Цифровая трансформация государственного управления. Датацентричность и семантическая интероперабельность

Рис. 1.13. Одиннадцать инициатив, фаза 1 – Информационные острова [35]

В ходе 3-й стадии развития электронного правительства (2003–2007) в рамках дорожной карты реализации 31 приоритета (далее – «31 приоритет») были разработаны основные приложения для оказания государственных услуг гражданам (см. рис. 1.14), а также введены в действие ведомственные системы обмена информацией.

В некоторых источниках [21] Южная Корея позиционировала выход электронного правительства на этап зрелости уже в 2008 году (см. рис. 1.15 и табл. 1.9).

Скорее всего, это связано с тем, что именно в этот момент началось ее прорывное продвижение в глобальном рейтинге ООН к лидирующей позиции (2011–2014). К тому же периоду относится и старт маркетинговой стратегии экспорта корейских решений в сфере ЭП на международный рынок. Однако в более поздних документах «зрелость» отнесена уже на следующий этап.

В новой версии (см. табл. 1.9) 4-я стадия (2008–2012) получила название «Интеграция» в связи с тем, что основной акцент был сделан на обеспечение бесшовного взаимодействия между министерствами и ведомствами. Этот этап ознаменован запуском интегрированной платформы электронного правительства, а также созданием и распространением «Общеправительственной Архитектуры Предприятия» (Korean Government-wide Enterprise Architecture, KGEA).

Рис. 1.14. 31 приоритет дорожной карты развития э-правительства Южной Кореи, фаза 2 – Информационные архипелаги [35]

5-я стадия развития э-правительства началась в 2013 году и продлится, по мнению аналитиков, до 2017 года [54]. Она названа стадией «зрелости и совместного производства» и характеризуется стремлением к инновациям для обеспечения интеграции услуг на всех уровнях власти. Кроме того, уровень ИКТ является стимулом для роста инвестиций в развитие взаимодействия с частным сектором и вовлечение граждан.

5-я стадия соответствует и третьей фазе IAС – переходу к информационным континентам. Ведущими направлениями этой фазы являются:

продолжение разработки связанных систем, развитие общих государственных платформ на основе АП, обеспечение доступа к ним для граждан и внешних систем, а также продвижение вездесущих технологий, умного правительства и умных городов.

Рис. 1.15. Эволюция развития электронного правительства Южной Кореи [2]

В ходе 4-й и 5-й стадий развития возникла концепция повсеместного распространения вычислений83 и связи (от англ. ubiquitous, распространенный, проникающий, вездесущий), которая стала маяком стратегии информатизации Южной Кореи [30]. Заметим, что первое официальное упоминание этого термина применительно к Корее относится еще к 2003 году [5], а в 2007 г. повсеместное распространение вычислений упоминается в документах NIA как одна из основных целей [32]. В настоящее время повсеместное проникновение вычислений нашло свое воплощение и развитие в концепции интернета вещей, которая активно входит в привычную жизнь граждан.

Опыт Южной Кореи показывает, что в ходе информатизации большинство затрат связано с перестройкой «бумажных» бизнес-процессов, формализацией и регламентацией деятельности, адаптацией министерств и ведомств к совместной работе при предоставлении услуг гражданам и бизнесу, созданием «единых окон» для получения услуг, к которым граждане все равно должны приходить ногами или через интернет. А повсеместное распространение технологий, вычислений и связи характеризуется тем, что услуги сами приходят к гражданам, использующим домашний интернет или общественные службы «шаговой доступности». Для этого те же по объему затраты нужно вкладывать в создание инновационных, конвергентных ИКТ-технологий «вездесущего» информационного общества.

В 2011 г. с публикации дорожной карты началась реализация умного правительства (Smart Government) в Корее [52], которая продлилась до 2015 г. При этом термин Smart не только отражает уровень развития ЭП, но и является акронимом, в котором отражены основные его принципы:

• Secure System (безопасная система);

• Mobile Friendly (ориентация на мобильные устройства);

• Advanced Technology (продвинутые технологии);

• Reduced Cost (сокращенные затраты);

• Total Service (все услуги).

Этот подход отражает стратегию развития электронного правительства, ориентированную на максимальное использование мобильных устройств, которые в настоящий момент имеются у всех жителей Южной Кореи. Мобильные телефоны применяются для предоставления государственных и муниципальных электронных услуг, информирования, оповещения, оплаты проезда. Дополнительно правительство поставило перед собой задачу увеличить сбор и обработку больших данных и использовать их не только для нужд государственного управления, но и предоставить населению для обработки и коммерциализации.

Уже на начальных стадиях развития э-правительства Южной Кореи стандарты совместимости данных, сетевые стандарты и стандарты безопасности были разработаны и применялись в проектах ЭП. Однако эти меры были абсолютно недостаточны для гарантированной совместимости значительного числа информационных систем, эксплуатируемых в различных государственных органах. Достижение интероперабельности государственных систем различного уровня было признано в качестве одной из главных задач еще в 2001 году. В связи с этим были поставлены задачи обеспечения совместимости ведомственных ИС во избежание их «изолированного развития», а также упрощения процессов разработки, доработки и внесения изменений. С 2004 года в рамках «31 приоритета» была реализована архитектура информационных технологий (Information Technology Architecture, ITA), направленная в том числе на повышение эффективности инвестиций за счет эффективного управления ИТ-ресурсами.

Политика ITA была построена по типу справочной модели на основе анализа различных элементов – бизнес задач, приложений, технологий, защиты информации, а также связи между ними. Кроме того, была разработана система управления архитектурой информационных технологий (Information Technology Architecture Management System, ITAMS), которая стала инструментом поддержки этой политики для различных государственных учреждений и общественных организаций.

В 2005 году были утверждены соответствующие нормативные акты, предписывающие обязательное использование ITA в государственных учреждениях. Применение ITA в едином центре обработки данных э-правительства (GIDC) Южной Кореи является первым случаем реализации ИТ-архитектуры в государственной инфраструктуре и обеспечивает эффективную разработку программного обеспечения, в первую очередь с учетом контроля избыточности и возможности повторного применения данных, программных ресурсов и аппаратных средств.

В 2008–2009 годах правительство Южной Кореи привлекло десять частных компаний к разработке платформы стандартов электронного правительства (e-Government Standard Framework, e-GovFrame). Эта JAVA- платформа с открытым исходным кодом, независимая от конкретного поставщика, предоставляет стандарты для подключения различного коммерческого программного обеспечения, а также имеет модульную структуру компонентов, что заметно упрощает замену и утилизацию систем.

По состоянию на 2014 год около 450 проектов электронного правительства использовали e-GovFrame, более 4700 разработчиков прошли обучение, число загрузок составило более 350 000. Платформа стремительно становится единой инфраструктурой, поддерживающей разработку программного обеспечения в государственном секторе. Среди проектов можно выделить государственный обмен данными, развитие системы порталов медицинского страхования, проекты в сфере торговли и логистики, а также другие – на общую сумму около 1,263 млрд долл. США [34]. В мировом масштабе платформа применяется в 11 проектах электронного правительства 7 стран, связанных с государственным управлением, таможенными и образовательными сервисами [21].

Кроме того, для решения задач стандартизации взаимодействия в 2005 г. корейское правительство обязало государственные органы взять на вооружение архитектуру предприятия.

Своя АП была реализована в 75,8 % центральных ведомств, муниципальных органов власти и других органов управления. И в 2008 году

Министерство государственного управления и безопасности (Ministry of Public Administration and Security, MOPAS) как заказчик и Национальное агентство по вопросам информационного общества (National Information Society Agency, NIA) как исполнитель приступили к подготовке проекта [K]GEA – [Korean] Government-wide Enterprise Architecture) – «Общеправительственная Архитектура Предприятия» [63], которая представлена как методология проектирования, расширения и управления развитием э-правительства в целом (см. рис. 1.16).

Рис. 1.16. Конструкция АП правительства Южной Кореи84

В результате выполнения этого двухлетнего проекта был определен состав архитектурных компонентов уровня правительства и со всех ведомств были собраны соответствующие данные об их АП, а затем на основе этих сведений началось развертывание [K]GEA. Уже в конце 2010 года [K]GEA обеспечивала возможность управления ИТ-проектами [29], информационными системами, рабочими процессами, данными, аппаратными средствами и другой связанной с перечисленными объектами информацией 809 ведомств. В настоящий момент сведения о 15000 информационных системах 1400 ведомств размещены в едином хранилище, которое используется совместно всеми ведомствами и расположено на портале (www.geap.go.kr), который называется GEAP (портал Архитектуры Предприятия для всего правительства, GEAP-портал) [14].

GEAP-портал предоставляет доступ лицам, принимающим решения, ко всем существующим ИТ-ресурсам всех уровней управления для оценки эффективности их использования и планирования различных сценариев оптимизации и развития. Кроме того, он позволяет сопоставлять ИТ-ресурсы ведомств с требованиями национальной повестки дня развития ИТ и переводит управление с уровня ведомства на общегосударственный уровень, а затем обратно. Примерами такого сопоставления являются: общегосударственная задача сокращения числа серверов в органах управления в целях снижения энергопотребления и переход на так называемые «зеленые ИТ», или создание государственного облака, перевод туда вычислений ведомств и освобождение ведомств от теряющих нагрузку ИТ-ресурсов. Все это не только значительно улучшает управление инвестициями в ИТ на государственном уровне, но и помогает совершенствовать предоставление государственных э-услуг и межведомственное взаимодействие.

Обычно структура любой сервисной организации, какой является и правительство, представляется в виде взаимосвязанных фронт-офиса и бэк-офиса: в первом клиенты подают заявки на услуги и получают результаты их исполнения, а во втором производится прием и контроль правильности оформления заявок, поступающих из фронт-офиса, и готовятся результаты их выполнения для возврата через фронт-офис заявителю. В бэк-офисе выполняется и множество других функций, определенных в Положении (Законе) о правительстве страны, ведомстве или службе, которые обозначаются собирательным термином «предприятие».

По этому принципу построено и электронное правительство Южной Кореи. В бэк-офисе э-правительства находится множество информационных систем, к которым конечные пользователи не имеют доступа. Реализация сервисов бэк-офисов происходит в 2 этапа. На первом этапе, который можно назвать «компьютеризацией», осуществляется разработка прикладных стандартизированных автоматизированных административных систем, таких как финансовый менеджмент, электронный документооборот, регистрация резидентов и др. На втором этапе эти системы связываются «физически» для того, чтобы в них могли исполняться логически взаимосвязанные бизнес-процессы, бесшовное соединение которых в цепочки повышает их общую эффективность и прозрачность.

Системы бэк-офиса ЭП физически размещены в двух географически разнесенных Государственных центрах обработки данных (Governmental Information Data Center, GIDC), созданных в составе Национального вычислительного и информационного агентства (National Computing and Information Agency, NCIA)85 и объединенных в 2015 году в Национальную вычислительную и информационную службу (National Computing and Information Service, NCIS), которая подчиняется Министерству внутренних дел86. Кроме того, в 2011 году были запущены в эксплуатацию государственное облако (G-cloud) и всеобъемлющая государственная система мониторинга безопасности (e-ANSI), а в 2012 году был открыт Центр поддержки услуг мобильного э-правительства (Mobile e-Government Service Support Center).

Государственная система совместного использования информации87 призвана снизить количество предоставляемых гражданами документов и повысить эффективность рассмотрения административных дел88. Эта система охватывает весь государственный сектор и финансовые учреждения, с ее помощью по состоянию на 2015 год производился обмен 148 типами документов гражданских служб и обмен информацией между 626 организациями [6].

On-Nara BPS [44] – система управления рабочими процессами корейского правительства, охватывающая все уровни власти в стране. С ее помощью правительство центрального уровня может управлять процедурами формирования государственных (политических) решений, в том числе их документированием, составлением отчетности, рассмотрением и утверждением онлайн. Система помогает правительству улучшить прозрачность процессов разработки решений, более системно управлять работой и оценивать вклад каждого чиновника.

Потребители услуг «видят» фронт-офис э-правительства и используют его для взаимодействия с различными ведомствами. На первом этапе реализации фронт-офиса отдельные службы – например, электронная таможня, электронные закупки, электронные налоги – создавались как отдельные независимые системы. Позже, на втором этапе реализации, эти службы были интегрированы в порталы доступа к услугам государства граждан (G2C) и бизнеса (G2B), а также органов власти друг к другу (G2G), что сделало взаимодействие пользователей с этими службами более удобным.

Корейскую электронную таможенную службу UNI-PASS89 Международные эксперты признали одной из лучших электронных таможенных служб в мире. Внедрение еще одного ключевого проекта в области услуг электронного правительства – системы электронных патентов KIPOnet90 – существенно повысило уровень обслуживания пользователей, позволяя заявителям регистрировать свои права, просматривать заявки на выдачу патентов, запрашивать любую патентную информацию онлайн и др.

Единый портал Minwon2491 обеспечивает подачу 3013 видов обращений граждан и предоставление 1208 видов гражданско-правовых документов. Сервис для смартфонов позволяет пользователям хранить и просматривать 32 вида обращений граждан на своих смарт-устройствах. Реализовано предоставление 41 вида персонализированной информации повседневной жизни для каждого человека и зашифрованы регистрационные номера резидентов для усиления защиты персональной информации [6].

Портал петиций и дискуссий (e-People92) позволяет с использованием службы одного окна подавать жалобы на действия/бездействие должностных лиц, предложения по совершенствованию законодательства и работы государственных органов, отзывы на законопроекты и предложения законопроектов, информировать о коррупционных действиях государственных служащих, о нарушении своих прав и др. В 2011 году этот портал, поддерживаемый Комиссией по борьбе с коррупцией и гражданским правам Кореи93, получил премию ООН «За службу обществу»94 в категории «За продвижение управления знаниями в государстве».

Правительство Южной Кореи ежегодно инвестирует в развитие и поддержание электронного правительства 1 % национального бюджета [21]. Примерно 10 % от этих инвестиций всегда выделяется на работы по горизонтальной интеграции информационных систем министерств и ведомств.

Южная Корея стремится к возврату многолетних инвестиций, активно продвигая разработанные решения и консалтинговые услуги по вопросам внедрения систем и сервисов для электронного правительства в страны Центральной и Южной Америки, а также Восточной Европы [6]. По данным NIA95, более 45 стран по всему миру либо импортировали предлагаемые системы, либо провели консультации с официальными лицами о возможности применения корейских технологий и подписали соглашения о намерениях.

Таким образом, Южная Корея имеет четкую стратегию электронного управления и детальный план ее реализации, структуру управления и ожидаемые результаты. По мнению Accenture [2], э-правительство страны превратилось из транзакционного в объединенное, то есть обеспечивает возможность бесшовного предоставления онлайн-услуг и имеет хорошо интегрированную инфраструктуру бэк-офиса. Сегодня Южная Корея активно идет вперед к открытому и сетевому правительству, а также приближается к действительно цифровому обществу на основе экономически эффективных решений.

Успехам Южной Кореи в немалой мере способствует огромное значение, придаваемое стандартизации ИКТ. Помимо работы над национальными стандартами (включая стандарт э-правительства), корейские эксперты активно участвуют в работе региональных и международных организаций по стандартизации новейших ИКТ-технологий (см., например, презентацию [8] директора Научно-исследовательского института электроники и телекоммуникаций).