Хозяйственные будни красавицы и чудовища
- -
- 100%
- +
Не возвращая своим рукам прежний вид, когтистым пальцем тронул свой подбородок, делая вид, что раздумываю над её словами и повторил вопрос:
– Представьтесь… леди. Откуда вы?
Девушка покосилась на прислугу, потом странно посмотрела на меня. Её взгляд бегло пробежался по мне, заострившись на моих лапах, но в её глазах я не заметил ужаса, отвращения или ещё каких-то подобных и привычных мне эмоций.
Она вздохнула и сказала, глядя мне в глаза:
– Я бы предпочла этот вопрос обсудить с вами наедине, граф Бист.
Я не стал предоставлять ей возможности проникнуть в мой дом, не представившись.
– Я настаиваю, леди, – проговорил с нажимом.
Она качнула головой и, хмыкнув, сказала:
– Ладно, моё имя – леди Лара Свон. Увы, титулов не имею. Прибыла из другого мира по поручению, а точнее, по огромной просьбе вашей давней знакомой феи Агаты. Она племянница небезызвестной вам феи, которая…
Девушка покрутила пальцами в воздухе.
– Которая наложила в своё время на вас проклятие. В общем, воспринимайте меня как награду за пережитые страдания, – закончила она.
Слуги, что были здесь в этот момент, побледнели.
Чарли удержал лицо, но я увидел, как забилась жилка на его виске.
Миссис Фанни схватилась за сердце и с кряхтением осела на стоявшую у стены банкетку.
Я же сжал лапы в мощные кулаки и прорычал, демонстрируя этой наглой девице свои удлинившиеся клыки, которые точно должны были привести её в священный ужас:
– Мне не нужны подачки проклятых фей! Убирайся из моего дома, отродье чародейства! Все мы сыты по горло проклятой магией!
Девушка даже не вздрогнула.
Она вдруг сжала пальчиками нос и прогундосила:
– Ну вот, от перепада температур у меня полились сопли. И вообще, фея Агата говорила, что вы идеальный мужчина, а на деле – грубиян, – она убрала руку от носа и громко шмыгнула. – И уж простите, граф, но уйти я не могу. Дорога назад для меня закрыта, теперь этот мир независимо от моих желаний – мой дом. И насчёт волшебства – я не маг и колдовать не умею, но зато владею нужными и полезными знаниями. Я могу вам помочь в сложившихся трудностях. Агата немного о них рассказала… Если коротко, граф Бист, то я прибыла сюда, чтобы разделить с вами ваши радости, печали, и вообще всё, что у вас есть. А теперь, предложите вашей гостье горячую ванную.
Хоть и говорила она сипло и немного раздражённо, мне понравился её голос. Он напомнил о терпкости гречишного мёда и воздушном бисквите.
«Странно сравнивать женский голос с едой», – подумал озадаченно. – «Очевидно, я просто проголодался».
Леди же добавила властным тоном, когда не увидела никакого движения с нашей стороны:
– Пожалуйста.
И сложила ладошки в молитвенном жесте.
* * *– Миссис Фанни, проводите нашу… гостью в гостевое крыло и предоставьте ей всё необходимое: мыльные принадлежности, одежду… И поспейте с этим делом к обеду, – распорядился я. – У вас меньше двух часов.
Миссис Фанни присела в реверансе и произнесла:
– Всё сделаю, Ваша Светлость.
Гостья снова шумно шмыгнула носом и облегчённо вздохнула, когда горничная поманила её за собой.
– Ой! – вдруг вскрикнула леди Свон. – Мой багаж! Моя сумка осталась в повозке…
Я кивнул дворецкому.
– Леди, ваш багаж сию минуту доставят в вашу комнату, – произнёс Чарли.
– Благодарю вас, – проговорила она и поспешила за горничной.
Когда мы остались одни, дворецкий поинтересовался.
– Милорд, и что вы намерены делать?
Посмотрел на свои руки, которые сменились из звериных на человеческие и сказал:
– Не знаю, мистер Краз. Пока не знаю. Но думаю, сначала мы пообедаем, а после я выслушаю эту странную особу и тогда уже приму решение. Аферистка эта леди или нет, я смогу решить после её рассказа.
Затем тряхнул головой и мрачно произнёс:
– Если она говорит правду… Эх, мистер Краз, когда в судьбу вмешивается фея – радости ждать не приходится. Но когда противишься воле волшебного существа – будет ещё хуже.
– Быть может, всё разрешится само собой, – в невозмутимой манере проговорил дворецкий.
– Что вы имеете в виду? – заинтересовался я.
– Ничего особенного, милорд, – коротко улыбнулся дворецкий. – Просто обед с вашими родственницами вещь весьма… суровая.
– Не каждый выдержит, – улыбнулся я. – Ну хоть какая-то польза должна быть от моей родни?
– Обед выйдет запоминающимся, – сказал дворецкий и поклонился. – Позвольте, милорд, мне нужно проследить на кухне, чтобы всё было выполнено, как следует.
– Конечно, мистер Краз, ступайте, – отпустил я дворецкого.
Потом вернулся в кабинет и потрепал по густой шерсти окончательно проснувшегося друга.
– Ну что, Хёскульд, нас снова ждут перемены, – проговорил печально. – Опять в нашу жизнь вмешиваются феи…
Волчак лизнул мои руки и ткнулся холодным мокрым носом в лицо, намереваясь облизать. Уклонился от слюнявой пасти пса и вернулся к работе.
Мне нужно было сосредоточиться на главном. Всякие гостьи и родственницы подождут.
Тот факт, что мои фермеры терпели колоссальные убытки, удручал и прогнозировал безрадостные перспективы в будущем.
Близился конец квартала, и я уже понимал, что собрать должным образом налоги снова не выйдет. Отбирать у людей последнее мне не позволяла совесть и воспитание. Но как тогда нам жить дальше?
Вздохнул и утробно зарычал, ощущая недовольство внутреннего зверя. Монстр внутри предлагал послать всё в бездну: королевство, самого короля с его налогами, а чтобы прокормить своих людей – заняться грабежом. Я тут же отмахнулся от этих мыслей.
Всегда проще использовать грубую силу и невежество, когда мозгов не хватает. Всё то зло, что существует в мире, почти всегда является результатом именно невежества.
Но что мне делать?
Задумался всего на мгновение, а потом решил всё-таки выслушать незваную гостью. Если действительно, её появление в Бистауне дело рук фей, то быть может, она и правда сможет нам помочь? Интересно только чем?
В то же время память была свежа, когда фея прокляла меня и ждать чего-то доброго от этих созданий, я опасался.
Ладно, скоро приму решение.
* * *Лара
Продрогла я основательно.
Хорошо хоть граф оказался действительно порядочным и вежливым человеком. Ну, не совсем человеком, в чём я уже успела убедиться. Руки, превращённые в жуткие когтистые лапищи – зрелище не для слабонервных. Но меня таким всё равно не напугать.
Когда с запоя выходят твои работяги, опухшие и выглядящие так, будто их искусал бешеный зомби, поверьте это зрелище похуже всяких там мохнатых лапок.
И честно говоря, не хотела я быть грубой, но пришлось. Наглость – второе счастье и ключ к успеху. По собственному опыту смело могу сказать, что мямлей и нюнь никто и никогда не воспринимает всерьёз.
Эх, а ещё ведь разговор предстоит серьёзный. Да утомительный.
А жить вообще утомительно. Но это лучше, чем не жить, так как от последнего нет лекарства.
И кстати, граф Бист оказался действительно привлекательным мужчиной.
На его волевом лице лежала крепкая печать мужественности. Его лицо, невероятно красиво именно мужской своей, строгой и надёжной красотой. Это когда чётко знаешь: человек с таким лицом никогда не подведёт, всегда выручит, и обязательно встанет на защиту слабого. Видно, он встречался лицом к лицу со смертью и опасностью, а эти «леди» выковывают стальной характер. И он, этот самый характер и оставил свой отпечаток на лице графа.
Этакий классический образец строгой английской мужской красоты: брутальный красавец с хорошими манерами.
Янтарные глаза с льдинками зрачков смотрели вперёд. Никакой тревоги, лишь поверхностный интерес и благородный гнев отразились в этих глазах, когда я сообщила, что прибыла из другого мира при помощи феи.
Очень красивые глаза.
И красивые волосы длиной до плеч: тёмные, немного вьющиеся, но уже с сединой.
Седина явно не от возраста. Граф ещё молод, он в самом расцвете сил. Всё-таки, жизнь нелёгкая у него. Как тут не поседеть?
А ещё граф высокий, не меньше метра девяносто пяти. Атлетического телосложения.
Брюки, плотно обтягивающие его длинные ноги, нисколько не скрывают сильных мышц.
Его пиджак превосходно обрисовывает узкую талию; булавка с огромным синим камнем зашпиливает длинные концы шёлкового галстука; на жилете часы на золотой цепочке; часы украшены самоцветами.
А ещё руки, пока они не превратились в звериные, я хорошо рассмотрела: набухшие вены для меня признак силы и мужества; большие ладони с длинными сильными пальцами – доказательство величия и крепости духа. С таким мужчиной женщина почувствует себя в безопасности.
На его пальцах массивные перстни. Никогда не понимала тех, кто носит подобные украшения, особенно когда подобные кольца надевают тощие недоумки. Но вот графа я не могла назвать недоумком, а уж тощим и подавно. Признаюсь, ему очень идёт эта строгая роскошь.
Честно, я думала, что таких мужчин не существует. А зря.
В общем, внешне граф мне очень даже понравился. Да и хорошие манеры при нём.
Осталось узнать его поближе.
Эх, Белль-Белль, ты такая дура, что бросила этого мужчину.
Попади он в наш мир – с руками и ногами, проклятиями и прочими довесками бы взяли!
Пока шла за миссис Фанни, я уже мысленно рисовала портрет наших детей и вдруг увидела странные картины в узком коридоре.
Остановилась у одного из полотен и в недоумении попыталась понять, что же тут изображено?
Вроде как в кресле кто-то сидел, только было не понять кто это – человек или осьминожка?
Если это человек, то почему пять конечностей? Да ещё и развалились по креслу так странно, будто этот некто из пластилина. А ещё лицо… Ощущение, что это существо задрало лицо к потолку и раскрыло огромный зубастый рот, а длинный язык как у змеи пытается дотянуться до люстры…
Же-е-есть.
– О, леди, вы залюбовались картиной леди Морис?
– Леди Морис? – переспросила я.
– Да… – вздохнула горничная. – Белль Морис…
Мои глаза стали размером с плошки.
– ЭТО нарисовала Белль? – прошептала ужасным голосом и ткнула пальцем в картину.
Миссис Фанни улыбнулась и активно закивала.
– Да. Его Светлость приказали все её работы перевесить из главной галереи в этот коридор, чтобы больше не видеть их. Гостей у нас практически не бывает… Мы думали он и вовсе уничтожит работы леди Морис, но… Его чувства ещё не угасли, понимаете? Он думает, что она ещё вернётся… Но это невозможно, она уже замужем.
Дать бы этой Белль да по башке! Топором!
– Конечно, я всё понимаю, – произнесла участливо. – А… простите миссис Фанни, а что или кого леди изобразила на этой картине?
– Это автопортрет, – «убила» меня ответом горничная.
Автопортрет?!
Боже!
Правы те, кто говорил, что красота страшная сила.
Ну и крюкозябла же ты, Белль Морис. Или руки не из того места.
Глава 6
* * *Лара
– Леди, я спасу ваши волосы, если вы посидите спокойно, – проворчала горничная.
– Знаете, довольно трудно расслабиться, когда тебе волосы вырывают чуть ли ни с корнями.
Освободив мои лохмы от шипов, веточек и прочего мусора, миссис Фанни вместе со мной облегчённо вздохнула. Я потёрла свою несчастную голову и с благодарностью произнесла:
– Спасибо, что освободили меня.
– Ну что вы, я рада вам помочь, леди Свон, – улыбнулась горничная. – А теперь, идёмте, я помогу вам вымыться.
– Ой, не нужно! – тут же забеспокоилась я и неловко хихикнула. – С водой я сумею справиться.
Как-то мне казалось диким, что кто-то будет помогать мне, мыться. Мне же не пять лет, в самом-то деле.
– Но как же, – в недоумении захлопала горничная ясными глазами. – Леди не может мыться сама!
Чёрт.
Я вздохнула.
Ну да, я же вроде как леди. Траге́ди.
Почесала левый бок, потом правый. Затем зачесалось под лопаткой, перешёл зуд на шею…
Блин.
– Ладно… – сдалась я, и миссис Фанни со всей ответственностью взялась за мою помывку.
В итоге, после горячей ванны и жёсткой мочалки с мылом, высушенная и умащенная специальным маслом от укусов, ссадин и ушибов, я почувствовала себя человеком.
– Вы очень красивая, леди, – расплылась в улыбке миссис Фанни, укладывая мои волосы в затейливую, но элегантную причёску. – Сначала я сомневалась, что вы леди. Уж простите, но вид у вас был…
Она замялась, не находя подходящего слова.
– Я выглядела как бродяжка, – пришла ей на помощь. – А всё из-за нелепостей, что приключились со мной. Вываляться в грязи могла только я.
– Простите леди за мой дерзкий вопрос, но… неужели вас и правда прислала фея? – поинтересовалась женщина, понизив голос до священного шёпота.
Я невозмутимо пожала плечиком.
– Правда, – ответила коротко.
Горничную такой ответ не удовлетворил, но пытать она меня дальше не стала. И спасибо ей за это.
Мне ещё предстоит долгий и явно нудный разговор с графом Бистом. По правде говоря, я не прочь побеседовать с ним. Не припомню ни одного мужчину из своего окружения, который выглядел бы как греческий Бог и нуждался в моей помощи.
Хотя последнее – это теория Агаты. Вряд ли сам граф согласится с её мнением, что он нуждается во мне.
– Вот и всё. Я закончила, – сказала миссис Фанни, воткнув в причёску последнюю шпильку. – Вам нравится?
Поднялась с пуфа, на котором сидела напротив столика с зеркалом и подошла уже к напольному зеркалу, чтобы рассмотреть себя, так сказать, во всей красе.
О да, фея не обманула.
Волосы слегка вьющиеся и цвета тёмного шоколада, сейчас были убраны в красивую причёску.
Открытую шею поэты серебряного века назвали бы лебединой.
Моя кожа была точно жемчуг – словно светилась изнутри. А молочный оттенок завораживал.
Сейчас я имела невозможно прекрасный вес, до которого в своём мире собственными усилиями никогда не достигла бы. Но при этом, приятные округлости в нужных местах радовали глаз. И бюст теперь имел комфортный для меня размер.
Хороша чертовка!
Растянула губы, обнажая ровную и белую улыбку, и сказала, довольно сверкнув синими глазами:
– Очень нравится, миссис Фанни. Вы настоящая волшебница.
Горничная зарделась и махнула рукой.
– Ой, ну что вы, леди! Это всё целебное мыло, что варит наша кухарка миссис Пэтти и масло.
Но я видела, ей была приятна моя похвала.
– Ей тоже передайте мои благодарности, миссис Фанни, – попросила её, продолжая смотреться в зеркало.
Шёлковые чулки, нижнее бельё из муслина не ощущались и были легки и приятны.
Платье в стиле модерн из натурального чесучего шёлка с вышивкой ручной работы красивого цвета марсала мне очень шло.
Туфельки в цвет и шёлковые перламутровые перчатки довершали образ утончённой леди.
– Удивительно, что одежда леди Морис вам идеально подошла, – сказала горничная.
Моя улыбка тут же сошла на «нет».
Резко развернулась, гневно сверкнув глазами.
– Это одежда Белль? – прошептала я в ужасе.
– Ой, миледи, – прикрыла она рот ладошкой. – Простите… Просто… Просто другой одежды на вас нет, леди Кларисса и леди Адель других комплекций, о вдовствующей графине и вовсе нет смысла говорить, в её одежде вы просто утонете, а ваша вся испорчена, даже та, что была в дорожной сумке. Пока мы её почистим да починим – уйдёт немало времени.
Я сделала глубокий вздох и, выдохнув спокойно, сказала:
– Ничего, всё нормально, – и добавила совершенно неслышно: – Должна же быть хоть какая-то польза от этой Белль.
А потом сделала страшные глаза и, взяв руки горничной в свои, спросила:
– Миссис Фанни, а Его Светлость что скажет, когда увидит на мне платье бывшей возлюбленной?
Не хотелось бы мне оказаться в ситуации под названием «лужа».
Горничная облегчённо выдохнула и улыбнулась.
– Ничего не скажет, леди. Граф не все наряды леди Морис видел. Это платье новое, она не надевала его. Когда леди уходила, она в спешке собирала свои вещи и не всё смогла забрать.
– Оу… – кивнула понимающе. – Понятно.
– Всё хорошо в вашем образе, миледи, но вот украшений не хватает, – произнесла женщина, склонив голову набок.
Ну что сказать? Фея украшениями меня не снабдила. Я сомневаюсь, что она и деньжат мне подкинула, поганка магическая!
А если граф меня за порог выставит?
Так хоть бы деньги были или украшения, чтобы продать…
– Сама не в восторге, что я осталась без своих украшений, – ответила без притворств и печально вздохнула. Мне действительно было жаль, что мои прекрасные бриллианты остались в моём мире.
Знала бы хоть на минутку, что меня ждёт, нацепила бы на себя все колечки-цепочки-серёжки. А их у меня немало. Было.
Ррррр…
Только попадись мне, Агата!
Глава 7
* * *Чарли Краз
– Мистер Краз, ну расскажите скорее, что там за леди к нам явилась? – взгляд миссис Пэтти так светился. Новости и сплетни в Бистауне рождались и разносились быстрее любого ветра. – Не томите нас.
– Я смотрю вам больше заняться нечем, – произнёс строго, добавив в голос суровости больше обычного.
Обвёл взглядом лакеев и горничных, что собрались на кухне не пойми, зачем и рыкнул:
– И что все встали? Мне что же, нужно попросить милорда и миледи спуститься к обеду на кухню? Или вы всё-таки возьмёте подносы и унесёте блюда в столовую!
Мой грозный тон как всегда возымел действие.
Лакеи засуетились, извинились, подхватили подносы и отправились с блюдами в столовую.
– Вы как всегда не в духе, мистер Краз, – вздохнула кухарка и принялась переливать лососёвый соус в серебряный соусник. – Вот, готово.
– Мне вот тоже интересно узнать про эту загадочную леди, – тонким голоском, словно мышь пропищала, произнесла Элла Липс – помощница кухарки. – Джеймс сказал, будто её прислала фея. Это правда, мистер Краз?
– Ещё одно слово и я лично отправлю вас обеих на корм феям, – заявил я, внося запись в столовую книгу.
Вернулись лакеи и забрали остальные блюда.
– У нас всё готово, мистер Краз, – отчитался старший лакей – Джеймс Хардиган.
– Сейчас возьму линейку и проверю. В прошлый раз, Хардиган, ты допустил грубую ошибку – не выровнял на два миллиметра вилки Его Светлости. Твоё счастье, что милорд не обратил на этот момент внимание.
– Вы иногда невыносимы, мистер Краз, – услышал я голос экономки, миссис Эммы Харпер. – Снобизм не красит мужчин.
– Пусть лучше меня считают снобом, миссис Харпер, но пока я жив, не позволю, чтобы традиции в этом доме были нарушены. Какие бы проклятия не насылали – обед всегда должен быть по расписанию и исключительно роскошный: вилки выравнены до миллиметра, столовое серебро в идеальном виде, а обслуживание на высшем уровне.
– Вы оплот традиций, мистер Краз, об этом все знают, но всё же, иногда стоит быть помягче, – произнесла миссис Харпер.
– Помягче вы будете говорить со своим супругом, которого у вас нет, миссис Харпер, но в моём деле всегда должен быть порядок и строгость.
Женщины переглянулись и возвели очи горе.
– Ладно, наши мальчики всё равно прислуживают на обеде, они внимательно рассмотрят гостью и потом расскажут все-все подробности, – заговорщицки проговорила кухарка, затем упёрла руки в крутые бока и заявила прежде, чем я успел сказать: – И никакая тут строгость не поможет!
– И феи не едят людей, – подала тонкий голос Элла. – Феи утончённые создания… Так бабушка говорила… И ещё, послали бы феечки нам какого-нибудь прекрасного милорда, а то всё леди да леди.
Мы ничего не стали отвечать на слова Эллы. Девушка была юна и очень романтична.
– После обеда я займусь инвентаризацией вина, – сказал я миссис Харпер. – Времена не лёгкие и мне нужно понимать, насколько скудны наши запасы. А вы займитесь с миссис Петти продуктами. Составьте список самого необходимого.
– Когда это у нас были лёгкие времена, мистер Краз? – улыбнулась Эмма.
– Запасы нужно восполнять, – с раздражённым вздохом сказала миссис Пэтти. – Но сегодня я не смогу помочь Эмме. Кузины Его Светлости на ужин сделали особый заказ. Хорошо, что Фанта с Джеймсом ездили в деревню и нашли нужные ингредиенты, а то пришлось бы объясняться, что устриц нынче не найти.
Потом она тут же начала перечислять своей помощнице нужные составляющие.
– Элла, ты должна подготовить сами устрицы – все восемьдесят штук. Нам понадобится лук-шалот, семена фенхеля, шпинат, лимонная цедра. Затем приготовь соус табаско, сделай панировку из сухарей, а само блюдо я приготовлю лично.
«Королевские устрицы» – так называлось это блюдо, о котором говорила кухарка, и воистину сейчас для нас это было очень дорого! Его Светлость не одобрит подобное расточительство.
– Устрицы? – переспросил я, хотя со слухом у меня было всё в порядке. Скорее это был вскрик возмущения и неодобрения. – Они стоят целое состояние!
– Вот-вот, мистер Краз, вы прекрасно нас понимаете, – кивнула миссис Пэтти. – Вместо устриц мы вполне могли бы закупить половину из того, что на самом деле сейчас необходимо, но им этого не понять. Когда ешь устриц за чужой счёт, забываешь об их стоимости.
– Вы обязаны поговорить с Его Светлостью, мистер Краз, – обратилась ко мне Эмма. – Такими темпами кузины милорда очень быстро разорят Бистаун. Мы даже опомниться не успеем, как окажемся или на улице без жалования, или проданными новым хозяевам.
– Я поговорю, – пообещал я и гневно прошептал: – Подумать только… королевские устрицы!
– Я не хочу на улицу, – скуксилась Элла, – и новых хозяев тоже.
– Вот поэтому нужно разумно подходить к тратам, – заметила миссис Пэтти и принялась за работу.
* * *Лара
– Дорогая тётя, кузины, позвольте представить мою гостью – леди Лару Свон.
В меня впились три пары глаз, сканируя не хуже рентгеновского аппарата.
– Леди Свон, это мои родственницы, временно находящиеся на моём полном обеспечении: вдовствующая графиня Берта Мария Бист и её дочери, мои кузины – леди Кларисса Бист и леди Адель Доэрти.
– Приятно познакомиться, – произнесла я вежливо.
Ответом кузин мне было высокомерное молчание.
Лишь графиня произнесла:
– Занятно. Видимо вы та самая леди из грязевой лужи. Горничная уже донесла.
Граф поджал губы.
Я обаятельно улыбнулась, демонстрируя идеальные зубы.
– Грязевые ванны нынче продлевают молодость, – вернула графине колкую шпильку.
Женщина гневно раздула ноздри, но не нашлась с ответом.
И пока гремучие зме… то есть, леди рассматривали меня, я решила внимательно изучить их самих.
Младшая дочь графини леди Кларисса Бист с первого взгляда не привлекала внимания. Я могла бы дать ей лет тридцать. Она была худа, нездорово бледна, держалась немного сутуловато. Но черты её лица были тонкими и правильными. Особенно хорош был её чистый и ровный лоб над тонкими, как бы надломленными бровями. Волосы медного оттенка были собраны в высокую причёску, демонстрируя окружающим тонкую и длинную шею. Едва заметная улыбка на губах была искусственной и, безусловно заученной до привычки.
Красивое, даже роскошное платье совершенно ей не шло и подчёркивало одни только недостатки высокой и угловатой леди. А украшения – массивные, излишне яркие совершенно не сочетались с нарядом.
Леди Адель Доэрти. Старшая дочь.
Нос у неё несколько великоват и на орлиный лад. Верхняя губа, точно нитка, тогда как нижняя излишне полная; зато её цвет лица великолепен, ровный и матовый, ни дать ни взять слоновая кость. Волнистый лоск тёмных волос привлекал взгляд. Причёска у леди идеальная. И её глаза, тёмно-серые, красивой формы. И взгляд её был томным и распутным. Лёгкая полуулыбка на губах словно сообщала, что леди знает, как она чертовски хороша.
На вид ей около сорока лет.
Признаю, леди Доэрти роскошная женщина.
Их мать вдовствующая графиня Берта Мария Бист.
Спокойный взгляд, большие строгие и очень хитрые глаза. Крупные и выразительные черты лица.
Широкоскулое, с массивным подбородком лицо графини приковывало к себе взгляд. У неё была очень белая кожа. Две безукоризненно чёткие линии бровей стремительно взлетали вверх – от переносицы к вискам. Выражение её лица высокомерное.
Все три женщины, несомненно, приковывали к себе взгляд, и в них чувствовалась порода. Одним словом в их жилах текла кровь аристократов. Но при этом, я видела, что они привыкли жить излишне роскошно, ни в чём себе не отказывали.
Капризны и изнеженны.
И… бесполезны.
Вдовствующая графиня не стремилась снова замуж, хотя не так уж и стара.
У другой брак аннулирован из-за уличения её в измене. (Спасибо горничной, что рассказала).
Третья – старая дева. (Как сказала Фанта: у леди Клариссы самый скверный характер).
У них нет никаких дел: ничем не занимаются, кроме глупого вышивания и чтения романтических книг. Ах да, ещё обсуждают моду и обсасывают сплетни.