Николай Солнечный. Книга первая. Новогодняя ночь

Коля всё продумал и ждал возможности реализовать свой план. Увидев круглое зеркальное отверстие, он радостно устремился в него.

Вынырнув, он оказался стоящим в колодце. Вокруг гремела музыка, мигали огоньки, танцевали подростки. Коля смотрел на всё это и испытывал невероятное счастье. Он был так рад вернуться в свой мир, так рад всем, что, казалось, готов обнять каждого. Он выбрался из колодца и стал искать Лёню и Катю, по пути похлопывая по плечу кого-то из ребят и радостно поздравляя с Новым годом. Ему нужно было выплеснуть свою радость, и другого способа он не придумал.

Наконец, он увидел в толпе танцующих ребят дёргающийся голубой костюм Снегурочки и поспешил к другу. Подбежав сзади, он обнял Снегурочку со спины и удивился: под его руками оказался кто-то очень стройный и с грудью. Потом голова Снегурочки в голубой шапочке с белой косой навыпуск повернулась.

– Ах, Дед Морозик! – услышал Коля голос Потёмкиной Лены. – Куда ж ты пропал? Уже несколько медляков зря пропали.

Лена смотрела на Колю ласково и улыбалась. В другой момент Коля бы только обрадовался, забыл про её целования с другим парнем, которые, возможно, просто выдумали, обнял бы Лену снова и даже поцеловал, чтоб она не думала, что он малолетка и трус. Но сейчас ему было совсем не до Лены, положившей свои руки ему на плечи.

– Лёнька где? – строго спросил Коля.

– А зачем он тебе? – продолжала обнимать Колю за плечи Лена.

– Дело у меня к нему. Срочное, – объяснил Коля. – Костюмы нужно вернуть, пока музыкантша не прознала. Снимай костюм и говори, где Лёнька.

– Ох, раскомандовался, – рассмеялась Лена. – Лёнька твой костюм мне одолжил, а сам со Светкой пошёл. Покурить, – хитро улыбалась Лена.

– Лёнька не курит, – буркнул Коля.

– Ой, ну, значит, целоваться пошли. Что ты, не понимаешь, что ли? – фыркнула Лена.

– Куда? – стал снимать с Лены костюм Снегурочки Коля, понимая, что дело осложняется Лёнькиными амурными делами.

– Эй, полегче. Ты чего? – возмутилась Лена, но сопротивляться не стала, позволила снять с неё костюм Снегурочки, а шапку вместе с косой отдала сама, встряхнув своими зелёными волосами. – Ещё даже не целовались, а ты уже раздеваешь!

– Мне костюм отдать нужно, – сменил строгость на ласковость Коля, запихивая шапку с косой в рукав костюма. – Понимаешь? Попадёт нам очень, если не вернём срочно. Не обижайся. Мы с тобой ещё потанцуем. Ты классная! Так куда Лёнька со Светкой пошёл? – гладил по плечу Лену Коля.

– Да под лестницу, наверное. Куда ж ещё? – пожала плечами Лена.

– Спасибо! – воскликнул Коля и чмокнул Лену в щёку.

Она в ответ улыбнулась, а Коля с вывернутым наизнанку костюмом Снегурочки в руках побежал к выходу из спортивного зала.

Танцующие дёргали его за рукав, приглашали потанцевать с ними, но Коля отвечал им всем «Потом! Потом! Я сейчас!» и бежал дальше. Катя на глаза ему не попадалась.

Выбежав в коридор, Коля ещё быстрее побежал к лестнице. Заглянул под неё. Там никого не оказалось. Потом он побежал в другое крыло здания и там под лестницей нашёл парочку, в которой целующиеся плотно прижимались друг к другу.

– Лёнька, ты? – выкрикнул Коля.

– Тебе чего, малой? – ответил обернувшийся старшеклассник.

– Лёньку Воробьёва не видели? – спросил разочарованный Коля.

– Никого мы не видели. Иди отсюда, – ответил старшеклассник.

Коля вернулся в коридор и с силой ударил кулаком воздух. Он понятия не имел, где ему искать Лёньку.

– Солнечный, ты что здесь делаешь в таком виде? – услышал Коля с лестницы голос директрисы.

– Я? – обернулся Коля и посмотрел в строгие глаза Виталины Ивановны. – Я ничего. Я уже! Костюмы заносил.

– Да я вижу, как ты их заносишь. А что это ты сделал с шубой? – возмущённо осматривала безнадёжно выпачканные полы дедморозовского костюма Виталина Ивановна.

– Это не я! – машинально выпалил Коля и закрыл ладонью своё лицо. – Вернее, не совсем я. Короче, долго объяснять. Я сейчас всё занесу. Вы Лёню Воробьёва, случайно, не видели?

– Видели, – сложила руки на груди Виталина Ивановна. – Его тошнило. Я велела увести его к медсестре. Хорошо, что она сегодня осталась на ночь.

– Мне нужно к нему, – хотел уже сорваться с места Коля.

– Потом навестишь, – положила руку Коле на плечо Виталина Ивановна. – С ним Аркадия Сергеевна. – Так где ты так выпачкал костюм? – строго смотрела на Колю директриса.

– Ой, простите, я нечаянно, – стал оправдываться Коля. – Оно само как-то получилось. Я даже не заметил. Мне Катю нужно срочно найти. Она мне поможет всё почистить, – старался говорить вежливо и спокойно Коля, тогда как внутри у него всё бушевало от невозможности провести сейчас в изнаночный мир Лёню.

Коля думал о том, что теперь ему нужно найти хотя бы Катю, провести её, а про молодую ветку для Дуба позаботиться в следующий визит.

– Катю я не видела. На дискотеке, наверное. Заноси костюмы и возвращайся. Скоро Новый год. Потом танцуете ещё минут тридцать и по кроватям, – распорядилась Виталина Ивановна.

– Да, хорошо, – поддакнул Коля и пошёл на лестницу.

Он поднялся на один пролёт и стал смотреть, куда пошла директриса. Увидел, что она идёт по коридору к спортивному залу. Решил сбегать в спальни девочек, поискать там Катю. Спустился по лестнице и побежал в крыло здания, где располагались спальни.

В коридоре ему встретилась группка смеющихся девочек, явно спешащих вернуться на дискотеку.

– Катю не видели? – спросил у них Коля.

– Катя твоя в медблок побежала, Воробьёва спасать. Спасительница! – пренебрежительно фыркнула одна из девочек.

– Ох, ты ж ёжик! – воскликнул Коля от досады, но потом даже обрадовался и помчался в медблок.

Для этого нужно было подняться на второй этаж по лестнице и перейти по длинному коридору в другой корпус. Коля переживал, что тратит драгоценное время на поиски Лёни и Кати, и думал только о том, как быстро вернуться в спортзал всем вместе. Он никак не ожидал встретить в коридоре Татьяну Львовну.

– Ох! – простонал Коля, понимая, что сейчас ему не отвертеться. – Это я! – выпалил он сразу в ответ на недоумённый взгляд Татьяны Львовны.

– Я вижу, что это ты, Николай. Но вид твой меня совсем не радует, – строго сказала Татьяна Львовна.

– Нет, вы не поняли. Это я. Выпачкал и испортил шубу – я. Взял её без разрешения и костюм Снегурочки тоже. Простите. Я обязательно всё верну. Потом. Сейчас они мне очень нужны.

– Я тебя не узнаю, Николай. Ты болен? С тобой всё нормально? – в голосе Татьяны Львовны появилось беспокойство.

– Нет, ненормально. Мне в медблок надо, – решительно ответил Коля.

– Хорошо. Пойдёшь в медблок, но сперва вернём костюмы на место, пока они ещё хоть на что-то похожи. Я же за них материально ответственное лицо. А ты так подвёл меня.

"Это не я!" – хотелось выкрикнуть Коле, но перед глазами стоял дедушка Тополь, крикнувший эту же фразу, и Коля пересилил себя.

– Да, подвёл. Я виноват. Простите, – врать, что он больше так не будет, Коля не стал. – Но отдать костюмы я сейчас не могу.

– Можешь и должен, – взяла Колю под локоть Татьяна Львовна. – Идём. Сам взял, сам и положишь на место, а я кабинет закрою.

– А как же Новый год? – взмолился Коля.

– Подождёт! Вернёшь вещи и войдёшь в Новый год порядочным человеком, – решительно ответила ему Татьяна Львовна.

Коля застонал от беспомощности что-то изменить. Убежать в медблок, а потом в спортзал он хотел ровно минуту, пока у Татьяны Львовны не зазвонил мобильный телефон.

– Да, Виталина Ивановна, я уже иду. Мы с Солнечным только костюмы в кабинет занесём, и я приду. Да? Вы тоже его видели? Конечно, примем меры уже завтра. Сегодня он себе праздник и так испортил.

Коля, подцепленный Татьяной Львовной за локоть, решил не сопротивляться, побыстрее отнести костюмы и разыскать Катю и Лёню. А там уже они вместе решат, как поступить, или он придумает что-то.

Через несколько метров Татьяна Львовна убедилась, что Коля больше не сопротивляется, и отпустила его локоть.

– Умеешь ты, Николай, находить приключения даже там, где можно просто радоваться жизни, – сказала она.

– Да уж. Это точно, – согласился Коля.

– Ты сегодня какой-то другой. Ты выпил, что ли? Не отпирайся. Я знаю, что ваши мальчишки воруют стратегические запасы Олега Палыча. Мы его и упрашивали, и угрожали, чтоб он на работе спиртное не держал, да разве он женщин станет слушать?! Эх, мужчины! Умеете всё испортить! – горячилась Татьяна Львовна.

– Вы сейчас про меня или про Олега Палыча? – решил уточнить Коля.

– Про мужчин в целом, – ответила Татьяна Львовна.

– Думаете, мы все такие?

– Не знаю. Надеюсь, что нет.

– Где ваша дочка?

– Она спит. У нянечки в комнате. Если проснётся, Степановна мне позвонит.

– А почему вы в новогоднюю ночь здесь, с нами? – спросил Коля Татьяну Львовну, когда они вышли из коридора и стали подниматься по лестнице.

– Так сложились обстоятельства, – уклончиво ответила Татьяна Львовна.

– Обстоятельства. Понятно, – протянул Коля.

– Что тебе понятно, Солнечный? Вот что тебе может быть понятно? – вдруг стала сердиться Татьяна Львовна. – Ты же ничего не знаешь. Ты в этом совершенно ничего не понимаешь, а туда же. Понятно ему!

– Так вы же не объясняете! Вот я и понял, что вы говорить об этом не хотите, – дерзко ответил Коля.

– Конечно, не хочу! Почему я должна тебе про свою личную и семейную жизнь рассказывать? Совершенно не должна, – горячилась Татьяна Львовна, поднявшись на третий этаж и подойдя к кабинету дефектолога. – Клади костюмы на стул.

– Просто я не представляю, как можно в Новый год быть не дома, а здесь, да ещё с дочкой. Это же семейный праздник, – признался в своём непонимании Коля, сняв шубу Деда Мороза и положив оба костюма на спинку стула.

– Не понимаешь? – сердилась и закрывала кабинет на ключ Татьяна Львовна. – Ты тоже не понимаешь, почему чужие дети могут быть мне дороже собственной семьи? А вы мне дороже! Дочь свою я люблю. Я засыпаю, её обнимая, и просыпаясь, глажу её по голове и целую в щёку. Но я не могу каждого из вас обнять перед сном и поцеловать утром. Я могу только разучивать песни и танцы, я могу устроить замечательный новогодний утренник или уговорить директора провести дискотеку для старших. Нарушить распорядок и дать вам отпраздновать… нет, не как всем, но хоть чуть радостнее, чем обычно. У меня сердце за вас, оболтусов, болит. Но я от этого Виолетку люблю не меньше, а больше. И привела её сегодня сюда, потому что не хочу делить детей на своих и чужих. А если Толик этого не понимает, то пусть и празднует один или с друзьями этот прекрасный семейный праздник. Потому что семья – это про поддержку, а не про счёты, кто кого любит больше, – всё это Татьяна Львовна говорила быстро, очень эмоционально, и в глазах у неё стояли слёзы, которым она не позволила пролиться.

Коля просто стоял напротив, смотрел на неё распахнутыми глазами и молчал.

– Ладно, Коля, Новый год уже почти. Беги, куда тебе надо. Про костюмы завтра поговорим. С Новым годом! – резко переменив тон, сказала Татьяна Львовна.

– С Новым годом! – крепко обняв Татьяну Львовну, выкрикнул Коля и побежал вниз по лестнице.

У него появился шанс всё успеть, пока дискотека не закончилась.

Коля бежал по коридору так быстро, как никогда в своей жизни не бегал, а в голове стучали слова Татьяны Львовны «семья – это про поддержку, а не кто кого больше любит». Он очень хотел однажды ощутить, что такое семья, и потому решил уже сейчас начать практиковаться в поддержке.

Прибежав в медблок, он резко распахнул дверь и обмер. Там было тихо и пусто.

– Как? Где? Почему? – простонал Коля.

Из двери в сестринскую вышла встревоженная Аркадия Сергеевна, средних лет полноватая женщина с гулькой на голове и в очках с сильными линзами.

– Что, кому-то опять плохо? – спросила она. – Ты чего так дышишь?

– Я бежал, – пыхтел Коля. – Где Воробьёв? Где моя сестра?

– Воробьёва рвало, потом он лекарство выпил, полежал, и девочки его увели, – растерянно смотрела на запыхавшегося Колю Аркадия Сергеевна. – С тобой точно всё в порядке? – пыталась измерить пульс на запястье Коли медсестра.

– Да, нормально, – пытался отдышаться Коля. – Какие ещё девочки?

– Я не знаю. Одна маленькая светленькая такая, а другая постарше и повыше. Грудастая, – описала Аркадия Сергеевна Катю и Свету.

– Понятно. Они на дискотеку, что ли, вернулись? Почему я их не встретил? – спрашивал больше у себя самого Коля. – Видно, разминулись, пока я костюмы заносил. Ладно. Спасибо! С Новым годом!

– С Новым годом! Да! – просияла Аркадия Сергеевна. – Уже двенадцать как раз! Подожди, я тебя пирожком угощу. С капустой! – радостно предложила медсестра, ушла в сестринскую, а потом вернулась. – Вот тебе, – протянула она два пирожка в бумажной салфетке. С Новым годом!

– Спасибо! – искренне поблагодарил Коля и обнял Аркадию Сергеевну. – Я очень голодный! Вы меня просто спасли! Спасибо!

Коля прижал пирожки к груди и побежал в коридор, а потом по коридору в основной корпус. Он, действительно, ощутил сильнейший голод, как только услышал про пирожки, но побоялся есть их сейчас, чтобы не поперхнуться, потому что на бегу есть не мог и не бежать не мог.

Добежав до спортивного зала, он услышал громкие радостные крики на фоне ещё более громкой музыки. Ребята танцевали и кричали поздравления друг другу. Несколько взрослых из числа учителей прохаживались перед входом и внутри зала, приветливо отвечая на поздравления. Коля остановился, откусил один пирожок, ощутил, как возликовал его желудок. Стал всматриваться в танцующих, но ни Кати, ни Лёни нигде не видел.

Он съел два пирожка, стоя недалеко от входа и тщетно высматривая сестру и друга, как вдруг услышал голос и от неожиданности даже подпрыгнул.

– Такой дурацкий Новый год, – недовольно проговорила Катя, подошедшая сзади и стоящая сейчас рядом, сложив руки на груди.

– Катюха, наконец-то! – обрадовался Коля и крепко обнял сестру.

– Тише, раздавишь, – попыталась освободиться из братских объятий Катя.

– Я тебя целую вечность ищу! – сообщил счастливый Коля.

– Полчаса для тебя это вечность? – хмыкнула Катя. – Коротковато. Но приятно, что я хоть кому-то в радость.

– А ты где была? Ты чего такая недовольная? – спросил Коля, всё ещё неспособный унять свою радость от встречи с сестрой.

– Да Воробьёв твой… Тот ещё! Никогда ему не забуду.

– Да что он сделал?

– Он? Ни-че-го! Даже спасибо не сказал!

– За что?

– За помощь! Я прибежала. Ему плохо. Светка эта, колбаса с хвостиком, охает, ахает над ним, а я медсестре помогла. Мы его держали, я миску подставила. Даже выпачкалась вся, пришлось потом переодеваться идти. А та колбасина только в стороне стояла да охала, что Новый год не там встречает. Я ей говорю «так иди отсюда, празднуй», а он «нет, нет, останься». Потом лежал такой на кушетке, стонал, за руку её держал. Я его уговорила таблетки выпить. Чтоб не рвало больше. Он ещё сопротивлялся. А потом ушёл с ней. А я как дура. Ещё проводить его хотела. А он мне «иди, нам нужно вдвоём поговорить». Всё равно она с ним целоваться после его рвоты не будет. Зря надеется, – сердито смотрела в толпу танцующих Катя.

– Так он здесь? – высматривал друга Коля.

– Понятия не имею. Надеюсь, что нет, – сердито ответила Катя.

– Жаль. Но ладно. Идём. Нам с тобой в колодец нужно, – взял сестру за руку Коля.

– В какой колодец? Ты нормальный? – возмутилась Катя.

– Ты же сама хотела встретиться с Дедом Морозом, – напомнил Коля. – Вот. Всё, как ты хотела. Я с ним уже встретился и обещал тебя привести, как главную его помощницу. Ему твоя помощь нужна. Ты у нас специалист по кормежке людей лекарством, – не успел договорить Коля.

– Нет, спасибо. Хватит с меня. Кормитесь лекарствами сами, – резко перебила Катя брата, развернулась и вышла из зала.

Коля догнал её в коридоре.

– Хорошо, не надо никого кормить. Просто идём со мной. Я обещал тебя привести. Ты же хотела волшебства, а это настоящее волшебство, – пытался приободрить Катю Коля.

– Какое волшебство, Коля? Ты мне сам говорил! Волшебства нет. Есть только придумка, обман. И ты сейчас хочешь меня обмануть. Только зачем, Коля? Зачем? Это шутка у вас такая? – почти плакала Катя.

– Катюха, нет, – взял сестру за плечи Коля. – Я тебе правду говорю. Вернее, почти правду. Просто долго всё объяснять. Времени нету. Проход закроется. Может, уже закрылся, пока я тут тебя уговариваю. Нам ещё нужно костюмы где-то найти, чтоб в изнаночный мир пройти. Без костюмов не получился, – стал нервничать Коля.

– Ты ещё не все костюмы перетаскал? Что вы с ними делаете? – воспитательным тоном спросила Катя.

– Я их на место отнёс. Меня директриса и музыкантша с ними засекли. Пришлось вернуть. А теперь нужно где-то другие взять, потому что она кабинет на ключ закрыла. Ты не знаешь, где взять другие костюмы? Нам два нужно. Тебе и мне. Лучше бы три, ещё для Лёньки, – недоговорил Коля.

Катя посмотрела на него таким выразительным взглядом, что Коля понял свою ошибку: говорить о Лёне сейчас было лишним. Но привести кого-то Рюриковичу нужно. Коля вспомнил о Лене. Она же хотела с ним потанцевать. Вот и повод.

– Я хотел сказать – для Ленки. Потёмкиной. Я ей тоже обещал… Ну, это, волшебство показать, – стал путаться Коля.

– Опять врёшь! – упрекнула брата Катя.

– Да. Вру! – вдруг признался Коля. – Иди сюда.

Коля отвёл Катю в сторону, чтобы их не услышали случайно проходящие мимо.

– Слушай. Я тебе сейчас скажу всё, как есть, но ты не думай, что я всё придумал или с ума сошёл, хотя я чуть от всего не свихнулся. Значит, так. Я случайно упал в колодец и попал в лес. Там говорящие деревья. И это не просто деревья. Они духи рода. Вернее, одно дерево – это дух какого-то рода. Они там живут и умирают. Раньше в огненной реке сгорали, теперь овраг переходят и остаются на полигоне, где куча сухих и гниющих деревяшек. Я там одного и встретил. Рюриковича, и он мне здорово помог. Мы с ним и через реку воспоминаний прошли и на лугу были, и в зеркале души. У меня душа чистый лёд оказалась, пока мне про любовь всё не объяснили. Ещё там есть белка, она хорошая, и ворон, он стражник. Ещё есть волк – это Суровый, санитар этого леса, и с ним плющ, который в душе ребёнок и который то ли помогает умирающим деревьям, то ли наоборот. Я запутался, – махнул рукой Коля.

– О чём ты говоришь? Это фильм какой-то? Или комикс? – смотрела непонимающим взглядом на брата Катя.

– Нет, это со мной было! в эти полчаса, что меня здесь не было. Вернее, там вообще времени нет. Я отсюда туда упал, там два дня прошло, а здесь ни минуты. Полчаса я по зданиям бегал, вас с Лёнькой искал, когда вернулся. Мне с вами туда нужно. Срочно! Пока проход не закрылся. Сейчас потаённое время. Я не знаю, сколько оно будет длиться. Я обещал быстро прийти, – тряс Катю за руки Коли.

– Нет, ты так обманывать не умеешь, – внимательно смотрела на Колю Катя.

– Конечно, не умею! Я бы такое не в жизнь не выдумал! – подтвердил Коля.

– А как же Дед Мороз? – спросила Катя.

– Про него долго, но поверь мне: дух рода – это почти Дед Мороз и есть. Даже лучше. Я встретил там нашего Деда Мороза, персонального. Только договориться с ним не смог. Вот для этого мне нужна ты. А то он не хочет морошку есть. Понимаешь? – с мольбой посмотрел на сестру Коля.

– Нет, ничего не понимаю. Но пойдём. Если кому-то нужно помочь, то конечно, – наконец-то согласилась Катя.