила проверить рисунки. Нужно знать, что примерно нас ждет впереди.
– Ловушек, кажется, нет. Идем.
Через какое-то время мы вышли в непонятное место с постройками. Это были небольшие домики из камня, и, судя по их состоянию, в них когда-то давно жили, но сейчас никого нет.
– Что это за место? – рассматривая все вокруг, спросила Амелия.
– Не знаю. Рисунки ничего конкретного мне не сказали. Пойдем дальше.
Идя между каменных построек, мы услышали какие-то звуки, но ничего и никого не было видно. Пройдя чуть дальше, мы вдруг увидели свет. Это явно был не выход. Блики были как от костра. Неужели здесь кто-то живет?
Мне, если честно, давно надоело это место, и я просто мечтала поскорее найти из него выход.
– Пойдем посмотрим? – неуверенно спросила Амелия.
– Если там есть кто-то, кто может нам помочь, то выбор у нас небольшой.
До места я дошла из последних сил. Ноги плохо слушались, и то и дело клонило в сон. Плохой признак.
Как только мы дошли до развилки, мы увидели небольшое строение, а рядом с ним горел костер. Кто-то сидел рядом и мешал угли.
Это последнее, что мне удалось заметить. Ноги подкосились, и я-таки отправилась в спасительную темноту. Я слишком много потеряла крови, плюс ничего не ела и сильно устала.
Приходила в себя очень тяжело. Нога отдавала болью, но уже не так сильно. Попыталась открыть глаза и приподняться, но у меня вышло лишь открыть глаза.
– Не вставай, тебе нужен отдых, – услышала я чуть сиповатый голос.
Передо мной сидел старик. Он что-то смешивал в блюдце и намазывал на мою рану.
– Кто вы?
– Боримир меня зовут. Живу я здесь.
– Под землей? – не веря спросила я.
– Поверь, уж лучше здесь, чем там, наверху. Весь мир испоганили и дальше гадить продолжают! Во что планету превратили, ужас, что творят!
– Где Амелия?
– Спит она. Наелась и спит. Тебе тоже поесть не помешает. Сейчас с твоей ногой закончу и поедим.
Намазав чем-то мою ногу, Боримир перевязал ее и начал накладывать кашу в тарелки.
– Вы сказали, что живете здесь. Как давно? – уточнила я, пережевывая очередную ложку с кашей.
– Давно, вообще-то. Я тогда еще был молод.
– Ваши рисунки на стенах?
– Не только. Я ведь не единственный, кто живет под землей.
– Так вас много?
– Да. Человек восемьдесят, я думаю.
Я чуть не подавилась и посмотрела на Боримира.
– Так много. И как вы здесь выживаете? То есть я хочу сказать, что здесь так много ловушек. То снежное место и водоворот чего стоят.
– Да, Амелия рассказала мне, что вам пришлось пережить и что вы потеряли друзей.
– Вообще-то, я мало с ними была знакома. Мы совсем недавно встретились.
– Не думаю, что эта встреча была случайной. Как считаешь?
– Возможно, – не стала спорить я.
В ту ночь, когда я попала на территорию «Ранотеха», я вообще не собиралась выходить из дома. Но что-то буквально потянуло меня на улицы города. И кто знает, как бы повернулась судьба, не окажись я в том здании. Да, отец Амелии и его друзья погибли, но если бы не я, то и Амелию ждала бы та же участь. В какой-то степени я ее спасла. Жаль, не сумела спасти и остальных.
– Многие сгинули в этих местах, – продолжил разговор Боримир. – Не все могут здесь выжить. Но это единственное место, где еще пока удается спрятаться.
– От чего?
– Все расскажу завтра, а сейчас ложись-ка ты спать.
Я какое-то время еще ворочалась на постели и не могла уснуть. У нас наконец есть шанс выбраться из этого места. Вот только что делать дальше? Откуда здесь все эти постройки? От чего или кого прячутся под землей люди? И как быть с Амелией?
За всеми этими мыслями я не заметила, как уснула, и мне впервые за долгие годы ничего не снилось.
***
Первое, о чем я подумала, когда проснулась, так это о том, что я, наконец, выспалась. Нога почти не болела. Уж не знаю, чем ее обработал Боримир, но опухоль спала.
Приподнявшись, я увидела сидевших у горящего костра Боримира и Амелию.
– Выспалась? Как себя чувствуешь? – спросила Амелия, когда я села рядом с ней.
– Все нормально. Нога почти не болит.
– Мой фирменный рецепт. Мазь из лечебных трав. Еще ни разу не подводила, – покачал головой Боримир, подавая мне кружку с чаем. – Как только позавтракаете, отправимся. Нельзя тут больше оставаться.
– Почему? – поинтересовалась я.
Не то, чтобы я хотела тут задерживаться, но все же…
– Небезопасно. Думаю, вы и лучше меня знаете об этом, – с намеком посмотрел на нас Боримир.
Я поморщилась и согласилась с тем, что он прав. Нас не поймали, но это не значит, что мы в безопасности.
– И куда мы пойдем? – спросила Амелия, допивая свой чай.
– В поселение, конечно же. Вам нужно как следует отдохнуть, и ногу Мей там вылечат.
– Нам бы на поверхность.
– Позже я вас проведу. Но сначала отдых. К тому же, я уверен, у вас много вопросов. Особенно у Мей.
Знал бы он, насколько прав. Вопросов столько, что их впору записывать, а то, не ровен час, запутаюсь в них.
Минут через десять, собрав вещи Боримира, мы неспешно вышли из разрушенного поселения и вновь пошли по узким коридорам.
В какой-то момент каменный коридор стал шире, и потолок оказался выше. Уже через два долгих для меня часа впереди показались большие каменные расписные колонны.
Здесь было намного светлее и проще идти. При ходьбе у меня вновь разболелась нога, и лишь поддержка Амелии и Боримира не дала мне упасть.
– Где мы?
– Что ты знаешь о подземных переходах? – спросил у меня Боримир.
– Мало чего, и что-то мне подсказывает, что это не те катакомбы, которыми пугают людей. Есть старые постройки и новые. Еще эти мертвые письмена…
– Не хочу тебя разочаровывать, но это не мертвый язык.
– Что вы имеете в виду?
– Мей, эти письмена пришли к нам вместе с метеоритами. Точнее, с кораблями и расой, что на них была.
– Вы уверены? – нахмурилась я.
– Похоже, ты не удивлена.
– Еще сутки назад удивилась бы, но Амелия мне все рассказала. Раз вы говорите, что это не мертвый язык, то какой? И как вы можете его читать?
– У этого языка нет названия. По крайней мере, в нашем понимании. А читать я могу потому, что меня этому языку обучили.
– Тогда как я могу читать?
– Хороший вопрос. Мей, ты точно с нашей планеты? Ты ведь заметила, что твоя рана закрывается. Медленно, но намного быстрее, чем у обычного человека.
После слов Боримира я поняла, что это действительно так. Рана затягивается, и это явно не из-за лечебных трав. Как такое вообще может быть?
– Я с рождения была в детском приюте, так что ваше замечание нелепо.
– Возможно, твои родители не были с нашей планеты.
– Невозможно.
– Ты уверена? – усмехнулся Боримир.
Дальше мы шли молча. Что я, в сущности, знаю о родителях? Да ничего. Я нашла некоторые записи, по которым и смогла узнать хоть что-то из жизни родителей и как они погибли. Но ведь они действительно могли быть выходцами с другой планеты.
Так, за тяжелыми думами, я не заметила, как мы дошли до поселения.
Людей было очень много. Старики, дети, даже животные. Построек здесь не было. В каменных стенах были пещеры, закрытые тканями. Все выглядело намного печальней, чем я думала. По людям было видно, как им не хватает поверхности, но они вынуждены находиться под землей.
– Идем к старосте, там все и обсудим. Похоже, вопросов будет намного больше, чем я думал.
– С чего такие выводы? – разглядывая играющих детей, спросила я.
– Вижу по твоему лицу.
Пока мы шли мимо людей они смотрели нам вслед и переговаривались. Похоже, нечасто к ним приходят гости.
***
Пещера старосты поселения находилась в самом его центре, и она оказалась очень большой. Внутри нас встретил старик с еще темными волосами на голове, но вот его внешность… Хотя, может, он и молод. Место, в котором мы находились, никого не щадит.
– Боримир, ты вернулся, – улыбнулся мужчина.
– Да, и как видишь, не один. Варт, знакомься: Мей и Амелия. Мей, Амелия, это Варт, и он с планеты Ферух, как и ты, Амелия.
– Даже не буду спрашивать, как вы о ней узнали, – со вздохом сказала я и, доковыляв до стула, села.
– Несложно догадаться, если присмотреться повнимательнее. Варт, осмотри Мей. У нее нога повреждена.
– Похоже, путь до нас был тяжелым, – нахмурился Варт, садясь рядом и осматривая мою ногу.
– Они потеряли четверых, один из которых был отцом Амелии, – начал рассказывать Боримир.
Я его не слушала, а в шоке наблюдала, как на моих глазах затягивается рана. Небыстро, но заметно, как края раны смыкаются, и Варт это тоже заметил и вопросительно посмотрел на меня.
И что мне ему сказать? Что не знаю, как такое может быть? Раньше такого точно не было. Так что же происходит?
– Судя по тому, что я вижу, ты не нашей расы, но и не человек. Кто ты? – поинтересовался Варт продолжая следить за тем, как рана на моей ноге почти затянулась.
– Еще пять минут назад я считала себя человеком, а теперь даже и не знаю… Мои родители погибли сразу после моего рождения, так что спросить не у кого.
– В сущности, это и не важно. Но будь очень осторожна: иных на этой планете не любят.
– Я уже поняла. Расскажите мне, что происходит. Почему люди скрывают ваше существование и правду?
– Все очень просто – нас боятся. Мы иные, непонятны для других. Люди этой планеты считают, что нам не место в этом мире и нас надо уничтожать, – с печалью в голосе сказал Варт, садясь на один из свободных стульев.
– Не все, и я имею в виду не только тех людей, что сейчас здесь, внизу.
– О чем ты? – не понял Варт.
– Я о своих родителях и многих других. Мои родители погибли, пытаясь рассказать всему миру правду. Я не понимала, что это значит, а теперь все понятно.
– Кем были твои родители?
– Предводителями сопротивления.
– Сандра и Виктор твои родители? – удивленно воскликнул Боримир.
– Именно так и звали моих родителей. Вы их знали?
– Их знали все, – сказал Варт. – Они всегда нас поддерживали и пытались доказать, что мы не опасны. Они единственные, кто решил рискнуть и пойти против правительства. Твои родители были смелыми и добрыми людьми.
Слушая Варта, я почувствовала, как у меня начали слезиться глаза. Мои родители погибли, сражаясь за справедливость, а их признали преступниками, предателями. Ненавижу Ранотех и всех, кто с ним связан!
– Как вы оказались здесь? – сменила я тему.
– Мы все входим в сопротивление. Сейчас нас никто не возглавляет. Многие пытались, но у них не получилось так, как у твоих родителей. Мы все еще в сопротивлении и будем бороться до конца. К сожалению, это единственное место, где безопасно.
– Не единственное, – вмешалась Амелия. – На поверхности есть наше поселение. Оно далеко от города, и я могу показать дорогу.
– Мы не единственные, значит, – задумчиво заключил Варт. – Хорошо. Я дам карту. Сможешь показать на ней, где поселение? Всем вместе идти рискованно, а вот небольшими группами в самый раз.
– Конечно.
Пока Варт и Амелия были заняты картой, ко мне подошел Боримир.
– Что дальше делать будешь?
– Не знаю, – вздохнула я. – Возвращаться к себе нельзя. Наверняка мое убежище уже нашли, а даже если и нет, все равно рискованно. И к тому же, нужно вернуть Амелию домой. Наверняка там найдутся те, кто о ней позаботится.
– А потом? Что делать будешь?
– Еще не решила, но я уже давно дала себе обещание, что закончу дело родителей.
– Тогда, может, возглавишь сопротивление?
– Я?! Нет уж! Не думаю, что у меня получиться. И в команде я работать не умею. Я всегда одна, и мне так проще.
– Но ты не сможешь победить одна. Тебе нужны союзники.
– Возможно, вы и правы, но становиться во главе я не намерена.
– Что ж, это твой выбор, и я могу пожелать лишь удачи. Отдохните немного, а завтра я выведу вас на поверхность.
– Спасибо.
Спать мы легли довольно поздно. Как только все узнали, чья я дочь, меня не хотели отпускать. Мне многое рассказали о родителях. Все то, что мне никогда не узнать лично от них.
В основном говорили о том, какими они были сильными, храбрыми и добрыми, никогда не отворачивались от тех, кому нужна была помощь.
Их гибель всех потрясла. Многие даже пытались отомстить, но потерпели поражение и были убиты. Остальные же продолжают их дело, как умеют.
Утром первым делом я убедилась, что нога полностью зажила. С этим надо тоже будет разобраться. Может, я найду кого-то, кто знает о моих родителях намного больше.
Собрались мы довольно быстро. Нам дали кое-какую одежду и немного еды в дорогу. Потом придется как-то справляться самим.
Варт и Боримир вывели нас на поверхность по катакомбам за пару часов. Пару раз мы натыкались на ловушки, но нам удалось пройти их без потерь.
– Мы пойдем вслед за вами завтра на рассвете, – сказал Варт, когда мы выбрались наверх.
Вышли мы в каких-то руинах в лесу. Мы явно уже не в городе, что хорошо. Не думаю, что нам удалось бы выбраться оттуда незамеченными.
– Хорошо. Я останусь там с Мей, пока вы все не придете, а потом будет видно.
– Хорошо. Удачи.
Попрощавшись с Вартом и Боримиром, мы с Амелией отправились в путь.
Глава 4. Иные
– Далеко до убежища? – спросила я у Амелии, когда мы уже отдалились от руин вглубь леса.
– Точно не знаю. Все зависит от того, как будем идти и не будет ли помех по дороге.
– С нашим с тобой везением помехи будут однозначно.
– Как твоя нога?
– Полностью зажила. Раньше на мне заживали так быстро только маленькие царапины.
– Серьезные ранения у тебя тоже должны заживать. У нас, по крайней мере, именно так.
– Проверять твое утверждение я не намерена и очень надеюсь, что не придется.
– Слышишь? – вдруг спросила Амелия и остановилась. – Похоже, это машина.
– В лесу?! – хмыкнула я. – Дорога далеко, а через лес машина просто не пройдет, – сказала я прислушиваясь.
Шум мотора действительно был слышен, что странно.
– Может, посмотрим? – предложила Амелия. – Не стоит оставлять врагов за спиной. Так дедушка всегда говорит.
– Он прав. Идем, но только тихо. Нас не должны услышать и увидеть. Идешь за мной след в след и готовишься, если что, бежать.
Мы вышли к небольшому домику, рядом с которым стояла заведенная машина. Мы с Амелией спрятались за деревья и стали ждать развития событий.
Из дома вышел мужчина, за ним – женщина с детьми. Я лишь улыбнулась и поманила Амелию прочь за собой. Приятно видеть, что люди не забыли, как жить без роботов и всякой технологии. Можно ли еще спасти мой мир?
Мы шли весь день, и уже начало темнеть. Совсем недалеко протекал ручей, заросший травой и кустарниками. Идеальное место, чтобы остаться на ночлег.
– Я соберу сухих веток, а ты воды набери, – сказала я, ставя рюкзак на землю.
Тяжелый, зараза… Что там нам вообще наложили? Понятно, что еды, фляги для воды и еще кое-что по мелочи, но почему так тяжело?
Сухих веток было много, поэтому сбор много времени не занял. Когда я вернулась, Амелия уже сидела на поваленном стволе дерева, а рядом стоял котелок, наполненный водой.
Я быстро разожгла костер и стала готовить кашу. Готовить я вообще не люблю, но если начинаю готовить, то получается очень даже вкусно.
Амелия каши так и не дождалась, уснула. Устала за день, она же ребенок еще, хоть и ведет себя как взрослая. Вообще удивляюсь, как она еще держится? Она очень сильная, чем-то на меня похожа. Я в свое время тоже не сломалась из-за гибели родителей. Хотя у нее есть дедушка, который о ней обязательно позаботится.
Я улыбнулась и подошла к Амелии, поправить ей одеяло поплотнее. Сев обратно, наложила себе каши и стала есть не спеша.
Всегда любила лес. Здесь тихо и спокойно. Если бы не искала правду о смерти своих родителей и не скрывалась, поселилась бы здесь. Может, однажды так и поступлю. Должен же когда-то наступить покой? Не буду же я убегать всю жизнь?
Сон не приходил, и я решила просто посидеть у костра. Удастся ли нам добраться до убежища? Я просто уверена, что нас уже ищут, и у них есть все шансы нас найти, и вот тогда нас точно убьют.
Была уже середина ночи, когда я услышала какой-то шум. Убедившись, что Амелия все еще спит, я подкинула в костер сухих веток и отправилась посмотреть.
Чем ближе я подходила, тем отчетливее слышались ругань и крики. Что там вообще происходит?
Я дошла до больших камней и, решив особо не высовываться, выглянула из-за камня.
На небольшом пространстве стояли люди. Одни были в военной форме, а вот одежда других напоминала костюмы, что носили друзья Рестета.