О том, кто хочет тебя убить
- -
- 100%
- +
– Ладно, что ты предлагаешь?
– Соглашайся на все, что она предложит. Она специально оставила нас одних, чтобы я смог тебя просветить на ее счет.
– А если…
– В любом случае она получит все, что захочет, а если вступишь с ней в бой, получишь максимальные потери.
– Я никогда еще не сдавался без боя.
– Вместо боя будет избиение младенцев.
– Надеюсь, мальчики, вы не сильно скучали здесь без меня? – спросила она, вернувшись за стол. – Ладно, не буду вас томить. Вижу, вы уже все обсудили, так что к делу. Ты (Сергей) получаешь все, чего так добивался, за это я не на долго забираю Егора.
– Зачем я тебе?
– Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал.
– Что именно?
– Для начала встал бы из-за стола и сел бы со мной в машину. Прямо сейчас.
– А после еды нельзя?
– Будем считать, что договорились.
В машине на Егора накатило…
Это началось в детстве. Сначала появлялось «странное» ощущение в районе солнечного сплетения, после чего у него возникала сто процентная уверенность, что его кто-то ждет. Он точно мог указать адрес… Но каждый раз, когда он там оказывался, он понимал, что опоздал, что в очередной раз не успел встретиться с чуть ли не самым важным существом в своей жизни.
– С тобой говорят духи. Ты медиум, и они видят это, – объяснила ему тетка – ясновидящая спиритка, одна из тех чокнутых старых дев, которые верят в магическую силу девственности и прочую эзотерическую чушь. Тетка не была шарлатанкой или совсем дурой. Она умела лечить, предсказывать, гадать. Ее бедой было то, что первой книжкой попавшей в ее руки была «Тайная доктрина» Блавацкой. Тетушка испытывала благоговение перед этой грандиозной в своей непонятности писаниной и искренне считала, что все так и есть на самом деле. Благо состоятельных особ, повернутых на учителях из Тибета и прочей народно-мистической ерунде, пруд пруди, так что клиентов тетушке хватало на безбедную жизнь.
Егору тоже хватало денег от подработки медиумом. Правда, в отличие от тетки ни в каких духов он не верил. Егор откровенно играл на публику. Он получал истинное наслаждение, дурача помешанных на загробном мире чудаков. Удовольствие от игры долго не давало ему увидеть то, что он слишком часто попадал в яблочко.
В честь успешного окончания школы тетка подарила ему полное собрание «Агни-йоги». Она-то («Агни-йога») и вызвала у Егора стойкое отвращение к эзотеризму как таковому. Госпожа Рерих словно кричала с каждой страницы: «Трахни меня!». Егор словно бы слышал ее жаждущий секса голос. Из-за «Агни-йоги» пришлось отказаться от спиритических сеансов. Егор не смог больше без смеха смотреть на идиотов, верящих в исправно исполняющих стандартный набор команд духов.
Стоило ему отказаться от спиритизма, как во сне появился голос. Они что-то обсуждали из ночи в ночь, голос чему-то учил, что-то рассказывал… Проснувшись, Еор забывал, о чем у них шла речь.
С теткой он окончательно порвал, в день своего восемнадцатилетия. В город приехал какой-то великий (они все тогда были великими) маг, целитель, колдун, святой, учитель и черт еще знает кто в одном лице.
– Я обо всем договорилась, – она позвонила Егору утром, – вечером он примет тебя сразу после семинара (на семинарах он любого превращал в экстрасенса международной категории). Ты не должен ни есть, ни пить.
– Тетя, у меня день рожденья.
– Это мой подарок.
– У меня будут друзья.
– Ничего страшного. У тебя каждый день друзья.
Ни к какому даже белейшему из белейших колдуну ему идти не хотелось.
– Я не пойду.
– Я уже договорилась.
– Могла бы у меня сначала спросить.
– Мне так сказали духи.
– А пошли они в жопу!
– Что?! – тетка не верила своим ушам. – Побойся бога!
– Вот пусть твой бог катится в жопу вместе с твоими духами! – не выдержал он.
Такого она ему простить не смогла.
Вскоре Егор начал чувствовать людей. Он погружался в состояние транса и просто знал, что нужно говорить или делать, чтобы собеседник повел себя нужным ему образом.
Увидел в ресторане глаза Веры, он понял, что именно эту встречу ждал всю свою жизнь.
– Я ждал тебя, – сказал он, садясь в машину.
– Я знаю, – ответила она.
Они выехали из города, проехали немного по трассе, затем свернули на проселочную дорогу.
– Куда мы едем? – спросил Егор.
– В межпиксельное пространство.
– Куда?
– Приедем, поймешь.
Машина остановилась возле заброшенного на первый взгляд дачного домика. Большинство дач хозяева побросали. Ни воды, ни электричества, ни транспорта. К тому же местные селяне устраивали на дачи настоящие набеги. Они уносили все, даже ржавые болты.
Несмотря на то, что нужный дом не был заперт, было видно, что никто из посторонних в него не наведывался.
– У вас тут сторож? – спросил Егор.
– Причем самый лучший. Страх, – ответила Вера.
– Страх вызывает любопытство.
– Они его не осознают. Просто проходят мимо. Заходи.
Внутри было пусто. Земляной пол, побеленные стены. На одной из них была нарисована дверь.
– Нам сюда, – сказала Вера, имея в виду рисунок.
– Ты шутишь?
Она неожиданно толкнула Егора в спину, и он очутился в белесом светящемся тумане. Они шли вперед, держась за руки, чтобы не потеряться, пока перед ними не появился закутанный в плащ с ног до головы мужчина.
Вера сказала что-то на незнакомом языке. Человек в плаще поманил Егора пальцем.
– Иди же, – шепнула ему Вера.
– А ты?
– Я там уже была.
– Что там?
– Иди.
Незнакомец взял Егора за руку и потащил за собой. Сделав несколько шагов, незнакомец произнес что-то на том же языке и растворился в тумане. Одновременно с этим из-под ног Егора исчез пол, и он (Егор) кубарем полетел вниз. Падая, он не заметил, как исчезли пространство и время, и спохватился лишь тогда, когда начало растворяться его тело. Потом исчезли воспоминания, ощущения, осознание самого себя. Егор перестал существовать…
Его «включили» мгновенно, словно электрический свет. Они сидели за столом в маленькой комнате с низким, почерневшим (его никогда не красили) потолком. Кроме Егора и Веры там были еще двое мужчин. Оба лет под пятьдесят, высокие, крепкие, с красивыми, умными лицами. Один из них носил бороду.
Эта парочка увлеченно играла в странные карты: с одной стороны рубашка – дракон, кусающий свой хвост, с другой – чистый белый лист. Судя по тому, как эти двое были увлечены игрой, для них она имела скрытый от посторонних смысл.
– Это поединок магов, – шепнула Вера Егору. – Линчеватель вернулся. Он здесь, – сообщила она играющим.
– Я знаю, – ответил бородатый маг и положил карту на стол.
Глава 3
Телефонный звонок вырвал Стелу из неприятного сна.
– Да, – зевая, сказала она в трубку, автоматически посмотрев на часы. Было 4—00.
– Это Миронов. Мне нужен инспектор Эсс.
– Какого черта? – пробурчал проснувшийся Эсс.
– Тебя спрашивает твой специальный хрен.
– Что там еще? – спросил он в трубку.
– Мне некогда объяснять. Одевайся. Буду через десять минут возле подъезда.
Погода испортилась еще сильней. Помимо дождя и ветра, к которым инспектор уже с горем пополам привык, добавилось похолодание. Обещали град. Благо, Миронов уже ждал за рулем нового серого седана.
– Что там у тебя стряслось? – спросил Эсс, садясь в машину.
– Мы получили наводку.
– И?
– Спецназ уже там. Думаю, к нашему приезду что-нибудь обнаружат.
– И куда ты меня тащишь?
Миронов назвал адрес.
Инспектор выругался от всей души.
– Рад, что смог тебе угодить.
– Я посмотрю на тебя, когда мы туда приедем.
– Что, так плохо?
– Настоящая помойка. Наши стараются туда не заходить.
Стоило им свернуть на финишную прямую, как окружающий пейзаж стал похож на декорацию к дешевому постапокалиптическому фильму. Улица была узкой и грязной. Мусорные контейнеры много веков назад были погребены под горой мусора, и его сваливали прямо на дорогу. Люди, напуганные до чертиков появлением спецназа, (у каждого из них была своя причина бояться ареста), сидели по домам, и по-партизански наблюдали из грязных окон за машиной Миронова. Пунктом назначения был заброшенный склад.
– Ну и бомжатник! – инспектор торопливо закурил сигарету. – Будешь?
– Не курю, – с сожалением в голосе ответил Миронов. Он достал из бардачка освежитель воздуха, обильно набрызгал на платок и прижал его к лицу. Стало еще противней.
– Решил кайфонуть? Это в местных традициях, – сказал Эсс и закурил сразу две сигареты. – Держи. Можешь не затягиваться. Главное, дыми.
– Никогда не думал, что буду радоваться тому, что в моей машине курят.
– Здешняя вонь похожа на симфонию, исполняемую целым оркестром запахов под руководством дирижера ветра. Когда ты только здесь появляешься, тебя встречает мощная увертюра, но вскоре ты начинаешь различать солирующий аромат протухшей рыбины, затем его сменяет дух прокисших овощей, и все под аккомпанемент, под аккомпанемент…
– Прекрати, или я сейчас вырву!
– Не ты, а тебя. К тому же это твоя машина.
– Нет, но ты скажи, как тут люди живут?
– Они привыкли. Но ты так и не сказал, ради чего мы нюхаем эту дрянь?
– Сам не знаю.
– Что?
– Мы получили очередную наводку с указанием этого адреса и пометкой «срочно».
– Вот блядь!
– Это точно.
– А если это фигня?
– Еще ни один сигнал Кассандры не был пустым.
На складе злые полицейские перелопачивали залежи мусора. В отличие от охраняющих склад спецназовцев, у них противогазов не было.
– Тебе они не кажутся похожими на археологов, просеивающих исторический грунт свежеоткрытой и еще не разворованной гробницы фараона? – спросил Миронов.
– А ты не хочешь поработать на свежем воздухе? – предложил ему Эсс.
– Я уже свое откопал.
– Что, тоже приходилось в дерьме возиться?
– Не то слово. За годы службы я перерыл Гималаи дерьма.
В форточку со стороны Эсса постучал полицейский. Его лицо было замотано майкой.
– Вам стоит на это взглянуть, – сказал он.
– Будешь? – Эсс протянул ему пачку сигарет.
– Только если прикурите и вставите в рот. Своими руками…
– Пойдем, – сказал Эсс, прикурив полицейскому сигарету.
В дальнем конце склада под несколькими пустыми коробками, наваленными сверху для конспирации, находился вход в подвал. Закрыт он был массивной железной дверью с дорогим, сейфовым замком.
– Без сварки никак, – сообщил командующий раскопками полицейский эксперт. – Взрывать бесполезно, а открыть мы ее не откроем.
– Ну так тащите сварщиков! – рявкнул на него Эсс.
Сварщики прибыли минут через сорок. Еще через тридцать минут они вырезали в двери достаточное отверстие, чтобы можно было забраться внутрь. За дверью был небольшой коридор, заканчивающийся просторной, хорошо освещенной комнатой. Чуть пахло дорогим табаком и кофе – система вентиляции подавала очищенный воздух. На столе стоял мощный компьютер, рядом с ним лежала куча книг, на каждой из них стоял штамп: 691. Вдоль стен громоздились штабелями ящики с оружием и взрывчаткой.
– Странные интересы у этих ребят, – заметил Эсс, разглядывая названия книг. Биографии Сталина, Гитлера, Тамерлана, Наполеона, Чингисхана, Древние книги магической тематики, книги о мегалитах, о пирамидах, о тайных обществах, об американских индейцах и сибирских шаманах, об африканских племенах и современных корпорациях…
– Как ты думаешь, что может объединять все это? – спросил напарника Миронов.
– Не знаю, но боюсь, что спокойно до пенсии мне не дожить.
Едва Эсс забрался в ванну, зазвонил телефон.
– Что еще? – спросил он, беря трубку.
– Ты нас еще не забыл? – услышал он голос Фила.
– Вы мне будете сниться до самой смерти.
– Если ты поторопишься, то сможешь приехать в участок чуть раньше своего Дейла Купера.
– Что там еще?
– Мы тут задержали кое-кого, пока вы занимались уборкой склада.
– У нас новости, – сообщил Миронов напарнику.
Он прибыл в участок первым, и ждал Эсса в кабинете комиссара.
– Что еще.
– Еще два убитых программиста. Пак Ли был убит в Лос-Анджелесе, а Карл Наймон в Вене. Оба погибли сегодня ночью. Как и в случае Роя Краммера работа чистая. Они, кстати, тоже работали над созданием искусственного интеллекта.
– Опять искусственный разум?
– Кому-то совсем не хочется, чтобы машины начали думать.
– А тебе хочется?
– Не настолько, чтобы убивать.
– Ладно, пойдем поговорим с задержанным.
Злодею недавно исполнилось семнадцать лет. Лучший возраст для того, чтобы забивать себе голову всяким дерьмом. Пристрастие к наркотикам, пристрастие к справедливости, пристрастие к высоким идеалам, пристрастие к терроризму. Его взяли при попытке подложить бомбу или, как сейчас говорят, взрывное устройство в информационно-наблюдательный центр энергетической компании. Он сидел в комнате для допросов, готовый принести себя в жертву борьбе за очередную никому по-настоящему не нужную фигню. По крайней мере, он думал, что готов.
– Привет, – сказал Эсс, садясь за стол напротив задержанного, у которого уже появились первые предвестники ломки.
Миронов занял позицию за спиной юного наркомана.
Тот зло посмотрел на Эсса.
– Ты уж извини, – обратился к нему Эсс с сочувствием в голосе, – что приходится отвлекать тебя от приема лекарства нудными разговорами, но у меня к тебе есть пара вопросов, и чем быстрее ты ответишь, тем быстрее сможешь вернуться к своим лекарствам. Я понятно говорю?
– Свиньи легавые!
– Ошибаешься, мальчик, – так же ласково заговорил Миронов. – Это он свинья легавая, а я свинья надзаконная, и в отличие от свиней легавых, мне нет необходимости создавать видимость работы по правилам. Так что ни мамочки с папочкой, ни адвоката, ни звонка по телефону тебе не видать. У тебя есть только одно право: право отвечать на мои вопросы.
– Я ничего не знаю!
– Тем хуже для тебя. К тому же мы с коллегой сегодня не в настроении. Нам пришлось тащиться в четыре часа ночи в настоящий ад, разгребать мусор, дышать вонью, и все такое. Затем, когда мы собрались принять заслуженную ванну и лечь немного поспать, появился ты с бомбой, аналогичной тем, что мы нашли в вашем арсенале. Так что, сегодня будем играть в плохого и очень плохого полицейского. Правда, верный ответ сможет избавить тебя от страданий.
– Чтоб вы сдохли, гады!
– Ответ неверный, – сказал Миронов, одаряя задержанного профессиональным ударом по правой почке. – Нет, по-своему, конечно, ты прав. Безусловно, когда-нибудь мы, конечно, сдохнем, но у тебя есть реальнейший шанс сделать это в ближайшее время.
– Пошел ты…!
Он так и не успел назвать пункт назначения. Миронов схватил горе-террориста за волосы и несколько раз сильно ударил головой об стол.
– Продолжай в том же духе, если хочешь лишиться оставшихся зубов, – совершено спокойно произнес Миронов.
– Вы не понимаете, вы ничего не понимаете, а когда поймете, будет уже слишком поздно… – плюясь кровью, прокричал задержанный.
– Так растолкуй нам. Мы здесь для того, чтобы внимательно тебя выслушать. Мы не будем даже перебивать.
– Вы все равно не поверите.
– Ты, главное, говори.
– Для вас это только фантастика, детские выдумки, тогда как это на самом деле… Это уже происходит. Это уже сейчас!
– Покури, – Эсс дал ему сигарету, – успокойся и расскажи все по порядку.
– Компьютеры. Куда ни плюнь, везде компьютеры. Без них уже даже посрать невозможно. Они становятся настоящими хозяевами положения. Они совершенствуются. Скоро появятся думающие машины, и вот тогда…
– Терминаторов насмотрелся? – зло спросил Эсс.
– Я же говорил…
– Не обращай внимания. Продолжай, – сказал Миронов.
– Контроль над компьютерами – это контроль над миром, и от того, как они будут думать, зависит все! А они будут думать по-своему, думать так, как их учат думать те, чьи мозги вам неподконтрольны. Вы думаете, что можете заставить их думать так, как вам хочется, тогда как на самом деле они начнут думать иначе, совершенно иначе.
– Ну и что?
– А то, что это вам самим скоро придется думать так, как думают компьютеры, и вот тогда…
– Очень хорошо. Расскажи теперь нам про убийства программистов.
– А вот хер вам! Никого мы не убиваем. Мы не воюем с отдельно взятыми личностями. Мы боремся с системой. Нам нужна гласность! Возможность говорить с людьми.
– Поэтому вы взялись за бомбы?
– Мы хотели взорвать только компьютер, чтобы вы поняли… людей там все равно не было.
– А он тоже должен был что-то понять? – Эсс небрежно бросил на стол фотографию Краммера.
– Я понятия не имею, кто это.
– Рой Краммер. Человек, которого вы убили.
– Я никого не убивал.
– Ты, может быть, и нет. Но у тебя есть друзья, а у них другие друзья. Или я не прав?
– Вы, конечно, сможете повесить на нас всех собак, но только это не мы. Мы не убийцы! Мы глашатаи истины!
– Хорошо. Сейчас ты напишешь все о глашатаях истины. Имена, адреса… в общем, все.
– Я не…
– А когда сделаешь, – перебил его Миронов, показывая наполненный героином шприц, – получишь гостинец. Посиди, подумай.
– Ну и что ты об этом думаешь? – спросил он Эсса, когда они вышли из комнаты для допросов.
– Детский сад.
– Ты еще не сталкивался с такими в своей провинции?
– Слава богу, нет.
– Мы называем их бригадами хаоса. Они растут, как грибы после дождя. Небольшие группы малолетних тупиц, борющихся против всех и вся. Разрушители, которые, слава богу, так и не научились еще разрушать. Это не продукт исламских зомбификаторов, не ирландские бойцы за химеру. Обычные домашние идиоты, которые вдруг начинают играть в террористов.
– Да, но где-то же они берут оружие и снаряжение.
– Ты не поверишь. Оно сваливается к ним в руки само. Как в сказках.
– Что ты хочешь сказать?
– Например, трое таких вот уродов смогли украсть целый арсенал у торговцев оружием, да еще и остаться в живых.
Глава 4
Бесконечная, куда ни глянь, степь; бесконечная идеально прямая, идеально ровная грунтовая дорога; бесконечный запас бензина. За рулем Вера, что вполне естественно. Тепло. Поэтому верх кабриолета откинут, и приятный, теплый ветер дует в лицо. Удивительно, но за машиной нет обычного на грунтовых дорогах пылевого шлейфа.
– Межпиксельное пространство – это мир тишины, – рассказывала Вера. – Здесь нет радио, нет телефона, нет технологий и электричества, нет часов. Сюда не ступала нога человека стадного, а если какой представитель этого вида двуногих (одноногих или безногих) существ и заглянул сюда в наркотическом или алкогольном бреду, тут же бросился к телефону, чтобы великий волшебник Страны 03 спас его от подобных кошмаров.
– А машина?
– Что машина?
– Наша машина.
– Наша машина – это твой способ не сойти с ума, как и пейзаж, что ты видишь вокруг. Наше перемещение – это изменение состояния сознания. Мы не движемся ни во времени, ни в пространстве. Нечто похожее происходит во время контакта с НЛО. Люди сталкиваются с чем-то настолько далеким от того, что они привыкли видеть каждый день, что их психике приходится изобретать деву Марию или зеленых человечков просто для того, чтобы не сойти с ума.
– А здесь никаких резких движений, – сказала Вера, когда впереди показался контрольно-пропускной пункт. – Здесь начинается территория Линчевателя. Веди себя спокойно. Ни во что не лезь, пока я не скажу. Понял?
– А кто такой Линчеватель?
– После. Молчи. Понял?
Егор кивнул.
Через пару минут они подъехали к пропускному пункту. Шлагбаум, укрепленный бункер, несколько автоматчиков в форме без знаков отличия.
К машине подошел приятной наружности мужчина.
– Здравия желаю, господа. Предъявите, пожалуйста, ваши карты соответствия.
– У нас их нет, – спокойно ответила Вера, – мы даже не знаем, что это такое.
– Вы в первый раз здесь?
Вера кивнула.
– Тогда вам придется пройти тест на соответствие. Это не долго и совершенно безболезненно. Вы позволите мне сесть за руль?
– Конечно.
Вера перебралась на заднее сиденье.
От военного приятно пахло хорошим одеколоном и дорогим табаком.
– Надолго к нам? – спросил он Егора.
– Как получится, – ответил тот.
– Думаю, вам понравится.
– Приехали, – сказал военный, когда они подъехали к трехэтажному кирпичному зданию с решетками на окнах, – это займет всего несколько минут.
Они поднялись на второй этаж и без стука вошли в просторный кабинет. За столом, на котором была навалена целая куча папок, сидел человек в белом халате.
– Принимай новеньких, док, – весело сказал военный.
– Очень хорошо, полковник, – ответил тот.
– Присаживайтесь, – сказал доктор Егору и Вере, указывая на удобные стулья возле стола, – мне потребуется немного вашей слюны. Плюньте сюда, пожалуйста, – он поставил на стол два миниатюрных стеклянных блюдца. Затем, когда его гости сдали слюну, он поставил блюдца в похожее на микроволновку устройство.
– Пять минут, и ответ будет готов. Волнуетесь? – спросил он.
– Не очень, – ответила Вера.
– Правильно. Чем спокойней себя чувствуешь во время теста, тем больше в тебе чистоты соответствия идеалу.
Доктор улыбнулся, и у Егора внутри все словно оборвалось. Он узнал в докторе бессменного лидера исламских террористов.
– Не бойтесь, молодой человек, – он словно прочитал мысли Егора, – здесь, среди своих, мы не поощряем религиозные конфликты. Мы стараемся быть объективными… насколько позволяет тест.
Он весело подмигнул Егору и рассмеялся.
«Микроволновка» щелкнула.
– А вот и результат.
Доктор посмотрел на дисплей.
– Превосходно. Добро пожаловать в наши ряды. С удовольствием зачисляю вас в Армию Всеобщего Освобождения.
Доктор снял телефонную трубку.
– Принимай друзей, Али, – сказал он.
Секунд через тридцать открылась входная дверь.
– Вперед, – крикнула Вера, бросаясь к двери. В Егора словно вселился дьявол. Он буквально летел за Верой, расчищавшей им путь. У самой машины ему, правда, тоже пришлось поучаствовать в драке.
Машина рванула с места и, быстро набирая скорость, помчалась вперед. На предельной скорости они пронеслись по небольшому, построенному в духе городов Дикого Запада, селению, сразу за которым…
– Смотри! Смотри внимательно! – закричала Вера.
Вдоль дороги стояли виселицы. Через каждые три метра. До самого горизонта. Возле каждой из них стоял похожий на рекламный щит. Несмотря на огромную скорость, Егор умудрялся читать надписи на щитах. Негры, индейцы, евреи, пидоры, идущие не в ногу, просто не соответствующие идеалу… Их было несколько тысяч. Свежих, вздувшихся, объеденных птицами… Некоторые веревки оборвались, и на эшафотах лежали человеческие кости. Многие перед смертью прошли через пытки…
– Убийство подобно наркотику, – сказала Вера, когда они покинули территорию Линчевателя, – поэтому очень часто право убивать даруется как привилегия. Вступай в ряды и громи недостойных! В большинстве случаев возможность безнаказанно громить недостойных является главной причиной для вступления в ряды…
Егор слушал с большим трудом. Его глаза закрывались. Казалось, он не спал несколько суток.
– Только не вздумай спать, – предупредила его Вера, – уснешь – тебе конец.
Глава 5
В погруженном во тьму городе царил бардак. Именно бардак, а ни какой не хаос. Тупой примитивный бардак, превращающий бывших вполне приличными сограждан в толпу выгнанных из дурдома за плохое поведение психов. Шайки обезьянообразных венцов природы, совершенно обезумев, носились по городу, грабя оставшиеся без сигнализации магазины. Кого-то били. Где-то били окна. Кто-то кричал о войне, кто-то провозглашал конец света и призывал всех покаяться в последние минуты. Картину Армагеддона дополняли истошно ревущие сирены. Казалось, страшный демон безнаказанности вошел в город. Но не тут то было. Навстречу ему уже спешил экзорцист. Уже неслись похожие на свирепых голодных хищников полицейские и пожарные машины, а поднятые в ружье спецназ и гвардия набрасывались на нарушителей общественного порядка, и, угостив их от всего сердца дубинками, закидывали в машины и увозили в участок. Когда набивать нарушителями стало нечего, блюстители порядка принялись вершить суд на месте, круша правого и виноватого, а особо ярых отвозили за город, где избивали до полусмерти. Так при помощи дубин и слезоточивого газа в город победоносно возвращалась цивилизация.
Атака хаоса. В очередном послании Кассандры это называлось так. Правда, в послании не было ни даты, ни места проведения операции. «В ближайшие дни состоится атака хаоса. Готовьтесь к массовым беспорядкам и сбоям аппаратуры. Информация для Миронова: (номер телефона) и имя: Слониски.»