Наследник Арисара

Глава 1

Корабль вышел из прыжка всего в каких-то паре сотен тысяч километров от планеты, что само по себе являлось огромным риском. Ошибись искин при вычислении координат выхода хотя бы на одну тысячную, и произошла бы катастрофа. Столь рискованный курс Варнен задал не случайно. Гравитация гигантской планеты хорошо маскировала возмущения гравиполей звездной системы при выходе из прыжка, да и наличие у планеты колец, со множеством крупных и мелких спутников хорошо скрывало от оптических датчиков слежения. Система желтого карлика, находящаяся на задворках не самой густонаселенной галактики, привлекла внимание Варнена тем, что практически на всех навигационных атласах предтеч эта система была отмечена как особо охраняемая с ограниченным допуском к посещению. Он стал искать любую информацию о системе и пришел к выводу, что в ней предтечи проводили генетические эксперименты. Варнен, будучи достаточно высокопоставленным разумным, имел доступ к коллекции артефактов предтеч, но использовать их да даже понять назначение некоторых предметов он не мог. Дело в том, что все артефакты древних были завязаны на генетический код их создателей и категорически отказывались работать в случае несоответствия заданным параметрам генокода хотя бы на 90 процентов. У самого Варнена процент соответствия равнялся сорока двум. Надо заметить, что Варнен относился к расе рептилоидов, которая, к сожалению, довольно далеко отстояла от эталонного генокода древних, а светить коллекцию, наняв для исследования специалиста старшей расы, было по меньшей мере глупо. Лишь только узнав о наличии у кого-то из младших рас артефактов древних, спецслужбы старших тут же всеми возможными способами старались прибрать их к рукам. Если владельцы не желали продавать свое имущество, то находилось множество способов их настоятельно уговорить. А обладать и не изучить диковины, что достались его расе с таким трудом и огромными финансовыми затратами, было невыносимо, тем более что Варнен втайне от себя надеялся, что в их руки попало что-то особо ценное, что перевернет весь научный мир его расы, ну или хотя бы поспособствует значительному прорыву. И раса рептилоидов встанет вровень с могущественными расами аграфов и птори. Поэтому идея посетить закрытую систему и по возможности умыкнуть оттуда разумного с высоким показателем соответствия захватила Варнена целиком.

Нужная звездная система с длинным номерным названием не зря называлась закрытой, ее барражировали два научных судна птори и семь кораблей поддержки флота Содружества миров. Старшие занимались одним им известными исследованиями, младшие обеспечивали карантин системы, заворачивали обратно все суда, что иногда по незнанию или из любопытства появлялись в ее пределах. Также в обязанности младших входила добыча и переработка минерального сырья в астероидных поясах системы и производство топлива в атмосфере газового гиганта, пятой от звезды планеты. Все это, а также примерные зоны расположения датчиков слежения, голографическую карту с динамикой движения всех естественных объектов звездной системы Варнен выудил из отчета разведки клана Оранжевой зари, главой которой являлся его родитель, Великий Гарван. Малый разведывательный корабль с маскировочным оборудованием самой последней модификации был выпрошен у родителя в обмен на клятву не рисковать собой и в случае неудачи сдаться и обещание продлить род в брачном союзе с Сараной, старшей внучкой главы клана Искателей Истины. Внутрисистемный глайдер Варнен оборудовал сам, сделав его самым незаметным в пространстве Объединенных кланов и тщательно разработав план действий, наконец, он отправился в свое авантюрное путешествие.

Активировав маскировочное поле, корабль Варнена завис без движения на стандартные сутки. И лишь убедившись, что никем не обнаружен, на самом малом ходу двинулся в сторону шестой планеты, где по истечении еще двух суток спрятался в верхних слоях атмосферы. Поручив корабль на попечение искина, Варнен заглушил работу всех систем корабля, кроме реактора и стартового накопителя, на случай экстренного бегства из системы. Погрузился в глайдер и, вынырнув в космос на значительном расстоянии от основного корабля, отправился к третьей планете. К ней следовало подлететь так, чтобы глайдер был все время скрыт планетой от ее спутника. Дело в том, что на спутнике располагалась огромная исследовательская база птори, и лишний раз находиться в сканируемом пространстве датчиков базы старших было очень опасно. Наконец, дождавшись благоприятного расположения, когда спутник зашел за планету на дневную сторону, Варнен несколькими короткими импульсами двигателей приблизился к планете, а затем, погрузившись в ее атмосферу, стал выискивать оптимальное место посадки поблизости от сверкающих ночным освещением крупных поселений аборигенов. Под глайдером проплывал самый большой континент планеты. Выбрав конгломерат светящихся скоплений среднего размера, логически рассудив, что в особенно больших поселениях могут присутствовать наблюдатели или стоять датчики слежения исследовательской базы птори, Варнен приземлился на ровную площадку, поросшую растениями одинаковой высоты, в два локтя, и обнесенную по периметру узкой полосой более высоких растений. За полосой высоких растений с западной стороны располагалась слабоосвещенная дорога, по которой, сверкая красно-бело-оранжевыми цветами, передвигались наземные механизмы. Облачившись в легкий десантный скафандр, Варнен вооружился парализатором и средним игольником. Водрузил на малую гравиплатформу кофр с оборудованием и, активировав маскировку глайдера, направился в сторону дороги. Немного понаблюдав за довольно плотным движением, Варнен решил, что, применив ЭМ-излучатель, спровоцирует массовое столкновение механизмов и, соответственно, повышенное внимание аборигенов к месту ЧП. А это ему совершенно ни к чему.

– Искин, покажи ближайшие дороги для наземных механизмов, но только с наименьшей интенсивностью движения, – обратился Варнен к искусственному интеллекту корабля.

В ответ перед его взором раскрылась объемная карта местности, где зеленым подсвечивались нужные ему дороги, причем, чем насыщеннее был цвет, тем объект наиболее соответствовал заданным параметрам. В восьми километрах севернее к оживленной трассе примыкала одна из таких дорог. Чтобы не идти пешком на такое расстояние, Варнен взобрался на выдвижное сидение гравиплатформы и уже через три минуты оказался у нужного перекрестка. Проследовав вдоль второстепенной дороги некоторое расстояние, он заметил приближающийся наземный механизм. Импульс ЭМ-излучателя заставил рычащий механизм замолчать и полностью остановиться. Яркие осветительные приборы, расположенные впереди механизма, погасли, и уже в инфракрасном зрении Варнен увидел вылезающего из него аборигена. Он что-то громко и эмоционально выкрикнул, обошел вокруг механизма, и тут его настиг выстрел из парализатора. Варнен наклонился над аборигеном и приложил к его конечности ДНК-анализатор. Результат, высветившийся на табло, заставил рептилоида вскинуть руки в победном жесте – 91 процент соответствия!

– Хозяин, к вам приближается самодвижущийся механизм, – сообщил искин.

Варнен отложил анализатор и с ЭМ-излучателем в руке встретил следующий механизм. Проделав те же манипуляции, что и с первым аборигеном, он был шокирован результатом – 98 процентов соответствия! Это не может быть простым совпадением, раса аборигенов состоит в прямом родстве с древними, вот и причина, по которой местная звездная система объявлена закрытой! Местные потомки древних технологически довольно отсталы, но если к ним в руки попадут образцы технологий предтеч, то они сразу встанут в один ряд со старшими расами, а этому старшие будут всячески препятствовать. А какой на планете кладезь генетического материала, сколько возможностей для выведения перспективных поколений межрасовых гибридов с высоким процентом соответствия! Судя по показаниям анализатора, первый абориген женского пола, а второй – мужского, следовательно, нужно забирать обоих на корабль и с удвоенной осторожностью, как можно быстрее покинуть систему.

– Хозяин, к вам с обеих сторон приближаются самодвижущиеся механизмы в количестве семи экземпляров, – доложил искин.

Варнен быстро закрепил обездвиженных аборигенов на гравиплатформе и полетел к глайдеру.

Глава 2

Если бы не отсутствие на дороге движущегося транспорта по причине позднего времени, то Марина уже давно бы попала в аварию. В таком душевном состоянии не то что вести машину, идти пешком и то опасно.

– Столько усилий, столько потраченного времени! Все насмарку, коту под хвост! Опять начинать сначала! – слезы катились из глаз и тонкими ручейками стекали по щекам. Обида подступала к горлу и душила его, заставляя всхлипывать в голос.

– Подонок, козел разукрашенный, скотина, ублюдок, тварь, – перечисление нелицеприятных эпитетов принесло злость и, как ни странно, немного успокоило Марину. Мечта всей ее жизни стать певицей, выступать на сцене, купаясь в овациях обожающей тебя публики, вести светскую жизнь вновь казалась недостижимой. После окончания училища культуры в провинциальном городке за Уралом Марина отправилась в Москву, где ей дали понять, что таких, как она, миллион и маленькая тележка, а уж с голосом ее тембра на эстраде ловить нечего, разве что «подхрипывать» в какой-нибудь рок-группе. Потусовавшись в московском рок-сообществе, Марина смогла пристроиться в бэк-вокал одной из подающих надежды группы, но счастье длилось не долго. Пришла беда в виде облавы госнаркоконтроля в ночном клубе, где на постоянной основе базировалась группа. В результате группа распалась, а менеджер и бас-гитарист оказались под следствием. Марину долго допрашивали, а затем, по причине отсутствия московской прописки и личной просьбы папиного знакомого генерала, настоятельно рекомендовали покинуть пределы столицы. Возвращаться домой ей не хотелось категорически. После блеска столичной жизни прозябание в военном городке, где служил командиром части ее отец, было невыносимо. Выбор пал на большой южный город на берегах Дона, тем более что было где остановиться. В пригороде Ростова проживала бабушка, в гости к которой на летние каникулы Марина с мамой приезжала почти каждый год. Обосновавшись в южной столице, девушка продолжила активный поиск возможности осуществить свою мечту. От предложений петь в фольклорных коллективах она отказалась сразу – слишком мала аудитория любителей этого музыкального направления. Создать свою группу не получалось, таких больших денег у Марины не было, а чтобы найти спонсора, требовалось иметь определенный авторитет в местной музыкальной среде. И тут удача: из популярной в городе группы «Хищники» ушла исполнительница женских партий Лера Величко, и на вакантное место объявлен конкурс. Марина приняла участие в конкурсе и была отобрана в пятерку финалисток. Окончательно определиться с составом группа собралась на даче основного солиста и лидера группы Стаса Львова. Заключительное прослушивание плавно переросло в попойку, а когда Стас предложил перейти к совместной сексуальной оргии, то Марина категорически отказалась, здраво рассудив, что после такого ее в группе не будут воспринимать всерьез, посчитав легкодоступной шлюшкой. На это Стас заявил, что ему в группе не нужна недотрога, возомнившая себя певицей, грубо схватил ее за волосы и попытался приблизить ее голову к своему паху, но получил отпор. Марина недаром росла в военных городках и могла за себя постоять. В результате все находившиеся на даче ополчились против нее, даже ее соперницы по конкурсу. Марину вытолкали за пределы дачи с обещаниями предпринять все возможные меры по недопущению ее удачного карьерного роста в областной музыкальной среде. Благо, что Марина приехала на рандеву на своем «Матизе», иначе пришлось бы идти пешком добрых двадцать километров. И вот теперь, зло ругаясь, заплаканная Марина приближалась к активировавшему ЭМ-излучатель Варнену.

Глава 3

Сергей Викторович сегодня допоздна задержался на работе. И причина этому была проста – подготовка областной легкоатлетической сборной к чемпионату России. После вечерней тренировки, на которой спортсмены работали с максимальным утяжелением, со штангой и на силовых тренажерах, Сергею Викторовичу, как главному массажисту сборной, пришлось много и плодотворно потрудиться. Этап интенсивных нагрузок был завершен, а завтрашний день объявлен выходным. Очень хотелось провести его с пользой для души, посидеть с удочкой, предавшись созерцанию спокойного, размеренного течения реки, затем поплавать, понырять, обследуя прибрежное дно в поисках рачьих нор. А вечер провести, сидя на веранде в обществе приятеля-соседа, потягивая темное пиво, заедая раками, сваренными с укропом, и под неспешную беседу о нехитрых новостях дачного поселка. Поэтому, позвонив жене и предупредив ее, чтобы не ждала его до понедельника, Сергей Викторович, несмотря на поздний час, отправился на дачу.

Некогда любитель быстрой езды, в последнее время он стал замечать за собой тяготение к неспешному, максимально безопасному стилю вождения. Хоть реакция на опасность и осталась прежней, желание рискнуть – проскочить возникало все реже и реже. Да и драйв от успешно выполненного опасного маневра как-то поблек.

– То ли я, как водитель, заматерел, то ли это постепенно подкрадывается старость, —вздохнул Сергей Викторович. – Но и лихачество на ночной трассе до добра не доведет, – снизив скорость и перестраиваясь в правый ряд, подумал он. – Что это меня стали посещать такие мысли? Никак кризис среднего возраста пожаловал, или пятьдесят это уже выше среднего? – грустно улыбнулся он.

А в общем, на сложившуюся жизнь Сергею Викторовичу грех было жаловаться. Профессию он свою любил и без ложной скромности считался в ней одним из лучших специалистов. Еще в молодости женился по любви и до сих пор испытывал к супруге нежные чувства. Дети выросли и живут своей жизнью. Правда, больших капиталов не накопил, да, в общем, он к этому и не стремился никогда. Можно с полной уверенностью признаться самому себе, что он, в принципе, счастлив и повода для хандры нет. К черту возраст, он полностью здоров, а благодаря профессии может руками подковы гнуть, так что не старость приходит, а зрелость! – еще одна улыбка мелькнула на лице Сергея Викторовича вслед оптимистичному умозаключению. Он включил радио на любимой волне, транслирующей мелодии в стиле ретро, и под чарующий голос Патрисии Каас свернул на дорогу, ведущую к дачному поселку. Фары выхватили из темноты стоящий поперек встречной полосы «Матиз», а в следующее мгновение двигатель заглох, свет фар погас, и чтобы избежать столкновения с невидимыми препятствиями, Сергей Викторович резко нажал на тормоз. Через пару мгновений, отойдя от шока, он достал из креплений на передней панели мобильный телефон и попытался включить фонарик, но не тут-то было. Гаджет был мертв и не реагировал на нажатия кнопки. Сергей Викторович вышел из машины и внезапно почувствовал резкое покалывание во всем теле, ноги перестали слушаться, и он завалился на асфальт. Все тело задеревенело, невозможно было пошевелить даже пальцем. Стало страшно от непонимания причины столь резкого паралича мышц. Сердце в бешеном темпе отбивало чечетку. Дыхание хоть и было затруднено, но угрозы задохнуться не стояло.

– Прекратить панику! – сам себе приказал Сергей Викторович. Вдруг он заметил, как окружающее пространство изменилось, как будто кто-то перевернул его на спину. Усилием воли, превозмогая покалывание в глазах, удалось разглядеть силуэт склонившегося над ним человека, который прижал к его руке какой-то продолговатый предмет, замер на мгновение, а затем, поднявшись, стал изображать танцевальные движения, словно игрок, сорвавший джекпот в лотерею. Танец незнакомца длился недолго, он вновь замер на пару секунд, а возле его правой ноги появился какой-то продолговатый механизм, вроде больничной каталки. В следующее мгновение Сергей Викторович понял, что его подняли и переложили на каталку, которая оказалась раза в два шире обычной, а затем рядом с ним оказалось тело женщины. То, что они передвигаются, причем на довольно приличной скорости, стало понятно по замелькавшим силуэтам деревьев, которые удалось рассмотреть после удачной попытки повернуть голову налево. Через непродолжительное время перед глазами промелькнула тень какого-то небольшого строения, и внезапно загорелся свет. Глазам стало больно, и Сергей Викторович часто заморгал, прогоняя рефлекторно выступившие слезы. А когда открыл глаза, то испытал настоящий шок от внешности незнакомца, который, не обращая внимание на треск отрываемых пуговиц, срывал с него одежду. Морда, а лицом ЭТО назвать было нельзя, принадлежала ящерице-переростку. Она была покрыта мелкими чешуйками серого цвета с двумя дыхательными отверстиями вместо носа, глаза с вертикальными зрачками и отвратительной прозрачной пленкой третьего века. От этого зрелища, а также от собственной беспомощности Сергей Викторович громко заорал. Незнакомец резко отпрыгнул от него и что-то прошипел-проговорил, продемонстрировав свои мелкие острые зубы, направил на него какой-то прибор, и Сергей Викторович потерял сознание.

Глава 4

Шок вперемешку со страхом – вот, пожалуй, наиболее точное чувство, испытанное Варненом, когда парализованный абориген вдруг заорал. Любому другому разумному, включая даже старших, не имеющему специального импланта не удалось бы так быстро отойти от воздействия парализующего излучения. Поэтому первой его реакцией стал выстрел непрерывным импульсом из парализатора, разрядившим почти полностью батарею сменного накопителя. Хорошо не стал стрелять из игольника, тогда лишился бы столь интересного экземпляра. Убедившись, что абориген без сознания, Варнен побыстрее засунул его в медицинскую капсулу и уже с опаской занялся вторым пленником, точнее, пленницей. На борту глайдера имелась лишь одна медкапсула, поэтому Варнену пришлось озаботить меддроида поддержкой тела пленницы в состоянии глубокого сна.

– Искин, курс на корабль-носитель, с соблюдением всех директив максимальной скрытности, – отдал приказ рептилоид, удобно устраиваясь в кресле пилота.

Предстоял перелет длиною в стандартные сутки, и чтобы не скучать, он решил погрузиться в обучающий транс, продолжив изучать базу знаний «Управленец» третьего уровня. Баз знаний различных направлений существовало огромное множество – от «Повара» и «Гражданина Содружества миров», что распространялись за сущие гроши, до «Проектирование, сборка, эксплуатация и ремонт межсистемных космических кораблей», которая стоила ну просто запредельную сумму: семьсот сорок миллионов кредитов. Сами базы делились на уровни в зависимости от объема и сложности. Первый —начальный уровень давал представление об изучаемой науке или предмете (хотя существует огромное множество небольших одноуровневых баз), второй – давал более углубленные знания, третий – обобщал и соотносил изученные знания с сопутствующими науками и умениями, четвертый – максимально детализировал изучаемый предмет, а изучивший пятый уровень получал академические знания не только о предмете изучения, но и о всех сопутствующих науках и умениях, и был способен виртуозно ими пользоваться. Надо ли говорить, что каждый последующий уровень был в разы объемнее предыдущего, и, соответственно, время изучения последних уровней могло растянуться на годы. Общеизвестно, что знания без практики ничто, поэтому после изучения очередного уровня необходимо было сдать практический экзамен для получения сертификата специалиста, без которого невозможно получить должность в государственных учреждениях или фирмах, занимающихся легальным бизнесом.

Варнен изучал «Управленца» в надежде занять место своего родителя и стать главой клана Оранжевой зари. Клан в структуре государства рептилоидов, иначе Союза Объединенных кланов, выполнял функции министерства экономического развития и стратегического планирования. Великий Гарван давно прошел второе омоложение и вплотную приблизился к черте возрастного ценза в двести шестьдесят стандартных лет. Вот при пересечении этого рубежа он должен был назвать своего преемника, и вокруг предстоящей смены власти во главе клана в последнее время закипели нешуточные страсти. Варнен принимал в них самое активное участие, не без основания считая себя одним из главных претендентов. И сейчас наверстывал отставание от троих своих братьев и двух сестер, которые уже успели получить сертификаты «Управленца» третьего уровня. Оставалось совсем немного, пару месяцев в фоновом режиме или десяток дней в медкапсуле под медикаментозным разгоном, и вожделенный сертификат у него в руках. И тогда… да еще если правильно воспользоваться ценным грузом, что сейчас находился на борту его глайдера… От открывающихся перспектив приятно защемило в груди. И с этими мыслями Варнен полностью погрузился в изучение базы.

***

– До вхождения в верхние слои атмосферы осталось десять стандартных минут, —доложил искин.

Варнен как раз закончил ужинать, отправил в утилизатор упаковку походного офицерского пайка и подключился к внешним сенсорам глайдера, включив их на пару мгновений. Нужно было убедиться, что его медленный вояж к шестой планете остался незаметным для наблюдателей и его не встречает на подлете к кораблю группа захвата. Но ближний к поверхности планеты космос был чист, и Варнен с оптимизмом повел глайдер к зависшему в атмосфере межсистемному кораблю. Пройдя шлюзование и припарковав глайдер, он первым делом перенес крепко спавшую пленницу в одну из двух медкапсул корабля, беспокоясь о том, чтобы длительный медикаментозный сон не нанес значительного вреда здоровью девушки. Все же меддроид пользовался алгоритмами, рассчитанными на жителей Содружества миров, пусть внешне и очень похожими на пленников, но некоторые их биохимические процессы могут и отличаться. Запустив в капсуле систему диагностики, Варнен отправился обратно в глайдер, решив переместить во вторую капсулу и другого пленника. К сожалению, медкапсула глайдера была рассчитана на оказание первой помощи в случае чрезвычайного происшествия и обладала урезанным функционалом. А так хотелось побыстрее узнать все параметры своей добычи. Настроив и вторую капсулу на диагностику, Варнен, тяжело вздохнув, стал готовить корабль к самому опасному пункту своего авантюрного путешествия —возвращению домой. Предстояло под маскировочным полем отвести корабль к границе системы и там, разогнавшись на форсаже, уйти в прыжок. Во время разгона его тут же засекут охранные системы, и лишь одной Вселенной известно, накроет ли его координаты поле глушителя гиперпространства или ему удастся ускользнуть. Вот чтобы свести риск к минимуму, Варнен и колдовал на пару с искином над маршрутом дрейфа корабля. Наконец, оптимальная траектория была рассчитана, и корабль, использовав гравитацию планеты гиганта, начал свой дрейф протяженностью в два с половиной стандартных дня. А Варнен отправился в медблок просмотреть диагностические заключения.

– Женщина, человеческой расы. Биологический возраст – 22 года. Фактический возраст – 22 года. Небольшие патологические изменения внутренних органов, легко устранимы. Интеллектуальный индекс – 156 единиц. Пси-индекс – 76 единиц. Как псион не инициирована. Нейросеть отсутствует. Импланты отсутствуют. Индекс соответствия расе предтеч – 90,988778, – выдала информацию первая капсула.

– Очень высокий уровень интеллекта – это, конечно, подарок. А вот потенциальный псион огромной силы – это не просто козырь, это джокер! Тем более что среди расы рептилоидов псионов не бывает. Но это очень опасно! – восторженно подумал Варнен, поворачиваясь ко второй капсуле.

– Мужчина, человеческой расы. Биологический возраст – 44 года. Фактический возраст – 50 лет. Патологических изменений органов не выявлено, полностью здоров. Интеллектуальный индекс – 297 единиц. Внимание! Определить пси-индекс не представляется возможным по причине сопротивления диагностическому сканированию. Предположительно, обследуемый устойчив к пси-воздействию. Нейросеть отсутствует. Импланты отсутствуют. Индекс соответствия расе предтеч – 98,012135, – информация со второй капсулы привела Варнена в трепет. – Прямой потомок предтеч, да еще и парапсион! На такое он не мог рассчитывать даже в своих самых радужных мечтах. И как теперь правильно распорядиться этим богатством? Ведь изначально Варнен планировал поставить пленникам рабские нейросети, чтобы те, активировав артефакты древних, были полностью им контролируемы и беспрекословно выполняли все команды. А тут потенциальный псион и парапсион! Нет, конечно, внедрить женщине рабскую нейросеть можно, но это все равно, что золотой чашей, инкрустированной алмазами, черпать нечистоты в отхожем месте. А мужчина даже не заметит воздействия рабской нейросети. Тем более что парапсионы – такая редкость, и про их возможности мало что известно, а виной тому настоящая охота, устроенная аграфами и сполотами, считавшими парапсионов чуть ли не угрозой для своего существования. Тут надо все тщательно взвесить, выработать манеру общения, ведь просто приказывать он теперь не сможет. Может, продать их аграфам? Нет, как объяснить их происхождение, тут не дивиденды получишь, а грандиозные проблемы. Да и выгода, если их удастся расположить к себе, превысит все возможные затраты, – задумался Варнен.