- -
- 100%
- +
Он склонился надо мной, как скала, и я почувствовала его дыхание – тёплое, как жар от огня, на своём лице.
– Ты думаешь, я позволю тебе жить как прежде? Ты увидела то, что не должна была видеть, Арина. Ты сама сделала свой выбор. Ты могла пройти мимо, но ты не прошла. И теперь ты вся – моя. По всем законам. Ты больше не принадлежишь ни себе, ни миру людей. Ты – мой трофей. Моя забава. Моя игрушка. Я решаю, как жить тебе дальше. Или умереть.
От его слов я забыла, как дышать. Душа ухнула в пятки. Меня начало трясти, как будто я на морозе в минус сорок.
Вампир взял меня за подбородок, заставив встретиться с его взглядом.
– Ты будешь жить здесь, в моём доме. И ты будешь делать всё, что я скажу. Если попытаешься убежать, а я с удовольствием буду ждать, когда ты снова попытаешься, то я сделаю тебе больно. Ты никогда не покинешь моего мира, Арина. И ты никогда больше не станешь свободной. Отныне – ты часть тёмного и ужасного мира вампиров. И ты сама вошла в него, по собственной воле.
Я дёрнула головой, вырываясь из его хватки.
Вампир, наконец, отошёл от меня и очень изящно опустился в кресло напротив.
Моё дыхание стало тяжёлым, сердце бешено колотилось, а глаза наполнились горячими слезами. Смахнула их, чтобы они не потекли по лицу, не хотелось мне, чтобы эта тварь видела как я плачу.
Чёрт возьми, я не верила, что когда-то могу оказаться в такой дикой ситуации!
Я была в его ловушке, и ему было всё равно, как я себя чувствую.
Он – бездушная тварь, вот и всё.
Но по натуре я боец и я не могла позволить ему победить.
– Я не буду твоей игрушкой, Дарий. – Мой голос был тихим, каким-то жалким и беспомощным, но в нём чувствовалась решимость. – Ты можешь заточить меня в этой клетке, но я всё равно найду способ вырваться. Ты поймешь, что я не та, кого ты можешь сломать. А быть может…
Теперь я подошла к нему, указала на него пальчиком и прошипела:
– А быть может, я убью тебя.
Он лишь улыбнулся. Своей хищной улыбкой.
– Это будет очень интересно, Арина. Но запомни, девочка, ты – моя игрушка. И ты даже не подозреваешь, как мне интересно будет с тобой поиграть.
– Ты не знаешь, на что способен человек, загнанный в угол.
Я встретилась с ним взглядом, мои глаза лихорадочно горели. Я сжимала руки в кулаки и хотела кричать. Но я лишь смотрела на этого монстра.
Дарий тоже внимательно глядел на меня.
– Я хочу твоей крови. Сейчас, – сказал он и его голос прозвучал как предсмертный приговор.
Я отшатнулась, обернулась, пытаясь найти выход или… хоть что-нибудь, что спасёт меня.
Взгляд упал на какую-то уродливую чёрную статуэтку, изображающую… да фиг пойми, что это. Зато если ею долбануть вампира по башке, то ему мало не покажется.
А вдруг он сдохнет?
О! Я тогда станцую ламбаду! Прямо вокруг его трупа!
– Я хочу, чтобы ты уяснила, кто твой хозяин, Арина. Иди сюда…
Я увидела клыки. Секунду назад их не было, а сейчас они обнажились. Длинные. Острые.
Ма-ма…
Вампир похлопал по своим коленям, приглашая меня сесть к нему и подставить свою шею.
Я сглотнула вязкую слюну и прошептала:
– Мне надо пойти пописать…
* * *
Заперлась в туалетной комнате.
Прижалась спиной к двери и выдохнула.
Дрожащими руками протёрла лицо, будто умылась.
На мгновение я почувствовала свою слабость.
Что я могу? Чем могу противостоять против этого существа?
Взглядом искала что-то, чем могла бы себя защитить.
Увидела рядом с роскошным унитазом ёршик.
Его набалдашник был сделан в виде массивной гаргульи – грубая, мощная форма с заострёнными деталями.
Схватила ёршик и стиснула в руке, как оружие. Тяжёлый.
Бронза холодила ладонь.
Открутила совершенно новый, ни разу неиспользованный (я на это надеюсь) ёршик от рукоятки и улыбнулась.
Главное правильно нанести удар.
Если по виску шмякну вампира, он сразу умрёт или просто лишится чувств?
Лучше ударить несколько раз.
А когда он грохнется у моих ног, я сбегу отсюда к чёртовой матери.
– Тебе конец, – прошептала я и сделала судорожный вздох.
На всякий случай нажала на кнопку слива на унитазе. Потом помыла руки с ароматным мылом. Умыла лицо и промокнула махровым нежнейшим полотенцем.
Крепко сжала в руке своё оружие и вышла из туалета.
Руку с горгульей завела за спину.
Он стоял в центре гостиной, как статуя.
Его взгляд был сосредоточен исключительно на мне, на моём горле, где всё ещё заживала рана от его первого укуса.
Дыхание вампира было тяжёлым.
Можно был подумать, что он не мог сдерживать своё желание сцапать меня.
Я остановилась в десяти шагах от мужчины, моё тело напряглось, как струна, готовая порваться.
Всем своим существом чувствовала, как его взгляд прокрадывается в каждую клетку моего тела, пронзающий до самых костей.
Да, он был силой, против которой нет оружия, но я хотя бы попытаюсь. Я не собиралась сдаваться без борьбы. Я не была обычной женщиной, не была добычей.
– Подойди, – приказал он.
Мотнула головой.
– Ты не будешь кусать меня, и пить меня, Дарий, – мой голос предательски дрожал, но я попыталась сохранить твёрдость. – Я не дамся.
Он не ответил. Но его губы дрогнули в усмешке.
Вампир просто шагнул вперёд, и в моём теле снова вспыхнуло ощущение смертельной опасности.
Его взгляд был холодным, почти насмешливым.
И тогда я решилась. Или сейчас, или никогда.
Вскинула руку со своим импровизированным оружием и со всей дури, (а дури у меня много) обрушила, как мне показалось на голову вампира.
Я ударила. С размаху, целясь прямо ему в голову, в висок.
Но он оказался быстрее. Мужчина перехватил мою руку так легко, как если бы это была ткань, а не кость с мышцами и жилами.
Палка с горгульей выскользнула из моих ослабевших пальцев и с грохотом упала на пол.
Я ощутила силу Дария, от которой перехватило дыхание.
Его рука обхватила моё запястье. И с таким хладнокровием, с таким презрением он взглянул на меня, что я почувствовала, как моё тело отдает ему всё моё слабое сопротивление.
– Глупейшее создание, – прошипел мужчина чуть ли мне не прямо в губы.
– Иди на хер… – выдохнула жалобно.
Он притянул меня к себе, прижал к своей груди и не шелохнуться было, не двинуться.
– Смирись уже. Ты не сможешь меня остановить, Арина. – Его голос был бархатным, но с едва сдерживаемой угрозой. – Ты даже не понимаешь, что я могу с тобой сделать.
Я сглотнула вязкую слюну и прикрыла глаза.
Это конец.
– Ты действительно думаешь, что сможешь меня одолеть? – Дарий резким и быстрым движением руки разорвал на моей шее воротник водолазки.
Он портит мои вещи и это уже надоедает.
И вот его обжигающе горячие губы оказались на моей шее.
Я задёргалась в его сильных и тесных объятиях, попыталась вырваться, но его железный хват даже на миллиметр не ослабел. Какой же он… монстр!
Мой взгляд метался по комнате в поисках выхода, но путей отступления не было.
Сердце начало биться быстрее.
– Не трогай меня, сволочь… Пусти, урод… Если тронешь меня… я… я убью тебя! – мои слова прервались, когда его клыки, словно два острия, слишком легко и мягко вошли в мою плоть.
Сначала я почувствовала боль, но через мгновение меня накрыло что-то другое – что-то тягучее, сладкое, как ликёрное вино.
Это было наслаждение, и моё тело предательски откликнулось на него. Не сопротивление, а принятие.
Вампир пил мою кровь.
И с каждым глотком я ощущала, как моё тело слабеет, становится каким-то… как желе, голову покинули все мысли.
Я ощущала, как вампир не только пил из меня, но и наполнял меня чем-то другим. Чем-то, что вызывало пульсацию моего собственного желания.
Дарий оторвался от моей шеи, зловещий, как ночной кошмар, олицетворение самых тёмных фантазий.
Его глаза, насыщенные кровью, смотрели на меня, и в них горел огонь. Страшный, но одновременно завораживающий.
– Ты моя, Арина. – Его слова были тихими, но наполненными абсолютной уверенностью.
У меня закружилась голова.
Я как безвольная кукла опала на держащих меня руках Дария.
Вампир стоял надо мной как кровожадно холодная статуя.
Перед глазами всё поплыло и я… потеряла сознание.
ГЛАВА 5
* * *
– АРИНА —
Проснулась от чувства, будто я всю ночь пила, гуляла и чёрте чем занималась.
Тело было тяжёлым, а разум – мутным.
Огляделась и не сразу поняла, где я.
Спросонья туго соображала.
Это точно не моя хата. И это точно не Индонезия.
– Бляха муха… – прошептала, едва ворочая языком, и провела ладонями по лицу, будто умылась.
А потом сознание медленно, но верно вернуло мне воспоминания вчерашней ночи. И я как наяву услышала голос Дария, шепчущий мне на ухо что-то, от чего хотелось то ли кричать, то ли дрожать от желания.
На губах всё ещё осталась тёплая тень его поцелуя. А ещё этот паразит снова укусил меня. И наполнил меня каким-то проклятым наслаждением. А потом… всё исчезло.
Вспомнив о наслаждении, тело тот час отреагировало и задрожало.
Свела с силой ноги и застонала.
– Твою же мать, Дарий… – прошипела зло.
Сделала вдох, потом выдох. Снова вдох и выдох.
Вот только сексуальной зависимости от этого ходячего мертвеца мне не хватало.
Какая же это мерзость!
Попыталась отвлечься.
Приподняла подушку и, полулёжа, осмотрелась.
Спальня, невероятно роскошная, богатая была погружена в утреннюю полутьму, через шторы просачивались холодные лучи утреннего города.
А потом мой взгляд упал на туалетный столик.
На его мраморной столешнице лежала записка. Лист бумаги был сложен и поставлен треугольной табличкой. И было выведено каллиграфичным почерком «Арине».
Я нахмурилась, потом соскребла себя с кровати и подошла к столику.
Развернула записку.
Почерк был идеальный, уверенный и острый, как лезвие.
«Арина, доброе утро, моя сладкая и вкусная малышка!»
Я скривилась от его обращения.
«Ты будешь в моей квартире одна. Несколько дней. Я принял это решение, чтобы ты привыкла к своему новому положению и статусу. Ты – моя. Ты не уйдёшь. Не убежишь. Не вернёшься к своей прежней жизни. Для мира людей тебя больше нет. В квартире все выходы и окна закрыты. Всё заблокировано. Поэтому не трать силы зря, чтобы вскрыть/взломать/выбить/взорвать двери и окна. Не поможет. Они огнеупорные и бронированные.
В квартире есть всё, чтобы тебе было комфортно.
Еда, напитки. Книги. Музыка. Фильмы. Телефона и интернета нет.
На втором этаже ты найдёшь спортзал, бассейн, сауну.
В спальне имеется целая гардеробная, где ты можешь найти и надеть любую вещь.
Наслаждайся отдыхом.
Д.»
Я с силой сжала листок. Внутри меня всё полыхнуло – не страх, о, нет. Гнев. Живой, пульсирующий, дикий.
– Твою мать, Дарий… – прошипела я и отшвырнула записку в сторону, как змею.
Снова огляделась, потом увидела себя в зеркале и скривилась при виде своего отражения.
– Да и похер, – выдала со злостью. Плевать, как я выгляжу. Всё равно я теперь пленница.
Мои ноги были ватными, но я не позволила себе упасть. М чуть ли не по стеночке отправилась прочь из спальни.
Я чувствовала, как внутри нарастает буря.
Он решил превратить меня в вещь. В игрушку. Но я, в отличие от этого монстра – живая, свободная, с разумом, с голосом.
Нет. Ни за что не сдамся.
Дошла до кухни, которая выглядела как мечта.
В другой ситуации я бы порадовалась, восхитилась, а сейчас меня это богатство, это роскошество бесило.
Распахнула холодильник и присвистнула.
Что ж, насчёт еды вампир не обманул.
Холодильник был большой и заполнен до отказа – фрукты, овощи, сыры, в стеклянных контейнерах разная приготовленная еда. И даже этикетки есть, что это.
Вот, например, овощное рагу. Куриный бульон. Было много блюд, но ощущение, что всё из серии правильного питания.
Я даже на миг растерялась.
Потом поджала губы, достала бутылку воды и с силой захлопнула холодильник.
Откупорила крышку и буквально присосалась к горлышку.
Выдула почти за раз весь литр, так пить хотелось.
Оторвалась от бутылки, шумно выдохнула и вытерла рот тыльной стороной ладони.
Зато легче сразу стало.
Потом я всё равно направилась в сторону выхода. Но, конечно, входная дверь не открылась.
Проверила все окна. И балкон. Но за ними я могла видеть лишь зеркальный блеск небоскрёбов.
Похоже, это место реально стало моей тюрьмой.
– Придурок, – процедила сквозь стиснутые зубы, – ты думаешь, это меня сломает?
Я решила проверить всё: вентиляцию, возможные тайные ходы, обшарила весь второй этаж.
Всё в этой квартире было безупречно… но заперто.
Как будто это даже не квартира, а роскошная витрина, где я выставлена, как трофей.
Вся домашняя техника самая навороченная, самая лучшая, что без литра не разобраться, как с ней обращаться.
Кстати, винный шкаф я оценила. Бар тоже.
В библиотеке побродила вдоль стеллажей. Книги в кожаных переплётах меня заинтересовали, но читать не хотелось, сами понимаете, мне сейчас не до чтения.
Бассейн с подсветкой. Крутая сауна, в которой вкусно пахло новым деревом и эвкалиптом.
Всё здесь как в пятизвёздочном отеле, только с привкусом крови и страхом под кожей.
Сначала я приняла душ. Вылила на себя почти весь бутылёк очень вкусного шампуня и геля для душа. Завернулась в алый шёлковый халат, который обнаружила в огромной, просто гигантской гардеробной комнате.
Она была поделена на две зоны – мужскую и женскую.
И шмоток, обуви, украшений и аксессуаров тут было столько, сколько ни в одном магазине разом не увидишь.
И всё было моего размера. Прикиньте?
После я захотела есть. Точнее, жрать. Нашла морковный пирог, разрезанный на дольки. Разогрела в микроволновке, которая с первого раза меня не хотела слушать.
Приготовила себе яичницу с помидорами.
Чеснока к своему огромному сожалению не нашла.
Выпила две чашки кофе.
Не буду вам рассказывать эпопею с кофемашиной. Эта штуковина явно имела хитрожопый мозг и отвратительный характер.
Короче, я позавтракала.
Вершить великие дела на пустой желудок не солидно как-то.
После я снова обшарила всю квартиру.
А после пришла в дикую ярость и закричала… Но кричать долго не вышло, поперхнулась и закашлялась.
Потом со зла разбила стеклянную вазу о стену.
Осколки посыпались, как слёзы.
Потом достала все шмотки и обувь вампира и бросила всё в бассейн. Пусть поплавают.
Хотела было разбить технику, но рука не поднялась.
Подумала о книгах. Наверняка они редкие и ценные. А ещё тут были картины. Не удивлюсь, если это подлинники.
Но и на искусство тоже рука не поднялась.
Подошла к зеркалу во всю стену и увидела себя – глаза не серые, а грозовые, лицо бледное, губы опухшие. На шее огромный синяк и припухшие тёмные, почти чёрные точки от укуса вампира.
Я не узнала себя в отражении. Это была уже не та Арина, что увидела Дария впервые. Эта была другая женщина. В этой женщины, что я видела в зеркале, было что-то дикое.
Я устало села прямо на пол. Пол был тёплый, подогревался. Ах, какая забота!
Уронила голову на колени.
В голове пульсировал только один вопрос: зачем я ему нужна?
Что во мне такого особенного?
Я не особо умная. Не особо красивая. У меня нет какого-то таланта. Я простой врач ветеринар. Одинокая молодая женщина, которая живёт с котом…
– Ох… Беляшик мой… – прошептала я. Уже соскучилась по своему котику. Как он там без меня? Соседка, поди, уже замучила его своей музыкой и чрезмерной лаской.
Я вздохнула и медленно поднялась. Взяла в руки осколок вазы.
Провела по острому краю пальцем и выступила кровь.
Что ж, если Дарий хочет, чтобы я стала его вещью, то он очень сильно ошибся.
Я затаюсь. Притворюсь покорной. Пусть думает, что он сломил мою волю и победил.
Улыбнувшись своим мыслям, я взяла осколок и спрятала его в спальне под кроватью.
На всякий случай.
Потом убрала остальные осколки и включила робот пылесос. Он шустро убрал мелкие осколки и вернулся на место.
После был обед.
Что-то съела, но вкуса не помню.
Долго разбиралась, как включать эту систему аудио и видео. Моё терпение и упорство было вознаграждено. Я победила эту супер умную технику.
Включила музыку – медленную, чувственную.
Наступил вечер.
Из запасов Дария взяла шампанское.
В морозилке отыскала пачку королевских креветок и мидий.
Отварила морских гадов, высыпала в роскошную тарелку и села у окна. Сделала глоток игристого и утонула в звуках музыки. Позволила одной мелодии, затем другой унести мои мысли далеко отсюда. Представлю, что я свободна, что я в отеле, а вампир мне просто приснился…
* * *
Город погрузился в ночное сияние огней.
Я пьяна.
Музыку врубила на полную катушку.
Если тут звукоизоляция не на уровне, то, быть может, кто-то решит пожаловаться и вызовет полицию?
Только двери хрен кто вскроет… Ну-у-у, быть может, что-нибудь придумают.
Пока я думала об этом, танцевала, кружась по гостиной под тягучие звуки какой-то невозможно прекрасной мелодии – в одной руке бокал нового уже шампанского, в другой – тёмно-красная розы, (да, тут вазы с цветами. С розами. Как будто у кого-то были поминки… Ха-ха, поминки моей свободы), и вот явился Дарий, собственной вампирской персоной.
Ни дать, ни взять, но он опять злой. Бесит до чёртиков. И какого хера он припёрся?
Его глаза, глубокие и бескрайние, с лёгким отблеском стального холода, были полны разных эмоций, но вот гнев я отчётливо различила. Так многозначительно зло смотрят тогда, когда находятся в ярости.
Он выключил музон.
Тишина меня едва не оглушила.
Бросила розу на столик и надула капризно губы.
– Оу… Кто пришёл… Глядите-ка, – проговорила я пьяно и звонко рассмеялась. – Мы вас не ждали, а вы всё равно припёрлись! Это про тебя-я-а-а, Дарий!
– Ар-р-рина-а, – протянул он моё имя рычащим голосом. Его голос прозвучал как будто из самой глубины пещеры. Бррр.
Взглянула на его лицо и моё сердце, несмотря на опьянение, сильнее забилось.
Хорош, чертяка. Жаль только, что он нежить ходячая. Вампир недобитый.
– Ой, ой, какой ты мрачный, – хихикнула пьяно. – Дарий, ик… Признайся, ты из ада только что вышел? Начальство тебя отругало? А вот не-е-ечего девушек похищать и кусать! Ик! Кстати, выпить не хочешь? Тут полно бухла… Ик! Давай нажрёмся, а? Жизнь – сука… Ик!
Он приблизился ко мне, навис надо мной маленькой и беззащитной девушкой и прошипел:
– Зачем ты напилась?
Он перевёл взгляд на пустую бутылку на подоконнике, а потом взглянул на новую, открытую на журнальном столике.
– В твоей крови сейчас море алкоголя!
И столько негодования в его голосе, что мне стало смешно.
А ещё он такую рожу состроил, что я не удержалась и выпалила:
– Слухай, ик… Дарий, а ты вообще в курсе, что твоё лицо выглядит как пропавший артефакт с древнего кладбища? Ик!
Его ноздри затрепетали.
Бледное лицо побелело сильнее. Оно стало как безжизненная маска, полностью лишено эмоций.
Но я вдруг интуитивно поняла: за этим внешним спокойствием скрывается буря. Прямо сейчас эта буря готова вырваться наружу, как демон, которого годами держали в клетке.
Мамочка… Похоже, не надо было подшучивать над ним… Очевидно, с юмором у него туго.
Я почувствовала, как воздух вокруг становится плотным, дышать стало трудно.
Услышала, как из его груди вырывается утробное рычание.
Опустила взгляд на его руки…
Из моих пальцев выскользнул бокал с шампанским.
Он разбился, разлетелся на мелкие осколки.
На руках вампира начали вылезать чёрные когти – такие длинные и острые, что при одном взгляде на них возникало ощущение, будто они могут легко распороть человеческое тело от паха до горла.
Но самое страшное случилось с его лицом и глазами.
Вдруг, словно под воздействием магии, его лицо исказилось, превращаясь в нечто ужасное.
Оно заострилось. И вокруг глаз появились чёрные вены, как будто тёмная энергия, скрытая где-то глубоко в его теле, решила вырваться наружу.
Что-то уже мне не смешно.
– Дарий, ну, ты чего? Ну прости-и-и! Я… Я не знала, что пить нельзя! – выкрикнула, отступая.
Но он был слишком близко.
– Твоя кровь, Ар-р-рина, теперь пахнет по-другому, – его голос превратился в яростный шёпот, но с глухим порыкиванием, что волосы на моей шее встали дыбом. – Кровь и алкоголь… Ты хоть понимаешь, что твой запах стал сильнее?
Я инстинктивно сделала шаг назад, а потом ещё один… и ещё.
И тут я совершила ошибку…
Побежала.
Будь трезвой, я бы стояла на месте, но я пьяна и попыталась скрыться… от вампира. От самого опасного хищника. Классная идея.
Я бросилась к лестнице, не оглядываясь.
За моей спиной раздалось глухое, раздражённое рычание – Дарий последовал за мной.
Я едва успела подняться на второй этаж, когда услышала, как он зовёт меня по имени, обманчиво ласково, с рычанием…
Ворвалась в тренажёрку…
Потом в раздевалку.
И зачем-то полезла в бельевой шкаф.
Мой пьяный мозг отчего-то решил, что тут я в безопасности.
Я попыталась отдышаться и успокоить бешено колотящееся сердце.
– Ик! Ик! Ик!
Проклятая икота меня спалит.
Дверцы шкафа тут же распахнулись и Дарий, с уже нормальным лицом, нормальными глазами, нормальными руками, и нормальным голосом спросил:
– Почему бельевой шкаф?
– Ик! Н-не знаю… Тут не страшно… Ик!
– Иди за мной…
Я выползла из шкафа, поправила халатик, затянула пояс туже и поплелась за вампиром.
Мы прошли мимо бассейна, и он увидел, как очаровательно плавает в воде вся его одежда, кое-что уже затонуло, как, например, его кожаные ботинки, лакированные, новенькие…
Мужчина резко остановился, и я увидела, как он снова преображается. Снова становится монстром.
И я не придумала ничего лучше, как броситься на него и столкнуть в воду!
И вы не поверите, но у меня получилось!
Дарий рухнул в бассейн!
– Да-а-а! Так тебя! Купайся, вампирюга недобитая!
ГЛАВА 6
* * *
– АРИНА —
Да-а-а! Я увидела мокрого и злого вампира. Это было зрелище из разряда: «страшно, конечно, но, до чёртиков смешно».
Именно так я себя и почувствовала, когда Дарий, гроза вампирского подполья, древний и пафосный как нечитаемая и непереводимая надпись на саркофаге, шумно рухнул в бассейн.
Мужчина не просто в воду упал, а с эффектом: с брызгами, с хриплым «Арина-а-а!» Ещё и с бульканьем и проклятиями, я думаю на мёртвом языке.
Я бы, может, и попыталась сделать виноватое и испуганное лицо… Но я была пьяна – это раз. А два – когда он всплыл с ботинком на голове, я от смеха просто рухнула на пол.
Судороги хохота свели мне живот. Слёзы покатились по щекам.
Ох, как давно я так не ржала.
– Гы-гы-гы-гы! Ты… Ты как гусь! Огромный и злой гусь!
Именно в этот момент над водой вдруг вознеслась смерть.
С каплями, стекающими с чёрных волос, с чёрной одеждой, облепившей мускулистую фигуру, подчеркнув рельеф тела. Дарий буквально левитировал над водой, как гневная высшая кара.
– Ты. Выбросила. МОЮ обувь, – голос вампира был ровный, но острый и ледяной, как скальпель хирурга. Он сжал в руке испорченный ботинок. – Эти ботинки мне шил Матео. МАТЕО, АРИНА. Он делал обувь из кожи моих врагов, пропитывал их средством, состав которого был неизвестен никому, кроме Матео! Он мёртв! Но я хранил и берёг эту обувь, а ты-ы-ы! Глупая женщина!
– Ну… теперь они пропитаны хлоркой, – хихикнула я пьяно, чуть не подавившись очередным приступом смеха. Поднялась с пола, поправила волосы и добавила: – Из кожи врагов… ну ты и псих, Дарий! Ты бы ещё себе шубу из волос врагов сшил.
Вот зря я посмеялась над ним.
Я ведь уже поняла, что с чувством юмора у него песец как туго.
Он молниеносно оказался передо мной. А потом какое-то смазанное движение, и в следующее мгновение я уже у него на плече – вниз головой и вверх ногами, как мешок картошки. Только мешок противно провизжал:
– ДАРИЙ! ПУСТИ МЕНЯ! ТЫ МОКРЫЙ, ХОЛОДНЫЙ! И МЕНЯ ТАК ТОШНИТ!
– Вот и пусть тошнит. Ты, Арина – ходячая неприятность. Надо было убить тебя, а то ведёшь себя как одержимая…
И он вдруг шлёпнул меня по заднице. Довольно ощутимо. Я ахнула, больше от неожиданности, чем от боли.
Я прикрыла глаза и надула щёки…
Кажется, я сейчас блевану… Прямо на вампира.