Бесогон-2. Россия вчера и сегодня

Фотография на переплете: © Вячеслав Прокофьев / Фото ИТАР-ТАСС

© Михалков Н. С., 2023

©Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

«БесогонТВ» – история защиты истины. Поиски правды в нынешней непростой обстановке в мире, и особенно на международной арене, как никогда востребованы. Мы сталкиваемся со множеством угроз, включая «фальшивые новости», «постправду», бесконтрольную и агрессивную пропаганду, создающую искаженные образы в умах людей. Навести порядок в этом океане лжи – непростая задача. Решить ее может помочь только честность, искренность, прямота, неравнодушие и непоколебимая вера в торжество правды. Все это простым и ясным языком, аргументированно и спокойно доносит до аудитории автор «БесогонТВ» Никита Михалков».

Дорогие друзья!

Наш «Бесогон» приветствует вас в книжном формате. Здесь, под одной обложкой, собраны выпуски за несколько лет. Мы говорили в них о разном. Тут наши «друзья» на Западе и их союзники внутри страны. Помпезный Ельцин-центр и чудеснейшие люди в многочасовой очереди на выставку художника Серова. Безобразия, даже трагедии, которые случались и все еще случаются в нашей жизни, – но и примеры высокого, истинного, не голливудского героизма жителей великой страны, России.

Насколько все эти темы и эти герои актуальны сегодня, несколько лет спустя? Решать вам. Но мне кажется, что изменилось, в сущности, немногое, несмотря на пандемию, охватившую весь мир. Ковид не ковид, а некоторые государственные деятели на Западе все так же не хотят укрепления нашей страны. Они делают все, чтобы не допустить этого укрепления. Так же активны их подголоски внутри России. С прежней наглостью наступает на нас совершенно безумная массовая культура, пытаясь вытеснить истинное, родное. Никуда не делись и отечественные бюрократы, а также казнокрады и взяточники. Но, слава богу, Россия по-прежнему богата хорошими людьми, которые в непростых ситуациях проявляют чудеса стойкости и героизма. Я хочу, чтобы они стали известны народу.

Кроме того, в книжном «Бесогоне» вы найдете завязку некоторых сюжетов, которые продолжают развиваться на наших глазах. Например, связанных с ситуацией на Украине.

Ну и конечно, всех по-прежнему жду у экранов телевизоров и компьютеров. Программа «Бесогон» продолжает жить и бороться, уже больше 10 лет, и в эфире, и на книжных страницах! Сдаваться не собираемся.

Ваш Никита Михалков

«Все ли экономическое на экономическом форуме и зачем стояла очередь на Серова?»

[1]

Я не экономист. Но я живу в нашей стране, я слушаю, читаю, смотрю, чувствую. И у меня возникают вопросы, сомнения и разочарования. Я говорю сейчас об экономическом Гайдаровском форуме. Я не хочу обсуждать личность Егора Тимуровича Гайдара. Все стало достаточно очевидно за минувшие годы. Согласитесь, словосочетание «Гайдаровский экономический форум» у большинства нашего населения вызывает саркастическую ухмылку. А кто-то взрывается тирадой не очень хороших слов…

Но сейчас речь не о том, что было обнищание. Были и жестокость, и равнодушие, и пренебрежение к людям, которые жили по другим правилам, а их сразу окунули, не подготовив, в совершенно иную жизнь. Сегодня, казалось бы, все точки над i в характеристике того времени расставлены…

Но вот Гайдаровский форум: о чем там говорят сегодня? И кто говорит? Из этих речей возникает довольно печальная картина нашего существования. Это хорошо, что мы слышим правду. Но у меня возникает некое недоумение: практически все те, кто делал в России экономическую революцию, спустя двадцать лет рассказывают нам о том, что сейчас плохо, а будет еще хуже. Согласитесь, тут есть какая-то неловкость.

Я еще понимаю: были одни, напортачили, пришли другие, рассказали, что те напортачили, и сделали лучше. Но это те же люди!

Например, Герман Греф. Образованнейший человек, прекрасный оратор, был в свое время министром экономического развития и торговли. Сегодня он глава крупнейшего банка – Сбербанка. Вот его слова: «Мы проиграли конкуренцию, мы оказались в состоянии стран, которые проигрывают, в стане стран-дауншифтеров. Что с этим можно сделать? Нужно изменить все государственные системы. Нужно изменить государственные институты».

Владимир Рыжков – политик, историк. Был депутатом Государственной думы, медийное лицо. Вот что он сказал на Гайдаровском экономическом форуме: «Я утверждаю, что к осени этого года сложатся все предпосылки как для массовых протестов, так и для тяжелых неудач партии власти на выборах в Государственную думу. Это означает, что оппозиция сможет мобилизовать массовые акции протеста и в Москве, и в Санкт-Петербурге, и в других крупных городах. Речь может идти о сотнях тысяч людей. Я убежден, что экономический кризис перерастет в политический кризис, и я бы хотел призвать всю оппозицию, какого бы цвета и оттенка она ни была. Мой призыв к оппозиции – дерзать! Если оппозиция на всех уровнях будет дерзать, она преуспеет».

Андрей Нечаев, один из тех, кто был у руля в то время, когда происходила экономическая революция в новой России. Вот что он говорит сегодня: «Я глубоко убежден, что кризис, который мы сейчас переживаем, имеет не конъюнктурный, не циклический, а глубоко системный характер, это абсолютно очевидный признак тупиковости той модели экономического развития и социального развития, которая была выбрана в середине “нулевых” годов, и подтверждением этого является то, что падение основных макроэкономических показателей у нас началось с 2012 года, то есть задолго до всего обострения геополитической ситуации, до санкций, до событий на Украине, и даже до болезненного для российской экономики падения цен на нефть. Есть, безусловно, протестные действия, в том числе нарастающие по конкретным поводам. Вот когда эти протестные действия по локальным поводам объединятся с протестом по экономическим причинам, тогда, как мне представляется, политические риски резко возрастают. Я не могу здесь разделить оптимизма моего доброго друга и единомышленника Володи Рыжкова, что это произойдет уже к осени, я не исключаю, что это произойдет позже, но рано или поздно это не может не произойти. Ну мы с вами прекрасно помним, что, когда Россия вступила в Первую мировую войну, – тогда, правда, слова “рейтинг” не было, но популярность Николая II была фантастической. Рабочие делегации приходили с выражением поддержки, женщины падали на колени, целовали полы френча, и в современных терминах рейтинг был, наверное, 101 %. Через два с небольшим года его не защищала даже личная охрана. Поэтому рейтинг – это вещь такая очень условная и очень проходящая».

А вот еще цитата, принадлежащая Нечаеву: «У товарищества нет другой цели, кроме полнейшего освобождения и счастья народа, то есть чернорабочего люда. Но, убежденное в том, что это освобождение и достижение этого счастья возможно только путем всесокрушающей народной революции, товарищество всеми силами и средствами будет способствовать развитию и разобщению тех бед и тех зол, которые должны вывести, наконец, народ из терпения и пробудить его к поголовному восстанию… Наше дело – страстное, полное, повсеместное и беспощадное разрушение».

Я понимаю удивление и возмущение людей, в сознании которых эти слова соединились с образом Андрея Алексеевича Нечаева, нашего современника. Нет. Эти слова принадлежат другому Нечаеву, Сергею Геннадьевичу, и написаны они в 1869 году. Это знаменитый «Катехизис революционера». Кстати, одна из любимых книжек Иосифа Виссарионовича Сталина в молодости.

Вы не видите здесь некой связи? Вы не видите, как экономический форум становится политической трибуной? Подталкивающей к протестам народ, который живет сегодня в тяжелейших условиях, под жесточайшими санкциями – с падением цены нефти, с падением рубля… К тому, о чем великий Пушкин писал: «Русский бунт – бессмысленный и беспощадный».

И посмотрите, как ловко используются сегодняшние болевые точки. Спикеры форума заявляют: «Я предупреждал, мы говорили об этом!» Но, господа, помилуйте! Не вы ли были все это время у штурвала экономического развития страны? Либо вы говорите: «Мы уходим, у нас не получилось, нам не дали». Либо вы должны отвечать за то, что происходит, а не констатировать катастрофическое положение. Тем более не предрекать сурово волнения, революцию, беспорядки, бунт, кровь, бесчинства и так далее. Я абсолютно убежден, что, если, не дай господь, завяжется что-нибудь братоубийственное, мы не увидим в первых рядах бунтующих тех, кто сегодня призывает народ выйти на площадь.

Либо вы говорите: «Мы уходим, у нас не получилось, нам не дали». Либо вы должны отвечать за то, что происходит, а не констатировать катастрофическое положение. Тем более не предрекать сурово волнения, революцию, беспорядки, бунт, кровь, бесчинства и так далее. Я абсолютно убежден, что, если, не дай господь, завяжется что-нибудь братоубийственное, мы не увидим в первых рядах бунтующих тех, кто сегодня призывает народ выйти на площадь.

Какую же альтернативу предлагают люди, недовольные происходящим?

«Первое, и самое главное, что требуется, – убрать российские войска с чужих территорий – c Украины, из Сирии, из Южной Осетии и Абхазии; вернуть Крым Украине, Южную Осетию и Абхазию – Грузии, Приднестровье – Молдове. Объявить с трибуны ООН о намерении Москвы стать безъядерной державой и предложить Соединенным Штатам и ЕС выкупить все имеющиеся в России ядерные боезаряды. Ликвидировать вооруженные силы наступательного характера, а вместе с ними и ОМОН, как репрессивный аппарат власти. Провести люстрацию судебно-прокурорской системы. Распустить Государственную думу и Совет Федерации, запретив баллотироваться в новые органы власти всем, кто занимает в настоящее время руководящие посты или имеет депутатский мандат».

То есть это полная смена власти. Те, кто был у власти, выметаются из нее и приходит – кто? А вот те самые, которые предложат выкупить Соединенным Штатам и ЕС наши ядерные боеголовки.

«Пригласить в Россию западных менеджеров для управления крупными компаниями и работы в министерствах. Переформатировать федеральное деление России и создать восемь-десять крупных губерний с максимально независимым от центра управлением. Провести гласные суды над всеми государственными и военными преступниками.

В конце минувшего года одно из самых авторитетных американских аналитических агентств, “Стратфор”(Stratfor), опубликовало доклад, в котором прогнозируется распад России в ближайшее десятилетие в силу многих экономических и политических причин. Центробежные силы очень скоро превзойдут силы центростремительные. Обескровленная Москва в отсутствие финансовых ресурсов не сможет удержать регионы под своим контролем: вассалы остаются верноподданными до тех пор, пока их кормят с “барской руки”. Как только эта рука оскудеет, они побегут искать другого господина».

Братцы, это про нас с вами. Более ста сорока миллионов вассалов. Вы посмотрите, с каким унизительным пренебрежением говорится все это. Мы, потерявшие эту «барскую руку», с которой нас кормят, кинемся искать другого хозяина. Это насколько же нужно не понимать, что такое русский человек! Или специально навязывать нам определенную модель действий. Вот в чем, наверное, самая главная их задача.

Выше процитирован отрывок из статьи «Россия и Запад: по скользкому льду». Опубликована она 10 января 2016 года, автор текста – Герман Обухов. Кто это? Это координатор международной антипутинской коалиции «Стоп фашизм в России», автор «Радио Свобода», российский правозащитник, бывший советский диссидент, председатель Международного антивоенного форума политзаключенных СССР и стран Варшавского пакта, сопредседатель российского общества политзаключенных. Гражданство у него двойное: российское и, правильно, американское. Он не был участником форума, но вы посмотрите, как рифмуется то, о чем говорит господин Обухов, с тем, что говорили на форуме экономисты и политики. Как они подводят нас к тому, что предлагает Обухов: уберите пушки, дайте масло, распилите самолеты, отдайте боеголовки, дайте колбасы. Чем больше колбасы – тем свободнее народ. Потрясающая логика потребления! Она исключает самосохранение народа. Не самосохранение этих господ – они-то будут в порядке. Они уже свое накопили. Самосохранение всех остальных – страны, Русского мира.

Это напрямую смыкается с удивлением и даже недоумением госпожи Олбрайт в бытность ее одним из руководителей Соединенных Штатов по поводу того, насколько велика Россия. Несправедливо, чтобы такие территории, как Сибирь и Дальний Восток, принадлежали России. Оставить Москву, Санкт-Петербург, Тулу. И то – Тулу надо забрать, там оружие делают…

Это, конечно, никак не вписывается в наши представления о будущем страны. Не такой мы хотим ее видеть. Тем более не такой ее видели те, кто проливал за нее кровь.

Вот как это оценивает публицист Егор Холмогоров: «Либеральный инстинкт потребления, занявший в нашем “великом парламенте инстинктов” кресло настоящего диктатора, у которого нет места для дискуссий, требует немедленно заткнуться от робко заявившего о себе инстинкта самосохранения.

Инстинкт самосохранения напоминает, что нации, не способные защищать свои интересы с оружием в руках, идут на шашлык. Что нации, которые не способны создать современную развитую промышленность и всецело зависимые от импорта и в своем экономическом цикле, и в своем жизненном стандарте, даже на шашлык не идут – их пускают на корм собакам. Что нации, подвергающие себя самокастрации путем отказа от промышленной и от демографической политики, вряд ли проживут долго.

Все эти простые истины инстинкта самосохранения полностью перебиваются основным либеральным инстинктом – потреблять.

И сегодня те же люди, которые уничтожали производительные силы нашей экономики, нехорошо посматривают по сторонам с вопросом: “А давайте кого-нибудь съедим, а потом откроем ворота?”

В осажденной крепости первое и важнейшее условие, чтобы благополучно пережить осаду, – вовремя нейтрализовать всех любителей открывать врагу ворота и всех людоедов».

Мы понимаем, что все это говорится во благо народа, ведь народу трудно, народ переживает тяжелые времена… Ну хорошо, забудем, что кто-то считает его вассалом, который ест с «барской руки», а если что, бежит к другому барину. А какому же именно народу хотят помочь ораторы?

Очень точно, сама этого не подозревая, о таком народе сказала писательница Людмила Улицкая: «Нам очень повезло, потому что Альберту Швейцеру пришлось ехать в Африку, бросить Баха и уехать лечить диких, грязных, больных дикарей. Нам никуда не надо ехать, просто достаточно выйти из подъезда. И вот мы уже в Африке, и Африка вокруг нас стонет, воет, бесчинствует, и очень несчастна, и очень нуждается в каком-то отношении к себе».

Вдумайтесь: госпожа Улицкая не видит необходимости, как доктор Швейцер, ехать в Африку к аборигенам, к дикарям, к туземцам. Зачем куда-то ехать? Ты спустился на лифте вниз, открыл дверь, и вот они здесь. Эти дикари, аборигены, туземцы, мало что понимающие, которым нужно очень помочь. А помочь им нужно так: собрать и пустить на бойню. Не пытаясь вместе с ними искать ответы на вопросы и искать выход из сложного положения. Что будет? Смена всего. Не про власть говорю. Я говорю о том, что они хотят «раскачать» нашу страну, Россию.

А что же эти аборигены по формулировке госпожи Улицкой?

Вот стоит огромная очередь. За чем? За колбасой? За водкой? Нет. Люди стоят на выставку художника Серова.

Это трагическое известие для тех, о ком я говорю! Первый удар был нанесен им 9 мая, когда несколько миллионов человек вышли с акцией «Бессмертный полк». Сколько обрушилось на них мерзости, как шельмовали «Полк», «ложь, вранье, купленные, обманутые, водкой поили, носят портреты одних и тех же». И так далее, и так далее. А кругом ОМОН, и автозаки, «их привезли сюда из тюрем»… вот это все.

А теперь еще очередь на выставку. Знаете, почему люди стоят на морозе несколько часов, чтобы увидеть картины Валентина Серова?

Михаил Ямпольский, философ, культуролог, считает: «Вообще говоря, это неинтересный художник, но там висит много всяких великих княгинь, каких-то знаменитостей, такой бомонд Российской империи ее конца, возле каждого портрета краткая биография портретируемого, какая княгиня, или из какой семьи богатеев, и так далее. Все стоят, читают это и восхищаются светской жизнью ушедшей империи. Третьяковка нащупала интерес людей, который лежит вне искусства… Весь этот миф поздней Российской империи тебе дается, ты ходишь и кайфуешь».

Сергей Медведев, журналист: «Эпическая сила искусства, словно финал “Парфюмера”. Это должно было произойти. Вообще ажиотаж вокруг выставки Серова заслуживает анализа. Я был там в ноябре, и уже тогда в воздухе висело нездоровое оживление, большинство пришло явно не за искусством, а за сеансом имперской ностальгии и идентичности, как на выставке “Романовы”. И как обычно, ресентимент кончается истерикой, выломанной дверью и разбитым носом».

Александр Архангельский, журналист: «Духовность на марше. Народ – двереносец».

И таких высказываний масса. Ситуация рассматривается в кривом зеркале. Флешмоб, «купленные люди», наваждение, алкогольный синдром и так далее. И никому не приходит в голову – а может, и приходит, но не хочется, чтобы это было правдой, – что люди просто стоят на выставку великого русского художника посмотреть, почувствовать, услышать его.

Вот несколько высказываний людей, стоящих в очереди на выставку.

«Я, честно говоря, пришла потому, что мои коллеги ходили и говорили, что выставка прекрасная. Я люблю Серова, поэтому я решила сходить, привела ребенка».

«Дело в том, что я видела не все картины знаменитого художника, и мне очень интересно посмотреть эти картины, собранные со всего мира, его цветовое решение, как он компонует… Это сейчас все актуально».

«Мы из Санкт-Петербурга. Поехали специально… Все говорили, что мы сумасшедшие, три часа в очереди стоять…»

«Ну я уже была, но решила еще раз сходить. Когда она еще будет… Лет через 50 только».

«Я второй раз уже собираюсь, потому что первый раз я не успела посмотреть графику Серова».

«Я пришел второй раз. Я был в ноябре, сейчас еще моя сестра подойдет. Такое нельзя пропустить».

«Посмотреть вживую живые картины, потому что, кто уже был на выставке, говорит, что картины, лица светятся».

«Я из Италии, изучаю русский язык и литературу. Пришел на выставку и стою уже полтора часа. Холодно, смертельно холодно. Но, знаете, это здорово, что люди здесь так ценят творчество. Я не могу представить, чтобы что-то подобное происходило в моем городе и, наверное, ни в какой другой стране».

И обратите внимание: «черные пятницы», когда стоят сотни людей, давя детей, корежа стариков, чтобы схватить стиральную машину за полцены, или всю ночь на ладонях пишут номера, мерзнут, чтобы купить за бесценок какую-нибудь тряпку или какой-нибудь прибор. Или очереди в магазине, где продается новый айфон, которые занимаются с ночи, и потом, как только раскрываются двери – сносят не только двери, здания сносят, чтобы скорее получить вожделенный гаджет. Это не обсуждается. Это нормально. Это цивилизация. Это потребитель. Но очередь за Серовым – это как раз очередь настоящего самосохранения.

Очередь за Серовым, эта как раз очередь настоящего самосохранения.

Моя приятельница рассказывала, что ее подруга 1 января решила пойти с ребенком на выставку Серова в 12 часов дня в надежде, что в это время люди еще отсыпаются. Пришла туда, а там уже километровая очередь стоит.

Что касается высказываний либералов об этой очереди, среди них есть истинный шедевр. Это реплика Ксении Лариной: «Об очереди. Это уже не в первый раз я о ней думаю. Поскольку я сама – из поколения очередей. И не только за колбасой и туалетной бумагой. За “духовкой” советские люди тоже стояли часами: на выставку Глазунова в Манеже, на выставку достижений американского хозяйства за значками, пакетами и стаканом “кока-колы”, за билетами на Таганку и в “Ленком».

У меня в семье очереди презирали, из всех видов очередей признавались только очереди в поликлинике – с книжкой в руках, надолго, как неизбежное. И очередь на елочном базаре. Это уж совсем иная история.

Больше ни в каких очередях мы не стояли. Это стойкое отвращение к самой мизансцене – упираясь друг другу в спины, угрюмо топтаться в течение нескольких часов, да еще и отмечаться, да еще и номер записывать – невозможно объяснить ничем, кроме как эстетическим неприятием, ничем не мотивированным. Я только потом, повзрослев, поняла, что мои родители, мои бабушки и дедушки не могли принять этой унизительной формы, которую так культивировало государство: чтобы получить что-то, надо попросить это, поваляться в ногах. Этой формулы моя семья не принимала. И как-то справлялись. Не голодали. И газетами не подтирались. (с чем я и поздравляю. – Н. М.) У меня до сих пор сохранились талоны на питание – на масло, на спиртное, на сигареты, на сахар – я ничего не “отоварила”, потому что было противно стоять в этой очереди на “отоваривание».

Все что угодно, только не очереди.

Но было и исключение, в котором признаюсь без стыда: я стояла в очереди в “Макдоналдс”, в той самой, в первой очереди, зимой 1990 года! И поверьте, дети, это была не давка за гамбургерами, не очередь за американской хавкой – это была очередь за свободой. Открытие “Макдоналдса” в мрачной, холодной, голодной Москве – это была акция не столько гуманитарная, сколько гуманистическая, нас включали в свободный цивилизованный мир, признавали нас его полномочными гражданами, и это событие было куда важнее самого факта еды.

Это была самая прекрасная, самая духовная и самая беспонтовая очередь в моей жизни».

Вы, Ксения, конечно, лукавите: ваша мама работала во «Внешторге», и, думаю, там были очереди поменьше, и продукты подешевле. Но не об этом речь.

Очередь на выставку Серова, покупка абонементов в филармонию, а их уже купили на шестьдесят с лишним миллионов рублей! – это самосохранение людей, это их отдушина. Это ответ тем, для кого самой счастливой очередью была очередь в «Макдоналдс» за гамбургером и свободой.

Я приведу несколько цитат из текста журналиста Натальи Осиповой: «Действительно, непорядок. Что называется, слышен треск разрываемых шаблонов. Люди не за водкой стоят, не в обменник, не за гонораром на путинг, а к русскому классику Серову. Нет ли в этом какой-то большой беды? Действительно, стояли тихо, смиренно, как к Поясу Богородицы…

Серов в некоторых картинах вызывает почти религиозное чувство. “Девочка с персиками” как икона Русского мира, который был да сплыл. После мороза и легкой муки обретение себя в летнем серовском раю – как второй акт перформанса, который невозможен без первого…

Хотя, собственно, ничего манифестирующего в картинах Серова нет. Взгляды, пальцы, голубоватые жилки в сгибе локтя, румянец, живое, полнокровное, изысканное, переменчивое, дерзкое. Художник, который умел написать человеческую судьбу. Еще не зная о том, как она сложится…

Например, “Портрет Николая Второго” – хрестоматийный пример. В картине есть все, что случится потом. И даже то, что думает человек из января 2016 года, стоя в зале Третьяковки на Крымском Валу…

В какой-то момент, стоя в хороводе портретов, понимаешь: и это же и есть “люди с хорошими лицами” – дворяне, предприниматели, гении русского искусства, врачи, композиторы, певцы, крестьяне, благотворители, матери семейств, юноши, дети. Много лет должно пройти, чтобы стоящие у картины увидели в девушке, освещенной солнцем, себя, а не чужую барышню другого сословия. Дети Боткина и маленькие великие князья – это дети с соседней улицы, теперь все дети выглядят так.

«Какие-то не очень устроенные женщины в основном, конечно, стоят и любуются на эту красоту двора», – говорит философ Михаил Ямпольский, посетивший выставку. Все ровно наоборот. Не чужие, а свои. Красота присвоена наследниками, хоть и не по прямой. Потомками деревенских баб, которые румянятся на картинах Серова, в тот же самый кусачий мороз…