- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1
* * *
– АРИНА —
Что-то липкое и категорически мерзкое прилипло к моему кеду.
Жвачка. Прекрасно.
– Новые кеды… – застонала я. – Спасибо, уважаемая сволочь с жевательной зависимостью. Надеюсь, ты оступишься в жизни… и очень больно упадёшь на лего.
Попыталась вытереть подошву о бордюрину. Но кого там, такая липкая гадость так легко не отвалится.
Нашла взглядом палочку и попыталась содрать жвачку. Получилось, но совсем чуть-чуть. И руки испачкала.
Где там мои влажные салфетки?
– Вот же сволочь, – разозлилась на того гада, что выплюнул жвачку на асфальт. Хотя мусорка стояла в двух шагах.
Зашагала дальше, пыхтя, как злой ёжик.
Ловко перепрыгнула через лужу… Прыжок был грациозен… до половины. Я не перепрыгнула лужу. Не хватило длины ног, и угодила одной ногой в холодную воду. Лужа оказалась глубокой.
– Зараза! – простонала от досады.
Прохожие на меня покосились с сочувствием.
М-да. Моим новеньким кедам сегодня не повезло.
Я раздражённо вздохнула, потом сделала вдох и длинный выдох.
Запах мокрого асфальта смешался с остатками дождя и выхлопными газами. Запах города обычно мне нравился, но сегодня раздражал.
Поправила лямки рюкзака на плечах и встряхнула головой с растрёпанной косой.
Ветер ударил в лицо, я поёжилась и натянула на голову капюшон толстовки. Холодно, хотя уже почти конец мая.
Отправилась дальше. До дома осталось всего ничего. Нужно пройти всего один квартал, где не к месту расположился бизнес центр, потом будет перекрёсток и ещё тёмный двор. И всё. Я окажусь дома.
По пути сделала онлайн заказ в круглосуточной кафешке, что удачно открылась прямо в моём доме. Горячий кофе, пицца с беконом и томатами, и ещё салат с баклажанами в карамельном соусе.
Хочется заесть чесночный бутерброд. В этот раз чеснок какой-то ядрёный попался.
Приду домой, включу шестой сезон детективно-мистического сериала, и буду наслаждаться вкусной пиццей, салатом, горячим ванильным рафом, и пушистым котиком под боком.
Мне позарез нужно расслабиться, а то сегодня какой-то сумасшедший день выдался. Бешеные хозяева несчастных питомцев как один все рехнулись. Луна что ли сегодня убывающая? Или наоборот, полнолуние?
Я уже почти прошла мимо тёмного бизнес-центра, обшитого стеклом и сталью, как вдруг услышала стон.
Остановилась.
Здесь всё было глухо и безжизненно, компании на сегодня закончили честно обманывать доверчивых граждан и все уехали по домам.
Теперь услышала другой звук. Глухой, влажный. Как будто кто-то уронил огромный супер сочный кусок мяса на асфальт.
А потом снова раздался стон. Да такой жуткий, будто с несчастного решили заживо кожу содрать.
По моему телу пробежала волна страха.
Я как дура завертела головой и прислушалась.
И вот снова стон. На этот раз он был жалобным и невозможно несчастным.
Сердце забилось часто и громко.
Как в самом плохом и тупом фильме ужасов, в котором героиня обязательно сворачивает не туда, я взяла и свернула на этот звук.
За углом, в тупике всё было слишком чёрным.
Пригляделась и поняла, что ни шиша не вижу. А ещё решила сделать видеозапись.
Достала из кармана толстовки телефон, включила камеру и фонарик.
Сразу отшатнулась, когда увидела…
Мужчина стоял в профиль, будто памятник или просто решил тут корни пустить.
Высокий, в чёрном развевающемся плаще.
Его лицо будто вырезано из мрамора – холодное, белое, слишком правильное и идеальное, что аж сплюнуть захотелось.
И двое несчастных лежали у его ног.
Один бился в предсмертной агонии, издавал булькающие хрипы, которые вскоре стихли, а вот другой несчастный как раз стонал и пытался отползти от ног этого жуткого недоБэтмена.
А потом мужчина повернулся.
И посмотрел на меня.
– Обалдеть… – проговорила онемевшими губами.
Но я успела его заснять на видео.
И только хотела об этом сказать, как вдруг этот тип в плаще просто взял… и исчез.
Просто исчез! Как будто его здесь и не было.
Я заморгала и тряхнула головой.
Потом решила, к хренам этого чёрного плаща – ужаса, летящего на крыльях ночи, надо звонить в скорую и полицию.
Моё сердце ударилось о грудную клетку с такой силой, что закружилась голова. Пальцы на телефоне свело судорогой. Воздух стал плотнее. В горле застыл крик ужаса. И шёпот в самое ухо:
– Ты не должна была это увидеть.
Голос проникновенный и очень… очень злой.
Я медленно обернулась.
Он стоял прямо передо мной. Между нами всего один шаг.
Мужчина был высокий. Черты лица, как из сна, кошмара или самой крутой рекламы духов, когда сексуальный мужик выбирается из воды весь из себя такой альфа самец…
Даже не знаю, что сказать – прекрасен он, или ужасен.
Хотя, нет, знаю.
Передо мной стоял хищник, облачённый в дорогой чёрный плащ.
– Т-ты, ты, кто такой? – голос мой сорвался, но прозвучал громче, чем ожидала.
Обычно я не матерюсь, но тут нервы были на пределе, и страх сжал мой мочевой пузырь, как бы мне не описаться.
– Ты их… убил… – добавила сдавленно и прижала к груди дрожащие руки, сжимающие телефон.
Он не ответил. Только смотрел.
Глаза – чёрные. Как будто без зрачков. Или тут слишком темно, чтобы их рассмотреть. Но я ощущала его взгляд – тяжёлый и какой-то… неправильный.
Да на хрен скорую и полицию. Из дома позвоню. Надо ноги уносить, а то ведь и меня сейчас в труп превратит!
Я сделала шаг назад, а он сделал шаг вперёд.
Будем играть в кошки-мышки?
Ох, неужели он меня не отпустит?
А разве маньяки и психопаты отпускают своих жертв? Арина, не будь дурой.
– Я… Я вызвала полицию, – сказала, как мне казалось уверенно. Но я блефовала. Рука на телефоне сжалась сильнее.
Он склонил голову набок. Словно изучал меня. Как хищник неожиданную лёгкую добычу.
Так. Или сейчас, или никогда.
Я поняла, что должна бежать и сделать это надо сию секунду, иначе тоже стану жертвой этого психопата!
Развернулась и резво бросилась прочь.
Бегаю я быстро…
И со всего маху врезалась всем телом и больно ударилась носом о… Было ощущение, что я врезалась в бетонную стену, но на деле я влетела в этого монстра!
Мужчина обхватил мои плечи и больно сжал.
Как же так? Он только что был у меня за спиной!
– Глупые люди, – рассмеялся этот маньяк.
И от его смеха у меня волосы дыбом встали. Телефон из рук выпал. Я услышала удар и треск. Телефону хана, он разбился.
Выглянула луна.
Всё-таки, сегодня не убывающая, а полная.
Мужчина склонился ко мне, и в свете луны я рассмотрела его глаза.
Тёмные и вместо зрачков кроваво алые точки, как лазеры, которые светят изнутри.
Его губы искривились в жуткой улыбке и… И вдруг он замер.
Взгляд стал другим. Напряжённым. Удивлённым.
– Невозможно, – прошептал он.
– Э-э-э… я тоже так считаю… – проблеяла жалко и беспомощно. – Поэтому… отпусти…
Но его руки лишь сильнее сжали мои плечи. Я скривилась от боли и ужаса.
– Ты пахнешь… не так… – прошипел он мне в лицо, обдал ароматом дорогого парфюма.
Ну да. Я сегодня ядрёного чеснока нажралась.
Мужчина вдруг приблизил своё лицо к моей шее и шумно втянул воздух. Хренов метросексуал.
– Отвали от меня! – выдохнула со всей злостью, на которую сейчас была способна. – Слышишь? Пошёл на хрен! Или я…
– Ты боишься. Но не меня. Ты боишься того, что я могу с тобой сделать…
А разве это не одно и то же?
Он дёрнул меня на себя и впечатал в своё тело, будто мы любовники.
Воздух между ними дрожал. Я не могла двигаться. Не могла кричать. Только смотреть – в идеальное лицо маньяка. В лицо смерти.
Вдруг он занёс руку. Я затаила дыхание. Но он остановился. Его рука замерла в миллиметрах от моего лица.
Я увидела на его длинных пальцах – когти. Чёрные. Жуткие.
– Я должен убить тебя, – сказал психопат очень тихо. – Но не могу.
Я сглотнула вязкую слюну и выдавила из себя:
– П-п-почему?
– Потому что ты – моя.
И мир перестал звучать. Исчезли все звуки. Пропали все запахи.
Он вонзил в мою шею… клыки.
Ахринеть.
* * *
– ДАРИЙ —
Отчётливо чувствовал, как сердце девушки колотится.
Быстро. Рвано. Как у пойманного зверя, который уже понял, что его вот-вот убьют.
Почему я не убил её?
Стоял, вглядываясь в неё, и внутри всё кричало, что я нарушаю закон. Проявляю слабость.
Но рука не поднялась на неё. И это разозлило меня.
Я был древним вампиром.
Старше этих улиц, старше зданий из стекла и металла. Я знал запах страха.
Сотни и сотни лет – и всё во мне было устроено, как в безупречном механизме: контроль, расчёт, сила. Ни одна жертва, ни один враг не заставляли меня передумать или дрогнуть.
А теперь появилась она.
Незнакомка с глазами цвета осеннего неба и запахом… чем-то знакомым. Тёплым. Древним. Домом, которого у меня никогда не было.
Она пахла, как самая сладкая кровь, которую я никогда не пробовал. И вот в моих руках шанс вкусить этот десерт. А потом убить. Но не могу.
Провёл носом по её коже вдоль линии ключиц, вдыхая её, словно самый изысканный аромат.
– Ммм… – простонал утробно, удивляясь самому себе.
Открыл рот, и острые клыки скользнули в её плоть.
Не грубо. Медленно. Как поцелуй, от которого нет спасения.
Вкус её крови наполнил меня, и мир исчез.
Она была… идеальна. Сладкая, тёплая, как мёд на языке, как палящее солнце, которого моя кожа не знала уже сотни лет. Я пил её, едва сдерживая в себе зверя.
Девушка издала стон – тихий, тягучий. С каждым движением моего рта её тело изгибалось навстречу.
Она слабо вскрикнула и снова тихо застонала.
Сочные капли крови струились по моим губам.
Каждая капля её жизни дарила невероятное ощущение полноты, после которого я уже не мог бы существовать как прежде.
Но я резко оторвался от неё и отшатнулся, как от огня.
Не в буквальном смысле. Я всё ещё держал в руках её ослабленное тело, слышал её слабый стон.
Я мог сейчас осушить её. Или сломать ей шею, или стереть память, даже превратить её в прах. Таков был мой долг. Люди не должны знать о нас, помнить нас, даже если стереть им память, велик шанс, что воспоминания вернутся.
Но внутри меня – в груди и в разуме всё запротестовало. Всё моё существо было против.
Она просто… МОЯ.
Я не поверил в это.
Невозможно.
Считалось, что это просто легенда. Связь между вампиром и смертной, настолько прочная, что разрушает всё – это просто сказка для молодняка.
Но моя кожа жаждала её прикосновения. Вены – её крови. Но ещё сильнее я хотел сделать её своей.
Впервые за сотни лет я растерялся.
ГЛАВА 2
* * *
– АРИНА —
Звуки утра ворвались в моё сознание как перфоратор по бетону.
Или это просто моя совесть кричит, что я всё проспала?
Разлепила глаза и тут зажмурилась от слишком яркого солнца… Хотя… Вроде и не сильное яркое.
Ага, я на диване.
И почему-то я одета в уличное. И в одном кеде. И ничего не помню… Но вроде не пила…
Приняла сидячее положение и застонала от мигрени, которая в тот же миг обрушилась на мою несчастную голову.
Прекрасно. Как я вообще умудрилась забыть, что я вчера делала?
Стянула второй кед, потом медленно встала и попыталась разобраться в своём теле, как детектив с утра, который с утра всегда не в духе.
Кряхтя и постанывая, стянула с себя одежду. Бросила на пол рядом с диваном.
Прошла в прихожую и озадачилась. Рюкзак валялся на коврике у двери. И с чего я его там оставила?
А вот второго кеда не нашла.
Где второй кед, чёрт возьми?
Я искала в прихожей, на диване, под диваном.
Моё ужасное утро свелась к поиску чёртовой обуви. Но тапок так и не нашла.
Прекрасно. Я добралась домой в одном кеде.
– Грёбаный стыд… – проговорила со стоном и сжала виски. Голова просто взрывалась изнутри.
Прямо в чём мать родила, прошла на кухню и долго шарила в холодильнике, потом в шкафчиках в поисках чего-нибудь от головы.
Нашла…
Теперь душ. Холодный, а потом тёплый.
А после выпить чаю. И пожрать бы, а то голодно в желудке, будто я и не ела вчера.
Окинула взглядом кухню и нахмурилась.
Вернулась в свою маленькую гостиную и сильнее напряглась
– Какого хрена? – выругалась, потому что ничего не понимала.
Я точно помню, что сделала вчера заказ на пиццу, салат и ванильный РАФ. Но ничего этого не было!
Заглянула в мусорное ведро. Пусто. Ни контейнера, ни стаканчика, даже какой-нибудь финтифлюшки с логотипом кафешки, в которой я всегда покупаю перекусы.
Я могла бы подумать, что выбросила всё в мусорный контейнер на улице.
Усталая, но всё равно бы попёрлась на улицу и тащилась бы в самый конец дома, где у нас стоят контейнеры и выбросила бы среди ночи мусор.
Да, я допустила такой вариант, так как всё равно ни шиша не помню. Но тогда почему я не захватила мусор, что скопился в моём ведре под мойкой?
Это точно не про меня, я всегда выбрасываю весь мусор.
Почесала затылок и пожала плечами. Вывод один – я не забрала свой заказ и на самом деле ничего не ела. Потому и голодно в желудке.
– Засада… Что я вчера делала? – задала вопрос в пространство. Естественно, мне никто не ответил.
Короче, пошла я в душ.
А в ванной увидела своё отражение.
Ну да-а-а, как будто моей жизни не хватает уродств.
Я взглянула на себя и скривилась. Бледная. С тёмными кругами под глазами. Губы тоже какие-то обескровленные.
И шея в чём-то перемазана…
– Какого…
У меня глаза чуть в отпуск не ушли.
И тут меня накрыли воспоминания. И от этих воспоминаний мой мозг едва официально не вышел в астрал!
– Твою дивизию!
На шее отчётливо проступали две точки с подсохшей корочкой. Кожа вокруг припухла и потемнела.
Прикоснулась и зашипела. Было больно.
– Вот же сука! – прорычала, когда поняла, что реально нарвалась на настоящего психа. Ну не на вампира же, в самом-то деле.
Или это был вампир?
Меня укусил вампир?
Я застыла перед зеркалом в откровенном шоке, пока в голове крутилась мысль:
«Зачем я вообще потащилась в тот переулок? Зачем, Арина?»
Где-то в альбоме на обратной стороне фотографии, где я с подругами, у которых вообще тормозов не было, имелась надпись, выведенная моей рукой: «Не пью, не лезу не в свои дела, не пускаю странных людей домой».
За каким хреном лысого я полезла не в своё дело?
Всё равно тем несчастным не помогла. Зато себя подставила.
И что? Я теперь в вампира превращусь?
Тут же вспомнила, как с утра меня побеспокоила солнышко.
– Всё… начинается… – проговорила не своим голосом, и полезла в душ мыться.
Вспоминала всевозможные средства от вампиризма.
Так-с, крестик у меня есть. Святая вода – тоже. Мне подруга банку целую приносила. Чеснок я просто обожаю. Что ещё ненавидят вампиры?
Ах, да! Осина! Осиновый кол!
Не, ну я не стану выбивать колом себе сердце.
А вот что-то из осины надо бы приобрести – браслетик там или колечко.
И не смыв до конца пену, бросилась скорее на кухню
Оболью себя с ног до головы святой водичкой. И компресс на укус сделаю. Вдруг, да поможет?
Так, и бутеров с чесноком надо наделать.
А потом я себя по лбу стукнула и выкрикнула:
– Серебро!
Да, вампиры же боятся серебра.
А на кухне я два не споткнулась о своего кота.
Он как снаряд, вылетел непонятно откуда.
И закричал дико: «МИ-Я-А-У!», требуя еды.
– Ты что, с ума сошел? – прошептала, схватившись за сердце. – Нельзя меня так пугать, я у тебя вообще-то одна.
– МИЯУ! – повторил кот и уставился на меня крайне недовольным взглядом жёлтых глаз.
– Тебя надо было назвать не Беляш, а Орун, – вздохнула я. – Кот Орун – эксперт по утренним стрессам. Нравится?
Кот повторил свой наглый вой.
Дала ему еды и потом минуту вспоминала, вот зачем, я мокрая и с пеной на голове, как очумелая, потащилась на кухню?
Мозги болели, шея болела, в целом вся жизнь сейчас казалась мне как одна большая боль.
А ещё ночью какая-то тварь впрыснула мне в кровь своё кислое наследие вампиров.
Почему кислое? Просто не люблю ничего кислого.
Вспомнила.
Святая водичка.
Достала из шкафа банку и покачала головой. Подумать только, даже представить не могла, что освещённая вода мне когда-то понадобится.
И я, как истинная женщина, была настроена на полную победу над злом.
Но что делать, если я не верила и не верю в вампиров, оборотней и прочую нечисть? Правильно, всё равно надо действовать по старинке! А то мало ли, а вдруг и, правда, это был вампир, а не просто придурок, нацепивший челюсть с клыками?
Ох, ма-а-ать, я даже не знаю, где эти клыки побывали… Вдруг там столько инфекции и всякой заразы, что мне скорее надо прививки ставить! От столбняка, бешенства, чумы, сифилиса, эболы и прочей дряни!
Я решила, что святой водой всё равно обмоюсь, а потом и прививки сбегаю, да поставлю. А то мало ли…
Как только вода коснулась кожи, я почувствовала, как укус вампира сотрясает мой мир… Короче, НИЧЕГО я не почувствовала.
Вода, как будто, вообще не заметила, что меня, возможно, укусил вампир.
«Может, серебро поможет?» – решила проверить на всякий пожарный.
Снова вся мокрая и голая я сбегала в спальню и нашла широкий серебряный браслет. И вот с решимостью я приложила его к месту укуса, но… если бы укус умел своё мнение, он бы только посмеялся надо мной.
Эффекта – ноль.
– Значит, серебро не работает, – проговорила я и хмыкнула.
Но вот от чеснока точно эффект будет, я полагаю.
Завернула волосы в полотенце и, не отчаиваясь, пошла за чесноком.
Раздавила несколько зубчиков и, рассматривая укус у зеркала, начала натирать его.
Весь мой мир наполнился запахом чеснока, и через пару секунд я поняла, что не только вампиры бы сдохли, да я сама чуть не рехнулась.
Укус же, в свою очередь, оставался абсолютно невозмутимым.
Отмыть с кожи чесночный запах тяжелее, чем вывести многолетнее жирное пятно с обивки дивана.
В общем, я поняла, что народные методы – туфта. Обработала укус анисептиком, залила зелёнкой и залепила бактерицидным пластырем.
Откопала в своей аптечке противовирусное средство и, не задумываясь, выпила его.
– Надеюсь, весь этот бред был просто бредом.
Думать о том, как я попала в квартиру, и куда всё-таки делся один мой кед, я не хотела. Тем более не хотела думать о том, что эта зубастая сволочь была в моём доме.
Боялась, что всё намного ужаснее, чем я могу себе представить.
Наделала себе бутербродов, сварила крепкий кофе и от души нажралась вредной еды.
* * *
Я стояла перед зеркалом в туалете ветеринарной клиники и рассматривала свою шею.
Меня волновал не только укус, но и оттенок кожи. Мне в какой-то момент показалось, что я стала слишком бледной.
Но нет, никаких изменений.
Вампиром я пока не стала. Вроде бы.
Ещё и на зубы свои поглядела. Зубы как зубы. Обычные человеческие.
«Так, ладно, Арина, не отвлекайся от пациентов, а то ещё немного и от глупых мыслей станешь мёртвой, а не от укуса психопата…»
Такие мрачные мысли посещали мою голову весь чёртов день.
Вдруг я просто подхватила какую-то адскую инфекцию от него?
В очередной раз проверила свой пульс, надеясь, что мои руки не стали холоднее. Обычные, человеческие руки. Пока что.
Коллеги косились на меня. Спрашивали, всё ли в порядке? Но я отмахивалась и отговаривалась, что, кажется, я чуть простыла. Промочила вчера ноги в луже и вот…
Отговорка помогла. Тем более им стал понятен исходивший от меня убойный запах чеснока.
Ну да… лучшее средство от любой заразы – это принять чеснок внутренне и наружно, как это сделала я.
Про шею, к счастью, никто из коллег не спрашивал, потому что пришла я в водолазке траурного цвета.
Идеальный цвет для моего настроения.
Чёрт… это ощущение… как будто что-то сверлило меня изнутри.
Да, у меня сегодня была отвратительная слабость. Ещё и странные спазмы в животе и мутило. Но нет, выпить крови мне не хотелось.
Чтобы развеять свои последние сомнения, я в панике заказала на маркетплейсе несколько аксессуаров, чтобы быть уверенной, что моя жизнь не превратится в фильм ужасов. Осиновый кол, осиновое ожерелье, осиновый браслет. Ну… мало ли что. Заказ придёт через два дня. Ох, как ужасно долго.
Наконец-то закончился этот нервный день.
Странно, но есть до сих пор не хотелось, хотя я закинулась бутерами только с утра, а уже вечер.
Заказала такси и поехала домой. Пешие прогулки с работы у меня теперь надолго на стопе.
И больше ни в один тёмный переулок не зайду. Пусть всех несчастных спасают другие, а мне вчера хватило. Моё любопытство меня чуть не сгубило и не убило.
А кто знает… Может и убило?
Вспомнила вдруг фильм, где героиню укусил какой-то мудак и заразил её некровирусом и этот вирус не сразу начал в ней проявляться.
Её тоже сначала тошнило, есть ей не хотелось, а потом у неё почернели и отвалились ногти. Она как дура ходила с пластырями на всех пальцах. Ещё у неё начали шататься зубы. А когда она занялась сексом с одним парнем, у неё прямо из вагины посыпались опарыши…
– Остановите! Немедленно! – рявкнула таксисту.
– Здесь нельзя оста…
– Меня сейчас стошнит!
Видимо вид у меня был жуткий, потому как мужик выругался и резко затормозил у обочины.
Я едва успела открыть двери, как меня тут же вывернуло…
Нет, опарышами я не блевала. Пока что.
После таксист доставил меня до дому в считанные минуты.
Бедолага, очевидно, испугался, что я либо кони двину, либо заблюю ему салон или же заражу дрянью, какую сама подхватила.
Все три варианты имели место быть.
Короче, вернулась я домой, мрачная, дёрганная, с бесконечной жалостью к себе и желанием завалиться спать.
Как всегда, открыла дверь и сразу ощутила что-то не так.
Запах. Ага, точно, запах. Необычный. Он был… как запах дыма, древесины и ванили?
По коже поползли мурашки.
Не разуваясь, я, медленно ступая, прошла в гостиную.
Из моих рук выпала сумка, когда увидела незваного гостя. Я встала как вкопанная.
Если бы челюсть могла падать, она бы тоже рухнула, присоединившись к сумке.
Он находился здесь, совершенно спокойный, как будто он дома.
В углу комнаты, погружённой в полумрак, сидел незнакомец. Высокий, с аристократичной осанкой, как будто его тело было вырезано из мрамора, и сама тень искала его.
В свете от уличных фонарей, лишь слегка проникающих через тяжёлые шторы, его фигура казалась ещё более загадочной, как из другой эпохи.
Он был весь в чёрном – в деловом костюме.
Мужчина небрежно поглаживал моего кота, его пальцы медленно скользили по белому меху. Кот мурлыкал, словно в каком-то чарующем трансе, не обращая внимания на то, что это чужак. Мой Беляш не выносит чужих рук, он только меня любит и меня принимает.
Какого чёрта?
Страх на мгновение охватил всё моё существо. Но лишь на мгновение.
Когда человек весь день ходит с мыслью, что он, точнее, она, то есть я, почти уже труп, то инстинкт самосохранения по итогу притупляется, становится уже как-то пофиг на последствия.
Сжала руки в кулаки, сделала один шаг вперёд, пнула сумку, что оказалась на моём пути и прошипела:
– Ты-ы-ы-ы!
Мужчина включил торшер и гостиную залил мягкий приглушённый свет.
Его лицо было, как картина, нарисованная лучшими мастерами: белоснежная кожа, чётко очерченные черты, глаза, как два сверкающих обсидиана с алыми искрами, холодные и глубокие, не имеющие ни конца, ни дна.
В его взгляде было что-то необъяснимо привлекательное, чем-то манящее, и в то же время страшное. Даже жуткое.
Его волосы были тёмные, чёрные, как ночь без звёзд.
На его губах играла холодная усмешка, как у того, кто знает больше, чем остальные и будто весь мир находится в его руках.
Он не был похож на обычного мужчину, он был воплощением чего-то… сверхъестественного.
Неужели, передо мной, и, правда, вампир?
Энергия, которую он излучал, сковывала, заставляла замереть, затаить дыхание.
Он был живым олицетворением всех тёмных сказок, все легенды о вампирах и ночных существах жили в его глазах.
Когда его голос, глубокий, низкий, но томный, нарушил тишину, воздух в комнате, казалось, завибрировал, а я чуть не рухнула на колени. Ноги вдруг стали ватными.