Небесный огонь

Пролог:

— Всем встать, суд начинается! – громогласно сказал судья. — Сегодня рассматривается дело Джона Хейтчела «об ограблении и поджоге здания, повлекшем за собой смерть двух человек».

После того как судья сказал это, в зале заседания повисла мертвая тишина. Сейчас здесь находились: представляющий правосудие судья, представляющий сторону обвинения прокурор, католический священник, маленький мальчик девяти лет, а также представляющие сторону защиты адвокат и обвиняемый. Но вот тишина прекратила свое существование, и начался судебный процесс.

Себастьяну было нелегко находиться здесь. Суд напоминал ему о событиях, которые ему бы поскорее хотелось забыть, но у него не получалось это сделать. Он не мог забыть тот день, когда лишился родителей. Рядом с ним находился его единственный оставшийся родственник: дядя Уильям, но и ему не удавалось поддерживать хрупкое спокойствие в душе мальчика, хоть он и старался изо всех сил. Последней каплей для психики Себастьяна стал момент, когда прокурор снова начал описывать события того дня.

— Двадцать второго июня этого года подозреваемый осуществил проникновение в дом семьи Скотларов, которых собирался ограбить. В ходе кражи он вынес некоторые ценные вещи, после чего проник в спальню четы Скотларов. Увидев их спящими, Джон Хейтчел запер дверь, после чего в надежде скрыть свое преступление совершил поджог дома. К несчастью для него самого, огонь разгорелся слишком быстро, и весь дом через несколько секунд был объят пламенем. Спасаясь бегством, он перелез через забор, где его заметили соседи, которые уже вызвали пожарных, а вслед за этим скорую помощь. Полиции удалось арестовать грабителя и доставить его в изолятор до выяснения личности. После того как пожарные потушили огонь, медики вынесли тела погибших из дома. Было установлено, что они пытались покинуть спальню, но сначала задохнулись от угарного газа, а потом их тела сгорели. К счастью, в тот день дома отсутствовал ребенок четы Скотларов, ныне присутствующий здесь Себастьян Скотлар; в этот момент он находился в школе-интернате. Ввиду вышеописанного сторона обвинения требует от судьи высшей меры наказания, а именно пожизненного срока.

После этих слов Себастьян не мог сдержать свои эмоции. По его щекам одна за другой потекли маленькие слезы.

— Тише-тише, успокойся, Себастьян, – нежно взывал к нему его дядя.

— Подсудимый, Вы признаете свою вину? – обратился к стороне защиты судья.

— Да, Ваша честь, – отвечал подозреваемый.

— У Вас есть что сказать в свое оправдание?

— Нет, Ваша честь.

— В таком случае суд удаляется на совещание.

Судья встал и проследовал в совещательную комнату. Через несколько минут он вернулся в свое кресло и заявил следующее:

— Суд постановил признать Джона Хейтчела виновным в совершении преступления и назначает наказание в виде лишения свободы на пожизненный срок. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

Когда заседание закончилось, все вздохнули с облегчением: судья и прокурор — потому что закрыли очередное дело, адвокат — потому что не имел никакой радости защищать такого закоренелого преступника, а Уильям — потому что наконец посчитал, что мучения его племянника, а с недавних пор и приемного сына, окончились. В действительности только Себастьян не был доволен результатом заседания. Ему казалось крайне несправедливым, что смертную казнь отменили так рано и что убийца его родителей не будет наказан достаточно жестоко.

Себастьян и Уильям вышли на улицу. Погода никак не согласовывалась с внутренним миром мальчика – она была хорошей, солнечной и теплой. От места проведения суда до их дома было не очень далеко, а потому дядя с племянником решили пройтись пешком.

— Я вижу, тебя что-то тревожит, – сказал Уильям, – поделись, и тебе станет легче.

— Мне кажется, – тихо начал Себастьян, – что наказание для преступника недостаточно суровое. Я слышал, что раньше была смертная казнь – ведь это справедливо, когда за смерть жертвы казнят убийцу, а здесь смерть сразу двоих... – голос мальчика прервался.

— Себастьян, мне тоже нелегко, поверь. Я тоже тяжело переживаю смерть своей сестры — твоей матери, но нельзя жить прошлым. К тому же, чтобы мир стал совершенным, одной справедливости мало, нужно еще и милосердие…

— Какое может быть милосердие к совершившему такое?! Почему он не был к ним милосердным и передал их в руки смерти, да еще и таким жестоким образом?

— Мы не боги, Себастьян, и не нам судить. Бог рассудит и рассудит справедливо, нам нужно лишь смириться и принять тот факт, что твоих родителей больше нет. Мужайся, тебе предстоит непростой путь, но мы пройдем его вместе. Мне нужно зайти по делам в церковь, ты пойдешь со мной или пойдешь домой?

— Пойду.

Они немного изменили свой маршрут и направились в церковь, где Уильям был настоятелем. По дороге в церковь Себастьян обдумывал сказанное дядей. Он никак не мог принять факт смерти родителей, а еще более он не мог принять факт того, что преступление не было наказано. Ведь если наказание недостаточно – является ли оно наказанием? Мысли крутились в его голове одна за другой, не давая покоя ни уму, ни сердцу.

Но наконец путники подошли к церкви. Когда они зашли в храм, в нос Себастьяна ударил запах воска и ладана. Раньше он вызывал у него умиротворение, но сейчас почему-то возымел обратный эффект. Почему? Почему Бог так мягкосердечен к убийце его родителей, разве он заслуживает прощения, разве заслуживает право на прощение тот, кто ставит свою волю выше воли Всевышнего, тот, кто решает, кому жить, а кому умереть?

Уильям учил его тому, что мир должен быть в гармонии, что он должен быть в равновесии. Если убийца – это вестник хаоса, тогда должен быть и вестник порядка, тот, кто установит справедливость?

— Мне нужно кое-что сделать, – сказал Уильям. — Знаешь, ты можешь поставить свечку и помолиться о своих родителях, чтобы они благополучно вышли из чистилища.

Себастьян кивнул и пошел к одному из вотивных стендов. Вернувшись в главный зал, он подошел к подсвечнику и поставил свою свечу. Он молился, молился горячо. В храме было настолько тихо, что при желании можно было бы услышать биение чужого сердца.

Закончив молитву, он посмотрел на подсвечник. Огоньки хаотично колебались и что-то шептали. В тот день Себастьян стал первым, кто различил в их беспорядочном шепоте слова.

Глава первая: минутка о наших героях

— За что можно любить погоду в Лондоне? Неужели все эти деньги, которые я получил за последние два дела, могут компенсировать все неудобства, которые я испытываю?

Наш герой зашел в Скотленд-Ярд, прошел по коридору, затем по лестнице. Затем снова коридор, поворот налево, и перед ним кабинет номер пятьдесят восемь. Еще мгновение, и он переступает через порог.

В комнате было темно. Горел проектор, демонстрирующий материалы какого-то нового дела. За круглым серым столом сидело три человека.

— О, Майчел, наконец-то Вы пришли, мы уже заждались Вас!

— Извините за неудобства, ужасный ливень, из-за него совершенно невозможно быстро передвигаться…

— Оставьте это. Итак, господа, теперь можно приступить к объяснению повода, по которому я всех вас тут собрал.

Все находившиеся в комнате Майчелу были знакомы. Слева от него сидела гений полицейского сыска Лондона, детектив-инспектор Лонг. Он был одет, как и всегда, в униформу полиции, волосы были плохо уложены, в его зеленых глазах выражалось крайнее нетерпение. Из всех присутствующих именно Лонга Майчел уважал больше всего, он был выше всех здесь находящихся на голову. Как в физическом плане, так и в плане интеллекта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.