Блеск алмазов и коварство

© Николай Михайлович Калифулов, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Три месяца назад меня назначили директором филиала детективного агентства «Филёр», который ранее возглавлял Роман Захарович Бережной. Именно он настоял на моём назначении, перед тем как уехать работать в центральный офис столичной конторы. Поводом послужил развод с женой. Роман Захарович остро переживал расторжение брака и когда ему предложили повышение, не раздумывая согласился.

Его бывшая жена Раиса Марковна Шмулович, сорока семи лет, известная в городе бизнес – леди вскоре выскочила замуж за сорокалетнего красавца. Раиса Марковна была удачливым предпринимателем. Доставшийся ей в наследство небольшой капитал в виде драгоценных изделий, она приумножила: за короткое время создала сеть ювелирных магазинов и выкупила контрольный пакет акций ювелирной фабрики.

Детективное агентство «Филёр» занимало три комнаты на третьем этаже восьмиэтажного здания в самом центре города. Я сидел за столом и перебирал ворох служебных бумаг. Неожиданно заверещал мобильный телефон. Я взглянул на дисплей: звонил Бережной.

– Здравствуй Гриша.

– Здравствуйте, Роман Захарович, – ответил я, немного удивлённый. – Вы приехали в Орёл?

– Нет. Я в Москве. Но дело не в этом. Я сразу перейду к делу. Моя жена совершила глупость, бросив меня и выйдя замуж за молодого прохвоста. Он нигде не работает и тянет из неё деньги. Она только что звонила, сообщила, что уличила мужа в чём—то скверном, но по телефону рассказывать об этом не решилась. Она не знает что делать. В полицию обращаться не хочет. А я не могу к ней приехать, так как вечером выезжаю в командировку. У меня к тебе просьба: разберись в ситуации, помоги ей.

– Хорошо, Роман Захарович, постараюсь помочь Раисе Марковне, – обнадеживающе ответил я.

– Я не сомневаюсь, – сказал он и отключил связь.

Я вернул мобильник в карман и причесался, перед тем как провести короткое совещание. В отражении зеркала на меня смотрел выше среднего роста худощавый мужчина, с удлинённым скептическим выражением лица, с залысиной в лобной части головы, с лёгкой проседью на висках, голубыми глазами и плотно сжатым ртом. Я испытал сумбурные девяностые годы, набрался опыта и не разочаровался в жизни. Я был в полном расцвете сил, выглядел гораздо моложе своих лет, а всё, потому что следил за своим здоровьем: спорт и рациональное питание сделали своё благоприятное дело.

Я положил расчёску в карман и впустил в кабинет своих сотрудников. В течение получаса я раздал им соответствующие распоряжения, подписал необходимые документы. Затем с чистой совестью поехал на встречу с Раисой Марковной.

Особняк в Ново—Некрасовке окружал высокий каменный забор. Кованые ворота и калитка, выполненные в едином стиле средневековья, отличались своей помпезностью. Я толкнул калитку.

К парадному входу вела дорожка из тротуарной плитки, по обеим сторонам разрослись георгины. На ровно постриженных газонах красовались кусты роз. Чуть в стороне возвышалась огромная беседка, которую обвивали виноградные лозы. К ней вела садовая тропинка. За домом среди многочисленных плодовых деревьев виднелись ягодные насаждения. Чуть в стороне я заметил постройки: гараж, баню, сарай.

Я подошёл к двери и нажал на кнопку звонка. Ждать пришлось недолго. Дверь открыла хозяйка. Раиса Марковна была ни красавицей, ни уродиной, ни толстой, ни худой. Как мне показалось, в ней не было никакой женской привлекательности, никакого очарования. Брюнетка в больших черепаховых очках, в туфлях на низком каблуке. Вид у неё был такой постный и нудный, какой бывает только у обделённых лаской пожилых женщин. На ней была надета синяя блузка с рюшей и фиолетовая юбка. На шее подвеска украшенная бриллиантом, серьги и перстень из той же коллекции. Её глаза непередаваемого сиреневого оттенка довольно бесцеремонно рассматривали меня. Выражение лица было одновременно скептическим и оценивающим. Я невольно отвёл взгляд. Она распахнула дверь. – Вы Григорий Гонымар?

Я утвердительно кивнул.

– Проходите, – сказала она и отошла в сторону, пропуская меня.

Я проследовал внутрь дома. Передо мной открылось великолепное пространство современной роскоши просторного холла. Элитный статус интерьера подчеркнул изысканный барельеф с романтическим городским пейзажем. Не менее гармонично вписался в интерьер резной декор, которым инкрустированы все двери в особняке, а также завитки лепнины на потолке. Гладь натурального мрамора на полу дополнена элегантными орнаментами из резного камня. Раиса Марковна обустроила себе роскошный особняк – образец расточительства и крикливого хвастовства.

На стене я увидел огромную картину с изображением амазонки со светлыми волосами, заплетёнными в косички. Девушка была верхом на великолепном вороном жеребце с характерной белой звёздочкой во лбу, который приподнялся на дыбы. На заднем плане изображены лучники, скачущие на красивых лошадях. Я залюбовался картиной. Раиса Марковна встала рядом. – Это моя дочь – Жанна, – пояснила она.

– Великолепный портрет, – оценил я. – За ней, наверное, женихи бегают табунами, как те всадники.

– Нет, – спокойно возразила она. – Любое ухаживание мужской особи она отшивает мгновенно. Знающие её характер мужчины к этому привыкли и не пристают.

Раиса Марковна поправила свою причёску и окинула меня проницательным взглядом. – Мой бывший супруг хорошо о вас отзывался. Он сказал, что вы один из немногих, кто не болтлив и готов помочь женщине, которая запуталась в жизненных обстоятельствах.

Меня охватило состояние неловкости. – Я помогу вам, насколько это возможно, – буркнул я и приготовился слушать.

– Прежде чем перейти к подробностям, мне хотелось бы узнать вашу реакцию на мою странную находку, – вымолвила она. – Идёмте со мной. Я покажу вам кое—что.

Хозяйка провела меня в просторную уютную спальню, соседствующую с ванной и туалетом. Комнату, несомненно, занимал мужчина. Об этом нетрудно было догадаться по бритвенному прибору, мужским шампуням и одеколону на туалетном столике с зеркалом. Изящный мебельный гарнитур белого цвета был прекрасно вписан в интерьер спального помещения.

Хозяйка подошла к платяному шкафу, открыла дверцу, вытащила наружу чемодан с цифровым замком, колёсами и двумя ручками (сверху и сбоку), поставила у моих ног и открыла. В глаза бросилась чёрная карболитовая коробочка с выдвижной крышкой. Раиса Марковна посмотрела на меня. – Взгляните на содержимое.

Я присел на корточки и открыл коробочку. Она была заставлена пузырьками с разноцветной жидкостью.

– Что это? – с удивлением спросил я.

– Я хотела, чтобы вы на это посмотрели, – взволнованно вымолвила она.

– Я стал перебирать странную коллекцию, внимательно вчитываясь в этикетки и произнося: – Сок аканита, сок асклепида, сок кантареллы, сок цикуты…

– Пока хватит, – раздражённо прервала хозяйка. – Что вы думаете об этом?

Я с удивлением взглянул на неё. – Трудно сказать, – ответил я. – Возможно, лекарства или наркотики.

– Вы ошибаетесь, – в её голосе прозвучало явное неодобрение.

Я вынул пузырёк с надписью «сок цикуты» и стал внимательно рассматривать. Меня внезапно осенило.

– Неужели яд, – тревожась, предположил я.

– Вот именно, – с облегчением выдохнула Раиса Марковна. – В интернете об этом я нашла единственную информацию: Сок цикуты, он же яд цикуты, тот самый, который выпил Сократ перед казнью. Надеюсь, вы знаете кто это?

– Это древнегреческий философ, – ответил я. – Наверное, яды принадлежат вашему мужу. Но тогда возникает вопрос: для кого они предназначены?

Раиса Марковна приуныла. – О Боже, – тяжело проронила она. – Я не могу поверить, чтобы Виктор всё это приготовил для меня.

В её голосе слышались волнительные нотки. Я ощутил, как у меня вспотели ладони. Но я решил её успокоить. – Думаю, это не связано с вами, просто какое—то недоразумение. У вас есть домработница?

Она отрицательно покачала головой. – Нет, только садовник. Арсен, сюда не заходит, живёт в маленьком гостевом домике на заднем дворе.

– Расскажите о нём подробней, – попросил я. – Сейчас важна каждая деталь.

– Арсен инвалид, у него нет родственников. Он воевал в чеченскую компанию, был ранен, лишился ступни. Его хромота не мешает ему обслуживать территорию вокруг дома, а также ухаживать за лошадьми. У нас маленькая конюшня, есть несколько скаковых лошадей. Это наше маленькое увлечение.

– А как Арсен к вам попал?

– Я его нашла на улице больного, в полуобморочном состоянии. Я приложила все силы к его выздоровлению, поселила в отдельном домике. Пройдя все круги ада, он теперь помогает мне, создаёт здесь райский оазис. Мне это нравится.

– И конечно он вам предан?

– Разумеется.

– А где ваш муж? – спросил я.

– Он в городе, – сказала она. – Но я не уверена, что это его коробочка.

– Тогда как она могла попасть в его комнату?

– Не знаю.

– Кто ещё бывает в доме? – осведомился я.

– Иногда приходит моя дочь, Жанна, – нехотя проронила она. – У неё в этом посёлке свой дом, поэтому здесь не ночует.

– Она учится или работает?

– У неё собственный магазин, – сказала Раиса Марковна. – Она загружена работой. Здесь появляется редко.

– Может быть, вас посещают родственники или знакомые?

– Родственников у меня нет. А знакомые дальше гостиной не заходят.

Я замолчал, размышляя о неприятной ситуации. – Вы хотите, чтобы я над этим поработал?

Перед тем как ответить, она взяла сигарету и закурила. Её рука заметно дрожала.

– Да, я хотела бы, чтобы вы над этим поработали, – наконец выдавила она из себя.

В воздухе повисла продолжительная пауза.

– Это весьма неприятная находка, – хмуро глядя на сигарету, наконец, вымолвила она. – Дело в том, что я многого не знаю о моём супруге.

Раиса Марковна произносила слова медленно, голос её был встревожен. – Мой муж – Виктор Астахов, в прошлом тренер по конному спорту. Я встретила его на ипподроме. Он научил меня верховой езде.

Она поправила волосы. Руки её подрагивали.

– Я развелась с Романом Захаровичем, так как он не уделял мне должного внимания: его работа днём и ночью, его разъезды в командировки… Мне надоело. Я ведь женщина, хочу обыкновенного семейного счастья. Не прошло и месяца, как я вышла замуж за Виктора. Это произошло около трёх месяцев назад. Свадьбу мы не афишировали, были только самые близкие люди.

– Не афишировали? Вероятно, на то была причина?

Раиса Марковна нервно повела плечом и затушила сигарету.

– Моя дочь, Жанна – по жизни невротичный человек, заводится с пол—оборота. Её отец был очень привязан к ней. Когда он погиб, это стало для неё большим потрясением.

– А разве Роман Захарович не родной отец? – удивился я.

– Нет. Мы с ним прожили двенадцать лет. Моя дочь к нему относилась холодно. Он был для неё совершенно чужой. Поэтому я решила сыграть тихую незаметную свадьбу.

– Какие отношения у вашей дочери с Виктором?

– Они не общаются. Обходят друг друга стороной, – сказала она, и уголки рта у неё опустились. – Думаю, их отношения к делу не относятся. Всё, что я желаю узнать: кому предназначен яд?

– А вы не спрашивали об этом самого Виктора?

Её брови приподнялись. Мне стало ясно, что эта идея не приходила ей в голову.

– Даже не собираюсь этого делать. У нас прекрасные взаимоотношения.

– Вполне возможно эту коробочку могли подложить, дабы дискредитировать Виктора. Ведь это сделать не слишком сложно. Не рассматривали ли вы это с такой точки зрения.

Раиса Марковна сидела словно наэлектризованная, внимательно глядя на меня.

– Если у вас есть какая—то догадка, то скажите, – сухо проговорила она.

Я пожал плечами. – Думаю, вы больше располагаете сведениями, чем я. На мой взгляд, Виктор и ваша дочь относятся враждебно друг к другу. Это большое осложнение и предмет пристального внимания.

На лице хозяйки отобразилось ещё большее беспокойство, а в глазах возник нехороший блеск.

– Я прошу не вмешивать сюда мою дочь, – сквозь зубы процедила она.

Я понимал её состояние и дал ей время успокоиться. Потом осведомился: – Как вы обнаружили эту находку?

– Вы знаете я уже немолодая женщина, а муж моложе меня. Я люблю Виктора и дорожу нашими отношениями. По моей просьбе он бросил работу тренера. В средствах он не стеснён: я выделяю ему приличные деньги на расходы. В последнее время он стал просить больше денег. Я не задавала вопросов. Но однажды он вернулся домой поздно вечером, немного навеселе. Я спросила: где он загулял? Вразумительного ответа я не получила. От него исходил запах женских духов. На его одежде я обнаружила длинный чёрный волос, на рубашке след от помады. Я подумала, что в его окружении есть темноволосая женщина. По этой причине у меня возникли обоснованные подозрения. Я стала копаться в его вещах, в надежде найти кое—какое подтверждение. Результаты поиска вы видели.

– Какие суммы вы ему выделяете?

– Ежемесячно более четверти миллиона, – сообщила она.

Я присвистнул от удивления. – Почему так много?

– Видите ли, я не желаю, чтобы мой муж был ограничен в средствах и работал. Хочется, чтобы он больше времени уделял мне. Знаете ли, жизнь так коротка, а я уже немолодая и хочу простого женского счастья. Кроме этого, у Виктора больной отец. Приходится тратить на обследование, лечение… другие расходы.

Возникла минутная пауза. Раиса Марковна встала, подошла к окну. Её грустный взгляд был устремлён на колыхающиеся в саду деревья. – Я хочу, чтобы вы проследили за Виктором, и выяснили: Чем он занимается и с кем встречается?

– Мне одному не справиться. Я должен привлечь к этому делу своих сотрудников.

– Я не возражаю. Все издержки я оплачу.

– Хорошо. На днях вы должны посетить наш офис, подписать договор. Там же получите смету за работу, которую мы намереваемся выполнить. Пожалуйста, подготовьте список и фотокарточки всех лиц, которые бывают в вашем доме.

Она согласно кивнула. – Хорошо, через два—три дня я зайду в ваш офис, подпишу все бумаги и сделаю предоплату.

Женщина вынула из шкафа фото и протянула мне. – Возьмите. Это фото Виктора Астахова. Чтобы не терять время, займитесь им с завтрашнего дня.

Я утвердительно кивнул и сунул фото в карман.

Раиса Марковна проводила меня на выход. Я вышел из дома, минуя калитку, двинулся к своей машине. Когда я шёл, то встретил девушку в спортивной белой футболке и сиреневых шортах плотно облегающей тело. Она вела под уздцы великолепную вороную лошадь, с характерной белой звёздочкой во лбу. Девушка неторопливо шагала со стороны улицы. Она была тоненькая и стройная, как тростинка. На вид лет двадцать восемь – тридцать. Огромные, как у газели, глаза, светлые волосы с плетением модных косичек, безупречная фигура, нежный бутон губ.

Девушка внимательно посмотрела на меня из—под длинных загнутых ресниц, я на неё. Меня пронзило будто электрическим током. Неопределённая полуулыбка появилась на её пухлых, ярких губах, но я не был уверен, улыбается ли она мне или же чему—то, о чём она думает.

Девушка прошла мимо меня. Я автоматически развернулся на каблуках. Отойдя на несколько шагов, она оглянулась через плечо, приподняла тонкие брови и улыбнулась. На этот раз улыбка предназначалась мне. Я застыл на месте, сердце моё учащённо забилось. Ворота открылись, и темноволосый мужчина по виду Арсен принял у неё скакуна, окинул меня хмурым взглядом и повёл лошадь вглубь территории. Она скрылась в усадьбе и ворота автоматически закрылись. «Да, – подумал я, – девушка, может, и не тянула на писаную красавицу, но выглядела гораздо лучше размалёванных современных девиц тусующихся на светских вечеринках. Похоже, именно её я видел на картине в доме Шмулович».

***

На следующий день, пораньше я приехал в офис. Своему помощнику и администратору Марии Миллер я велел вызвать свободных от дел сотрудников. Через несколько минут в кабинете появились: Фёдор Лапин, Влад Фомин и Олег Юдин. Это были опытные сотрудники агентства. Они присели к столу.

– Привет ребята, – сказал я. – У меня есть для вас работа.

Я, оценивая, внимательно оглядел каждого из них, прежде чем распределить задания. Первый – Олег Юдин был приземистый и крепко сбитый. Его коротко постриженные курчавые волосы белы как снег, блеклые серые глаза бегали. Тонкие губы и квадратный подбородок свидетельствовали о дерзком характере. Второй – Влад Фомин был примерно одного возраста с Олегом. Среднего роста, худой, волосы выгорели на солнце почти добела, а солнечный загар сделал его похожим на южанина. Лицо украшали обвислые усы и длинные бакенбарды. Третий – Фёдор Лапин ниже среднего роста, подвижен. Лицо бледное. На голове короткая стрижка рыжих волос. Он всегда одевался в джинсы, наверное, когда спал, с ними не расставался.

Я вкратце рассказал обстоятельства дела и стал раздавать ценные указания: – Ты, Лапин, будешь наблюдать за Виктором Астаховым. Будь внимательнее. Есть вероятность того, что он может встретиться с темноволосой женщиной. Если это произойдёт, то ты должен выяснить о ней максимум информации, снять на фото и видео. Я хочу, чтобы работа была исполнена гладко без затруднений.

– Вы, Юдин и Фомин, сделаете оперативную установку по месту жительства Раисы Шмулович и проверьте Арсена. Материалы проверки мне на стол.

Я внимательно оглядел их. – Задание понятно?

– Всё ясно, шеф, – сказал Лапин. Остальные утвердительно закивали.

– Тогда, прошу приступить к работе, – сказал я. Ребята вышли из кабинета.

***

По истечении двух дней, вечером, я сидел на веранде своего дома в обществе бутылки пива и перечитывал отчёт Фёдора Лапина, который прихватил с собой. Там было несколько интересных моментов. Лапин докладывал, что Виктор Астахов ведёт себя спокойно. Утром он был в супермаркете, купил необходимые товары. Затем встретился с красивой брюнеткой с длинными волосами, с которой пообедал в ресторане «Катерина—Сити». Он называл её Ларисой. После обеда они расстались. Лариса уехала на красном «пежо» номерной знак… Лапин выяснил, что автомобиль зарегистрирован на Ларису Будину. Потом Астахов был в деревне Плещеево, в доме Романа Богданова, который является компаньоном по бизнесу с Раисой Шмулович. В прошлом Богданов был связан с криминалом, где слыл одним из авторитетов. Этот тип навёл меня на размышления, и я отвёл ему роль второго подозреваемого после Астахова.

На следующий день они встретились в китайском ресторане, где подавали изысканные вина и блюда из морепродуктов. Астахов фамильярно похлопал по плечу администратора и поговорил с ним. Похоже, они были знакомы. Нетрудно предположить, что он был завсегдатаем в этом ресторане. Было ясно, Астахов и Будина были очень близкими друзьями и оба принимали меры, чтобы вместе их не видели на улицах.

Третьим подозреваемым стал Устин Плетнёв, хозяин ночного клуба «Луна» расположенного в Центре. Астахов был там вчера в половине шестого вечера, и Фёдор Лапин подслушал, как Астахов спрашивал у охранника, не может ли он переговорить с Плетнёвым по срочному делу. Его приняли. Он находился в кабинете владельца клуба около тридцати минут, потом поехал домой в Ново—Некрасовку, чтобы успеть к ужину

С Плетнёвым я никогда не встречался. Но мне было известно, что он был ловким мошенником, успешно вёл дела. Его клиентами были разные проходимцы, среди которых встречались люди с приличным достатком и воротилы города. Его бизнес процветал. Он имел несколько подпольных столов с рулеткой. От сведущих людей мне было известно, что его «крышевал» в полиции некто весьма влиятельный и, наверное, это ему стоило немалых денег.

Я мысленно прикидывал план дальнейших действий, когда увидел, что возле дома остановился чёрный внедорожник Mercedes-Benz ML 500. Время было без четверти восемь. Вечер был тихий и нежаркий. Стёкла на автомобиле были тонированы, водителя разглядеть я не смог. Я положил отчёт Лапина в ящик стола и с любопытством стал ждать. Возможно, кто—то ошибся адресом.

Дверца в машине хлопнула, калитка скрипнула. Сквозь жалюзи я увидел, как мужчина поднимается по порожкам на веранду. Я подумал, что вероятно он заблудился и хочет узнать, как проехать на какую-нибудь улицу, как бывало уже не раз.

Когда я увидел лицо гостя, то узнал его по фотографии, которую накануне мне передала Раиса Марковна. Это был Виктор Астахов. Он медленно вошёл на веранду. Светловолосый, великолепно сложенный мужчина внимательно смотрел мне в лицо. Его мускулы выпирали из-под белой футболки. У него было широкое лицо, сильно развитые скулы. На безымянном пальце левой руки был внушительный перстень из белого золота с алмазом. На шее массивная золотая цепочка и крест инкрустированный бриллиантами. На вид ему было около сорока лет. В его голубых глазах было выражение надменности. Мужчина пристально глядя на меня, словно гипнотизируя, приблизился.

– Здравствуйте, – наконец произнёс он низким, сиплым голосом. – Вы здесь один?

Я поднялся и застыл немного взволнованный, потому что не ожидал его увидеть у себя. Я взглянул в сторону улицы, ища глазами Фёдора Лапина, который должен был быть где—то поблизости. Но мой гость был достаточно проницательный.

– Похоже, вы ищете филёра, которого приставили ко мне, – произнёс он. – Я ускользнул от него.

Я обдумывал, что ему ответить. Тем временем он бесцеремонно сел в плетеное кресло, заскрипевшем и просевшем под его весом. Я опустился на стул, решая, как воспринимать этот неожиданный визит.

– Кто вы и зачем пришли? – спросил я, делая вид, что его не знаю.

– Бросьте притворяться, Григорий, – проронил он. На его лице появилось саркастическое выражение. – Я не люблю, когда за мной следят. И желаю знать причины. Кто отрядил вас на это дело?

Я удивился тому, что Фёдор Лапин дал себя обнаружить, потому что он был одним из лучших профессионалов в сыскном деле. Конечно, я понимал, что всегда существует риск быть изобличённым, особенно, когда задействован один сотрудник. Я пожалел о том, что не подключил к наблюдению за Астаховым ещё кого-нибудь.

– Ваша жена, Раиса Марковна. Разве вы не догадываетесь о причинах.

Он на несколько секунд опустил голову, о чём—то думая, а затем с недоверием покосился на меня.

– Чем же я ей не угодил? – пренебрежительно осведомился он и тут же предположил: – Кажется это банальная женская ревность. Ну что ж, признаю, я не без греха, люблю позабавиться с молодыми девицами. И дамам её возраста надо бы научиться прощать. А то из—за всякой волосинки и губной помады на рубашке закатывать истерику и подключать ищейку. Пусть скажет спасибо, что я её ублажаю.

Он улыбнулся, обнажив крепкие белые зубы.

– Об этом вам стоило бы сказать супруге, а не мне. Считаю, Раиса Марковна не одобрила бы ваше высказывание и приход сюда.

– Раечка многие вещи не одобряет, – небрежно произнёс он. – Вы даже представить не можете. Но она меня очень любит, поэтому очередное моё высказывание ничего не изменит. Не угостите пивом?

Я взял из холодильника бутылку, открыл пробку и придвинул к нему. Пока он пил, я произнёс: – Вообще—то я занят и хотел бы побыть один.

– Тогда поскорее ответьте: какое задание вы получили от моей жены?

– Об этом вам придётся спросить у вашей супруги.

Астахов достал из брючного кармана платиновый портсигар с выпуклым золотым сердечком и с какой-то гравировкой, извлёк из него сигарету и прикурил от золотой зажигалки. Душистый дымок фирменного «Кента» поплыл по комнате.

– Вы не очень учтивы, – в его голосе прозвучало явное недовольство. – Я не люблю, когда меня держат за болвана. Я хочу знать, в чём меня подозревают?

– Только ревность женщины всему причина.

Астахов ухмыльнулся. – Значит, мои предположения верны, – сказал он, резко встал и двинулся на выход. – В проёме двери он обернулся. – Если вы сказали неправду, то вам не поздоровится. – Он цинично бросил недокуренную сигарету на пол, криво усмехнулся и быстро сбежал по ступенькам. Хлопнула калитка и через несколько секунд автомобиль уехал.

***

Утром мой мобильник заверещал. Я взглянул на дисплей. Звонил мой давний приятель из полиции. Я взглянул на часы, было четверть восьмого.

– Это ты, Григорий Палыч? – громко спросил он. – Это Кирюхин, уголовный розыск. Скажи, Фёдор Лапин твой сотрудник?

– Да! Доброе утро, Николай Николаевич, – ответил я.

– Похоже, оно для тебя недоброе, – сказал он. – Мне только что сообщили, что обнаружен его труп. Лапина опознал один из наших сотрудников. Я еду туда прямо сейчас. За тобой заехать?

– Где он обнаружен?

– На улице Ленина, за кинотеатром «Победа». Через пять минут выходи на улицу, я подберу тебя.