- -
- 100%
- +
Глава 1. Реабилитация
Арслан просматривал документы, полученные от Нарсаса. Прошло около месяца, как его наставник отправился обратно в Новый Свет, где жил и работал последние годы. Нарсас отправлял своему бывшему ученику исследования по материалам, что они обнаружили во время путешествия в морскую бездну. Накопилось много научных вопросов, которые следовало обсудить. Арслан тяжко вздохнул.
На континенте сейчас царил полнейший хаос. Дом, каким его помнил мужчина, больше не существовал. С каждым днем армия монстров под началом Андрагораса захватывала все больше новых территорий. Границы между государствами стерлись. На континенте сейчас были лишь пепел и разрушения. Все, за что солдаты когда-то отдавали свои жизни, кануло в небытие. И чтобы это остановить, снова требуется оружие.
– В чем вообще смысл?
Арслан еле держался, чтобы не погрузиться в большее отчаяние. Про это наказание говорил отец?
Эдвард, который сидел за столом напротив Арслана, оторвался от бумаг. Ему было жалко этого парня. Смотреть как Арслан занимается самоедством день ото дня – не самое лучшее зрелище. К тому же, как-никак, они не чужие люди. По закону этот парень все еще был мужем Этуаль, а, значит, и Эдварду приходился зятем. Работая с Арсланом изо дня в день, Эд уже начинал ему симпатизировать. В конечном итоге он пришел к выводу, что Этуаль выбрала не такого уж плохого мужчину.
Когда Риза окрепла и ее лихорадка спала, она рассказала Эдварду и Уинри обо всем. Как ее растил Хоэнхайм. Как она потом встретила Этуаль, сражалась с ней на войне, как хотела поменять ход истории. Все это время, Эдвард днем и ночью продолжал изучать артефакт, который Арслан и Риза подняли со дна океана. Он так хотел все изменить. Хоть что-нибудь! И пытался найти хоть какую-то зацепку в древних знаниях.
Этуаль по-прежнему находилась в ловушке своего сознания. Совсем недавно ее ум начал проясняться. Но это не избавит ее от тех страданий, что она пережила. А их с Арсланом новорожденная дочь… В любом случае, Арслану и Этуаль придется с ней расстаться. Время не потерпит такой парадокс. И если они не отправят ее по своей воле в прошлое младенцем, велика вероятность, что это повлечет события, которые принудят их это сделать. А ведь Этуаль так к ней привязалась! Что случится с ее разумом? Эду было безумно жаль свою дочь. Но другого выхода нет.
Эдвард ненавидел своего отца, Хоэнхайма, всеми фибрами души. Мать умерла из-за него. Его брат Ал вместе с женой Мей погибли тоже из-за секретов Хоэнхайма. Эдвард сам потерял руку, когда пытался вернуть мать к жизни. Этуаль – ребенок его родного брата, – маленькой попала на войну, лишилась ноги, а теперь оказалась в плену безумца и потеряла рассудок. А вскоре ей еще предстояло расстаться со своей малышкой. И Риза… девочка, воспитанная Хоэнхаймом лишь с одной целью – остановить конец этого мира. Боже! Эдвард все никак не мог привыкнуть к мысли, что по возрасту он с внучкой ровесники. Железный кулак с грохотом ударил по столу. И этим детям уготован такой финал… Это слишком жестоко!
Арслан дернулся и внимательно посмотрел на тестя. Опомнившись, Эд собрал разбросанные по столу бумаги.
– У меня вопрос.
– О зеленой воде? – уточнил Эд.
– И это тоже, – кивнул Арслан. – Как действует лекарство, которое вы делали для Этуаль? Оно для снижения регенерации?
– Не совсем.
– Тогда какова его роль? Лекарственные средства не моя специализация. Я хочу понять.
Эд вздохнул. Он рассказал Арслану особенность его семьи, обусловленной генетикой. Поскольку только Хоэнхайм был чистокровным жителем Атлантиды, его способность к исцелению сильнее всех. Из-за смешения крови Эд и Ал получили только часть этой силы, Этуаль меньше, а Риза уже унаследовала ген в четвертом поколении.
– Не знаю как у Хоэнхайма, – начал Эд, – но мы – его потомки, не способны отращивать конечности. Восстановить силы, затянуть раны – это да. Поэтому мне и Этуаль приходится использовать автопротезы Уинри.
– Значит, вы тоже принимаете это лекарство, которое делаете для Этуаль?
– Нет. Мне оно уже не нужно.
– Как это?
– Мы с моим братом Алом, настоящим отцом Этуаль, лишились способности к заживлению, когда пытались оживить свою мать.
– Но почему? – недоумевал Арслан.
– Мы использовали зеленую воду. Это та же вода, что вы видели в руинах на дне моря. Она же находится в артефакте. Зеленая вода лишила нас этой способности.
– Да, я видел в исследованиях Нарсаса что-то подобное, – Арслан начал рыться среди разбросанных на столе бумаг.
– Поэтому, у меня нет отторжения протеза, – отмахнулся Эд. – Но Этуаль – другое дело. Регенерация все еще при ней, хотя Андрагорас и ослабил ее большой дозой моего препарата. Вопрос, откуда он узнал рецепт? Это лекарство подавляет гены, но оно, можно сказать, единственное в своем роде. Иммунитет перестает сражаться так активно. Без препарата протез Этуаль начал бы отторгаться. Как-никак чужеродная конечность. Отсюда появляются воспаления и невыносимые боли.
Арслан задумался.
– Риза рассказала мне еще кое что о вашем путешествии, – начал Эдвард. – Она не дала вам первому просунуть руку в статую при храме, я прав?
Мужчина кивнул.
– Ты знал, что та статуя первоначально содержала в той игле яд? Как ты думаешь, что впрыснулось в Ризу, когда она укололась?
– Неужели, зеленая вода?! – Арслан в панике поднялся со стула.
– Верно, – подтвердил Эд. – Когда вы были в храме, она теряла свою регенерацию. Доза была слишком большой для нее. Ведь ее ген из-за смешения крови был слабее всех.
– Но почему она сделала это?! – не понимал Арслан.
– Этим она спасла тебя, – просто ответил Эд.
– Зачем?.. – тихо шептал Арслан. – Такого, как я… Я думал, она ненавидит меня.
– Ты ее отец.
Некоторое время они молчали.
– Если бы она этого не сделала, – продолжил Эд, – ты бы умер где-то в течение года.
Арслан не отвечал.
– Риза лишь потеряла регенерацию. Теперь она стала такой же, как обычный человек. Видимо, та статуя в храме была гарантом того, что даже Атланты не смогут туда попасть.
– Но зачем? – недоумевал Арслан. – Если это их не убьет, то они все равно могли бы войти и забрать артефакт времени.
– Да, – подтвердил Эд. – Вот только без этой силы артефакт абсолютно бесполезен.
Арслана будто обухом по голове ударили. Такого он точно не ожидал. Риза ведь уже хотела однажды его убить. Так почему спасла тогда у храма? Мужчина еще больше стал переживать за дочь. Ведь если она получит ранение, может больше не очнуться.
– Еще проблема в том, что переместиться во времени может только человек, обладающий силой регенерации. И запустить механизм должен тоже человек с этой силой. Ведь тот, кто его запустит, должен будет соприкоснуться с зеленой водой.
– Тогда!..
– Да, – кивнул Эд. – Этуаль тоже придется расстаться со своей силой, чтобы отправить новорожденную Ризу в прошлое. И если это случится до того, как Этуаль восстановится, то может остаться такой навсегда.
***
После разговора с Эдвардом ноги сами привели Арслана в небольшой сад. Скрываясь в тени деревьев, он наблюдал за женой. Этуаль сидела в коляске и задумчиво рассматривала пруд. Когда раздался детский плач, она резко повернула голову в сторону звука. Уинри тихонько приближалась к дочери с маленьким ребенком на руках. Этуаль улыбнулась и протянула к малышке руки. Арслан замер.
После того испуга, что пережила Этуаль, когда проснулась, Арслан пытался несколько раз выйти с девушкой на контакт, но ничего не выходило, кроме истерик. Уинри никак не могла понять, в чем дело? Ведь физическое состояние Этуаль было стабильным. А вот душевное оставляло желать лучшего. После нескольких попыток, Арслан и Уинри решили на некоторое время оставить эту затею. И чтобы не сойти с ума, мужчина с головой погрузился в работу. Он мог лишь наблюдать издалека за своими девочками.
– Снова здесь?
Арслан, поняв, кто позади, улыбнулся.
– Риза, рад тебя видеть.
За то время, что они провели здесь, в Союзном Королевстве, мужчина и женщина на удивление сблизились. Как и он, Риза не особо горела желанием выходить из своей комнаты. Женщина старалась как можно меньше пересекаться с новорожденной версией себя, ведь неизвестно, какая катастрофа случится, если она приблизится слишком близко к самой себе из этой реальности. Взглянув на руки дочери, Арслан заметил следы пороха.
– Опять ходила на стрельбище?
– Помогает привести мысли в порядок.
– Или спрятаться?
– И это тоже.
Прижав голову Ризы к себе, Арслан осторожно гладил женщину по светлым волосам с проседью. Она даже не сопротивлялась.
– Прости. На твою долю не должно было выпасть это. Как бы я хотел, чтобы твоей главной заботой в жизни было в каком платье спуститься к обеду. Ни один ребенок не должен быть родителем для своих родителей.
– Платья отстой.
Арслан засмеялся.
– Твоя мама говорила то же самое.
Риза отпрянула и внимательно посмотрела на своего отца.
– Мне и Рою нужно вернуться в Восточную Империю. На континенте это последний оплот, который еще не был разрушен армией монстров Андрагораса.
– Вы с ним поговорили? – удивился Арслан.
Последнее время Арслан только и видел прячущуюся от мужчины Ризу. Арслану оставалось тяжко вздыхать, а ведь эти люди были вдвое старше него! Конечно, благодаря этому отношения Арслана с дочерью пошли на лад, но… Своими побегами Риза все больше походила на свою мать, и Арслану было искренне обидно за Роя.
– Поговорили, – ответила Риза. – Но не так, как ты думаешь. Только о делах.
– Почему? Я вижу, что он хороший человек.
– В этом и проблема…
Риза достала из кобуры револьвер. Держа его, она подняла руку на уровне глаз Арслана.
– Смотри внимательно.
Женщина покосилась на часы. Как только время пробило полдень, женская рука растворилась в воздухе, а револьвер с глухим стуком упал на землю. Арслан поморгал, стараясь осмыслить увиденное. Точно. Время не терпит дубли.
– Я не знаю, что будет со мной, когда мы воспользуемся артефактом. И даже если буду в порядке, новая война уже на пороге.
– Как раз поэтому нужно пользоваться моментом!
– Как вы с мамой когда-то?
– Да!
– И к чему это провело?!
От обиды глаза Ризы наполнились слезами, но она не дала им пролиться. Точно. Он ведь так и не извинился перед ней как следует. Арслан упал перед Ризой на колени.
– Прости. Я был не лучшим мужем для Этуаль, а отцом для тебя был еще хуже. Твоя ненависть ко мне более чем оправдана. Я благодарен уже за то, что мы можем поговорить хотя бы так. Прости, что приходится нести груз спасения мира в одиночку.
Пара слезинок все-таки скатилась по женским щекам.
– Я знаю, ты никогда не простишь меня за это. Тебе и не нужно. Вряд ли я стану когда-то нормальным отцом для тебя, но… даже так, единственное мое желание – сделать все, чтобы ты тоже могла испытать счастье.
Риза застыла на месте. Она не знала как реагировать на такое признание. Помолчав некоторое время, она опустилась на землю рядом с мужчиной. Положив руку на плечо отцу, женщина заговорила:
– Не знаю, что ты себе надумал, но я прожила интересную жизнь. Вся радость – была моя, боль – моя. Грусть, обиды, сожаления, да, они никуда не денутся. Но все это – мое. И черта с два я позволю у себя это отнять!
Арслан застыл.
– Признаю, я часто думала, не лучше ли мне убить себя в младенчестве и не покончить с этим миром раз и навсегда? Но затем, оглядываясь вокруг, я смотрела на дорогих мне людей и понимала, как была неправа. Поэтому и тебе нужно принять себя таким, какой ты есть.
Риза встряхнула отца за плечи.
– Назначенный день приближается. Тебе нужно быть сильным ради нее, – женщина указала в сторону Этуаль. – И я тоже постараюсь быть сильной. И может однажды, мы все сможем быть счастливы.
Встав, Риза поспешила прочь, оставляя Арслана одного. Он в очередной раз поражался внутренней силе своей дочери. На лицо мужчины упала пара капель воды. Послышались раскаты грома. Арслан тут же повернулся в сторону жены.
Уинри с малышкой уже ушла обратно в здание. Этуаль сидела одна. Она буравила мужчину взглядом. Арслан боялся, что у женщины при виде него вновь случится паническая атака, как было раньше, но этого не происходило. Они бы так и продолжали смотреть друг на друга, если б дождь не стал сильнее. Медленно Арслан направился в сторону жены. Этуаль не спускала с него глаз. Мужчина замер на расстоянии вытянутой руки. Помолчав некоторое время, девушка нарушила тишину первая:
– Коляска застряла. Я… – пробормотала она, немного смутившись.
– О, да, сейчас помогу.
Арслан присел, осматривая колеса.
– Здесь сломался механизм. Нужны инструменты…
Гром раздался с новой силой, напоминая о дожде. Они и сами не заметили, как уже промокли насквозь.
– Прости, но, могу я… взять тебя на руки? Ты промокла и… – начал оправдываться мужчина.
– Можно.
Этуаль протянула к нему едва дрожащие руки. Арслан снова забыл дышать от волнения. Он видел, чувствовал ее страх, и в то же время, интерес. Складывалось ощущение, что в Этуаль боролись две личности. Может, терапия Уинри и Джасванта начинала давать свои плоды? И Арслан не намерен упускать эту возможность.
Подхватив Этуаль на руки, он почувствовал, как тонкие руки обвили его шею. Жена была настолько легкой, что, казалось, вот-вот растворится в воздухе. Хорошо ли она питалась?
– А твой протез…
– Мама забрала несколько деталей на доработку. Я же все равно уже месяц обитаю в коляске.
Девушка прикусила губу, стараясь подчинить накатывающую на нее тревожность. Арслана не переставала удивлять схожесть его жены и дочери даже в таких мелочах. Добравшись до комнаты Этуаль, он усадил ее на кровать, а сам начал проверять все шкафы на наличие полотенец. Достав парочку, он вернулся к жене. Еще раз извинившись, одно полотенце он положил Этуаль на плечи, а вторым начал обтирать от влаги крепление автопротеза к ноге. Девушка задрожала и схватилась руками за голову.
– Что такое? – встревожился мужчина.
– Не знаю, – помотала головой Этуаль. – Знакомое чувство… словно это уже было однажды?
Заскулив от боли, она сжала голову руками сильнее. Арслан застыл. Полутемная комната, полотенца, сломанный автопротез.
– Мы путешествовали, – начала девушка, – на дирижабле?
– Верно.
– Мой протез сломался. Ванна и… оу.
Арслан накрыл ее руку своей, металлической, и слегка сжал.
– Что еще?
Почувствовав холод стали даже сквозь перчатку, Этуаль закатала рукав рубашки у мужа.
– Твоя рука… этого не было! Когда?..
Новый приступ боли пробудил новые воспоминания.
– Лаборатория… была в огне. Я висела над обрывом. По руке струилась кровь. Но не моя. А ты… ты пытался меня спасти.
Ее глаза наполнились слезами.
– О, Боже! Я… Это моя…
– Нет! – резко перебил ее Арслан. – Нет, не твоя, – сказал он чуть мягче. – Если бы мог, я бы отдал и вторую руку и даже свою жизнь, чтобы тебе не пришлось испытать то, что довелось. Поэтому, пожалуйста, не отворачивайся от меня. Я не вынесу подобное снова.
Арслан бережно поцеловал тыльную сторону ее дрожащей ладони.
– Я позову Уинри.
Этуаль кивнула. Ей действительно требовался отдых, как и моральные силы. Пусть и немного, но чтобы заполнить эту пустоту в душе, она должна была через это пройти. Ей требовалось узнать всю правду и вытеснить этих бесов из своей головы самостоятельно. И идея сломать коляску была ее новым шагом к успеху.
Глава 2. Моменты
Дариун вертелся вокруг штуки под названием «Фотоаппарат», пока Эдвард делал снимок.
– Ты как будто в пещере жил, а не с мировым ученым, – посетовал Эд на мужчину. – А вы не двигайтесь понапрасну! Этуаль, держи дочку крепче. И Арслан, наклонись к ним немного ближе.
Мужчина и женщина попытались выполнить указания отца.
– Вот, хотя бы на семью теперь похоже. Готово!
Теперь осталось проявить картинку. Разглядывая изображение, Арслан все больше убеждался, что сделать фото с новорожденной Ризой на память было хорошей идеей. О том, что должно случиться, Этуаль по-прежнему никто не рассказал. Ее душевное здоровье только начало улучшаться. Никому не хотелось, чтобы лечение прошло даром.
Назначенный день запуска реликвии знала только взрослая Риза. И женщина не спешила раскрывать дату. Раз лечение Этуаль именно в клинике Уинри уже не было необходимо, все согласились с решением как можно скорее покинуть Союзное Королевство и отправиться за океан в Новый Свет. Большинство людей бежали от войны именно туда. Следовало поспешить. Вскоре и эта земля погрязнет в крови.
Стоя за дверью комнаты, Ирина улыбалась, слушая милые семейные перепалки. Девушку переполняли чувства. Благодарность, что она испытывала к семье Элрик было невозможно выразить словами. Этуаль спасла их с Гермесом жизни, а Уинри и Эдвард помогли восстановиться ее глазам. Конечно, ее зрение никогда не станет прежним, но сейчас она могла видеть. Видеть! Пусть и очертания предметов, но в очках все становилось четким. Вот только…
Ирина вздрогнула, когда услышала детский голос за дверью. Грудь сковало пронизывающей болью. После всего, что случилось, у них с Гермесом никогда не будет своих детей. То, к чему она всю жизнь стремилась, то, чего так сильно желала – свою семью, – у нее отняли. Держась за стену, девушка брела по коридору, не разбирая дороги.
Ноги привели Ирину во двор. Там был Гермес. Мужчина осматривал периметр. Девушка застыла в дверях, наблюдая за мужем. Капюшон и маска теперь были его вечными спутниками. Пусть они и были женаты, он старался не попадаться Ирине на глаза, и девушка чувствовала это. Это злило. Она была очень зла, черт возьми! Да за кого Гермес ее принимал?! За инфантильную девчонку, помешанную на внешности? Ирина и сама слишком отличалась от себя прежней. Даже частично вернув зрение, она отказывалась от использования очков без необходимости, продолжая полагаться на остальные органы чувств. Но сейчас она их надела. Ирина хотела видеть Гермеса, посмотреть ему в глаза.
Девушка встала напротив мужчины. Гермес продолжал отводить в сторону взгляд. Ирина достала из кармана сложенные бумаги.
– Развод? Ты серьезно?!
Мужчина молчал. Ирина вздохнула.
– Черт побери, Гермес! Я с детства грезила о жизни с тобой, а ты вот так меня бросаешь, даже не сообщив об этом лично?!
– Прости.
– Я не приму твоих извинений! Как и это.
Девушка разорвала бумаги на мелкие кусочки. Гермес застыл в неверии. Он едва узнавал Ирину. Она научилась ругаться и, оказывается, могла злиться, быть властной. Ирина по-прежнему оставалась мягкой, нежной, но не мягкотелой. Уже нет. И если раньше ее решениями можно было манипулировать, сейчас она делала только то, что сама считала правильным. То, как человек может меняться, поражало. Что уж говорить, Гермес и сам слишком сильно изменился.
– Я не смогу подарить тебе детей.
– Усыновим, если будет нужно.
– Моя внешность…
– Я практически слепа, идиот.
Ирина взяла мужа за руку. На его руке ощущалось что-то липкое.
– Кровь?! Господи, Гермес. Что с тобой случилось? Что ты делал?
– Пытался справиться со страхом.
Девушка положила мужчине на плечо свободную руку.
– Со страхом не нужно справляться, дурачок. Страх показывает, где грань. Он необходим.
Гермес понял, о чем хотела сказать ему Ирина. Бесстрашие, юношеский максимализм – вот основные беды, что разрушили его жизнь. Если бы он не старался угодить Андрагорасу, не пытался гнаться за Арсланом, не искал наживы, возможно, не стал бы мишенью на собственной свадьбе. Из-за своих действий он едва не погубил человека, что всегда заботился о нем – Ирину. Уродливая внешность, хронические боли – вот его вечные спутники. Кошмары будут мучить его до самой смерти.
Он слаб. Гермес чувствовал, что и вполовину не так силен, как его жена. Ирина страшится смерти (а кто нет?), но готова умереть за любимого человека. Ей страшно любить (это видно), но она не прекращает любить (даже такого ужасного мужа). Она страшилась проблем со здоровьем, но чувствовала опору своей семьи и друзей. При одном упоминании Андрагораса и войны ей страшно. Ирина боится будущего, каждого нового дня, но не прекращает жить.
– Не понимаю, откуда у тебя столько власти над моим несуществующим сердцем? – Гермес стиснул жену в объятиях. – Я боюсь закрыть глаза и больше тебя не увидеть.
– Глупый, я всегда буду рядом.
Бах. Бах. Бах.
Ирина вздрогнула, услышав звуки выстрелов.
– На нас напали?!
Гермес отрицательно покачал головой.
– Та женщина снова на полигоне. Тренируется.
– Что прибыла с Арсланом?
– Да.
Гермес передернул плечами. Раскрывать правду о личности взрослой Ризы Ирине, как и Этуаль, никто не спешил. Дети для Ирины – больное место. А если она все откроет раньше времени неокрепшей Этуаль – жди беды. Арслан точно четвертует Гермеса и даже не посмотрит на то, что он его брат. Мужчина был уверен.
– Пойдем лучше внутрь, не будем мешать тренировкам.
Когда мужчина и женщина зашли в здание, выстрелы начинали раздаваться с более частым интервалом. Стрелок определенно терял терпение, что было непозволительно для снайпера. Лежа с винтовкой, Риза и сама все прекрасно понимала, но продолжала стрелять. Скорость. Чтобы защищать, ей нужна скорость. Малейшее промедление, любая заминка могли стоить жизни дорогим ей людям.
Один. Два. Три. Четыре…
Обоймы сменялись одна за другой. Полигон стал для Ризы убежищем. Домом. Всю жизнь был. Когда мысли путались, она приходила сюда. А в последние дни Риза отсюда не вылазила. Рою было невмоготу смотреть на то, как его лучший друг, товарищ мучает себя. Хотел бы он вернуться в то время, когда на губах Ризы появлялась улыбка, когда они были детьми. Тогда главной заботой было успеть вернуться к обеду или сделать уроки.
Приблизившись, Рой бессознательно отметил несколько морщинок в уголках женских глаз. Золотые волосы были уложены в ее любимую прическу. Риза стала отращивать волосы, когда получила в подарок от него эту заколку. С тех пор она носила ее практически не снимая. Только белоснежные пряди напоминали о том, что прошел не один десяток лет. Сколько воспоминаний!
Рой помнил, как из-за ежедневных прогулок в саду, от Ризы всегда веяло свежестью, ветром. И сейчас, когда она возвращалась с полигона, этот аромат был с ней. А еще от нее пахло травами. В детстве Риза часто заваривала душистый чай. И ромашками. Девочка любила прятать их в карманах или за ухом. Вот только с возрастом аромат трав стал вперемешку с ароматом пороха.
Рой до сих пор помнит тот день, когда узнал правду о Ризе. Однажды ее поведение кардинально изменилось. Только потом Рой понял, что не замечал, как Риза грустит. Часто грустит. В тот день он обнял ее. Просто, по-дружески. Прижал к себе, утешающе поглаживая рукой по спине. Риза разрыдалась. Рой никогда не видел, чтобы кто-то так плакал. Так сильно, громко, с надрывом. Что-то сломалось в тот день. В них обоих.
Риза продолжала стрелять. Упорно. Давая понять, что никого вокруг не замечает, хотя почувствовала присутствие Роя еще давно. Мужчину это злило – ее вечное бегство. К худу или к добру, патроны у женщины кончились. Риза так и продолжала лежать, а Рой продолжал стоять рядом.
– Знаешь в чем твоя проблема? – первым не выдержал Рой. – Ты опустила руки и смирилась с судьбой! Ты не хочешь быть спасенной ни мной, ни кем-либо еще.
– Я не заслужила спасения.
– Ты больше кого-либо заслуживаешь спасения!
Риза молчала, пытаясь унять дрожь внутри.
– Пусть мы не можем спасти тебя в прошлом, но твое будущее еще не написано. Не отказывайся от него так легко!
Риза резко обернулась. Женщина открывала и закрывала беззвучно рот, пытаясь подобрать слова, но у нее не получалось. Она всегда так делала, когда знала, что мужчина прав, но не могла смириться с его правотой. И молчала. По возмущенному женскому лицу Рой всегда мог понять, что она о нем думает. Такой Риза была только с ним. Обычно Рой ухмылялся, шутил, но вот сейчас шутка так и застыла на его полуоткрытых губах. Его темные как ночь глаза странно изучали давнего друга и напарника. Изучали долго, не моргая. Риза съежилась сильнее под этим странным, непривычным взглядом. Она оцепенела. Рой вздохнул.
– Я понял.