Мистика. Рассказы

Корректор Виктория Курганова

Дизайнер обложки Ольга Булка

Редактор Виктория Курганова

© Александр Михан, 2025

© Ольга Булка, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0056-2481-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ТВОРЧЕСТВО УЧАСТНИКОВ ПРОЕКТА «ХРОНИКИ НАСТРОЕНИЯ»

_______________________________________________________________________

Александр МИХАН

Об авторе

Александр Евгеньевич Михан родился осенью 1972 года в небольшом городе Барановичи, что находится в Беларуси. Вспоминает, что детство и юность были ничем не примечательны (всё, как у всех), кроме того, что он с детства просто обожал читать фантастику. Дома выписывали журнал «Юный техник», в котором обязательно публиковались фантастические рассказы. С них, по сути, и пошло его увлечение научно-фантастической литературой. Другие миры и вселенные будоражили воображение подростка, а появившаяся в конце 80-х возможность смотреть в видеосалонах знаковые фантастические фильмы тех лет, вообще была за гранью реальности. «Звёздные войны», «Дюна», «Приключения Индиана Джонса» – это то немногое, что оставило неизгладимый след в его сознании. Но дальше просмотров фильмов и чтения книг дело не заходило. Писать он начал довольно поздно, в 38 лет. Свою литературную деятельность начинал со стихов и переводов любимых песен, а первый фантастический рассказ написал в 45 лет.

Потом были сказки, пьесы, рассказы и даже сценарии фильмов и мультфильмов. Один из них, «Танк КВ-2», стал победителем конкурса имени Набокова (Интернациональный союз писателей).

Один за другим из-под пера автора стали выходить романы: фэнтезийные «Медиум поневоле», «Под тенью крыла», «Кордон» (в двух частях), постапокалиптическая «Пустошь», антиутопия «Женский мир», стимпанк «Смертельная земля», зомби-апокалипсис «FM Судного дня».

Ещё одним творческим направлением автора является написание текстов песен. В 2017 году песня «Старый город», написанная на слова Александра и исполненная московским композитором Олегом Сапегиным, стала лауреатом музыкального конкурса в г. Вологде. А четыре года назад в Барановичах им была создана фэнтези-фолк группа «DARYA». За два года напряженной работы выпущен альбом «Легенды Беларуси». Песни из этого альбома теперь можно услышать на многих радиостанциях Беларуси, а также России и Европы.

Петров горох

– Может, налево нужно было? – Андрей недовольно посмотрел на журналиста с торчащей у того изо рта палочкой от леденца, когда перед ними вновь появилась развилка. – Поворачивали, как ты и говорил, направо, а забрели в такую глушь, что мама не горюй.

Виталий, в прошлом журналист-международник, а теперь просто журналист, «отбывающий наказание» в никому не известной газетёнке «Айсберг», молча кивнул, и водитель, словно пилот самолёта, вместе с баранкой «буханки» сделал глубокий крен влево.

– Час от часу не легче! – Андрей ловко объехал не пойми откуда нарисовавшийся посреди дороги пень и, покручивая на ходу не отзывающийся на его запросы приёмник, недовольно ударил кулаком по его лицевой панели. – Даже радио в этой глуши не тянет! Ты точно знаешь, куда мы едем?

Виталий, растерявший за время пути почти всё самообладание, собрал волю в кулак и полушёпотом произнёс: «Карта старая. Я, конечно, могу ошибаться, но дорога со старого прииска…»

– Держись! – Андрей резко затормозил, и Виталий покатился кубарем аккурат до водительского сидения. – Детский сад, честное слово! Ты бы хоть держался за что-нибудь, а то в редакции скажут, что это я тебя нарочно ухандокал!

Виталий принялся быстро растирать ушиб на лбу, но через секунду внезапно замер: несколько тёмных сущностей, появившись из ниоткуда, окружили автомобиль. Существа дотронулись до «буханки», и она без видимых на то причин заглохла.

– Всё, приехали, – на выдохе прошептал Андрей, и его взгляд упал на приклеенную на защитный козырек иконку.

– Ты это о чём? – Виталий удивлённо посмотрел на водителя. – Детей никогда, что ли, не видел?

– Каких еще детей? Стой, ты куда! – Андрей попытался удержать журналиста, но тот ловко выскочил из автомобиля. Его тут же окружили странные тени, и они все одновременно куда-то исчезли.

– Идиот! Это… Это же Петров горох! – Андрей быстро захлопнул распахнутую дверь и принялся неистово креститься.

Виталий сидел на траве в окружении странно одетых девяти детей, которые по очереди к нему подходили и осторожно притрагивались пальцами к куртке.

Дети хихикали, когда мужчина от их прикосновения весело похрюкивал, пытаясь имитировать звук маленького поросёнка.

Наконец, когда они поняли, что незваный гость не представляет никакой угрозы, присели рядом на корточки. Один ребёнок, сидевший ближе всего к журналисту, протянул вперёд руку. На ней лежал небольшой самородок в форме филина.

– Ого! Золото, что ли? – Виталий двумя пальцами аккуратно взял жёлтый кусочек металла и, поднеся поближе к лицу, внимательно рассмотрел. – На диковинную птицу похоже, очень интересно!

– А у меня есть для вас кое-что получше! – мужчина положил золото обратно в раскрытую детскую ладонь и улыбнулся. Дети в недоумении начали переглядываться, а в это время Виталий достал из кармана пригоршню небольших шариков с палочками и протянул малышне.

– Угощайтесь! – мужчина дал в руку каждому ребенку по сладкому презенту и удовлетворённо вздохнул, когда у него после этого остался один лишний. – Отлично, как раз всем хватило…

Но дети не спешили угощаться. Они подозрительно смотрели на подарки, показывая всем видом, что понятия не имеют, что дальше с ними делать.

– Это вкусно! – до Виталия, наконец, дошло, что ребятишки, скорей всего, впервые видят такую конфету, и на примере своего леденца начал показывать, как его правильно раскрыть. – Вот так, аккуратно снимаем обёртку и – вуаля: конфета готова!

Мужчина продемонстрировал появившийся жёлтый шарик на палочке, похожий на маленькое солнце.

Дети в восторге от увиденного одновременно начали разворачивать свои конфеты.

Какова же была их радость, когда у каждого в руке появилось точно такое же «солнышко». Малышня начала весело размахивать конфетами и громко смеяться.

– Так, похоже, это ещё не все сюрпризы на сегодня, – Виталий на глазах у изумлённых «зрителей» засунул «солнце» себе в рот и закрыл от удовольствия глаза. – Апельсиновая, моя любимая!

Мужчина аппетитно принялся облизывать конфету.

Несколько самых смелых малышей сделали то же самое и радостно завизжали, а вся импровизированная компания дегустаторов леденцов принялась громко чмокать и пищать от удовольствия. А когда с конфетами было покончено, дети одновременно помахали Виталию руками, и он, ещё раз улыбнувшись, медленно закрыл глаза и, опускаясь на траву, полностью потерял сознание.

– Виталий, Виталий, чтоб тебя! С тобой всё в порядке? – водитель яростно тормошил журналиста за плечи, пытаясь таким образом вывести его из обморочного состояния.

– Где я?

– Где он! В машине, где же ещё! Я думал тебе крышка! – Андрей присел рядом с Виталием. – Я забыл рассказать, здесь водятся призраки. Местные называют их Петров горох.

– Почему горох? – журналист ещё до конца не пришёл в себя и, словно после хорошей вечеринки, придерживал руками больную голову.

– Был тут один старатель Пётр. Давно, ещё при царе. А с ним девять детей: столько горошин в одном стручке, ну ты понимаешь?

– Кажется…

– Так вот… Они все погибли, когда их лодка утонула. В общем, с тех пор их души – хозяева здешних мест, и встреча с призраками не сулит ничего хорошего. Столько народу здесь исчезло без следа – мама не горюй. Удивительно, что мы до сих пор целы…

– А почему ты мне раньше ничего не говорил?

– Раньше, раньше. Я думал, что это страшилки местных…

Андрей сел за руль и, не оглядываясь на Виталия, завёл автомобиль: «Кому рассказать – не поверят!»

– А ты и не рассказывай. Твоё дело крутить баранку, а моё – репортажи писать: мало ли чего нам обоим одновременно померещилось, – журналист непроизвольно сунул руку во внезапно потяжелевший карман и достал из него ровно девять золотых шариков, по размеру с леденец. – М-да, померещилось – так померещилось! Вот тебе, Виталик, и Петров горох…

Останавливающий время

Антон подпухшими после сна глазами недовольно взглянул на будильник – 5:30. Он недовольно замычал: это были совершенно не те цифры, которые он хотел увидеть, когда проснётся.

– Но я ещё не выспался! Слышишь, ты! Чёртов будильник!

Парень щёлкнул пальцами, накрылся с головой одеялом, чтобы продолжить прерванный сон. Внезапно пульсирующая зеленая точка на часах, предназначенная для показа коротких временных интервалов, начала мигать всё реже и реже, пока совсем не прекратила светиться. Ворона, сидевшая на подоконнике квартиры Антона с куском найденного на помойке беляша, в удивлении открыла рот и застыла как вкопанная, а остальные птицы зависли в воздухе, словно кто-то невидимый нажал на кнопку «пауза» на божественном пульте течения жизни.

– Ну выспался так выспался! – Антон посмотрел на наручные часы «Монтана» начала 90-х годов прошлого века, которые показывали полдень, а затем на стоявшие на прикроватной тумбочке часы с цифрой – 5:30. – Подумаешь, немного переспал! Сейчас вот умоюсь и, так уж и быть, пойду на эту дурацкую работу. Зря я поклялся маме, что постараюсь не выделяться и вести тихий образ жизни. Сейчас бы просто ничего не делал и жил в своё удовольствие. Еда – какую пожелаю, одежда – последний писк, самые модные бренды! Девушки… Ах, эти девушки… Ну хотя бы рядом посидел с любой красавицей!

Антон натянул на себя поношенные спортивные штаны с вытянутыми коленями и мятую, как из волчьего горла, майку-алкоголичку с не отстирываемым от прошлогодних шашлыков пятном.

– Ничего, когда-нибудь я возьму своё. Нужно немножко потерпеть. Я обязательно что-нибудь придумаю: не всю же жизнь мне ходить в обносках!

Антон посмотрел на портрет мамы на стене и виновато опустил голову, стараясь не встречаться взглядом с глазами пожилой женщины на старинной чёрно-белой фотографии.

Когда парень позавтракал, он снова щёлкнул пальцами – часы начали новый отсчёт времени. Ворона за окном вновь ожила, уронив своё лакомство на асфальт, а солнце, выглянув из-за соседской пятиэтажки, первыми лучами осветило полупустую комнату парня.

В вагоне метро было немноголюдно: несколько пассажиров с большими сумками с опаской поглядывавшие на остальных, да пара парней возраста Антона и довольно симпатичная девушка напротив, постоянно поправлявшая наушники, которые постоянно, то один, то другой, выпадали у неё из ушей.

– Интересно, что за музыку она слушает? – когда непослушный наушник в очередной раз покинул ухо девушки, Антон щёлкнул пальцами, и люди в вагоне замерли. Парень присел рядом с красоткой, улыбаясь ей так, словно она сама позвала его к себе, поднял наушник и закрыл глаза. Но вместо музыки услышал мужскую речь, которая медленно и практически по буквам произнесла: «Объект может быть вооружен и очень опасен!»

Антон резко отстранился от красотки, словно от прокажённой, и испуганно посмотрел на неё.

– Кто ты такая? За кем следишь? Неужели за мной? Говорила мама: сынок, лишний раз не балуйся с временем, они могут заметить – и тогда твоей спокойной жизни наступит конец. Что теперь делать?

Парень несколько раз прошёлся по вагону и, не придумав ничего лучшего, выбрался из него через окно и, отойдя на безопасное расстояние, снова щёлкнул пальцами. Состав с характерным шумом рванул дальше, а Антон, добравшись пешком до предыдущей станции, накинув на голову капюшон куртки и низко опустив голову, поспешил побыстрее покинуть станцию метро.

Когда, наконец, Антон добрался до работы, на его небольшое опоздание никто не обратил внимания: все смотрели по телевизору новости о теракте в метро, который произошёл буквально час назад.

– Антон, вот тебе повезло! Слышал, что творится? Террористы вдребезги разнесли станцию, на которой ты постоянно выходишь! Правда, по счастливой случайности, никто не пострадал! Постой, а на чём это ты сегодня добирался до работы? Метро же, того…

Вадим, напарник Антона, в недоумении почесал затылок.

– Я решил сегодня пройтись пешком, – Антон произнёс полушёпотом первое, что пришло ему в голову.

– Чуйка опять сработала? Я знаю, ты всегда избегаешь неприятностей, словно чувствуешь их за километр. Что на этот раз: голоса в голове или вещий сон?

– Де… девушка… – заикаясь, произнёс парень.

– Ты и девушка? Этого просто не может быть! Ты же от них шарахаешься, как от огня! И кто она?

– Отстань! И так не по себе!

Антон оттолкнул надоедливого коллегу и, больше ни слова не говоря, пошёл в раздевалку.

– Слышь, Антоха! Там тебя бригадир к себе вызывает! Злой, как чёрт! – Вадим сдвинул каску на затылок, а сам, держась за лопату, внимательно смотрел на реакцию парня. – Колись, ты дал по шее начальнику возле бара?

– С чего это ты вдруг решил, что я? – ответил Антон: избиение начальника участка неизвестным возле бара поздно ночью на прошлой неделе не обсуждалось на базе, наверное, только сторожевым псом Джеком – и то только потому, что тот не умел говорить.

– Да там в форме мадама у него сидит, про тебя спрашивает. Видимо, что-то пронюхали! – не унимался Вадим. – Ты знаешь, а поделом ему! Замучил своими штрафами…

– Да не я это был! Не я! Сколько раз можно тебе повторять: мне больше делать нечего, как начальников ночью калечить.

Парень застегнул жилет дорожного рабочего на все пуговицы и, проходя мимо Вадима, ловко бросил тому свою лопату.

– Так я тебе и поверил, – ухмыльнулся Вадим. – Но ты знай: в случае чего, мы с тобой вдвоём в тот день у меня пили дома. Жена подтвердит, если что. Слыхал?

– Ладно-ладно, сам как-нибудь разберусь, что к чему!

Антон прошёл мимо остальных рабочих, явно ему сочувствующих, и, увидев возле двери металлического контейнера бригадира, нервно курящего сигарету, недовольно сморщил лоб. Из окошка морского контейнера, который служил рабочим одновременно и мастерской, и столовой, и комнатой отдыха, его явно кто-то внимательно рассматривал и при приближении парня быстро исчез в глубине помещения.

– Я тебя, Антон, предупреждал! – бригадир погладил лысину на голове. – Не играй в Робин Гуда: заметут в пять секунд – пикнуть не успеешь.

– Разберемся, Петрович, за мной ничего такого нет!

– Девушка из седьмого отдела! Чёрта с два они будут с простыми работягами разговоры разговаривать. Управление военной контрразведки тебе не шутки!

Вадим молча зашёл в помещение и плотно за собой закрыл дверь. За столом сидела девушка в форме капитана, жестом указавшая Антону на стул.

Антон присел возле стола и, не поднимая головы и судорожно перебирая в голове последние «залёты», приготовился слушать обвинение в свой адрес.

– Ты как смог исчезнуть из вагона перед самым взрывом?

Антон взглянул на девушку и чуть не упал со стула: на него смотрела та самая красотка с непослушными наушниками. Девушка сидела с пистолетом в руке, но в этот раз её лицо было настолько серьёзным, что, казалось, любое неправильное движение или слово – и она, не раздумывая, выпустит в него всю обойму.

– Я в окно выпрыгнул! – не моргнув глазом ответил Антон.

Парню показалось, что девушка каким-то непостижимым образом копается у него в мозгах и решил сказать правду, а там будь что будет!

Зрачки у капитана контрразведки немного расширились, потом сузились, и она облегчённо вздохнула: «Похоже, ты, действительно, говоришь правду. Но почему я этого не видела? Наверное, опять отключилась на какое-то время…»

Девушка, пряча пистолет, нечаянно задела локтем кружку с кофе, который Петрович, как галантный джентльмен, предложил гостье несколько минут назад. Кружка полетела вниз, и тут Антон увидел то, чего никак не ожидал увидеть. Девушка набрала в рот воздуха, словно собиралась нырнуть под воду и быстро щёлкнула пальцами левой руки. Падение кружки на глазах у ошалевшего парня замедлилось, как и всё остальное. Надоедливая муха вместо крутого пике притормозила у Антона перед носом, а секундная стрелка на огромных часах на стене так и осталась в процессе перемещения между цифрами «35» и «36».

Парень заметил, что кружка, хоть и замедлила своё падение, но всё равно падала немного быстрее, чем девушка пыталась её поймать. И когда китайский фарфор почти коснулся пола, Антон щёлкнул своими пальцами. Теперь всё остановилось окончательно, хотя зрачки у девушки всё ещё продолжали немного сужаться.

Антон впервые увидел человека, способность которого замедлять время оказалась не такой фантастической, как он думал раньше. Только теперь до него дошёл смысл по-настоящему важных наставлений матери. Он-то, дурак, всегда считал, что один-единственный может так. А сейчас оказалось, девушка была живым доказательством того, что в мире существуют и другие люди, подобные ему, и ещё не известно, насколько у них развита эта способность.

Парень поставил кружку на стол, сел на своё место и только тогда опять щёлкнул пальцами. Капитан военной контрразведки даже моргнуть не успела, как свалилась на пол и удивлённо уставилась на пустое место, куда должно было вылиться кофе.

– Кажется, мне пора в отпуск, – тяжело выдохнула девушка, словно всё это время находилась под водой. – Я была уверена, что кружка падает, а она стоит целёхонькая.

– Я свободен? – Антон вдруг решил, что ему пора как-то закончить диалог с капитаном, и уже встал со своего места, как внезапно заметил на руке у девушки точно такие же часы из прошлого. – Ой, вы тоже любите антиквариат?

– От отца остались, память…

– А мне от мамы, – Антон оголил запястье. – Странно. Вы единственная, кого я знаю, кто ходит с такими часами. Все предпочитают умные гаджеты, но мама перед смертью взяла с меня обещание, что я их никогда не сниму!

Девушка от удивления захлопала ресницами.

– Вы не поверите, я точно так же обещала своему отцу никогда с ними не расставаться! Думаю, нам есть, о чем поговорить. Правда, теперь не официально. Как насчёт сегодня вечером в кафе «За плечами поэта»?

Антон пожал плечами, что означало, скорее, «нет», чем «да». Но девушка поняла это по-своему.

– Значит, договорились!

– Александра. Меня зовут Александра, – девушка как ни в чём не бывало протянула руку Антону, который по этому случаю удосужился помыть голову и надел свой единственный «счастливый» джемпер.

– А я…

– Я знаю, – Александра улыбнулась и взглянула на часы на руке парня. – Идентичные, даже браслеты совпадают.

– Ну да, совпадают. Мама говорила, пока они на руке, со мной ничего не случится. Странно, да? – Антон немного покрутил запястьем и потряс слегка часами.

– Ты знаешь, наверное, она была права. Я незадолго до взрыва в метро их сняла…

– Кстати, а что там, на самом деле, произошло? – Антон заговорщицки придвинул стул поближе к девушке.

Без формы она была не такая грозная, и парень немного осмелел.

– Поступил сигнал, что в одном из вагонов заложена взрывчатка. Меня, как единственного оставшегося в живых специалиста, который может найти и обезвредить предмет с помощью своего дара, если так можно сказать, отправили на задание. И я его нашла… Прямо у себя за спиной в рюкзаке.

– Выходит, это ты его принесла в метро? Постой, постой! Тебя, что, хотели устранить? А как он попал в твой рюкзак?

– Не знаю. Я не помню, чтобы его снимала и оставляла без присмотра. Когда я догадалась, что сама и есть бомба, сошла на станции и бросила рюкзак в небольшое помещение, где хранился разный инструмент рабочих. Взрыв был недостаточно мощный: никто не пострадал. Но если бы заряд рванул за спиной, от меня мокрого места не осталось.

– Ты сказала, «единственная, оставшаяся в живых»… – Антон задумался.

– Нас было семеро, называвшихся «командой часовщиков», так как нам под силу было манипулировать временем. Все погибли при очень странных обстоятельствах, – Александра понизила голос. – Знаешь, я видела твою способность днём. Никто из нас не был наделён даром полностью останавливать время. Думаю, и наша встреча в метро не была случайной.

– Даром? Тоже скажешь! Это проклятие какое-то: я не могу использовать его для обогащения. Мама говорила, что меня сразу вычислят и поймают, а потом будут изучать как подопытную крысу. Поэтому, как видишь, приходится ходить на работу – не самую лучшую. Кстати, своими руками на хлеб себе зарабатываю, без обмана. Мама почему-то очень боялась, что меня прельстят лёгкие деньги.

– Этого боятся все родители: быстрые деньги никого до добра не доводили. А я вот пошла по стопам отца, когда мой дар можно использовать во благо. Слушай, а может, и ты к нам? – Александра вопросительно посмотрела на Антона.

– Чтобы меня, как твоих приятелей? Того?.. Нет, спасибо, я уж как-нибудь сам.

Внезапно возле уха парня что-то просвистело, слегка коснувшись его щеки, и он по привычке щелкнул пальцами. Александра, сидящая напротив, как-то подозрительно дёрнулась и застыла на месте, а ещё несколько «шмелей», летящих прямо в сердце девушки, застыли в нескольких сантиметрах от её груди. Антон, внимательно себя осмотрев, с облегчением вздохнул: в него ничего не попало. А вот у Александры на плече появилось красное пятно, которое при ближайшем рассмотрении оказалось входным пулевым отверстием. Парень аккуратно отодвинул из-под зонта, который укрывал их на террасе кафе от солнечных лучей, стул с застывшей, словно скульптура, девушкой, и в поисках стрелка решил осмотреть противоположную улицу. Но поблизости никого подозрительного не оказалось. Решив, что это может быть снайпер, расположившийся за сотни метров отсюда, Антон решил не испытывать судьбу. Он взял на руки девушку и, не придумав ничего лучше, понёс её к себе домой, так как дома, как он решил, они будут хоть в какой-то безопасности.

Когда ключ два раз провернул замок в двери квартиры, Антон вновь щёлкнул пальцами. Александра пришла в себя, застонала и, взявшись за перевязанную рану, с удивлением обнаружила, что она больше не сидит в кафе, а лежит на старом диване, над которым висит фотография пожилой женщины.

А в это время в кафе две пули почти беззвучно вошли в стену. Только слегка осыпавшаяся штукатурка на полу говорила о том, что они так и не попали в цель.

Александра долго молча рассматривала чёрно-белую фотографию женщины на стене. Пока, наконец, рана на плече не дала о себе знать, и она слегка застонала, прикусив губу.

– Больно? – Антон вскочил со стула и поспешил к девушке, чтобы помочь ей присесть.

– Терпимо, – сквозь зубы процедила Александра. – Получается, ты меня спас от смерти, а я тебе даже спасибо не сказала.

– Пустяки, – Антон покрутил головой, прислушиваясь к странному шороху за входной дверь. – Кажется, не к нам…

– На фото твоя мама?

– Да.

– А кем она работала?

– Сколько себя помню, санитаркой в какой-то психбольнице, что ли. А перед уходом сама, похоже, с ума сошла. Постоянно твердила мне, что за нами следят, и чтобы я не нигде не высовывался. Доходило до маразма, честное слово: ни друзей, ни знакомых, в дом никого не води, тебя поймают и посадят! За что меня должны посадить? Я мухи за свою жизнь не обидел!

– А что она тебе рассказывала о твоём даре? – Александра слегка закрыла глаза, чтобы, как показалось Антону, перенести новый приступ боли.

– Толком ничего, сказала: родился таким. Я особенный, Из-за этой особенности могу попасть в беду, если не буду думать о последствиях своих действий.

– Понятно, – девушка опять встала с дивана и снова принялась рассматривать фотографию. – А, ты знаешь, я её видела.

– Кого?

– Твою маму!

– Этого не может быть, она давно умерла! – Антон пожал плечами.

– Нет, я с ней не встречалась лично, – девушка подошла к Антону. – Я видела её на фотографии с моим отцом. Правда, она там была намного моложе и в офицерской форме в звании лейтенанта. Но лицо практически не изменилось.

– Кто? Моя мама в офицерской форме? Да ты шутишь?

– Похоже, Антон, ты совершенно ничего не знал о своей маме, и то, что она тщательно скрывала тебя и своё прошлое, тому подтверждение. Их на фото было десять: рядом с моим отцом и твоей мамой – десять добровольцев, согласившихся на секретный эксперимент.

– И что это был за эксперимент?

– Ты не понял? Мы с тобой и есть результат этого эксперимента!