Счастье с горьким привкусом неба

Глава 1. Внезапная задача

Андрей сел в кресло у иллюминатора аэробуса, пристегнул ремень безопасности и стал с безразличием наблюдать за суетой, царящей вокруг самолёта. Грузчики на электрокарах возили вереницы телег с багажом, авиатехник, закончив предполётный осмотр борта, важно расхаживал по стоянке и следил, чтобы никто из обслуживающего персонала ничего не повредил на самолёте. Симпатичные девушки со службы перевозки аэропорта стояли возле трапа и регулировали поток пассажиров на нём, так как каждый стремился как можно скорее подняться на борт, занять своё место и приготовиться к полёту, что провоцировало некоторое столпотворение. Милые стюардессы равномерно распределились по салону и помогали замешкавшимся клиентам, чтобы они не задерживали в проходе своих попутчиков. У всех было приподнятое настроение. Впрочем, когда летишь в Париж, то настроение всегда приподнятое. Таким оно было и у Андрея, когда он пару месяцев назад впервые летел в столицу Франции. Но сегодняшний перелёт в Париж его скорее угнетал, чем радовал. Андрей не испытывал никакого удовольствия от предстоящей поездки. Точнее говоря, его беспокоила не сама поездка, а та непростая миссия, которую ему предстояло выполнить. И где-то в закоулках подсознания у него на мгновенья даже возникла мысль, что лучше бы он вообще никогда не был лично знаком с Милен… Но надо было лететь… Причём именно к Милен Фармер…

Неделей ранее.

Николай припарковал машину возле офиса и поднялся в свой кабинет. Опустившись в прохладное кожаное кресло, он откинулся на спинку, закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы немного отдохнуть от беготни по клиентам, которой он занимался с самого утра. С одними нужно было заключить договор, с другими – подписать дополнительные соглашения, третьим – завезти акты выполненных работ. Всё бы ничего, но уже второй клиент по каким-то причинам перенёс время встречи на более позднее время, поэтому пришлось на ходу корректировать заранее составленный план работы на день, что внесло в рабочий процесс небольшую сумятицу и нервозность. Но, как бы там ни было, со всеми клиентами удалось встретиться, и теперь нужно было составить сводный отчёт, чтобы доложить руководству то, что, как говорится, осталось в сухом остатке.

Начав набирать на компьютере отчет, Николай глянул на настольный календарь, чтобы свериться со специальными отметками, которые он в нём делал для наглядности общей картины состояния дел. Пробежавшись взглядом по кружочкам, квадратикам и крестикам, он с удовлетворением отметил, что пока всё идёт по плану. Но тут же его внимание привлёк день на следующей неделе, который был выделен красным маркером. Этот день выделялся не только в настольном календаре на рабочем месте, но также в его ежедневнике, в смартфоне и в домашних календарях. Это была особенная дата. Это была метка судьбы. Данный день был выделен потому, что он отстоял ровно на два месяца вперёд относительно того дня, как Николай крайний раз приехал от Милен. А это означало, что уже сейчас нужно было серьёзно задуматься о поездке к любимой женщине.

Николай свернул окно с только что начатым документом, в несколько кликов мышки открыл фотографию Милен, а затем снова откинулся на спинку кресла, любуясь её благородными чертами лица. Переводя взгляд то на календарь, то снова на монитор, он с ещё большей остротой стал понимать, что пора что-то делать. Времени до истечения двух месяцев, которые он с Милен отмерил для следующей их встречи, оставалось всего-то неделя. А командировка во Францию так до сих пор и не предвиделась. Всё шло к тому, что ему придётся просить у начальника краткосрочный отпуск, чтобы съездить к Милен и, наконец-то, откровенно обсудить с ней перспективу их дальнейших отношений. И вопрос об отпуске нужно было решать уже сегодня, так как дальше откладывать это дело было нельзя. Конечно, ничего страшного не случилось бы, если бы Николай приехал к Милен и через три месяца, предварительно уведомив её об этом. Но раз уж они договорились, что он приедет не позднее чем через два месяца, значит этого срока и нужно придерживаться.

Ещё немного поразмыслив, Николай решил сегодня же обратиться к начальнику с просьбой об отпуске. И сделать это можно было после того, как он предоставит ему свой отчёт. У шефа никаких замечаний к Николаю не было, все сроки выдерживались строго по графику, срочные дела были завершены, следовательно, можно было рассчитывать на благосклонность руководителя и надеяться на предоставление отпуска. Значит сейчас необходимо поторопиться с составлением отчёта.

Снова открыв окно с начатым документом, Николай стал быстро его заполнять, изредка сверяясь с записями в ежедневнике. Вдруг раздался звонок смартфона. Звонила секретарь начальника.

– Слушаю тебя, Катюш! – ответил Николай, нажав кнопку громкой связи и продолжая набирать текст на компьютере.

Катерина была молодой женщиной лет тридцати, поэтому, учитывая то, что Николай был старше неё, она не имела ничего против, чтобы он обращался к ней на «ты» и по имени. К тому же, она испытывала симпатию к Николаю, что тоже немного упрощало их общение.

– Николай Михайлович! Сергей Владимирович попросил, чтобы вы зашли к нему сразу же, как только появитесь.

– Что-то случилось?

– Да вроде ничего. Я ему сегодня утром много почты занесла. Может быть с этим как-то связано. Думаю, что появились какие-то новые клиенты, и он хочет кого-то из них дать вам в работу.

– Понятно. А как у него настроение вообще?

– Нормальное. Пока никто не испортил. Шутит, улыбается.

– Тогда я буду у него минут через двадцать.

– Хорошо! Никаких встреч у него пока не запланировано, поэтому ждать не придётся.

– Добро! – сказал Николай и нажал кнопку отбоя.

Николая обрадовало то, что настроение у начальника было хорошее. Это давало дополнительные шансы на положительное решение его вопроса. Но наличие реальной «угрозы» получить новых клиентов как раз в момент разговора об отпуске немного настораживало, так как клиенты могли быть срочными, а работа с ними могла затянуться на недели, что безоговорочно откладывало поездку в Париж. Николай решил в любом случае задать вопрос об отпуске. За спрос, как известно, денег не берут. Откажет – значит откажет. А там глядишь – и разрешит!

Распечатав набранный отчёт, Николай бегло пробежался по страницам и сложил их в солидную кожаную папку. Сунув туда же ежедневник и проверив, не забыл ли он свой золотой «Паркер», который ему не так давно подарила Милен, Николай вышел из кабинета и направился в приёмную шефа.

– У себя? – спросил он Катерину, зайдя в приёмную и подходя к двери кабинета начальника.

– Да, заходите, – с улыбкой ответила молодая женщина, окинув взглядом безупречный внешний вид Николая. «Где же мне такого мужчину найти?» – подумала она про себя, в который раз задаваясь этим вопросом, который всё чаще возникал у неё именно при виде Николая.

Николай открыл дверь в кабинет и по старой армейской привычке, прежде чем зайти, спросил:

– Разрешите войти?

– Входи, Николай! Присаживайся! – в полголоса отозвался Сергей Владимирович, отодвинув в сторону смартфон, по которому он сейчас разговаривал, и жестом указал на ближайший к его столу стул.

Николай присел на указанное место, положил папку на стол для совещаний, который вместе со столом начальника образовывал букву «Т», и стал ждать, пока шеф закончит разговор по телефону. Николай бывал в этом кабинете несчётное количество раз, но, чтобы хоть как-то унять скуку от вынужденного ожидания, он снова окинул его взглядом.

Кабинет начальника или «Логово Мюллера», как его называли некоторые острословы, представлял из себя помещение средних размеров, в котором свободно размещались широкий письменный стол шефа, длинный стол для совещаний, за которым одновременно могло находиться до девяти человек, десять стульев и пара шкафов. Небольшой шкаф для одежды стоял в углу и почти не бросался в глаза. Второй шкаф, – со стеклянными дверцами, предназначенный для хранения документов, – стоял посреди стены напротив больших окон, которых было два. Двухуровневый потолок содержал многоламповую систему освещения. Стены были выкрашены в приятный светло-бежевый цвет, в тон которому были подобраны роллеты на окнах. На стенах висело несколько больших фотографий, похожих на картины. И фотографии эти были весьма неординарные.

Сам Сергей Владимирович представлял из себя седовласого мужчину лет шестидесяти, нормальной комплекции, ростом выше среднего. У него всегда была аккуратная короткая стрижка и опрятный внешний вид. На первый взгляд – начальник как начальник, которого можно встретить где угодно. Но чёткость и лаконичность, с которой он ставил задачи или давал указания, методы, которыми он пользовался для сбора и анализа информации, а также приёмы в работе с людьми сразу же выдавали в нём кадрового офицера. Сергей Владимирович действительно был полковником в отставке, прошедшим за тридцать лет службы тернистый путь от командира взвода до начальника оперативного отдела штаба округа. Вся его служба прошла в артиллерии. Исходя из этого, он с особым уважением относился к Николаю как к офицеру, так как чувствовал в нём боевого товарища.

Довелось Сергею Владимировичу и повоевать. Два года он служил в Афганистане. Там он не раз видел, как всего лишь пара штурмовиков Су-25, под огнём с земли, за несколько минут разносила в пух и прах укреплённые объекты моджахедов, которые его артиллеристам пришлось бы долбить не менее часа. После этого он проникся особым уважением к лётчикам вообще и к лётчикам-штурмовикам в частности. Соответственно, это уважение дополнительным бонусом имело отношение и к Николаю. И хотя Николай понимал, что при таком отношении со стороны начальника ему могло сойти с рук то, за что другие получили бы серьёзное взыскание, он никогда не доходил до необходимости пользоваться излишней благосклонностью шефа и всегда выполнял поставленные задачи быстро, качественно и в срок. Сергей Владимирович, в свою очередь, сразу рассмотрел в немного застенчивом Николае толкового сотрудника и всячески поддерживал его, но эту поддержку он никогда не выставлял на показ.

Такое взаимное уважение между Николаем и его начальником привело к тому, что они немного сблизились и могли в свободное время о чем-нибудь побеседовать, обсудить некоторые личные вопросы. При этом Сергей Владимирович общался с Николаем как с сыном, но Николай никогда не позволял себе панибратских отношений с шефом и всегда знал меру, когда можно было о чём-то поспорить с ним, а когда нужно было просто промолчать.

Именно армейское прошлое Сергея Владимировича и обуславливало необычность фотографий, которые висели в его кабинете. На них были запечатлены будни артиллеристов. На одной фотографии был виден артиллерийский полк на марше. На другой – подготовка орудия к бою. На третьей был зафиксирован красивый момент выстрела, да так, что можно было заметить немного размазанный контур снаряда, только что вылетевшего из ствола гаубицы.

Николай, в силу особенностей своей военной специальности, не питал особого интереса к артиллерийским системам. Но он всегда с интересом слушал воспоминания Сергея Владимировича, которому было что рассказать об армейских буднях, среди которых были как забавные ситуации, так и трагические. Николай хоть и не обладал таким же долгим и богатым на события боевым путём, но и он иногда рассказывал шефу о каких-нибудь интересных случаях, произошедших с ним или с его однополчанами. А учитывая, что с чувством юмора у Николая было всё в порядке, то от его рассказов Сергей Владимирович нередко смеялся до слёз, что ещё больше их сближало.

Услышав, что начальник заканчивает разговор, Николай достал из папки и положил перед собой отчёт и ежедневник, который сразу открыл на странице с текущем днём.

– Извини, Николай, что заставил ждать! – произнёс Сергей Владимирович, положив телефон на стол.

– Ничего страшного, я не тороплюсь.

– Тогда рассказывай, как у тебя идут дела по твоим направлениям работы. Лирика меня не интересует, поэтому сразу выкладывай суть, факты, даты.

– Хорошо! Вот, держите! – с готовностью отозвался Николай и передал начальнику недавно составленный отчёт. – Здесь всё подробно расписано. Если что-то непонятно, я поясню.

Сергей Владимирович взял документ и начал внимательно его изучать. На несколько минут в кабинете повисла тишина, периодически прерываемая шелестом переворачиваемых листов. С каждым таким звуком Николай украдкой бросал взгляд на лицо начальника, пытаясь понять, одобрит он его работу за последний месяц или будет высказывать недовольство.

Ознакомившись с отчётом, Сергей Владимирович задал ряд уточняющих вопросов, на которые Николай дал чёткие и аргументированные ответы. Было заметно, что начальник остался доволен проделанной работой. Поэтому можно было немного расслабиться и приступить к выбору подходящего момента, чтобы задать вопрос об отпуске.

– Молодец! Продолжай в том же духе! Если бы все работали как ты, то и никакие начальники не были бы нужны, – похвалил Сергей Владимирович Николая, возвращая ему отчет.

В этот момент Николай уже было собрался поблагодарить шефа за положительную оценку его работы и, как бы между прочим, спросить, не может ли он взять отпуск на несколько дней. Но Сергей Владимирович не дал ему это сделать, так как почти сразу продолжил речь:

– Я вижу, что ты, в отличие от других, прекрасно справляешься со всей рабочей нагрузкой. Поэтому хочу дать тебе в разработку ещё одного интересного клиента, деловое предложение от которого я только сегодня получил. Клиент очень важный, сумма гонорара соответствующая. Работа с ним займёт недели две или три. Риски нужно свести к минимуму. Поэтому никому другому, кроме тебя, я это дело поручить не могу. Ты как, согласен?

Услышав упоминание о новом клиенте, которого начальник хочет дать ему в работу, у Николая как будто оборвалось что-то внутри. Настроение сразу пропало, лицо осунулось, а мысли об отпуске просто испарились. Две или три недели! Да это же целая вечность! Что же теперь сказать Милен? Снова «извини», «подожди ещё чуть-чуть»?

– Ты чего молчишь? Да ещё насупился! Потянешь ещё одного клиента? – снова обратился Сергей Владимирович к Николаю после небольшой паузы, заметив отрицательные изменения в его настроении. При этом тон его речи был спокойным и доброжелательным.

Николай сделал глубокий вздох и с почти нескрываемой обречённостью в полголоса сказал:

– Потяну, куда ж я денусь… Что за клиент? Какая сфера деятельности? Круг решаемых вопросов? Кто контрагент, мои полномочия, место подписания договора, особые условия? Когда первая встреча?

– Вот так бы и сразу! – с радостью отозвался Сергей Владимирович, не обращая внимания на настроение Николая. – Вкратце ситуация такая. К нам за помощью обратился крупный коммерческий холдинг «Позитрон», который специализируется на разработке и производстве радиоэлектронного оборудования для нужд авиации и космоса. Они, в частности, работают над системами радиосвязи и радионавигации. Сечёшь?! Думаю, тебе это дело будет интересным, а нам всем – выгодным, так как мы в твоём лице имеем единственного специалиста, который прекрасно разбирается в этих вопросах.

Николай ничего не ответил, а только неопределённо повёл бровью и слегка пожал плечами. Тем временем начальник продолжил объяснять суть дела:

– Недавно этот холдинг получил очень выгодное для него предложение на поставку за рубеж радиоэлектронного оборудования, которое он производит. Но его потенциальные партнёры выставили технические условия, которым должна удовлетворять поставляемая техника. Проанализировав эти условия, в холдинге поняли, что необходимо провести модернизацию имеющегося в их распоряжении оборудования. Идея правильная, но у них нет времени на это. Единственный реальный и быстрый способ уложиться в отведённое время – это обновить элементную базу на самую современную, но для этого нужны поставщики такой элементной базы. Вот они и просят нас найти поставщиков нужных им компонентов и заключить с ними соответствующий договор.

– С такими запросами этому холдингу надо не к нам, а в ГРУ1 обращаться. Тамошние профи им такие комплектующие найдут, что у них глаза на лоб полезут. А я же не ГРУ! Мне месяца полтора только поставщиков нужно будет искать, а потом с каждым переговоры вести. Да на этого клиента полгода уйдёт! – скептически прокомментировал услышанное Николай.

– А чем мы хуже ГРУ? Масштаб у нас, конечно, поменьше будет, а вот картотеками и базами данных мы ещё и потягаемся с конторой Пети Ивашутина2. Как думаешь? – поинтересовался Сергей Владимирович с едва уловимым азартом.

– Ну, не знаю… – уклончиво ответил Николай, глядя перед собой и понимая, что дело действительно может затянуться на месяцы. А это для него будет просто катастрофой.

– Ладно, не падай духом. Специалисты нашего клиента уже проанализировали рынок интересующих их услуг и дали нам некоторые исходные данные по фирмам, которые, на их взгляд, заинтересуются сотрудничеством с ними.

С этими словами Сергей Владимирович надел очки, переложил несколько листов на своём столе и затем, найдя тот, который искал, продолжил:

– А, вот! Так… По их сведениям, самый подходящий им поставщик находится в каком-то провинциальном городе… И город этот… Париж! В Париж поедешь, тот, что во Франции? – быстро и с интересом спросил начальник Николая, глядя на него поверх очков, как будто не исключал, что тот может и отказаться от такой поездки.

Услышав слово «Париж», у Николая зашумело в ушах, словно его ударили по голове.

– В Париж?! – повторил Николай, повернув голову в сторону шефа, расплываясь в улыбке. – Я не ослышался?

– Да, в Париж! Тут так написано, – невозмутимо ответил Сергей Владимирович и кивнул на бумагу, которую только что зачитывал.

– Да я… – начал было с возбуждением говорить Николай, желая сказать, что он туда хоть прямо сейчас пешком отправится.

Адреналин так и хлестал в его крови, дыхание участилось, а на лице засияла счастливая улыбка. Но тут он сообразил, что в приступе радости может сказать что-то лишнее, и чтобы немного унять охватившую его радость, которая могла показаться со стороны странной, он уже более спокойно спросил:

– Когда ехать?

– Так! Тихо, тихо! Успокойся! Только не начни мне тут прыгать от радости. У меня потолки дорогие, ещё поломаешь там чего-нибудь, – с лёгкой улыбкой осадил его Сергей Владимирович. А потом с некоторой подозрительностью продолжил: – Кстати! А чего это ты, друг мой милый, так распереживался, когда узнал, что нужно ехать в Париж? Ты же уже там был, и не раз. Что-то ты темнишь… Может ты уже на ПМЖ туда метишь? Давай, колись: кто у тебя там уже есть?

– Да никого… – слукавил Николай, немного стушевавшись и подозревая некую осведомлённость шефа о его личных делах в Париже, но не понимая, как он мог в принципе об этом узнать, если Николай никогда ничего не говорил по этому поводу.

– Точно?

– Точно…

– Ладно! Забыли.

Взяв несколько листов со стола, Сергей Владимирович положил их в новенькую пластиковую папку, где уже лежали какие-то документы, а саму папку протянул Николаю со словами:

– Здесь вся информация по данному клиенту. Внимательно ознакомься с ней, составь план работы и представь мне его завтра к двенадцати часам на утверждение. Работу с данным холдингом ставь в приоритет. Если не будешь успевать с какими-то другими клиентами, то скажешь мне, а я перераспределю их между остальными менеджерами.

– Понятно! – ответил Николай, который мыслями уже был в Париже. – Разрешите идти?

– Иди!

Николай поднялся, поставил стул на место и направился к двери.

– Хотя, постой! – остановил его Сергей Владимирович. – У меня к тебе будет одна небольшая просьба. Выполнишь?

– Сделаю всё, что в моих силах! – с нотками уважения ответил Николай, остановившись на полпути к выходу.

– Думаю, тебе это вообще не составит никакого труда.

– Тогда в чём суть дела?

– Привези мне, пожалуйста, из Парижа какой-нибудь диск или фотографию Милен Фармер с её автографом!

Николай ожидал услышать всё, что угодно, но только не это! И он тут же сообразил, что начальник откуда-то знает о его знакомстве с Милен. Но он всё равно не понимал, как шеф мог узнать об этом. Чтобы как-то прояснить этот вопрос, Николай решил сделать вид, как будто не понимает, о чём идёт речь.

– А где же я его возьму, автограф этот? – с наигранным удивлением произнёс он.

– У Милен Фармер, – спокойно подсказал начальник.

– А где ж я её найду? – в том же духе продолжал Николай.

– А ты что, не знаешь где её искать?

Николай непонимающе пожал плечами.

– Подойди-ка ко мне на минутку, – позвал его Сергей Владимирович, жестом указав на место рядом с собой.

Николай обошел стол начальника и стал рядом с ним.

– Глянь-ка сюда.

Сергей Владимирович немного повернул монитор в сторону Николая, чтобы ему было лучше видно, сделал несколько кликов мышкой, и на огромном экране появилась фотография. Николай глянул на монитор, и у него натуральным образом отпала челюсть: это была фотография, сделанная в тот момент, когда два месяца назад, во время поездки в Ниццу, он с Милен, Андреем и охранниками продвигался от дверей офисного центра к машине. Права была Милен: кто-то всё же снимал их. Исходя из ракурса съёмки, было понятно, что фотограф находился где-то на возвышенности, может быть на втором этаже дома, расположенного напротив офисного центра. И, судя по высокому качеству снимка, телеобъектив у него был серьёзный.

Сергей Владимирович ещё несколько раз кликнул мышкой, и на мониторе последовательно появились другие фотографии этого момента.

– Ты можешь как-то прокомментировать эти кадры? – поинтересовался он у Николая, пребывавшего в лёгкой растерянности.

– Да, было дело… – с лёгким смущением ответил Николай.

Ему стало немного неудобно от того, что пришлось лукавить перед уважаемым им человеком. И чтобы поскорее сгладить весьма щекотливое положение, в котором он оказался, Николай решительно произнёс, приложив руку к груди:

– Сергей Владимирович! Извините, что я ходил всё вокруг да около. Каюсь! Привезу я вам автограф Милен Фармер.

– Вот за это – спасибо! Так бы и сразу! Я тебе командировку в Париж организовал, а ты стоишь и Ваньку валяешь! Я же не гуманоида с Марса прошу тебя привезти.

– Извините, Сергей Владимирович, ещё раз! Но вы тоже как-то издалека зашли, – с улыбкой парировал Николай.

– Я же понимаю, что вопрос деликатный. Поэтому не стал вот так сразу, в лоб, интересоваться: а как ты, Николай, смог пересечься с Милен Фармер. В целом – это твоё личное дело, меня оно не касается. Можешь при случае подрабатывать её телохранителем, но не в ущерб нашему общему делу.

– Не переживайте, всё будет в лучшем виде! – бодро ответил Николай, а потом добавил: – Сергей Владимирович! Разрешите вопрос?

– Давай!

– Скажите: а откуда у вас эти фотографии? И вы что, являетесь поклонником творчества Милен Фармер?

– Нет, я не являюсь её поклонником, хотя против неё тоже ничего не имею. Это моя дочь с внучкой очень любят её. Пару дней назад я зашел к дочери по домашним делам. А у неё в комнате был включен компьютер, и на мониторе как раз была одна из этих фотографий, что я тебе показал. Я сначала не обратил на неё никакого внимания. Но потом краем глаза замечаю, что мне вроде бы знаком один из мужчин, присутствующих на фото. Пригляделся – батюшки святы, да это же наш Николай! Причём я вообще тогда не знал кто такая Милен Фармер и как она выглядит. Спрашиваю у дочери, мол, а что это у тебя за фотография на мониторе. Она и начала мне рассказывать, что это известная французская певица, что она такая хорошая, и что она так ей нравится. Я спрашиваю: а что это за мужчины рядом с ней? Дочь сказала, что не знает. А я кое какие выводы для себя сделал. Так вот. У дочери скоро день рождения, а я всё голову ломаю, чего бы такого необычного ей подарить. Вот и решил попросить моего знакомого джентльмена с той фотографии привезти мне автограф Милен Фармер. Судя по всему, ему это вообще труда не составит, а мне будет очень приятно подарить дочери такой эксклюзивный подарок. Но так как этот джентльмен молчит как партизан на допросе, и я подозревал, что моя просьба покажется ему в какой-то мере странной, то чтобы покончить со всякими недоразумениями, я и попросил дочь скинуть мне эти фотографии, чтобы как-то аргументировать ими свою просьбу.

– Понятно! А откуда у вашей дочери эти фотографии? Где она их взяла?

– Я не интересовался этим. Если хочешь, то спрошу у неё.

– Спросите, пожалуйста! Мне очень интересен их источник!

– Хорошо!

– И если вас не затруднит, то не могли бы вы переслать мне их на почту?