Первоязык первоэтноса. буквогеноизное корнемоделирование

Буквогенада, слог, корнемонада

Анупадака, то есть безродное, есть то, что не рождено; однако, всё не рождённое ещё не значит, что оно совсем не существует бытийно, – отнюдь нет, оно имеет свойство быть проявленным, то есть оно обладает бытием до проявления, но чтобы быть умопостигаемым, оно должно быть проявлено, субстанционально познающему это проявление, человеческому сознанию, через посреднические услуги букво/генадических атм-монад, идеальных идеом наименования. Самоосуществившись инуативно от универсально/единой Вселенной, как энергия думно/смыслового мышления, – через проявление в уме, буквогеноизно умопостигаемые образы перво/сущих принципов миропроявления нуждалось в выходах в реальную действительность визуально видимого мира. Не обладая непосредственным контактом с видимым миром вещей и природных явлений, являясь лишь их иллюзорно/думной тенью, энергия мышления вошла в этот земной мир человека, чтобы проявить себя и окружающий мир природы Вселенной, через проявления голосящих о себе энерго/материальных сил природы, которые проникая через слух, возбуждали мозговую ткань, пробуждая в ней умопостигаемо/думные образы, тождественные сиеминутным, голосяще/согласовочным звукам и, образуемой ими, формами звуковой речи и рисуночной петрографии.

Изначально, в начале начал проявления от универсально/единого едино/сущих принципов букво/генадного алфавита протоязыка, – было проявлено четыре букво/генады: одна голосовая «А» и три согласовочных звуко/генад, это пртоматериально/водная «Б», протоэнергийно/пламенная «Л» и неббно/формирующая «Н». Голосовая «А» объединила собою согласовочные звуко/генады, тем самым сформировав божественное начало первого класс наименовальных прообразов Бытия, – первичный пантеон богов: перво/сущего принципа класса наименовальных прообразов Бытия, голосовую «А», буквогеноизно/согласовочный принцип плавленно/пресных Вод «А-Ба», букво/согласовочный принцип проявления энерго/пламеноидного Огня «А-Ла» и солнчно/неб-бного «А-На», «Небесного человека» по терминологии Блаватской. Вот они первыми и проявили самосуще/пламеноидного Браму (Праматерь Абал-Алана, Абар-Арам, вулкано/опаллённого Абаллана, позднее солнцеликого Асур-ра-амона или, по иному, в более поздней интерпретации Шум-мера, Утар-Ра-Амон=Уту, бог утра раннего) и самосуще/протоводного Балвана (Абал-Алаб-Абан), позднее больше известного под именами Балотон (боллоттно/воротного Балтана, Балдра, вредного Вритры, Арарата, вулакноподобного Брахмы).

Корень суще/именных атммонад – это есть смесь гласо/беспредельного начала с согласовочно/предельными началами, ограничивающими сущность универсально/беспредельной Вселенной, отождествлённой с голосовыми центрами, объединяющими с собою, согласовочно/ограниченные пределами, суще/единые субстанциональные корни, диалектически противостоящие друг другу в опозиционном единстве родо/видового симбиоза, когда обмен слогами в парно/буквенных корнях порождает чудо корне/субстанционального оборотничества, когда слоги в корне, поменявшись местами, меняют самую суть понятийного содержания разноимённых корней в их координатно/субстанциональном родстве и диалектическом единстве.

Таким образом, субстанция есть диалектический метод слого/корневого комбинирования диалектическими противопожениями родо/видовой комбинаторики слогов в корнях, чем создаётся возможность тождественно отображать звуковой комбинаторикой натурные противоположения реальных явлений, свойств и характеристик вещей и стихийных явлений природы Вселенной (сравнить: сен-нос=тен-нот, тан-нут=там-муз, Сам-мус, дион-нис, шам-маш, чжуан-нис; Наб-бан=неббун-неббное солнце, бал-лаба, бал-лана…).

Субстанциональная диалектика

Субстанционально/диалектическое взаимодействие родо-и-видовых принципов миропроявления позволяет нечто одному выявится в присутствии другого и получить новое качество бытия по природе и по уму; это когда, к примеру, родо/слоговой принцип проявления сущих, подкрепляемый видослоговым принципом проявления, – формируют, совместно, букво/слоговую корне-монаду. Взаимозамещение слогов в едином корне/тетроиде, меняет систему взаимоположения слогов в тетро/корне, что, естественно, приводит к взаимозамене родо-и-видовых признаков родства, к изменению структуры расположения букв и слогов в корне, а значит и его думно/смыслового наполнения на противоположное исходному. Примеры: 6-Абал+6-Алаб, 8-Анаб+8-Абан, 12-Анал+12-Алан, Анат-Атан, – каждый из этих и прочих думно/смысловых корнететроидов праязыка формируется из первично/родового слога, который всегда стоит первым в корне, и, вторично/видового слога, всегда располагающегося вторым в корне, как бы определяющим его видовые качества, раскрывает сущность рода, а род задаёт сущность видам (сравни: Аб-ал, Ал-ал, Ал-ан, Ан-ас, Ас-ан; Ат-ал, Ал-ан, Ан-ат, Ат-ан). Полученная, таким взаимообменом слогов в корнях, структура чуда оборотничества слогов в корнях, – есть субстанционально/корневая структура предтеч форм словотворения.

«Чудо – диалектический синтез двух планов личности, когда она (эта личность) целиком и насквозь выполняет на себе лежащее в глубине её исторического развития задание первообраза. Это как бы второе воплощение идеи, одно – в изначальном, идеальном архетипе и парадигме, другое – воплощение этих последних в реально-историческом (А. Ф. Лосев, «Диалектика мифа», М.,!994г., стр. 167). «В чуде (оборотничества) мы имеем дело, прежде всего, с совпадением или, по крайней мере, со взаимоотношением и столкновением двух каких-то разных (родо/видовых) планов действительности… Сам собою возникает вопрос: в каком же именно взаимоотношении находятся эти два личностных плана?… Именно, эти два плана, будучи совершенно различными, необходимым образом отождествляются в некоем неделимом образе, согласно общему диалектическом закону. Тут повторяется первичная диалектика «одного» и «иного»; и без чёткого её усвоения невозможно понять и диалектики чуда. «Одно» и «иное» необходимым образом отличаются друг от друга и взаимно отождествляются.. Как только вещь перешла в (отождествляющееся) становление, мы тотчас же начинаем сравнивать реально становящееся и, стало быть, ставшее с тем, что должно становиться, становящуюся вещь с идеей вещи… Всматриваясь в реальный лик ставшей вещи, мы замечаем тут гораздо больше слоёв, чем только два. Во-первых, отвлечённая идея вещи, или в нашем случае – идея личности, вне её истории (времени становления) остаётся на своём месте, равно как и, во-вторых, момент чисто алогического становления, момент меонально-исторический. (Чтобы избежать дурного дуализма), эти две сферы отождествляются. И это значит, что есть в-третьих, нечто третье, что уже – и не отвлечённая идея, и не отвлечённая алогичность становления… Это третье должно быть настолькл же идеей, насколько и становлением. Оно – идея, но данная не сама по себе, а исключительно алогическими средствами; и это – алогическое становление и материя, но – данные исключительно как идея и средствами идеи. Это есть то, что воистину руководит всем становлением, а не только его идейным осмыслением, как отвлечённая идея. Это есть подлинный первообраз, чистая парадигма, идеальная выполненность отвлечённой идеи… Это есть предел всякой возможной полноты и цельности воплощения идеи в истории; оно – умная фигурность смысла, вобравшая в себя и алогию становления и через то ставшая именно чем-то умно/телесным; оно – (идея), вполне осуществившая свою отвлечённую заданность и потому оформленная как единораздельная телесность, то есть как фигурность. Однако и этого мало, если мы хотим, диалектически синтезировать обе начальные сферы, отвлечённого смысла и отвлечённого становления… Необходимо, чтобы эти две сферы мыслились не только в полном несходстве с указанной третьей сферой, но и так, чтобы они несли на себе следы и печать этого третьего начала… Третье начало, совершенно несводимо на первые два и абсолютно ничего не имеет общего с ними… Надо, чтобы первые два были модифицированы в свете этой третьей… Каждый слой, согласно своим особенностям, по-своему будет синтезироваться с третьим… Только так и можно будет говорить о полном диалектическом синтезе идеи и становления… В-четвёртых, модификация отвлечённой идеи на ту, которую можно назвать выражениой идеей, или значением (в отличии от отвлечённого смысла), и. в-пятых модификация чистого отвлечённого становления, взятого в своей сплошной неразличимости и алогичности, на осмысленное становление, или реально/вещественный образ ставшего предмета. Такова диалектика двух основных личностных планов, вступающих в чуде в синтетическое взаимообщение и воссоединение» (А. Ф. Лосев, там же, стр., 161 и 165—166). Таинство чуда оборотничества есть чудо слого/субстанционального перевоплощения корней в субстанционально/креационистическую структуру словотворения, а через словотворене, – природно/явленного миропроявления понятийно/реальных прообразов Вселенной: Бытия, Ума, Инмира, Времени и космогеноизного Пространства.

Самоосуществление от самосущих

Закон Разумного Основания и Здравого Смысла даёт основание утверждать, что в языковой сфере беспредельности соответствует гласо/голосовая кодификация общих понятий о голосовых звуках, предельности – звуко/согласовочные, позднее согласовочнобуквенные, принципы согласования по родо-и-видовым признакам, в смешиваемости их – проявляется слого/корневая система формирования корне/субстанциональных образований, предтечей словотворения.

Методология образования корне/субстанциональных четырёх/буквенных корне/тетроидов в координатно/слогокорневой структуре формирования класса категориально/наименовальных прообразов Бытия в праязыке, как всё гениальное, проста, – она исходит в основном из того набора инструментальных средств, что представлены быле выше: 1) беспредельно/универсальное всеединство Вселенной, как главного спонсора энерго/материальной дифференциации извне доязыческой системы не-бытийного Ни-что, когда ничего человеческому сознанию проявлено не было, – во внутренний мир космо/языческой периферии; 2) единогласные Сущие, числом пять, – «А», «У», «И», «Е», «О», объедившие собою и сформировавшие по числу гласных букв праязыка пять категориально/наименовальных классов согласования логистических понятий, объединивших в своей пятилепестковой структуре все корне/субстанциональные роды и виды объект/субъектного мира природы, отразившегося в языке, как в своём зеркале; 3) согласовочные букво/генады, предельно ограничившие растекание мысли по беспредельному древу чувственно/телесного восприятия внешнего мира, своими предельно ограниченным моделированием звуков согласования именоидальной речи, – сформировали суще/единое, множественное идеомыслесловие, одухотворившее собою объект/субъектный мир природы; 4) вот эти два типа моделирования голоса, – гласо/беспредельный и предельно/согласовочный, взаимно переплетаясь и смешиваясь в думно/смыслимых сочетаниях слогового оборотничества, породили 245 праязыческих тетроидных корней; 5) внутриструктурная жизнь, если можно так определять внутриструктурное бытие букв, слогов и корней в пределах единого праязыка, произвела такой внутриязыковой феномен, как корне/субстанциональное оборотничество, когда слога в двусложных корнях как-бы обмениваются местами, – и получаются, вместо одного корня, два корня, но поменявшиеся месторасположением слогов (например, Абал-Алаб, Анаб-Абан, Анал-Алан, Ахат-атах…). Такие корне/субстанциональные образования есть предтечи словообразования.

После этого вводного разъяснения сути метода формирования корне/субстанциональных образований, перейдём пожалуй, к образованию от Самосущих первородно/умопостигаемого класса Бытия наименовальных прообразов Ума. Ранее мы определили класс первосущих как класс проявления из Единого единосущих прообразов Бытия, представленных нами ранее в специальной таблице (см. табличную схему 1). Теперь же необходимо нам понять, каким образом сработает в этом случае первоязыческая методология форматирования, то есть каким методологическим инструментом воспользуется в данном случае тот, кто производил наисложнейшую операцию по преобразования одного уровня ментального сознания на следующий уровень, не менее сложный, чем первый, слого/корневой, корне/субстанциональный… буквенно умопостигаемый уровень умопостижения первосущностного бытия ноуменальными прообразами Ума. Оказалось, демиург преобразования избрал из всех бифуркационных возможностей самый простой в данной наисложнейшей ситуации выбора. Он ввёл в звуковую речь всего навсего один новый модуляционно/голосящий звук, но зато какой, – он ввёл кодовый символ кодификации умопостигаемых принципов праязыка звук, известный из писменных источников как буква «У», с помощью которой был создан категориально/наименовальный класс прообразов Ума, представленный в ниже/опубликованной табличной схеме или, кратко, в таблоиде, как категориальный класса наименовальных корнемонад Ума:

Таблица №2: ноуменальные корнемонады Класса Ума.

«Когда мы говорим, что идея существует, мы „существование“ отличаем от „идеи“. Следовательно: или идея не существует, то есть не есть нечто, то есть есть ничто; или же она есть нечто и существует, но тогда она требует (по крайней мере в возможности) чтобы она была осуществлена и чтобы это осуществление было отлично от неё самой, то есть было не-идеально. Или идеи никакой нет, или она есть, но тогда есть и вне-идеальная реальность» (А. Ф. Лосев, там же, стр. 133).

То есть здесь А. Ф. Лосев утверждает предбытие вне-идеальной реальности, которая может проявиться как выход за свои ноуменальные пределы, то есть как выход ноуменов Ума в феноменальный мир предметно явленных вещей и стихийных сил природы. Первосущностная Идея вещи, осуществившаяся в её имени, выходя за свои пределы, должна воплотиться в области вне-идеальной, то есть в области природно явленного мира, мира иного относительно мира Умного Бытия.

Вне/идеальная реальность это есть нечто, что существует вне/умопостижения, вне-ума, налично, как нечто предметно природой явленное, натуральное, изначально данное, чувствами ощущаемое как нечто статуарно/картинное и безымянное. Доязыческая прямоходящая обезьяна, предчеловек доязыческий, жил по законам природы: пил воду, питался плодами земли, дышал воздухом, согревался днём лучами солнца, а ночью – у огненного костра, жил в пещёрах, шалашах и землянках; ночью тьма, иногда лунным светом разгоняемая, окружала его, а днём – лучистый свет солнца разгонял ночную тьму. И первое, что было проявлено «идеомами» возникающего самосознания, – это вулканические первоисточники праматери пламенистого огня (Абал-Алани) и прапатера плавленой баллабо/водной лавы (Абал-Алаб-Абана). Этот первоначально возникший дуализм Пламенистого Огня (Протоэнергии Духовности) и Плавеноидно/пресной воды (Протоматерии телесности), будет преобладающим от времён возникновения Первоязыка Первороддного Первоэтноса и, до скончания веков, когда времени для Умного Бытия на Земле больше не будет. Но до скончания веков ещё далеко, – и первичный первоязык первородного первоэтноса, пребывающего в окружении стад прямоходящих обезьян, развивается по законам формирования Умного Бытия, представленных в таблоидах 1) (Прообразы Бытия) и 2) (Прообразы Ума), как законы координатного форматирования корне/субстанциональной структуры, саморазвивающейся на базовой основе системы слого/буквенного генозиса. Эта чрезвычайно гибкая система формирования праязыка, – как это можно видет из самой структурно/координатной системы корень/субстанций, позволяла и позволяет до сих пор, видоизменять наименования объект/субъектных прототипов, и создаваемых по их формо/лекалам, как новые наименовальные этно/идеомы, так и преобразовывать старые названия по новым этно/лекалам, угодным элитариям новых этносов, стремящихся как можно быстрее отречься от родителских суперэтносов. Например: этимолог/варианты острова Буяна/Едема/Брахмы: Абал-Алаб-Абан=Абал-Алас-Асан=Абал-Алас-Атан=Абал-Алат-Атан=Абал-Алах-Ахан=Абал-алаш-Ашан… Поэтому новые периоды становления этноязыков дополняются вторичными, и последущими уже от вторичных и последующих от этих, самоизолирующихся элит с увлекаемыми в самостоятельное плавание, новорождающихся родо/племенных этносов, приводило и приводит (пример: исскуственно созданный этноним Украина…) к этнической смене старо/языческой матрицы на свеже/создаваемую, иногда манипулируемо/исскуственными методами ассимиляционной изоляции от родительского суперэтноса.

Библейское «Бытие» утверждает, что изначально возник на Земле «один язык и одно наречие», – и этот «один язык и одно наречие», поскольку других в начале времён и не могло быть, по причине того, что такой товар, как Первоязык и Первоэтнос, штучный, и, значит, изначально он мог быть только одним/единственным, а позднее, от него, суперэтноса, в смешении с другими, архантропами и неандертальцами, как мы это видим в пещёрах горы Кармель, где «сыны богорождённых» кроманьонцев сожительствовали с неандерталками, – повозникали и все прочие, гибридно/смешанные, этно/племена.

Кроманьонский суперэтнос Ориньякской культуры, проявившийся от мутационно видоизменившейся женщины, которая приобрела «Длинную Глотку» и ряд других анатомических изменений, поспособствовавших возможности членораздельного произношения гласо/согласовочных звуков и формирования из них «модулируемой» речи (риши) и думно/осмысленных решений от согласованных с Умным Бытием речений умопостигающего объективный мир человеческого субъекта, произошло, видимо, ещё на стыке ранне/палеолитического времени с мустьерским, среднепалеолитическим. И это событие, изменившее судьбу не только прямоходящих обезьян, но и всей биосферы земли, произошло в брабантском узле протоцивилизации Малоазийского полуострова, где этому процессу благоприятствовала сама природа. И продолжилось позднее на Ближнем востоке, в Европе, Азии и Африке… и далее везде, по всей Большой Земле.