Скифские сокровища рядового вермахта. Женский любовно-приключенческий роман
- -
- 100%
- +
Причиной ее игнорирования мужчин стало предательство, от которого никак не могла оправиться. В девятом классе влюбилась в красавца и отличника Ромку Шевченко из десятого «А». Влюбилась без оглядки, как тургеневские девушки. Ромка виделся ей идеалом, воплощением всех положительных качеств, каким может быть наделен мужчина. Он долго не обращал на нее внимания. Оглядываясь назад, ей кажется, он догадался о ее чувствах. На новогоднем школьном балу Рома неожиданно признался, что давно влюблен, но не решался подойти. В первый же вечер полез целоваться, и Елена возмутилась, хотела убежать. Внутренний голос подсказывал, не целуются в первое свидание настоящие влюбленные. С новогодних каникул они стали встречаться, ходили в кино, Дом офицеров флота, на дискотеки в морклуб. Рома стал бывать у нее дома. Как и Елена, учился хорошо, был из интеллигентной семьи, и мама одобрила выбор дочери.
Встречи, долгие разговоры о смысле жизни и своем предназначении продолжались всю весну и сблизили их. Лена перестала стесняться, они обнимались, целовались. Его поцелуи обжигали приятным пламенем, ее переполняли чувства, неизведанные раньше. Сама научилась поцелуям. Дальше объятий и поцелуев не заходило. Первые сомнения в искренности Ромы, разочарование пришли, когда узнала, что, встречаясь с ней, Ромка с одноклассниками ходит к известным женщинам в рабочее общежитие швейной фабрики.
По случаю окончания школы Рома с друзьями выпил и был сильно навеселе. После выпускного вечера и общей морской прогулки стал домогаться близости. Лена воспротивилась, хотя давно испытывала любопытство, с волнением ждала и боялась этого момента. Часть одноклассниц давно позволяли «это», и в своем кругу горячо обсуждали, были в курсе всевозможных сексуальных проблем. В присутствии Лены не откровенничали, стеснялись, считали её маменькиной дочкой, не от мира сего, могла поднять вопрос о «неправильном» поведении на комсомольском собрании.
Мысленно Лена представляла «это» романтично. Отдаться в первый раз на жухлой траве, под кустами, где до них уже занимались «этим», не могла. Не нравился в этот вечер и сам Ромка. Был другим, незнакомым. Пытался силой овладеть ею, и она едва отбилась. Через день извинялся, что был пьян, однако заметил, ничего особенного не произошло, а она «ломака», строит из себя неизвестно кого. Лена обиделась и ушла. Он опять просил прощения, клялся в любви, обещал, как ей исполнится восемнадцать, они поженятся. Снова и снова заводил разговор на тему близости, уверял, без этого не будет крепка их любовь. Особенно когда уедет учиться в Киев, и целый год будет ждать, пока она окончит школу, приедет к нему, и они поженятся. А Лена все больше разочаровывалась в своем любимом. Последние недели перед отъездом в Университет, его словно подменили.
Школу Рома закончил с медалью и поступил без проблем в Киеве на физмат. С началом учебы прислал два коротких письма и всё. Лена написала с десяток, звонила. Продолжала любить, а он не звонил и не писал, объяснял, что учеба занимает все его время. К концу первого курса женился на профессорской дочке. Поняла, Роман не идеал, каким представлялся бессонными ночами, с кем мечтала вместе идти по жизни.
Минули университетские годы учебы, три года работы в школе, а она так и не встретила мужчину, которого полюбила бы. Феодосия город небольшой, оживал лишь в курортный сезон. Местные женихи наперечет. Знакомства с курортниками не признавала. А возможности возникали постоянно. Водила экскурсионные группы по городу, возила в Севастополь, Ялту, в пещеры. Молодые люди постоянно заигрывали с красавицей – экскурсоводом, назначали свидания, спрашивали адрес и телефон. Елена слишком хорошо изучила эту публику, чтобы завести роман с приезжим на отдых. Иностранные туристы – чаще пенсионные пары. Молодежь предпочитала европейские курорты.
Мама жаловалась знакомым, что не дождаться ей внуков, дочь привередлива очень. Елена не считала себя такой. Просто смирилась, ей и с мамой хорошо вдвоем, не могла представить, чтобы в доме появился кто-то третий или оставить маму одну.
Как-то, шапочно знакомый телеоператор, известный в городе повеса Артур, вольный охотник за курортниками, желающими запечатлеть себя на фоне крымских достопримечательностей, напросился в её экскурсионную группу в Карадагский заповедник. По дороге и в заповеднике Артур снимал красивые пейзажи, памятные места и, главным образом, экскурсантов на их фоне. Потом продал им видеокассеты с записями. За одну поездку заработал столько, сколько за месяц свободной охоты не имел.
В Феодосию Артур приехал из Ферганы, где работал на ТВ. До 1944 года родители жили в Феодосии, потом их, как всех караимов выслали. Возвратившись на землю предков, работы по специальности Артур не нашел, а ничего, кроме кинокамеры в руках не держал. Елена помогла Артуру найти стабильный заработок. Веселый, довольно эрудированный, с приятной внешностью, парень поначалу приглянулся и стал часто сопровождать её экскурсионные группы. Другая потребовала бы свой процент с его доходов, она постеснялась даже намекнуть. Он расценил её разрешение сопровождать группы, как увлеченность им, и пригласил в ресторан. Лена отказалась и призналась, что с большим удовольствием сходила бы в первое в городе казино, недавно открытое, о котором много разговоров.
Давно хотела побывать, но одной не пойдешь, уговорить кого-то из незамужних подруг все никак не удавалось. Когда Артур выразил желание сводить, согласилась. Приглашение в казино восприняла как благодарность за помощь в заработке на курортниках, а Артур как начало любовной интрижки. Купил ей фишки, объяснил правила игры. Елена ставила на любимые цифры и зеро, красное и черное, но фортуна ни разу не улыбнулась ей. Посещением казино осталась довольна, наконец-то, побывала в этом модном заведении. Артур проводил до подъезда, попытался назначить свидание. Визита в казино хватило понять, он не её идеал.
Артур не терял надежды и продолжал попытки закрутить роман, сделать любовницей. Несколько раз Лена пыталась разговорить его, узнать, чем занимается в свободное от видеосъемок время, он отделывался шуточками. Одна из коллег – экскурсоводов, предупредила, что Артур связан с бандитами. И все же, когда он попросил отвезти небольшой сверток в Севастополь, куда ехала с экскурсантами, она согласилась. Он на этот раз поехать с группой не мог. В Севастополе у входа в Аквариум, к ней подошел парень, судя по внешности, татарин, назвал ее по имени, и сказал, что она должна передать ему пакет от Артура из Феодосии. Елена отдала, хотя, Артур сказал, за пакетом подойдут у памятника Нахимову.
На следующий день была экскурсия в Карадагский заповедник и на Биостанцию. Уехала из дома рано, вернулась поздно, усталая. Приняла душ, ужинать не стала и сразу легла. Едва заснула, как разбудила мама.
– Какой-то нахал, Артур, срочно требует к телефону.
– Скажи, сплю. Завтра пусть звонит, – ответила сквозь сон Лена. Телефон продолжал трезвонить, и Евдокия Андреевна вынуждена была поднять трубку.
– Лена спит, не здоровится ей. Завтра позвоните. Передам, что Артур звонил.
Артур продолжал уговаривать мать пригласить Елену к телефону, и Евдокия Андреевна выключила телефон из розетки.
Утром, едва Елена включила аппарат, телефон сразу же зазвонил.
– Ты кому отдала сверток? – вместо приветствия заорал Артур.
– Не ори, не понимаю ничего, когда кричат. – Она уже успела забыть, что кому-то, что-то передавала. – Я дал тебе небольшой сверток передать моему другу.
– А! – не сразу дошло до Елены. – Все в порядке. Передала. Не беспокойся. Из-за этого вчера нам с мамой спать не давал?
– Не получил он ничего.
– Как не получил? – удивилась Елена. – У Аквариума друг твой подошел, спросил, я и отдала.
– Где, говоришь, у Аквариума? – испуганно закричал Артур. – Я же сказал, у памятника Нахимову!
– Какая разница, там два шага. Парень лет двадцати азиатской наружности, назвал мое имя, спросил пакет от Артура.
В трубке пошли гудки. Лена села завтракать. Сегодня у нее не было экскурсантов, и занялась домашними делами. Перед обедом решила сходить на рынок. Неожиданно позвонила Даша и сказала, чтобы зашла, обрадует её.
Даша, возглавляющая туристическую фирму, встретила, как всегда, обнялись, расцеловались, словно не виделись много лет.
– Пляши! Представляешь, какой заказ? Сама бы взялась, да текучки много. Два немца по индивидуальному туру. На следующей неделе встретишь в Симферополе.
Индивидуальные и семейные туры высоко ценились у гидов. Работать с несколькими человек удобнее и легче, чем водить группу в двадцать – тридцать. Можно спокойно общаться, завести знакомство, на память обязательно что-нибудь подарят.
Поговорив о немцах, Даша принялась жаловаться на не дисциплинированных сотрудников, на тещу и тут в кабинет без стука ворвался Артур. Не вошел, а влетел.
– Извините, Дарья Михайловна, срочно нужна Елена.
– Что случилось, пожар, свадьба, решил сделать предложение? – спросила Даша, знавшая Артура.
– Я бы с радостью, она не согласна. Поговорить необходимо. – Говори, у меня от Дарьи Михайловны секретов нет, – сказала Елена.
– Лучше выйдем, ты даже не понимаешь, как серьезно всё.
– Иди, Лена, раз разговор серьезный.
– Да ничего серьезного не может быть у нас, – успокоила она подругу и вышла вслед за Артуром.
На улице Артур признался, что в свертке была огромная сумма в зеленых и те, кто просил передать, теперь грозятся убить его, если не найдет деньги.
– Сделай людям добро, ты же и виновата. Парень ждал меня, назвал твое имя, сказал, что я должна передать пакет, я и отдала.
– Тебя ждали у памятника Нахимову. У Аквариума встретил другой человек, каким-то образом узнал, что везешь большие деньги.
Что теперь будет?
– Не знаю. У тебя таких денег нет. Даже если продашь квартиру, не рассчитаешься. Что-то надо придумать.
– Знаешь, что, Артур, не вмешивай меня в свои бандитские разборки. Подозревала, чем занимаешься. Пожалела, взялась исполнить просьбу. Всё! Больше никаких дел с тобой. – Она повернулась уйти, он больно схватил за локоть.
– Подожди! Пойми, мне хана, если мы не найдем выхода.
– Отпусти! Причем мы? Ты один во всем виноват, не серьезно отнесся к поручению. Сам и расхлебывай. Мне продавать квартиру? Ты не в своем уме. Кто мне – брат, муж? Я могу и милиционера позвать.
Артур отпустил ее и несколько секунд стоял молча, соображая, что делать.
– Не обижайся, Лена. Сам не свой, не представляю, что делать. Извини. – Он замолчал, потом вдруг быстро заговорил. – Давай, так поступим. Я сведу тебя с ребятами, и ты подробно опишешь парня, взявшего деньги.
– Отстань от меня! Ни с кем я не намерена встречаться. Тем более с бандитами. До свидания, я на рынок шла, ты задержал. – Елена повернулась и ушла. Артур еще постоял в нерешительности и повернул в обратную сторону.
3
Вечер Елена провела у Риты Травиной. Маргарита позвала посоветоваться брать или не брать «моднячий» костюм, предложенный знакомыми. Вернулись из Италии и оказались на мели. Костюм великолепно сидел на Маргарите, был строгого синего цвета и шел подруге. Елена искренне порадовалась за нее и посоветовала обязательно взять. В отличие от нее, Рита не стеснена в средствах.
Около девяти вечера Елена подходила к своему дому. У подъезда ее окликнули. Она повернулась, и тут ей зажали рот, двое мужчин подхватили на руки и понесли к стоящей рядом машине. Что было дальше, не помнит. Пришла в себя в большой казенной комнате, напомнившей гостиничный номер. В комнате было пятеро мужчин, знала она одного Артура. Первая мысль – как оказалась тут?
– Пришла в себя? – спросил высокий накаченный мужчина с короткой стрижкой.
– Извини, пришлось применить силу, ты не пожелала помочь, – объяснил Артур.
– Как я оказалась здесь, почему ничего не помню? Сознание потеряла?
– Потеряла, – заговорил один из мужчин, более симпатичный парень с длинными волосами.
– И деньги потеряла, или отдала? Кому отдала?
– Знать не знала, что деньги. Обычно предупреждают. Знала бы, ни за что не взяла.
– Как выглядел пацан, которому передала их? – наседали парни, явно бандитского вида.
Большинство из них в свое время прошли жестокую школу в известной бандитской группировке Башмакова – «Башмака». К осени 1997 года республиканские власти полностью разгромили бандитскую мафию и менее организованные формирования в крупных городах Крыма. Кто не попал за решетку, и остался жив, возвратились в родные места, и, оставшись без дела, вскоре вернулись к привычному образу жизни, стали объединяться в преступные группировки, масштабом поменьше. В Феодосии самую крупную группировку организовал Думай. Операцию его людей и сорвала случайно Елена.
– Постарайся подробнее вспомнить. Особые приметы – нос, татуировки, волосы.
Лена как могла, обрисовала парня. Братву интересовали детали, в какой обстановке Артур передавал ей пакет, кто стоял рядом, не говорила ли кому о поручении. Её рассказ кого-то напомнил, и они несколько минут перебирали известных им людей.
– Наш кто-то предупредил! – медленно проговорит невысокий плотный парень с короткой прической, откликавшийся на имя Думая. Он крепко выругался и посмотрел вопросительно на Олега.
– Не твоих бывших дружков дело? В асфальт закатаю!
– Подозреваешь меня? Неделю не был в городе.
– Давно говорю, среди нас человек Ахмеда, – сказал Ник.
– Можно мне уйти? Мама беспокоится, звонит, по больницам, в милицию, – сквозь слезы спросила Елена.
Один из парней протянул ей мобильник.
– Позвони мамочке. Скажи, ночуешь у подруги. Утром поедем в Севастополь, проверим все на месте. Если не заливаешь, отпустим.
– Мама с ума сойдет от волнения, – проговорила она, вытерла слезы и позвонила, что остается у Риты.
– Ник, у Косого в компьютере фейсы севастопольской братвы, – заметил Олег, бывший член одной из севастопольских группировок. – Свяжись с ним. У него теперь диски Папы. После убийства Женьки Поданова, он забрал его компьютер.
– Если пацан молодой, вряд ли, – сомневался Думай. – Столько времени прошло.
Думай тоже начинал у «башмаков» и помнил те лихие дни, когда убили обоих его боссов. При убийстве второго даже присутствовал. С пацанами Виктора Викторовича, как уважительно называли Башмака – главаря банды, шестерки, он помогал жене погибшего босса Людмиле в устройстве поминок. Специально выбрали кафе недалеко от дома Башмака в грэсовском поселке. Девятый день гибели босса стал последним и для его верного соратника Женьки Поданова – Папы. Люди собирались в «Калинку», когда в кафе ворвались «греки» с парнями из группировки Алика – Олега Дзюбы и открыли стрельбу. Результат – пять трупов и четверо покалеченных. Думаю пришлось вернуться в родную Феодосию и на время залечь. В городе детства он вскоре завоевал авторитет в местной группировке, нашел себе прибыльный бизнес, и в Симферополь не вернулся.
Ник достал сотовый, набрал номер и долго ждал, пока Косой ответит. Рассказал, что они с Думаем хотели бы приехать и посмотреть на его компьютере кое-кого из друзей. Пока Ник говорил по телефону, во дворе сработала сигнализация на машине Думая. Он выглянул в окно и выматерился.
– Слава, сбегай! Ну, подонки, никакого понятия! – И тоже выскочил в коридор. Оставшиеся парни, забыв про Елену, подошли к окну, открыли. Снизу слышалась ругать, выяснение отношений.
Елену трясло от страха. Пятеро здоровых бугаев на все способных, что ожидать от них, лучше не думать. Неожиданно пришла спасительная мысль, дверь не заперта, если это гостиница, пока все уставились в окно, можно попытаться сбежать. Бросилась к двери, выскочила в коридор и поняла, она в «Астории».
Переговоры с феодосийскими заказчиками прошли успешно, все остались довольны друг другом. На завтра осталось зайти в управлении порта, встретиться с начальником и подписать договор. Посидели до полуночи, Игорь расплатился, и компаньоны проводили его до «Астории», гостиницы, рекомендованной в Питере. Всем оказалось по пути.
В номере он принял душ, и прежде чем завалиться спать, вышел в плавках на небольшой балкон. С него открывался вид на вокзальную площадь, скульптуру стандартного Ленина. Внизу в открытом ресторане еще шумели, по улице возвращались со свидания парочки. Игорю захотелось курить, и он вернулся в комнату, достал пачку «Esse», поискал зажигалку и не нашел. Вообще-то он не курил, лишь изредка позволял себе подымить для успокоения дорогими дамскими сигаретами, которые держал для гостей. Пришлось накинуть халат и выйти в коридор к дежурной по этажу. Ни спичек, ни зажигалки у нее не оказалось. Объяснила, что можно позвонить в бар и официант принесет все, что угодно. Ночной сервис приятно удивил, и он поторопился к себе.
Вдруг из номера с противоположной стороны коридора выскочила женщина и бросилась к Игорю. Он только успел открыть дверь, как женщина, оттолкнув его, заскочила в номер.
– Закройте! – быстро проговорила она. – Постучат, не открывайте, прошу, вас!
Из коридора слышалась ругань, быстрые удаляющиеся шаги, топот ног нескольких человек. Игорь оторопел. «Не хватало влипнуть в разборки». Женщина прошла на балкон и задвинула штору. Он вышел к ней, и неожиданно узнал блондинку, похожую на жену, которую видел на набережной, давал свой мобильник.
– Что случилось? – спросил он.
– Потом. Не открывайте, пожалуйста.
Из коридора не доносилось никаких звуков. Искать её в номере Игоря не решились, или посчитали, успела выскочить на улицу.
Игорь был не против приключений. Но во втором часу ночи, когда в любую секунду может ворваться разъяренный любовник или еще кто-то, от кого сбежала… Объясняться совершенно не улыбалось.
– Кто вас преследует?
Незнакомка молчала.
– Я должен знать, кого спасаю. От кого.
Девушка продолжала молчать, он увидел, она плачет, плечи ее вздрагивали, из сумочки достала платочек. Игорь обнял ее за плечи, повернул к себе.
– Так и будем молчать? Два часа ночи, мне рано вставать.
– Дайте мне стул, я на балконе посижу и скоро уйду. Вы ложитесь.
– Спасибо за разрешение. Объяснитесь, в конце концов! Ворвались, ничего не хотите говорить. Вы меня узнали?
Незнакомка обернулась, сквозь полуоткрытые шторы луч света из комнаты упал на ее лицо, и Игорь вблизи рассмотрел незнакомку. Похожа, и не похожа на жену. Красива.
– Мы встречались? – заговорила она, впервые посмотрев на своего спасителя.
– Да, не зря говорят, девичья память коротка. Вечером на набережной звонили кому-то с моего мобильника, жаловались, ничего не получается.
– Вы?.. Правда… В тот момент, когда открывали дверь, готова была броситься с балкона. Ну, и заскочила. Извините, я скоро уйду.
– Теперь кинуться с балкона, надеюсь, не намерены? – Она покачала головой. – Раз уж оказались у меня, спасу, но хотел бы знать, кого и от кого спасаю. Для начала, может, представимся? Меня зовут Игорь.
– Елена, – назвалась незнакомка. – Я не проститутка, не воровка.
– На путану не похожи, верно. Что все-таки случилось, выскочили как ошпаренная?
– Деловая встреча. Не выполнила поручение.
– И вас решили наказать?
– Вроде этого. Извините, не могу все рассказать. Не помню, как оказалась в гостинице. Еще часик и уйду.
Елена заинтриговала, оставить её на балконе, а самому лечь, Игорь не мог позволить себе.
– Я лягу на диване в гостиной, а вы проходите в спальню. Отдохнете до утра, а там будет видно. Раньше вам не следует выходить. Не трону, не бойтесь. – Дальше зачем-то прибавил.
– Очень устал. Четырнадцать часов за рулем от самой Москвы.
Елена улыбнулась.
– Устали, и могу не опасаться? А если бы не устали?
– Вы, оказывается, любительница пошутить. Если имеете в виду секс, всегда готов, как бы ни устал. В нашем случае ситуация другая. Мама учила остерегаться случайных связей.
– Во всем слушаетесь мамы?
– Слушаюсь. А вы?
Она ничего не ответила. Игорь прошел в спальню, взял одну из подушек и простыню, постелил на диване и, не снимая халат, лег.
– Устраивайтесь.
– Спасибо. – Она вернулась в номер, сходила в ванную и пошла в соседнюю комнату.
Утром, проснувшись, Игорь не сразу врубился, почему спал на диване. Прикрылся халатом и вышел в соседнюю комнату. Кровать была убрана, очевидно, и не разбирали. Ночной гостьи не было. Он вернулся в гостиную, поискал, может, оставила записку. Нет, никаких следов. В голову ударила мысль, а целы вещи? Открыл шифоньер, проверил внутренний карман пиджака. Должны были быть сотни две долларов мелкими купюрами и пачка гривен. Все оказалось на месте. Открыл чемодан, проверил потайной карман, где лежали еще доллары. И здесь все на месте. Отругал себя, зря плохо подумал о девушке. По ней видно – не воровка, инстинкт заставил усомниться.
«Жаль, знакомство неожиданно оборвалось. Кадр достойный внимания. Хотя, зачем, если собираюсь в Ялту»? Время торопило, он быстро принял душ, перекусил в буфете, ресторан еще закрыт, и пешком направился в управление порта.
Вместе со вчерашними участниками переговоров их пригласили к начальнику порта. Невысокий плотный седой мужчина, с обветренным морскими ветрами лицом, очевидно в прошлом капитан, тепло принял Игоря, хорошо отозвался о питерских электродвигателях и извинился, что сегодня договор подписать не удастся. Юрист срочно уехал в Симферополь, а без него никакие договора не подписываются.
– Отдохните денек, позагорайте. Хотите, прогулку по заливу устроим?
Игорь поблагодарил за приглашение и отказался. Решил вместо прогулки и пляжа съездить в Коктебель, избавиться от висевшего поручения, чтобы завтра после подписания договора сразу отправиться в Ялту.
4
Только под утро, Елена решилась выйти из номера своего спасителя. Она осторожно прошла по коридору, никого не встретив, спустилась на первый этаж, прошмыгнула мимо бюро регистрации, опасаясь, что узнают, и выскочила на улицу. Оглянулась, никто не гнался. Через пять минут поднималась в свою квартиру.
Мама проснулась.
– Обещала ночевать у Риты.
– Не спалось в гостях.
– В этот час на улице могли встретить пьянчуги, бомжи обидеть. В другой раз вовремя возвращайся или уж оставайся у подруг до утра.
Сколько проспала, Лена не поняла, показалось, только закрыла глаза, а мама уже будит. – Вставай, гости пришли, – испуганно сообщила она. – Ворвались, я не успела открыть, они оттолкнули. Хотят поговорить с тобой. Приятные друзья у тебя появились! Говорю, спишь еще, а они слушать не хотят.
Еще не увидев гостей, Лена поняла, кто пришел. Маме не стала объяснять, быстро оделась, вышла в гостиную.
По – хозяйски развалившись, в комнате сидели Артур и Ник – самый приличный, как вчера показалось, из всей компании. Он и заговорил первым.
– Лена, не волнуйтесь, никуда ехать не нужно. Двадцатый век. Сходим недалеко, на Галерейную. В Интернет – клубе посмотрим фотографии, и будешь свободна.
– Позвольте, я умоюсь, оденусь, – предупредила она и пошла в ванную комнату. Евдокия Андреевна, напуганная больше дочери, не понимала, что происходит.
Елена собралась и вышла к парням.
– Пойдемте.
– Куда её ведете? – не преодолев испуга, взмолилась мать.
– Через полчаса вернется дочка, не волнуйтесь, – успокоил Евдокию Андреевну Ник.
– Мама, все хорошо, я скоро вернусь, – она поцеловала мать и прошептала, – не волнуйся, все будет хорошо.
В Интернет – клубе их ждали Думай и несколько парней. Думай сидел перед дисплеем компьютера и рассматривал на экране фотографии. Ник принес два стула, посадил Елену, на другой сел сам. Артур остался стоять.
– Смотри внимательно, постарайся узнать, кому отдала деньги, – сказал Думай, и медленно начал менять кадры, укрупняя их. На третьем или четвертом Лена попросила остановиться, внимательно рассмотрев, сказала, что похож, но, кажется не он. Думай показал еще несколько фотографий и на пятой или шестой Елена уверенно воскликнула.
– Вот! Его рубашка. Он!
– Уверена? – спросил Ник.
– Я педагог. У нас отличная память на лица.
Думай послал Артура к столу администратора, включили принтер и напечатали фотографию. Отпечаток показали Елене, еще раз спросили, уверена ли, что этот пацан, взял у неё сверток у Аквариума.
– Всё с тобой, а ты боялась. Гуляй, свободна!
– Не сбежала бы ночью, и маму не пришлось волновать, заходить к тебе, – миролюбиво заметил Ник и прибавил. – Будет лучше, если не станешь распространяться. Гуд бай, красавица!
– Лена, извини, что все так случилось! – подошел Артур. Сегодня, как и вчера в номере, он молчал и испуганно ждал своей участи.
– Пошел ты! – сказала она, и покинула клуб. Дома пришлось рассказать все матери, пообещать, никогда не браться за подобные поручения.