На глубине дыхания

Глава 1

Адриан сел на постели. Одеяло сползло с его торса, он провел ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть остатки тяжелого, беспокойного сна. Его пальцы механически поправили непослушные темные волосы. В комнате царил мягкий полумрак, предрассветный час, когда свет только начинал пробиваться в окна. Он автоматически, почти не глядя, потянулся за очками в тонкой черной оправе, лежавшими на прикроватной тумбочке рядом с полупустым стаканом воды и электронной книгой.

Адриан закрыл глаза, погружаясь в тишину и свои мысли. За окном царила весна, и лишь ненавязчивое пение птиц нарушало безмолвие. После оглушительного, нескончаемого гула Парижа, похожего на гигантский, никогда не замолкающий механизм, утро в Анси было погружением в бездонное, кристально чистое озеро покоя.

Этот тихий, спящий городок казался ему идеальным убежищем – местом на краю мира. Он переехал сюда два месяца назад, бросив всё, решив начать с чистого листа. Он твердил себе, как мантру, что бежит от парижского шума, мешавшего концентрации, от ритма, выматывающего душу. Это была красивая и тщательно сконструированная ложь, которая позволяла не смотреть в глаза настоящим демонам.

В глубине души он знал горькую правду: он бежал не от города. Он бежал от людей – от их взглядов, ожиданий, суждений, от необходимости носить маску и участвовать в бессмысленных социальных ритуалах. Или, что было ещё страшнее, – от самого себя. От того человека, в которого превратился за последние годы: молчаливого, отстранённого, циничного, с холодной пустотой внутри, которую он не знал, чем заполнить. Работа стала его единственным смыслом и оправданием существования, главным щитом от всего мира.

Он отгородился ото всех, отвечал односложно, избегал встреч. Его улыбка, если и

появлялась, была сухой формальной гримасой. Так было проще. Так было безопаснее. Нельзя обжечься о пламя, если не подносить к нему руки. Нельзя утонуть, если не подходить к воде. Холодность и отстранённость стали его защитой от нового предательства, новой боли, нового разочарования.

Но когда-то всё было иначе. Когда-то он был тем самым парнем с распахнутым настежь сердцем, наивным и доверчивым, готовым любить без остатка. Когда верил, что любовь и дружба – не просто слова, а прочный фундамент жизни.

В голове всплыла Офелия. В колледже, на последних курсах, она стала не просто его первой любовью, а его настоящей, официальной и, как он искренне полагал, единственной девушкой. Он, застенчивый и романтичный юноша, писал ей стихи – наивные, искренние, полные обожествления. В своем воображении он уже рисовал их общее будущее до мельчайших деталей – квартиру с видом на Сену, двух детей, собаку, летние поездки на юг и уже серьезно подумывал о том, как сделает ей предложение.

Она отвечала ему взаимностью, представляла его своим подругам как «своего парня», одаривала ослепительными улыбками, позволяла себя обнимать, и он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, готовым отдать ей все, что у него было. Он устраивался на любые подработки – официантом, заправщиком, писал курсовые для менее способных однокурсников лишь бы водить ее в рестораны и покупать все, что она захочет. Ведь он был ее парнем, и это давало ему ложное, но такое сладкое чувство уверенности.

Его слепая влюбленность и наивность зашли так далеко, что однажды, когда она томно вздохнула, что все ее подруги уже побывали на знаменитом курорте в Довиле, а она даже не представляет, как там выглядит море, он, не раздумывая, продал дорогие карманные часы с гравировкой – последний и самый ценный подарок от умершего дедушки, который всегда говорил, что эти часы должны оставаться в семье. На вырученные деньги он устроил для нее шикарные выходные в том самом Довиле, сняв номер в отеле с видом на залив. Она была в восторге, а он, глядя на ее счастье, заглушал голос совести, ведь он уверял себя, что делал это ради их любви.

А вскоре все рухнуло в одно мгновение. Он случайно узнал, что он у нее далеко не единственный, и их «отношения» – всего лишь удобная ширма, пока она ищет «подходящий вариант». Когда он, с трудом подбирая слова, попытался выяснить, что все это значит, она лишь посмотрела на него с легким, почти скучающим недоумением, накручивая на палец каштановую прядь своих роскошных волос.

–А что такого? – прозвучал ее звонкий, лишенный всякого сожаления голос. Мы же хорошо провели время, но мне нужен состоятельный, уверенный в себе мужчина с перспективами, а не милый мальчик со стихами и пустыми карманами. Ты ведь понимаешь? —Ее слова прозвучали как холодный, окончательный приговор, перечеркивающий все их прошлое.

Его сердце было не просто разбито, оно было растоптано, разорвано на мелкие кусочки, которые, казалось, уже никогда не срастутся. А он сам уничтожен, раздавлен жестокостью и цинизмом этого откровения. Он наивно, по-глупому полагал, что их отношения были настоящими, что такая ослепительная красотка могла по-настоящему любить заурядного «ботаника в очках». Это оказалось его самой большой и горькой иллюзией. В тот день умерла его вера в любовь, в искренность, в саму возможность бескорыстных отношений. Его сердце, некогда открытое, теперь было надежно заперто на тяжелый замок.

Его искренность и доброта, казалось, были теми самыми качествами, которые притягивало к нему людей, готовых воспользоваться его доверием. Он слишком часто распахивал душу, и слишком многие видели в этом не дар, а уязвимость, которую можно обратить против него самого.

Год назад, когда он уже работал в крупной IT-компании, его подставил тот, кого он считал другом. Лоран. Сначала Адриан держался отстраненно, но вскоре понял, что у них много общего – оба ценили качественный код и любили сложные задачи. Лоран оказался отличным парнем,остроумным и надежным. Они стали регулярно пить пиво после работы, обсуждая проекты и делясь идеями. Адриан начал помогать ему со сложными задачами, которые Лоран не мог решить самостоятельно, объясняя тонкости и делясь своими нестандартными подходами. Они были друзьями. Или Адриан так думал.

Все изменилось в тот день, когда система мониторинга компании зафиксировала подозрительную активность, исходящую якобы с рабочего аккаунта Адриана. Его IP-адрес, цифровой отпечаток и даже украденные учетные данные с его уровнем доступа были привязаны к попытке внедрить уязвимость в код одного из ключевых продуктов компании – программного обеспечения для крупного банка. Кто-то мастерски, с хитрой изощренностью, подставил его, оставив цифровые следы, ведущие прямо к нему. Это был не взлом извне, а тонкая, продуманная операция по фальсификации, сделанная так, чтобы вина пала на него.

Этим кем-то оказался Лоран. Но его мотивация была сложнее, чем просто желание обезопасить себя. Лоран был талантлив, амбициозен и до безумия завистлив. Они с Адрианом работали над одним проектом, но гениальность Адриана, его нестандартные решения и признание руководства постоянно затмевали старания Лорана. Запуск этого продукта был козырем в карьере, и Лоран понимал, что вся слава достанется Адриану.

Он хотел устранить конкурента и одновременно заработать огромные деньги. Лоран тайно вел переговоры с компанией-конкурентом. Это вызвало бы колоссальный скандал, уничтожив репутацию их компании и обрушив ее акции. Конкуренты предложили бы банку свое «надежное» решение, получив многомиллионный контракт. Вознаграждение Лорана должно было исчисляться миллионами.

Если бы Адриан не обладал уникальными, почти интуитивными навыками в кибербезопасности, если бы не смог в сжатые сроки найти спрятанные логи, доказать несоответствие временных меток и в конце концов не вычислил настоящий IP-предателя, ведущий на скрытый сервер Лорана, его ждала бы не просто тюрьма, но и огромные долги из-за судебных исков.

Он усвоил главное правило – доверять нельзя. С каждым новым предательством он отдалялся от мира все больше, становясь еще более закрытым и отстраненным.

Единственным близким для него оставался Матье, его друг еще со времен колледжа, который поддержал его после истории с Офелией, но даже Матье в последние годы Адриан отталкивал. Он старался избегать личных встреч, отвечал односложно и с задержкой на сообщения, сводил все общение к сухому минимуму. В лучшем случае они виделись пару раз в год. Он намеренно отгораживался от него, бессознательно боясь, что если позволит себе снова стать близким, Матье тоже его предаст, как Офелия, как Лоран, как все, кому он когда-либо доверял.

Поэтому он выбрал тихий Анси. В Анси не было этих навязчивых, оценивающих взглядов прохожих, которые в столице, казалось, постоянно пытались разгадать тебя, влезть в душу без приглашения, уловить твою уязвимость.

Цена за аренду в Анси была значительно ниже, но дело было не в деньгах – для Адриана было все равно, где просыпаться. Он почти не выходил из дома, разве что чтобы выбросить мусор. Еду в основном заказывал с доставкой пару раз в неделю. Он работал из дома, так было комфортнее и безопаснее. В свой тридцать один год он считался одним из лучших в мире кибербезопасности. Специалистом высочайшего уровня, его ценили за безупречную логику, нестандартные подходы и умение видеть уязвимости там, где другие видели лишь строки кода. Крупные компании охотились за такими, как он, но он категорически отказывался от офисной работы. Ему не нужны были коллеги, корпоративы и бессмысленные совещания.

Адриан наконец встал с кровати и пошел на кухню, чтобы сделать кофе. Интерьер квартиры был аскетичным и выдержан в спокойных, светлых тонах: белые стены, практичный серый диван, простой деревянный обеденный стол, выполнявший также роль рабочего, и минимум мебели. Никаких лишних деталей, фотографий в рамках, безделушек или ярких акцентов – только необходимое.

Он подошел к турнику, который висел в дверном проеме. Ежедневный ритуал, который помогал ему держать тело в форме, а ум ясным. Пять лет строгой дисциплины дали отличный результат – его тело было подтянутым и сильным. День начинался как обычно: турник, душ, работа.

Он подошел к холодильнику, достал простой натуральный йогурт. Еда была для него лишь топливом, необходимостью. Взяв йогурт, он сел за свое рабочее место, поправил очки и принялся за работу. Это был его мир, его территория, которую он полностью контролировал.

Телефон на столе резко и настойчиво завибрировал, нарушая концентрацию и тишину. Адриан, не отрывая взгляда от строк кода на мониторе, машинально потянулся к устройству, перевернул его и увидел на экране имя: «Матье». Он молча, почти без эмоций, перевернул телефон экраном вниз, глуша звонок, и снова принялся стучать по клавишам, пытаясь вернуться в прерванный поток мыслей.

Но через несколько секунд телефон снова издал короткий, но настойчивый вибрирующий звук, сообщая о новом сообщении. Вздохнув с легким раздражением, Адриан все же взял его в руки и провел пальцем по экрану.

Текст был длинным и эмоциональным, точно отражающим характер Матье: «Дружище, ты можешь игнорировать меня в любой другой день года, я даже не обижусь. Но только не в мой день рождения! Мы с Люси сейчас катаемся в Альпах, в Шамони, на лыжах, тут просто нереально круто! И я сразу говорю, что не предлагаю тебе присоединиться прямо сейчас, я знаю, как ты к этому относишься. Но! Хотел сказать: мы будем в Анси уже завтра днем, и ты ОБЯЗАН будешь со мной встретиться и отметить с нами мой день рождения. Все отказы категорически не принимаются, это будет мой главный подарок. И Люси очень по тебе соскучилась, постоянно спрашивает, как ты. И да, мы не будем сидеть дома, старик, я тебя предупреждаю. Так что никаких отговорок!»

Адриан задержал палец над клавиатурой для ответа, секунду подумал, чувствуя смесь досады и какой-то странной, давно забытой теплоты. Он понимал, что Матье не отстанет, и любая попытка отказа только спровоцирует новый шквал сообщений и звонков. В конце концов, он сдался и коротко ответил: «Ок.»

И сразу же, почти резко, отложил телефон в сторону, пытаясь снова погрузиться в работу. Но концентрация была безвозвратно потеряна. В голове пронеслась мысль: «Черт. Подарок.»

Он с раздражением щелкнул по клавиатуре, сворачивая окно с кодом, и одним движением мыши открыл браузер. Его пальцы привычно вывели в поисковой строке название авторитетного онлайн-маркета для коллекционеров. Адриан прекрасно знал, что Матье уже много лет страстно коллекционировал лимитированные фигурки и статуэтки. Это была не детская забава, а серьезное и дорогое увлечение современной поп-культурой. В его коллекции стояли высокодетализированные шедевры по мотивам культовых видеоигр, мрачные герои комиксов и персонажи из аниме.

Он перешел в раздел «Предзаказ/Новинки», отфильтровал по студии и доступности. Взгляд зацепился за новую фигуру Геральта из Ривии из серии «Ведьмак 3: Дикий Охотник». Статуэтка была выполнена с пугающей детализацией: каждая застежка на броне, следы повреждений на мече, суровое выражение лица – все было проработано до мелочей. Матье как раз упоминал о ней в их последнем, почти забытом разговоре несколько месяцев назад, восхищался проработкой и сожалел, что цена была слишком высокой. «Идеально», – мелькнуло в голове у Адриана.

Он щелкнул по варианту «добавить в корзину», не глядя на цену – цифры его волновали мало, он мог позволить себе такой подарок старому другу. Специалистам его уровня платили за проект огромные деньги, но жил он при этом почти аскетично. Ни машин, ни дорогих вещей, ни спонтанных трат. Только самое необходимое. Остальное просто копилось на счёте, не имея для него никакого значения.

Он выбрал опцию «Срочная доставка: сегодня вечером», доплатив за это круглую сумму. В поле для комментария он сухо написал: «Заказ в подарок. Просьба не звонить, оставить у двери».

Он подтвердил заказ, увидел надпись «Ожидает отправки. Доставка сегодня с 19:00 до 23:00», и с облегчением выдохнул, закрыв вкладку. Обязанность была выполнена, проблема решена эффективно и без лишних эмоций. Теперь можно было с чистой совестью вернуться к работе.

Он налил себе очередную чашку черного кофе, и густой, горьковатый аромат смешался с прохладой в комнате. С чашкой в руке он подошел к окну и открыл его.На мощеных улочках, еще блестящих от недавнего дождя, уже прогуливались пары. Они не спешили, их пальцы были переплетены, а на лицах сияли беззаботные улыбки. Одна пара, совсем юная, остановилась у самого края канала, и юноша, нежно коснувшись подбородка девушки, поцеловал ее. Легко, счастливо, не обращая ни на кого внимания.

Адриан машинально отхлебнул горячий кофе, наблюдая за ними, и почувствовал, как в горле встал привычный, тяжелый ком. Он подавил его, сделав еще один глоток, и попытался перевести мысли на завтрашний день. На встречу с Матье. И странно, мысль об этом уже не вызывала прежнего раздражения. Может, это и неплохо, – мелькнуло у него в голове. – Наконец выйти на улицу, увидеть…».

В глубине души, вопреки всем его усилиям, стало разливаться тихое, почти забытое тепло. Обычно он предпочитал игнорировать подобные чувства, немедленно заменяя их холодными, рациональными мыслями о работе, о рисках, о необходимости держать дистанцию. Но сейчас он просто стоял и смотрел в окно, позволив этому теплу, этой тоске по настоящему человеческому общению, согреть его изнутри, хоть и ненадолго.

Глава 2

Адриан стоял на площади Святого Мориса, в самом сердце Старого города, и чувствовал себя немного не в своей тарелке. Он буквально впитывал в себя окружающую обстановку, которую до этого видел лишь мельком из окна своей квартиры или по пути в ближайший магазин. Сегодня был ясный весенний день, солнце ласково пригревало, наполняя воздух теплом. Он оглядывался по сторонам, его взгляд скользил по фасадам старинных домов по выцветшим вывескам сувенирных магазинов. Из открытых дверей кафе доносился соблазнительный аромат свежей выпечки и кофе. Неподалеку молодая пара, смеясь, делила бумажный кулек с только что купленными жареными

каштанами, девушка с игриво выхватывала у парня золотистый каштан, чтобы самой покормить его, и тот с преувеличенной важностью раскрывал рот, делая смешное лицо. Адриан на секунду задержал на них взгляд, в углах его губ дрогнуло нечто, похожее на улыбку, прежде чем он перевел взгляд на часы. Матье, как всегда, опаздывал.

Перед ним возвышался Мост Влюблённых, перекинутый через узкий проток и увешанный сотнями замков, поблёскивающих на солнце. Некоторые уже покрылись ржавчиной, другие были совсем новыми, будто их повесили только вчера. У самого центра моста стояла пара молодожёнов. Девушка в белом платье смеялась, пока мужчина пытался защёлкнуть замок, потом они поцеловались, и по традиции выкинули ключ в воду.

Он так глубоко погрузился в свои мысли, что не услышал быстрых шагов сзади. Тяжелая ладонь легла ему на плечо, заставив вздрогнуть.

Перед ним стоял Матье. Его волосы были как всегда аккуратно уложены, а широкая улыбка освещала всё вокруг. Большие голубые глаза искрились добротой, а лицо заметно загорело после нескольких дней в Альпах.

– Старик! – воскликнул Матье и, не дав опомниться, крепко обнял Адриана, похлопывая его по спине так, что тот едва не кашлянул. – Ну дай на тебя посмотреть! Целый, невредимый, хоть и бледный, как привидение. Сколько мы не виделись? Полгода? Вечность!

За спиной Матье стояла улыбающаяся Люси. Миниатюрная рыжеволосая девушка с очаровательной улыбкой и веснушками, рассыпавшимися по переносице.

– Адриан! – ее голос прозвучал мягко и тепло. Она сделала шаг вперед и обняла его уже не так сильно , как Матье, но с искренней нежностью. – Я так по тебе соскучилась!

Адриан на мгновение застыл, его тело инстинктивно напряглось. Его объятия в ответ были поначалу нерешительными, почти деревянными. Но тепло друзей, по которым он успел соскучиться, их неподдельные эмоции медленно растопили привычный холод. Он позволил себе расслабиться и чуть заметно, почти неслышно похлопал Люси по спине.

Она отступила на шаг и, вся сияя, бережно протянула руку перед его лицом. Широкая счастливая улыбка не сходила с её губ, будто она с нетерпением ждала его реакции. На безымянном пальце красовалось изящное кольцо с бриллиантом, который играл на солнце, рассыпая по сторонам радужные блики.

– Ну, посмотри же! – воскликнула она, и в её голосе звенело неподдельное счастье.

– Вау, да ладно! Вы обручились?!

Его глаза расширились от искреннего удивления. Он снова, уже по-настоящему, обнял их обоих, поочередно притягивая то Люси, то Матье.

– Это потрясающе! Поздравляю вас! Но… – он покачал головой с улыбкой, – давно пора, вы вместе целую вечность. Почему не сказали сразу?

Матье положил руку ему на плечо и посмотрел прямо в глаза, и в его взгляде смешались радость и легкий мягкий укор.

– Потому что, друг мой, надо все же иногда брать трубку. Или хотя бы читать сообщения. Я тебе штук пять голосовых надиктовал об этом, – он улыбнулся, и в его улыбке не было обиды, лишь легкая, понятная констатация факта.

Теплая волна вины и стыда накатила на Адриана, когда он осознал, как отдалялся от друзей. Но Матье, словно почувствовав это, мгновенно переключил тему, разрядив напряжение.

– Пойдем, прогуляемся, – предложил он, обнимая Люси за плечи. – Должен признать, что здесь и правда очень красиво. Ты знал, куда переезжал, – он одобрительно кивнул, – да и до Альп всего пара часов езды. Пожалуй, я тоже задумаюсь о переезде сюда.

Люси, крутила головой по сторонам и с восхищением разглядывая улочки.

– Воздух какой-то особенный, – она глубоко вдохнула, улыбаясь. – И эти горы на горизонте… просто мечта.

Они медленно пошли по площади, сворачивая на набережную канала Тью. Вода тихо плескалась о камни, отражая яркое небо.

– Ты все так же в работе? – спросил Матье, бросив взгляд на Адриана.

Тот лишь пожал плечами, поправив очки.

– Да. Ты же знаешь – работа для меня всё.

– Хотя бы здесь был? – Матье широким жестом обвел пространство вокруг. – Дай угадаю? Думаю, нет.

Адриан смущенно почесал затылок.

– Ну, я был неподалеку… в магазине…

– Да ладно, я всё понял, – рассмеялся Матье, дружески хлопая его по плечу. – Видишь, как хорошо, что у тебя есть друг, который покажет тебе город, в котором ты сам живешь!

Его смех был таким заразительным, что даже Адриан не удержался от улыбки.

– Ну, если твои экскурсии всегда сопровождаются топографическим кретинизмом, как в колледже, – он приподнял бровь, – то я, пожалуй, откажусь. Помнишь, как ты уверенно повел нас в общежитие через городской парк и мы застряли у запертой калитки?

– Ну, если твои экскурсии всегда сопровождаются топографическим кретинизмом, как в колледже, – он приподнял бровь, – то я, пожалуй, откажусь. Помнишь, как ты повёл нас в общежитие через парк и мы застряли у запертой калитки?

– Эй, это был короткий путь! – возмутился Матье.

– Особенно когда появился сторож с собакой, – усмехнулся Адриан. – Я еле отбил тебя, пока она не вцепилась сильнее. Ты остался без ботинка и в грязи по колено.

Матье рассмеялся:

– Зато весело было!

Они уже проходили по мостику, когда Матье внезапно остановился.

– О, отлично! – воскликнул он, указывая на небольшую открытую террасу кафе, устроившуюся прямо у кромки воды.

Маленькое кафе выглядело удивительно уютным. Небольшие столики из потемневшего от времени дерева окруженные пышной зеленью в массивных кадках. На каждом столе красовались вазочки с белой гвоздикой, а в деревянном ящике у входа аккуратно сложены мягкие шерстяные пледы в клетку. С террасы открывался идеальный вид на тихую заводь, где плавали утки, а в воде отражались старинные фасады домов.

– Отсюда и начнем! – решительно заявил Матье, уже направляясь к свободному столику у самой воды.

Он потянул Люси за руку и нежно, с бесконечной любовью поцеловал ее в лоб. Они устроились за столиком у самой воды.

– Три апероля! Сразу! – скомандовал Матье официанту. – И, конечно, жареный миндаль! Самую большую порцию.

Напитки принесли быстро. Люси сразу взялась за трубочку и сделала большой глоток. – О да, это то что нужно! – воскликнула она, с удовольствием потягивая прохладный напиток.

– Милая, только не переборщи, как в прошлый раз, – подмигнул Матье.

Она игриво ударила его по плечу: – Я же сказала, это была случайность!

Тем временем Адриан потянулся к своему черному рюкзаку и достал оттуда аккуратно упакованную коробку, перевязанную простой шелковой лентой.

– Вот, это вам… вернее, тебе, – он протянул подарок Матье. – С днем рождения.

Матье с любопытством взял коробку, развязал ленту и снял крышку. Он замер на несколько секунд, уставившись на содержимое, затем медленно, с благоговением, достал фигурку.

– Старик… – он прошептал, и его голос дрогнул от изумления. – Да ладно… Да как ты… Это же… Геральт из новой коллекции «Ведьмак 3: Дикий Охотник»… лимитированная серия… Да как ты ее получил? Она же на предзаказе была распродана за секунды и стоит целое состояние!

Он вертел фигурку в руках, изучая каждую деталь. Его лицо выражало неподдельный, детский восторг.

– Это просто невероятно! Спасибо! – он снова потянулся обнимать Адриана, на этот раз чуть не опрокинув свой бокал.

– За тебя! С днём рождения, – сказал Адриан, и они чокнулись бокалами. – И я правда рад вас видеть.

После второго бокала разговор потёк легко и непринуждённо. Матье, слегка навеселе, начал вспоминать их университетские годы, и вскоре они с Адрианом, как два мальчишки, увлеклись спором.

– Помнишь нашу курсовую по архитектуре процессоров? – усмехнулся Адриан. – Твоя программа вместо сжатия файлов вдвое увеличивала их размер. Пришлось переписывать код всю ночь.

– Зато я внёс немного души! – Матье театрально развёл руками. – Это было творческое переосмысление! Но мы же сдали! – широко улыбнулся Матье. – Благодаря твоему перфекционизму и моему… креативному подходу.

Люси покачала головой:

– Вы выпустились семь лет назад, а до сих пор спорите, у кого код был лучше?

– Позволь напомнить, – Адриан поправил очки, – ты пропустил три ключевых лекции по оптимизации алгоритмов из-за регби.

– Это была инвестиция в моё душевное здоровье! Твои семинары могли вызвать депрессию у микросхемы!

– Парни, хватит! – вмешалась Люси. – Мы на дне рождения, а не на защите диплома. Ещё слово про код и я закажу вам детские соки вместо коктейлей.