Тень мертвеца. Последнее дело Фан Му

Lei Mi

CITY LIGHT

Copyright © 2012 by 雷米 (Lei Mi)

Russian translation rights authorized by Chongqing Publishing House Co. Ltd.

This translation published by arrangement with China Educational Publications Import & Export Corporation Ltd.

All Rights Reserved

© Жарова А. В., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Пролог

Прошлое

2008 год

Последние полмесяца погода стояла влажная и жаркая. К обеду дороги пустели, и лишь изредка одинокие машины проносились мимо, вздымая пыль и горячий воздух, отчего в легких чувствовалась горечь. Большинство жителей этого города предпочли остаться дома: во‐первых, чтобы спастись от жары, а во‐вторых, чтобы посмотреть соревнования домашних Олимпийских игр, проходящих раз в четыре года.

Однако в закусочной «Малатан[1] Юйду» царило оживление. Несколько засаленных столов в узком зале были заполнены людьми, и перед каждым стояла тарелка с супом, к которой иногда подавали шашлычки из баранины или пару бутылок охлажденного пива. Старый потолочный вентилятор еле вращался, нисколько не спасая от жары. Спины большинства обедающих намокли от пота, но это вовсе не мешало наслаждаться малатаном. Отовсюду слышались звуки чавканья и глотания.

Рослый бородатый мужчина заранее приготовил палочки и, как только подали малатан, незамедлительно начал есть. Попробовав суп, он, вероятно, счел его пресным, поэтому нерешительно подошел к стойке с различными добавками, достал из жестяной банки длинную стальную ложку с жирной ручкой, зачерпнул побольше желтого масла и налил в тарелку. Затем попробовал снова, добавил еще ложку и удовлетворенно вернулся за стол.

Хозяйка, до этого щелкавшая семечки у телевизора, подошла к стойке, заглянула в почти опустевшие жестяные банки и полушутя обратилась к посетителю:

– Послушай, да на тебя кунжутного масла не напасешься!

Тот рассмеялся в ответ и продолжил есть.

По телевизору шел выпуск полуденных новостей, и под грустный комментарий ведущего на экране появилось сообщение об отказе Лю Сяна[2] от финала мужских соревнований по бегу на сто десять метров с барьерами. Среди обедающих тут же поднялась шумиха: одни осуждали его поступок, другие выражали сожаление. И только крупный мужчина молча ел, абсолютно не интересуясь тем, что происходило в Пекине.

В этот момент зашли еще трое посетителей, среди которых был старик с маленькой девочкой. Хозяйка стряхнула с себя шелуху и с улыбкой поприветствовала их:

– Рада вас видеть, дедуля. – Быстрым движением она очистила стол. – Два супа с двойной порцией утиной крови?

– С одной. – Лицо старика было в поту, и на рубашке спереди и сзади виднелись большие пятна пота. – Ох уж этот ребенок! Даже в жару повела меня за малатаном…

Хозяйка улыбнулась и погладила девочку по голове:

– Снова захотела тетушкин малатан?

– Да! – звонко ответила девочка. – С двойной порцией лапши и холодной газировкой.

Договорив, она плюхнулась на стул, а дедушка с лицом, полным любви и бессилия, сел рядом.

– На двух автобусах сюда добирались, раз уж ей нравится именно ваш.

Третьим посетителем был с виду воспитанный молодой человек в серой футболке с круглым вырезом и в черных очках. Хозяйка его узнала: на днях он заходил дважды и каждый раз заказывал порцию малатана, но съедал очень мало, задавал непонятные вопросы и уходил.

Не торопясь занять место, парень осмотрелся и обратил внимание на крупного мужчину.

Хозяйка подошла к нему и, открыв маленький блокнот, спросила:

– Господин, что будете заказывать?

– Порцию малатана. – С этими словами он сел напротив мужчины, вытащил сигарету и медленно затянулся.

Тот поднял голову, окинул соседа взглядом и продолжил есть. Глаза юноши скрывали темные очки, и мужчина не замечал, что он задумчиво рассматривает его испачканные маслом пальцы.

Вскоре принесли малатан. Парень потянулся за ним, но левая рука ударилась о стол, из-за чего палочки упали на пол. Он наклонился и еще несколько секунд рассматривал ботинки мужчины.

Вскоре лицо его приняло безучастный вид, но брови постепенно хмурились. Этот молодой человек явно выделялся на фоне остальных увлеченно обедающих посетителей. Он едва притронулся к источавшему восхитительный аромат малатану, лишь зачерпнул немного еще не растворившегося кунжутного масла и, понюхав его, отодвинул тарелку в сторону.

Хозяйка явно негодовала: «Ты что творишь? Это же плохо для моего бизнеса!»

Пока юноша размышлял, мужчина доел малатан и выпил весь бульон залпом. Затем он вытер рот, положил деньги на стол и направился к выходу.

Молодой человек поднялся и последовал за ним. Проходя мимо дедушки с внучкой, он вдруг остановился и погладил девочку по макушке. Она посмотрела на него с полным ртом лапши, на что парень улыбнулся и тихо произнес:

– Больше никогда не ешь эту дрянь.

Затем он развернулся и вышел из закусочной под изумленный и возмущенный взгляд хозяйки.

Крупный мужчина шел медленной и неверной походкой. Парень легко нагнал его и на выцветшей униформе с короткими рукавами заметил нечеткую темно-красную надпись: «Погрузочно-разгрузочный цех № 1».

– Угощаю. – Он быстро приблизился и протянул сигарету.

Мужчина принял ее, но его глаза, казалось, были подернуты поволокой и двигались медленно.

– Скажите, – молодой человек помог ему прикурить, – теплоэнергетическая компания «Тунфа» где-то поблизости?

– Ага. – Затянувшись, мужчина обнажил почерневшие зубы. – Хороша сигаретка…

– Вы, случайно, не из погрузочно-разгрузочного цеха? – Парень выглядел весьма дружелюбно.

– Ага, – произнес мужчина после небольшой заминки.

– Отлично, у меня как раз там встреча. Нам по пути.

– С кем?

– Чжэн Линь, – ответил юноша. – Вы знакомы?

– Нет, – сказал мужчина, а его глаза при этом двигались еще медленнее. После этого он, опустив голову, пошел дальше, но вместо того, чтобы идти по обочине вдоль дороги, свернул к ближайшему жилому кварталу.

Там его передвижения стали еще более хаотичными: он то шел, то останавливался, то огибал по нескольку раз здание, то просто стоял и смотрел по сторонам. Его глаза все больше мутнели, руки с силой сжимались в кулаки, а изо рта то и дело вырывались невнятные звуки, словно мужчина что-то бормотал.

Юноша шел за ним, но совершенно не удивлялся его необычному поведению – только рассматривал мужчину с ног до головы, изредка сверяясь с часами. Два человека шли и останавливались друг за другом. Мужчина был крупнее парня, но они обладали весьма схожими фигурами и действительно напоминали тело и следующую за ним тень.

Из близлежащего здания вышла женщина лет тридцати и выбросила черный пакет в мусорный бак под фонарем. Вокруг не было ни души. Она посмотрела на крупного мужчину и молодого человека, затем на голубое небо и яркое солнце, прошептала пару слов об адской погоде, раскрыла зонтик от солнца и, виляя бедрами, пошла вперед.

Мужчина не сводил глаз с женщины в розовом сарафане, сделал два шага вперед, замер и непроизвольно потер промежность правой рукой.

– Нет, не то, – пробормотал он, проводив женщину взглядом, развернулся и пошел в противоположном направлении.

Вернувшись на обочину, мужчина все той же нетвердой походкой направился вперед и через полчаса свернул в очередной жилой квартал. Было почти два часа дня, время, когда жара достигает своего пика. Крупный мужчина шел под солнцем, и его униформа с короткими рукавами уже промокла насквозь. Однако он, казалось, совершенно не замечал жары и продолжал хаотично идти и останавливаться, время от времени оглядываясь по сторонам, словно ему было к чему стремиться, но в то же время не было никакой цели.

К тому времени, когда он в третий раз вернулся на обочину, его походка стала гораздо тверже. Мужчина вытер пот с лица, длинно выдохнул и оглядел окружающие здания и улицу, словно определяя направление. И в этот момент он заметил молодого человека, который следовал за ним по пятам.

– Ты?! – На лице мужчины читалось недоумение.

– Да, мы только встречались, – сказал парень, одновременно набирая сообщение. – В малатанной.

– Да?.. – Мужчина все еще выглядел так, словно видел парня впервые и, похоже, совсем не помнил их предыдущий диалог.

Выбрав направление, он перешел дорогу и направился на запад. Молодой человек, засунув руки в карманы, с расслабленным видом последовал за ним.

– Похоже, вы очень любите малатан.

Парень снова протянул сигарету. Мужчина нерешительно принял ее, затянулся и с улыбкой повторил:

– Хороша сигаретка.

– Часто туда ходите?

– Ага, мне становится плохо, если не ем каждые несколько дней… – Мужчина окончательно расслабился. – Тебе тоже нравится? Очень вкусный!

– Как давно едите? – спросил молодой человек с улыбкой.

– Полгода.

– Какие ощущения после еды?

– Потрясающие. Все благодаря кунжутному маслу. – Крупный мужчина с жадностью затянулся окурком. – Одной ложки уже мало, теперь кладу две.

– Вот как? – Парень вдруг остановился, и несколько полицейских машин неподалеку включили мигалки и рванули с места.

Мужчина с недоверием посмотрел на молодого человека. Улыбка на лице последнего исчезла, но тон при этом остался ровным:

– А почему же вы хотите убивать?

Глава 1

Наперегонки

«Где я?»

Он покачал головой, которая, казалось, весила сотни цзиней[3], и тут же почувствовал сильную боль в затылке. Вслед за этим его накрыла волна головокружения, но сознание постепенно прояснялось. В голове замелькали последние воспоминания: грязная забегаловка, телевизор на стене, программа «Вестник города C.», длинный переулок по дороге домой…

Однако сейчас он обнаружил, что лежит голый на боку на холодном бетонном полу, а перед ним несколько металлических прутьев, которые кажутся странно знакомыми.

Он тяжело выдохнул и, когда взгляд снова сфокусировался, понял, что металлические прутья – это ножки стола и стула.

«Неужели…»

Изогнувшись, он попытался опереться на пол и сесть, но вынужденно сдался на полпути, поскольку обнаружил, что левая рука надежно зафиксирована на трубе отопления у стены. Сперва его охватило недоумение, а вслед за ним – сильнейший ужас.

Он кое-как приподнялся и, изо всех сил пытаясь освободить левую руку, быстро осмотрелся. Действительно, он был в классе, причем именно в том, где каждый день проводил уроки.

«Почему я здесь? Кто меня приковал? Что им нужно?»

Вопросы возникали один за другим, однако размышлять над ними было некогда. Вскоре он обнаружил, что правая рука и обе ноги тоже зафиксированы, несколько железных цепей соединены с более толстой, и эта длинная цепь ведет к ручке задней двери. Он запаниковал сильнее и забился как карп, попавший в рыбацкий невод. Однако тщетные усилия лишь оставили на запястьях более глубокие следы, а грубые и прочные металлические цепи не сдвинулись с места.

– Очнулся? – вдруг раздалось спокойное и даже несколько дружелюбное приветствие, сопровождаемое треском. Он испугался и спешно обернулся на звук. Человек в бейсболке и черной одежде задергивал последнюю штору.

– Вполне подойдет. Так нам никто не помешает. – Человек в черном отряхнул руки от пыли и приблизился легкой походкой.

Пленник, впав в ступор, ошарашенно наблюдал за тем, как человек в черном приседает перед ним и его искаженное в ужасе лицо четко отражается в темных очках, закрывающих бо́льшую часть лица.

– В-в-вы…

– Ну как? – Человек в черном повернул его голову и внимательно осмотрел гематому на затылке. – Еще держишься?

Тот машинально кивнул.

– Вот и славно. Я уж боялся, что не рассчитал силы и убил тебя, – спокойным тоном произнес мужчина в черном. – Так, простой тест. Квадратный корень из трех?

– Что? – Он был в полном замешательстве. – Одна целая семьсот тридцать две тысячных.

– Шестнадцать в квадрате?

– Двести пятьдесят шесть. – Не удержавшись, он добавил: – Какого черта здесь происходит?

Мужчина в черном не ответил, но выглядел весьма довольным.

– Неплохо. – Тщательно выбрав место, он поставил у стены маленькое пластиковое ведро. – Можно начинать.

С этими словами поочередно вытащил из рюкзака стопку чистой бумаги, перьевую ручку, небольшой сейф и, наконец, книгу.

– Объясню правила. – Человек в черном указал на сейф: – Внутри твой телефон. Когда достанешь его, можешь позвонить в полицию или в «Скорую», да куда угодно, хоть доставку еды заказать, если хочешь… Но при условии, что ты узнаешь код.

Он взял книгу, на обложке которой красовались яркие цифры и математические символы.

– Задачник по математике для средней школы, часть вторая. Знакомая вещь, не правда ли? – Лицо мужчины в черном расплылось в улыбке. – А код – это всего лишь квадратный корень из суммы всех ответов в этой книге.

Пленник в растерянности уставился на задачник, и его лицо внезапно побледнело.

– Я знаю, кто вы! – Он резко отпрянул назад и задрожал, прижавшись спиной к стене. – Вы… Простите… Умоляю вас…

– Нет, ты совсем меня не знаешь. К тому же не передо мной тебе нужно извиняться. Тебе следует просить прощения у того ребенка, – с усмешкой произнес человек в черном, качая головой.

Но пленник уже не слушал и изо всех сил пытался спрятаться за столом и стульями, при этом надрывно крича во весь голос:

– Помогите! На помощь!

Мужчина в черном спокойно наблюдал, пока тот не накричался до хрипоты и не прижался к стене, неудержимо кашляя.

– На твоем месте я не тратил бы силы понапрасну. – Он взял руку пленника, и тот, слегка обвиснув, странно изогнулся. – Сторож внизу проспит еще как минимум пять часов, сейчас его даже гром не разбудит.

Пленник с трудом дышал, слюна стекала из уголков его рта на голую грудь. Безмерный страх и яростные попытки высвободиться лишили его сил, поэтому он только и мог, что позволить человеку в черном всунуть ему в руку ручку.

– Считай быстрее. – Мужчина в черном говорил так, словно пытался уговорить непослушного школьника. – Ты же не хочешь остаться здесь прикованным?

Всхлипывая, тот с трудом сел прямо, дрожащими руками открыл задачник и только слегка черканул ручкой, как обнаружил, что на листе осталась лишь бесцветная царапина.

– Нет… нет чернил.

– Они тебе не нужны. – На лице человека в черном снова появилась улыбка. Он привстал и крепко сжал запястье ослабленной левой руки мужчины. В руке его холодно сверкнул скальпель.

Легкий взмах. И после краткого момента боли пленник услышал шипение, напоминающее звук лопнувшей трубы. Из раны потекла кровь, и он, вскрикнув, инстинктивно попытался зажать ее другой рукой. Однако расстояние между ними, даже с натянутой цепью на правом запястье, оставалось в половину чи[4].

– Не двигайся, не двигайся, – с упреком сказал человек в черном, по новой переставляя ведерко. – Не растрачивай свои чернила.

Кровь с глухим звуком закапала в ведро.

Человек в черном схватил все еще сопротивляющегося мужчину и сунул ему ручку, давая понять, чтобы тот обмакнул ее в кровь и начал писать.

Пленник вконец разрыдался и, припав к полу, трясущейся рукой написал ответ к первому заданию. Алое число «45» особенно ярко выделялось на белом листе бумаги.

– Правильно. – Человек в черном встал и удовлетворенно посмотрел на часы. – Мне потребовалось часов пять, а ты должен справиться быстрее; может, и двух хватит. Но тебе стоит поторопиться… – Он указал на ведерко. – Эта штука чертовски быстро густеет.

С этими словами подхватил рюкзак, окинул помещение взглядом, взял швабру и, волоча ее по полу, направился к двери.

Уже открыв дверь, человек в черном, кажется, что-то вспомнил и обернулся:

– Кстати, последний ответ лучше округлить. Удачи!

Многозначительно улыбнувшись, он закрыл дверь.

Глава 2

Предложение

Солнце, бушевавшее все лето, ранней осенью по-прежнему было жарким и неумолимо припекало землю. В солнечных лучах уже слегка пожелтевшая трава источала слабый аромат, навевавший сонливость.

Фан Му сидел на корточках во дворе и полол траву. Каждые несколько минут ему приходилось вставать и разминать затекшую спину, а также вытирать пот, чтобы не заливал глаза.

Этот детский дом во многом напоминал «Дом ангелов»: здесь тоже был внутренний двор, засаженный фруктами и цветами, только гораздо меньших масштабов. Вдобавок из-за финансовых трудностей и нехватки рабочей силы двор часто зарастал сорняками, что создавало еще более запущенную и ветхую атмосферу. Нельзя позволять детям жить в такой обстановке: даже если они отброшены всем миром в угол, этот угол должен быть наполнен светом и жизнерадостностью.

Фан Му облизал потрескавшиеся губы и снова присел на корточки, выдергивая сорняки, отнимающие у почвы питательные вещества. И хотя эта зелень тоже наполнена жизнью, без нее цветы будут ярче, а фрукты – слаще.

– Отдохни немного! – крикнула с другого конца двора сестра Чжао. – Попей воды.

Фан Му отозвался, но не остановился, пока не выдернул вокруг себя все сорняки. Затем он встал и, волоча свои затекшие и онемевшие ноги, шаг за шагом направился к ней.

Сестра Чжао передала стакан с водой и начала вытирать пот на голове Фан Му полотенцем. Он немного смутился и, допив воду, взял полотенце и не спеша вытерся сам.

Сестра Чжао снова наполнила стакан, вложила его в руки Фан Му и тихонько вздохнула.

– Есть новости?

– Нет. – Парень опустил голову и скомкал полотенце. – Не волнуйтесь, я сообщу, если что-то выясню.

– Я так виновата перед Лао[5] Чжоу, – печально произнесла сестра Чжао, окинув взглядом пустой двор. – Потеряла одну, а потом и другого…

Не найдя слов, Фан Му просто сжал ее морщинистые руки.

Эрбао пропал полгода назад, и с тех пор о нем не было никаких вестей.

– Помоги мне найти его… – На лице сестры Чжао застыла печаль. – Яфань уже взрослая и может позаботиться о себе, где бы она ни была. А Эрбао еще совсем маленький, да и с головой у него… Боюсь, над ним издеваются.

– Не волнуйтесь, я найду его. – Фан Му крепче сжал ее руки, и сестра Чжао с улыбкой взглянула на него.

– Как твои дела? Сильно занят на работе? Устаешь?

– Терпимо. – Фан Му залпом выпил воду. – Лу Лу частенько заглядывает?

– Почему до сих пор зовешь ее Лу Лу? – Сестра Чжао улыбнулась и потрепала его по плечу. – Теперь она Син Лу.

Когда Ян Минь, вдова Син Чжисэня, удочерила Лу Лу, то, переговорив с ней, в итоге изменила имя девочки на Син Лу. Во-первых, чтобы почтить память Лао Сина, а во‐вторых, чтобы дать несчастному ребенку новую жизнь.

– Эх, никак не привыкну… – Фан Му смущенно потер затылок.

С этой фамилией связано столько воспоминаний: деревня Луцзяцунь, Лу Лу, сестра и брат Лу Хайянь и Лу Хайтао, отец и сын Лу Тяньчан и Лу Дачунь… А также люди, которые связались с ними и в итоге поплатились за это жизнями.

«Возможно ли это забыть?»

– Син Лу сейчас в одиннадцатом классе[6]. – Сестра Чжао взяла из рук Фан Му стакан. – Собирается поступать в полицейскую академию.

– Гаокао[7] только через два года, пусть учится спокойно, – тихо рассмеялся Фан Му.

– Ох, ты тоже прекращай сюда бегать. – Сестра Чжао внимательно всмотрелась в его лицо. – Немолод уже, пора бы обзавестись семьей…

– Еще обсудим. – Посмеиваясь, Фан Му вернул сестре Чжао полотенце и уже собирался встать, но тут в его в кармане зазвонил телефон.

Перед входом в среднюю школу Д. города C. толпились родители и любопытные прохожие, а по другую сторону стальных раздвижных ворот несколько полицейских с серьезным видом делали обход, то и дело окрикивая пытающихся пересечь сигнальную ленту зевак.

В нескольких десятках метров учитель торопливо вывел из здания группу учеников. Толпа у ворот зашумела, и наперебой раздались голоса, зовущие своих детей. Учеников, вышедших за ворота, тут же подхватили и с ног до головы осмотрели встревоженные родители, опасаясь, что с их ребенком могла произойти трагедия. Впрочем, на лицах учеников читалась радость: для них отмена занятий была замечательной новостью.

Фан Му как раз припарковал машину, когда заметил, что рядом резко остановился фургон съемочной группы «Вестника города C.». Из него, подгоняя друг друга, вышли ведущая и оператор, а также несколько членов съемочной группы. Фан Му покачал головой, достал удостоверение, показал его полицейскому, охранявшему ворота, и быстро прошел на территорию.

Не успел Фан Му пройти внутрь, как его встретил встревоженный мужчина средних лет. Окинув взглядом, спросил:

– Вы офицер Фан из Департамента провинции?

Фан Му кивнул, но собеседник, казалось, еще сильнее разнервничался и, заикаясь, начал рассказывать о больших недостатках в работе школьной охраны.

Выслушав несколько фраз, Фан Му не выдержал и прервал его самокритику:

– Извините, а вы кто?

– Ох, я начальник службы охраны школы… – Мужчина испытывал и панику, и приступ смирения. – Я на посту всего полгода и даже представить не мог, что…

Фан Му не хотел слушать эту пустую болтовню с перекладыванием ответственности.

– Проводите меня на место происшествия.

Место происшествия находилось в классе 204 на втором этаже учебного корпуса, и коллеги, прибывшие первыми, уже оцепили его. Фан Му стоял в дверях и мог видеть только криминалистов, занятых в задней части класса.

– Приехал?

Фан Му обернулся. Из-за кафедры вышла одетая по форме Ми Нань[8] и небрежно протянула ему шапочку, перчатки и бахилы.

Надевая их, Фан Му спросил:

– Улики зафиксированы?

– Да. – Ми Нань поправила его слегка перекосившуюся шапочку. – Посмотри на себя, неряха.

– Следы изъяли?

– Один, но не идеальный. – Ми Нань нахмурилась и указала на криминалистический чемодан на кафедре: – Он неполный и смазанный.

В это время знакомые коллеги подняли головы и поприветствовали Фан Му, а высокий молодой полицейский подошел и энергично пожал ему руку.

– Офицер Фан, верно? Ян Сюэу из отделения Куаньчэн. – В его улыбке чувствовался оттенок высокомерия. – Я хорошо знаком с начальником Бянем, он частенько о тебе говорит.

Фан Му тоже слышал о нем. За последние годы Ян Сюэу раскрыл несколько крупных дел. Способный и сообразительный, он является ключевым резервом Городского департамента.

– Вы уже знакомы? Тогда представления излишни. – Ян Сюэу обратился к Ми Нань: – Пообедаем вместе?

– Нет, – та опустила веки, – у меня дела.

Ян Сюэу немного смутился, но, когда встретился взглядом с Фан Му, снова тепло улыбнулся.

– Полагаюсь на тебя, офицер Фан.

Фан Му не особо нравились столь вежливые слова, но в его душе по-прежнему таились сомнения. Несмотря на то что место преступления специфическое, обычное дело об убийстве не требует привлечения Исследовательского института криминальной психологии при Департаменте общественной безопасности.

– Для чего меня вызвали?

Улыбка Ян Сюэу слегка померкла:

– Взгляни – и сам все поймешь.

Тело обнаружили стоящим на коленях в проходе между первым и вторым рядом парт в северной части класса; голова обращена на запад, ноги – на восток. Все конечности покойного скованы: левая рука пристегнута наручниками к батарее, а правая – цепью длиной около полутора метров к ручке задней двери. Ноги по отдельности зафиксированы цепями и соединены с более длинной цепью. Судмедэксперт, находившийся на месте происшествия, после предварительной оценки назвал причиной смерти геморрагический шок[9]. Это было нетрудно определить по открытой ране на левом запястье и пятнам крови на полу. Странными, однако, оказались другие вещественные доказательства, обнаруженные на месте преступления.

В правой руке покойный держал перьевую ручку, наконечник которой был в крови. Перед телом лежала куча листов A4, покрытых засохшей кровью, и на них, судя по всему, присутствовали какие-то математические расчеты. Под бумагами лежал окровавленный задачник по математике для средней школы, открытый на семьдесят третьей странице.

Покойный стоял на коленях на этих странных бумагах. Его взгляд был устремлен на маленький сейф, стальной серебристый корпус и кнопки которого покрывали множественные кровавые отпечатки.

Фан Му посмотрел в сторону стены: под свисающим левым запястьем покойного стояло белое пластиковое ведро. Боковые стенки в пятнах крови, а почти половина его заполнена темно-коричневым содержимым, которое, по предварительным выводам, было кровью. Причем кровью самой жертвы.

– Окунал ручку в собственную кровь… Математические задачи… – Фан Му медленно встал и взглянул на сейф. – Возможно, чтобы узнать код?