Зомбономика и экономика. Пособие по снятию финансово-экономических ограничений

© Владимир Михайлов, 2025

ISBN 978-5-0067-4404-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Первые заметки по данной теме были сделаны ещё в 2018г., потом основной текст писался во время пландемии, долго лежал неопубликованным и, наконец, был отредактирован в соответствии с нынешними реалиями. Возможно поэтому, книга получилась многожанровой и даже несколько сумбурной, что, однако, вполне резонирует с её названием. Действительно, с чего бы это зомбономике быть кристально ясной и логичной? Данный текст является трудным. И дело здесь не в том, что он написан более заумно, чем, допустим, тексты Гегеля, Канта и «Капитал» К. Маркса или специально написан малопонятно как гурджиевский «Вельзевул», чтобы дураки туда не лезли, а умные развивались. Дело здесь в другом. Этот текст не согласуется с доминирующими информационными трендами, а значит, его читатель не будет получать энергетический допинг от соответствующих эгрегоров. Более того, господствующие тренды предполагают незнание и отрицание материала данной книги. Поэтому если Вы ортодокс, привыкший или приученный доверять «официальным источникам информации» и глумиться над разными конспирологами и уфологами – эта книга не для Вас.

Для любого зомбика и биоробота существует главный запрет – запрет на знание управляющей им программы, а тем более её несанкционированное его оператором изменение. И в данном тексте он может столкнуться именно с такими проблемами. Поэтому будьте осторожны! Например, марксизм обнаружил один вид эксплуатации – производственную, а здесь выделяется целых пять видов эксплуатации! Но господствующий тренд считает, что никакой эксплуатации нет, а если и есть, то она полезна, т.к. совершенствует человека в соответствии с теориями дарвинизма. То, что эти две точки зрения по смыслу и логически противоречат одна другой, для него роли не играет, т.к. он обращается к подсознанию, а не к разуму. Господствующий тренд считает, что нужно развивать у себя «мышление миллиардера», покупая для этого видеокурсы у жуликоватых блоггеров, разбогатевших именно на их продаже. А здесь «мышление миллиардера» даже критикуется в некоторых его аспектах. С точки зрения большинства это явная ересь. Ведь мышление миллиардера всесильно, потому что оно верно. А верно оно потому, что деньги, а точнее их количество – основной критерий истины. Так устроено современное общество. «Чем чудовищней ложь, тем легче в неё поверят», – говорил Геббельс. Но ведь если в неё верят, значит, она и продаётся лучше всего! Так почему бы нам не предположить, что доминирующие тренды транслируют информацию исходя именно из этого принципа?

«Власть и богатство в архаической памяти человека тесно связаны с безопасностью, а значит – с более высоким шансом на выживание. Прошло почти 3 миллиона лет, у человека отпала необходимость ежедневно справляться с агрессивной средой1, однако программа, направленная на выживание осталась неизменной»2, заставляя, часто вопреки всякой уместности, стремиться именно к власти и богатству. «Вторым органом, периодически сбивающим фокус3, является, как ни странно кишечник. Не зря его называют вторым мозгом»4. От живущих там микробов, не умеющих читать газеты и гаджеты, «зависит выработка основных нейромедиаторов – эндорфинов, дофамина, серотонина и окситоцина – гормонов счастья. Дофамин – гормон предвкушения удовольствия… Он выделяется, когда человек реагирует на какой-либо внешний стимул и предвкушает его получение» (Ну уж с этим-то у зомбономической рекламы и господствующих трендов всё в порядке!). «Серотонин – гормон удовлетворения и радости, который человек получает от привычных вещей» (С этим в данной книге могут быть проблемы!), выделяющийся от лозунгов стабильности и традиционализма. «Окситоцин, в свою очередь, отвечает за проявление чувства привязанности в процессе адаптации человека в социуме. А за лёгкое отношение к жизни и ощущение удовлетворения от происходящего отвечают эндорфины. Понимая это, можно взять настроение под контроль. Например, для того, чтобы повысить уровень дофамина, нужно регулярно ставить себе небольшие цели», например, получить зарплату, поощрение начальства или купить бутылку пива. «Достижение цели5 выбросит в кровь дозу дофамина. А звонок маме или любимым способствует поднятию уровня окситоцина» (Для этого и «Зомбономику читать не обязательно!). «Правда, все это не сработает, если у человека есть проблемы со здоровьем» (А у кого их сегодня нет? Ура, все больные, оказывается, плохо поддаются программированию через СМИ! Вот она, польза болезней!). «Когда в желудочно-кишечном тракте не все благополучно, возникают такие состояния как подавленность и депрессия»6, а результате – разные там майданы и революции. Поэтому вместо того, чтобы про зомбомомику читать, лучше сходить в туалет, и глядишь, так и расхочется, полагают ортодоксы.

Надо признать, что теория не расходится у «Вечерней Москвы» с практикой, особенно в ежедневных выпусках, бесплатно раздаваемых в московском метро: сплошная пустопорожняя информация, однако вызывающая или должная вызывать от своего потребления правильные гормональные интервенции. И у её конкурента – «Metro» такой же стиль подачи материала, разве что информационной пустопорожности поменьше. И много ещё у кого такой же стиль. Стиль доминирующих трендов, обращающихся к дремлющим и дремотным инстинктам подсознания и манипулирующих гормональными выбросами через устную и письменную речь. Или точнее нейроречь, ведущую диалог напрямую с телом, минуя сознание. Мнимая рациональность науки, в частности экономической – не более чем уловка, лишь призванная усыпить своим мнимо рациональным словоблудием рациональную часть сознания реципиента. Ведь она всего лишь часть господствующих трендов. И эта нейроречь вполне эффективна, в смысле управления поведением своих реципиентов. И время ковидобесия лучшее тому доказательство.

А данная книга – в некотором роде, напротив, есть деконструкция этой самой зомбирующей нейроречи. Поэтому сами выбирайте, читать вам её или нет.

Глава 1. Сатирико-публицистическое введение в Зомбономику: Что такое Зомбономика или как забить гол в собственные ворота?

В газете АиФ («Аргу_менты и фак_ты») №47, 2018г. на с.52 в рубрике «Я не понимаю» некто Е. Шубин задал вопрос: «В СССР зарплаты у футболистов были большие, но, всё же, не так отрывались от средней зарплаты по стране. В какой момент игроки стали получать миллионы?». Вопрос конечно интересный и весьма похожий на вопросы, задаваемые в известных в прошлом анекдотах про «армянское радио». Как мы увидим ниже, АиФ отвечает на подобные вопросы как раз в стиле того самого «армянского радио».

В общем, недоумение вопрошающего по поводу огромных зарплат некоторых современных футболистов (и иных популярных спортсменов) оправдано. Действительно, с какой такой стати индивид гоняющий мячик по полю должен получать в десятки и сотни раз больший доход, чем какой-нибудь колхозник (сельхозрабочий), школьный учитель или ученый из РАН? Что же такое сверхценное и сверхполезное производит он для общества, чтобы иметь такие супердоходы, которые и иному частному предпринимателю не снятся? Раньше, помнится, было принято критиковать буржуазию, дворян и даже интеллигенцию за паразитизм. Но эти «паразиты», получая свои «сверхприбыли» и ренты, делали хоть что-то полезное для общества: организовывали производство, служили в армии и чиновниками, книжки писали или что-то изобретали. А футболист что изобретает? Как забить гол в чужие (или свои) ворота, вызвав тем самым «гиканье» накачавшихся пивом футбольных фанатов? И уже здесь мы начинаем кое-что подозревать и прозревать: оказывается, доходы и прибыли в современной «экономике», совсем никак не привязаны ни к производительности, ни к общественной полезности труда, работы или какой-то иной дающей прибыль деятельности. Какой-нибудь электрик в российской провинции будет получать 9000р. в месяц, работая по 40 часов в неделю, гастарбайтер – работать за еду и койко-место в общежитии, даже у депутата Госдумы РФ и то зарплата в год не миллион долларов, как у футболиста Е. Титова в 2000г. И как же это так вдруг получилось, что общество (включая законодателей, предпринимателей и министров) удалось убедить, что это – норма жизни?

Со своими ответами пока повременим, обратившись к ответам АиФ. Оказывается, знаменитому советскому вратарю Дасаеву до перестройки полагалась «скромная» советская зарплата в 435 инвалютных рублей, «но горбачевская перестройка изменила правила игры. Госкомспорт решил выдать футболисту процент от суммы, которую испанцы выплатили советской стороне». И Дасаев стал «миллионером». Итак, хронологические рамки зарождения зомбономики в России прояснились. Именно «перестройка» создала условия для отрыва доходов некоторых индивидов и групп населения от результатов, содержания и общественной (как, впрочем, и индивидуальной) полезности их деятельности.

Но это в России. А за рубежом (в Англии) ситуация была такая. Средняя зарплата игрока высшего дивизиона была по данным АиФ в 1940г. 8 фунтов в неделю, в 1950 – 12, 1960 – 20, 1970 – 70, 1980 – 550, 1990 – 1500, 2000 – 11184, 2010 – 33868, 2017 – 50817 фунтов в неделю. Цифры конечно интересные и даже дающие дополнительную информацию для искушённых в каббалистике и нумерологии. В общем, дела у «гоняющих мячики по полю» пошли в гору с 1980-х годов, с эпохи «рейганомики» и «тетчеризма». А уж с 2000-х их номинальные доходы вообще стали расти в десятки раз по сравнению с 1980-90-ми годами. Однако обратим внимание на одну деталь, ускользнувшую от внимания авторов этой статистики. А деталь эта заключается в том, что покупательная способность фунта стерлингов с 1940г. и по сей день существенно изменилась, точнее, снизилась в разы, а может даже и десятки раз. По крайней мере, в 1940 г. на 1 фунт в Британии можно было купить побольше, чем буханку хлеба, как в наши дни. Но подобная «невнимательность» для современных экономических расчетов и статистик не исключение, а норма. И здесь мы видим ещё одну важную характеристику зомбономики – опору на заведомо недостоверные измерительные и цифровые данные, дающие на выходе иллюзорную картину. Конечно, общую тенденцию роста доходов футболистов эта статистика отражает, но они выросли реально (с учетом инфляции и изменения масштабов и соотношений цен на товары и услуги) вовсе не так, как 8 фунтов соотносится с 50817 фунтами. Итак, базовая измерительная единица – фунт стерлингов оказывается не постоянной, а колеблющейся из-за инфляции и покупной способности. Обратим внимание на последний показатель – покупную способность. Ведь оказывается, что она не просто уменьшалась, менялся не только объем, но и номенклатура, качество, доступность тех или иных товаров и услуг. Например, еда в 1940г. вероятно была более качественной и натуральной, а вот каких-нибудь навороченных гаджетов в продаже тогда не было. Оказывается, на старый и современный фунт можно было купить не просто чего-то меньше или больше, а вообще что-то совершенно разное. Того что было в продаже в 1940-м не купишь сегодня и наоборот. Вывод очевиден. Вся экономическая статистика таким образом «трещит по швам», ибо не учитывает различий доступных в разное время потребительских корзин, а значит, не может дать сколько-нибудь достоверных данных о богатстве и бедности в обществе. И, заметьте, (почти) никто этого почему-то в упор не видит, ну прямо как гаитянские зомби! Зомбономика, однако!

Однако вернемся от важной, но, всё же, второстепенной темы недостоверных экономических расчетов к базовым ценностям этой системы. Как же это так получилось, что пинание мячика на поле приобрело такую общественную значимость, что за него стали платить больше чем даже министрам и депутатам? Мы предлагаем читателям самим разобраться, сколько и чего получали древнегреческие олимпионики за свои олимпийские победы. А вот римским рабам гладиаторам (кстати, именно так гордо именуют некоторых современных спортсменов) за победы, конечно, платили, в том числе даже и освобождением от рабства. И как же это так сегодня получилось, что занятия приличествующие военнопленным рабам приобрели такую впечатляющую общественную ценность, выражающуюся в сверхдоходах популярных спортсменов (и ещё более – организаторов этих шоу)? Складывается впечатление, что нас коллективно записали в некую школу дураков, где нас учат на роботов и животных. А спортивные шоу как раз и производят эту сверхценную для зомбономики учебную «дурилку». В своё время лидер ливийской революции М. Каддафи остроумно недоумевал, почему, мол, люди готовы тратить время и деньги, чтобы смотреть на стадионах как другие занимаются спортом, но не ходят в рестораны, чтобы смотреть, как другие едят7. Конечно, сегодня это суждение немного устарело. Сегодня миллионы зрителей смотрят по ТВ и через интернет как другие едят, тратя на это своё время и деньги, а стадионные соревнования в связи с установлением короновирусно-ковидократической диктатуры в большинстве стран мира на несколько лет оказались под запретом. Но это на наш взгляд, всего лишь мутация «зомбономического вируса», поэтому погоню за деньгами ковидократы и не запретили; посему продолжим разбор нашей темы.

Французский философ и публицист Гийом Фей ещё в 1990-е годы критиковал большой спорт.

«Спектакль спорта8 оправдывают тем, что он предотвращает войны, устраивая мирные и символические конфликты, нейтрализует тем самым националистический угар. Однако история футбола демонстрирует обратное – столкновения между фанатами и хулиганами подпитывают националистическую угрозу. В Европе национализм и шовинизм, которые должны бы были исчезнуть, вместо этого подпитываются поддержкой национальных футбольных команд…

Легко отметить отупление и инфантилизм, вызванные этим гневом в спорте. Вниманием народа овладевают бесплотные и несущественные проблемы.

Спорт также поощряет деструктивное очарование грубой физической силой, противостоящей свойственной солдату физической смелости или даже «физической форме», ведь тело великих атлетов часто изуродовано чрезмерными тренировками и допингом. Общество компенсирует недостаток физической смелости, заискивая перед бессмысленными количественными физическими выступлениями. Этот культ количественного поведения, побочный продукт неограниченного материализма – одержимость вопросом, кто же самый быстрый, высокий, мускулистый и выносливый и т. д. – находит своё выражение в необсуждаемой области рекордов. Атлеты, побившие физические рекорды, приходят к триумфу: подлинное озверение человека, отрицание его интеллектуального измерения9. Ведь, в конце концов, любой заяц, борзая, лошадь или страус всегда победят Бена Джонсона в беге на короткие дистанции; любой шимпанзе побьёт Тайсона…

Разве два парня, кидающие друг в друга мячик через сетку, заслуживают столько внимания СМИ? Разве цирковые выступления воздушных акробатов или укротителей львов не столь же восхитительны?

…Сегодня такого рода регаты – бессмысленные выступления, не имеющие никакой цели, пустые задания, хорошо оплачиваемые шоу и ничего более – по сути, это глобальные цирковые представления без смеющихся клоунов10. Довольно интересно, что единственные оставшиеся интересные виды спорта – этнические, не распространяемые на глобальном уровне…

Глобализованный спортивный спектакль современности выполняет две функции: он поощряет ложный и инфантилизирующий энтузиазм по отношению к несущественным событиям, нейтрализующим идеологическое и политическое сознание людей; он питает новый сектор индустрии развлечений, создающей очень мало рабочих мест, но часто служащей прикрытием для мафиозных структур и мобилизующей огромные финансовые ресурсы, на которых многие наживаются»11.

Как видно из этой цитаты, большой шоу-спорт имеет очень важное значение для зомбономики: тут тебе и столь полезное для зомбирования отупение с озверением масс, и культ бессмысленной погони за количественными (цифровыми, тут и цифровизация очень даже кстати) показателями, и культ пустых, ложных и деструктивных ценностей, и подмена проживания своей жизни глазением на чужие спектакли, и прикрытие для мафии, и хороший способ наживы на массовом (как сегодня уже и на масочном) идиотизме. В некотором роде все субъекты зомбономики превращаются в своего рода спортсменов, только вместо кубков и медалей они гонятся за деньгами, не брезгуя при этом допингами и пренебрегая расплатой в виде физического уродства.

Конечно, для здравомыслящих людей (и других существ) весь этот спортивный «лохотрон» является не более чем цирком, в котором в роли клоунов выступают не столько даже спортсмены, зарабатывающие этим себе на жизнь, сколько глазеющие на всё это фанаты (головные) болельщики. Хотя мы и не порицаем спорт как оздоровительное занятие для любителей имеющее разумные цели оздоровления и укрепления тела, как, впрочем, и аналогично ориентированную экономику…

Однако, пока футбольные фанаты и денежные спортсмены соревнуются в забивании голов в собственные ворота, нам пора забить свой гол (пока ещё не в вурдалака кол) в ворота зомбономики, дав её определение.

Итак, зомбономика – это социально-экономическая, производственно-потребительская система, основанная и ориентированная на погоню за ложными фиктивными ценностями и их безудержное стяжание. При этом не только базовая ценность (деньги), за которой гонятся зомбономические спортсмены является эрзацем и фиктивной подменой подлинных потребительских и прочих благ12. Фиктивной является и вся система математических, статистических, экономических расчетов и цифровых показателей, которыми пользуется эта система, чтобы обосновать и оправдать своё существование. Поэтому-то она и зовется разумными зомбономикой, ибо, только имея сильно «измененное состояние сознания» можно серьезно воспринимать весь этот идиотизм. К примеру, некто купил бутылку водки в магазине (1 транзакция), потом продал её пьянице подороже (2 – транзакция), а тот третьему алкашу, у которого «трубы горели» продал её ещё дороже (3 транзакция). С точки зрения зомбономики в результате этих трёх транзакций прирос ВВП (это без учета транзакций при производстве водки). А какое благо и польза от этого приросли? Об этом современная экономическая (лже) наука скромно умалчивает. Ибо не умеет (и не хочет) она рассуждать в категориях блага и пользы. А потом кто-то у нас ещё удивляется, почему, мол, шлём мы сигналы в космос, шлём, а «браться по разуму» нас не замечают и на открытый контакт не идут. А всё потому, что достаточно им один день земной телевизор посмотреть, чтобы стало про земную (лже) цивилизацию всё ясно. Не братья мы (точнее большинство людей) им по разуму (которого у этого большинства «днём с огнём не сыщешь»), а те, которые для человеческого большинства братья (по безумию) до других планет долететь не могут и сигналов из космоса не слушают и не слышат, также как и наши люди-дикари…

Но вернемся к теме и сократим наше определение до афоризма. Получится, что Зомбономика – это система ложных ценностей, базирующаяся на фиктивном математическо-измерительном аппарате. Две лжи в одном или минус один в квадрате.

Разобравшись с базовым понятием, мы можем теперь разобрать феномен современной зомбономики (лжеэкономики) более обстоятельно и детально. Смысл и цель изучения и разоблачения зомбономики состоит в снятии с себя и общества финансово-экономических ограничений, достижении ими состояния экономической, шире – ресурсной вольности и свободы, как необходимой предпосылки и части снятия с себя остальных, в первую очередь негативных социальных ограничений. Решению этой задачи посвящена авторская теория и практика снятия социальных ограничений13, продолжением которой и является данная работа.

глава 2. Обнаружение зомбономики как проблемы

Данная работа представляет собой обещанное и запланированное продолжение авторской монографии «Социальная свобода: идеология и технология освобождения человека. Свобода в обществе и свобода от общества»14. Первоначально планировалось продолжить тему снятия вторичных социальных ограничений15 рассмотрением теории и практики снятия правовых ограничений. Однако ряд обстоятельств привёл автора к выводу, что первоначально следовало бы разработать теорию снятия экономических ограничений. Если брать общественную сторону этого вопроса, то нетрудно заметить, что дискурс (рассуждения) современного массового сознания и дирижирующих им СМРАД (средства массовой рекламы, агитации, дезинформации – термин А. И. Фурсова), ошибочно называемых СМИ явно смещён и зациклен на обсуждении не правовой, а именно экономической проблематики. Философские проблемы права обсуждаются редко и в основном в кругу специалистов: юристов и ученых законоведов. Массам же внушается мысль (ставится программа), что, мол, закон есть закон и его надо выполнять без обсуждения его содержания, смысла или вменяемости и легитимности его авторов. Вместо этого массам предлагают обсуждать различные экономические, политические проблемы (естественно отфильтрованные негласной цензурой по разным параметрам) или всякую развлекательную ерунду. Так в обществе искусственно формируется массовое мнение о первичности именно экономической проблематики, а не правовой, хотя на самом деле это неправильно, т.к. именно законы (шире – правовые системы) определяют правила экономической игры, а, следовательно, и потенциальных победителей и проигравших в ней, о чём обыватель, как правило, не задумывается. Поэтому он может до одурения и изнеможения изучать предоставленные ему официальные экономические теории, бегать по платным тренингам, повышать свою производительность труда, учиться любить деньги и считать копейки в своем кошельке, но так и не «преуспеть» и не стать миллиардером. Увы, фабрикация официально признанных экономических теорий, тренингов и книжек на тему «Как заработать миллион» (лёжа на диване) тоже бизнес…

Мы предлагаем поиграть в немного другую игру по снятию экономических ограничений, в том числе и за счет выхода из матрицы «смрадного» экономического официоза. Поэтому чтение этой работы можно сравнить с принятием таблетки Морфеуса главным героем к/ф «Матрица». Или с кастанедовским «сдвигом точки сборки» из экономического числового (цифрового) тоналя в нагваль16…

Итак, как же мы можем снять с себя финансово-экономические ограничения, то есть ограничения на перемещение, использование, обладание (а, значит производство и потребление) экономическими ресурсами (сырьём, энергией, изделиями, продовольствием и т.п.) и средствами их символического выражения и обмена (деньгами, акциями, драгоценными металлами и т.п.)17? Обыденное сознание обычно видит решение этой проблемы в приобретении (получении) большего объёма денег или производстве большего объёма товаров и услуг (обычно не особо задумываясь об их качестве). Примерно также, хотя и более сложно, аргументировано и объёмно видят решение этой проблемы и многие официальные (в т.ч. «оппозиционные») экономисты, даже не задумываясь об истинности данных представлений. В качестве примера можно привести многочисленные книги и прочие публикации и видеоролики на эту тему В. Катасонова18. В них автор разоблачает мировую банковскую и ростовщическую мафию, которая грабит народы, изымая из оборота деньги, необходимые для успешного товарообмена в экономической системы, душит производство товаров и услуг ростовщическими процентами по кредитам, прячет капиталы в оффшорных зонах, вместо того, чтобы отдавать долю от них в виде налогов государству и совершает ещё кучу всяческих афёр и махинаций. Исходя из изложенного В. Катасоновым и его единомышленниками материалов, напрашивается вывод, что надо какими-то административно-полицейскими методами «приструнить» всю эту мафию, сдерживающую нормальное развитие производства и рост экономики. Тогда экономика якобы вырастет и «будет всем нам от этого счастье». Но, увы, сделать это практически почему-то ни «оппозиционным» экономистам, ни «бедному» государству, ни «непросвещенному» народу никак не получается (или не получалось до последних времён 2023—24гг). Причем, что самое обидное, такая ситуация почему-то постоянно воспроизводится в истории: сколько боролись в прошлом с ростовщичеством, а в итоге значительная часть населения современной России оказалась в кабале у ростовщиков19. И что же в итоге делать читателю подобных опусов? Сыт ими явно не будешь, даже во рту сладко не станет, от повторения их материала. Можно, конечно, не брать кредитов. Но кредитование населения и производства (ростовщичество) – это такой же бизнес, как азартные игры или лотереи. Львиная доля дохода, естественно достается организаторам бизнеса, в данном случае банкам, однако кое-что перепадает и заёмщикам, как выигрыши в рулетку или лотерею – иначе брать кредиты будут плохо. Поэтому тот, кто не берёт кредитов, конечно в кабалу к ростовщикам не попадет и от банкротства банков не пострадает, но и свой шанс на выигрыш тоже потеряет. Вдобавок, если он человек принципиальный, то не должен вообще участвовать в этой жульнической игре, а значит класть в банк деньги под проценты. Но, не делая банковских вкладов под проценты, он будет нести убытки от инфляции. Следовательно, рядовой человек в этой игре проигрывает в любом случае: либо как жертва ростовщиков и мошенников, банкротящих банки и ворующих средства вкладчиков, либо как жертва инфляции. Не проиграть в этой игре равносильно приобретению выигрышного билета в лотерею, что некоторым особо удачливым удаётся. Отсюда следует печальный вывод: многочисленные опусы разных «катасоновых» – тоже встроенный в систему бизнес, который не может снять экономических ограничений с общества и человека, а способен лишь перевести его из одной категории «лузеров» (неудачников) в другую и создать иллюзию своей экономической грамотности по сравнению с «простонародьем». Реально же читатель таких книг просто станет больше знать о реальном устройстве мировой экономики без изменения своего собственного в ней места. Т.е. это разновидность оторванного от практики виртуального, чисто информационного потребления, похожего на видео просмотр того, как другие едят, или путешествуют.