Закрывайте за собой могилы

Не желая дальнейшей экзекуции, я наставил ружье прямо ему в лицо, но мой палец дрогнул на курке. Не могу я выстрелить в собственного деда, что воспитывал меня и берег, как зеницу ока. По лицу потекли горячие слезы, а я попытался немного отползти от старика, пока он с усердием прожевывал оторванный кусок мяса. Тот сразу же заметил, что его лакомство пытается сбежать и снова схватил за ноги своими руками. В этот раз я не стал сомневаться, инстинкт самосохранения выиграл у родственных связей. Я нажал на курок и… ничего! Дебил! Я же выстрелил дуплетом, в ней нет патронов! Дед уже занес голову, чтобы резко вонзить зубы в настрадавшуюся ногу, но я прервал его ударом приклада прямо в нос. Послышался хруст и резкий булькающий возглас возмущения. Я ударил еще пару раз, заставив отскочить деда от себя, моя рука сразу же потянулась под окно, туда – где лежала коробка с патронами. И дед воспользовался этим – он впил свои челюсти прямо в локоть. Я заорал от невероятной боли и практически потерял сознание. Невероятным усилием воли я заставил себя бодрствовать. Он никак не мог оторвать кусок, поэтому начал грызть и дергать головой из стороны в сторону, будто собака. Второй рукой я начал наносить удары ему по лицу, но похоже это возымело эффект такой же, как на слона дробина. После очередного удара он зарычал и бросил мою руку, но повернулся ко мне и начал приближаться к лицу. Я схватил его лицо одной рукой и пытался оттащить от себя, но, черт возьми, сколько силы в моем деде?! Внезапно в коридоре раздался шум открываемой двери, это отвлекло нас обоих – мы разом повернули свои головы на источник звука.

–Игорек! – громкий голос батюшки Гавриила отлично разнесся по дому. – Что тут у тебя?! Мне показалось или кто-то стрелял? Я аж у церкви услыша… Господи боже, Матвей!

Он увидел нас сквозь распахнутую дверь, выпучил глаза и схватился за крестик на груди. Кажется, он еще не до конца понял, что происходит. Дед решил, что батюшка не станет помехой его трапезе и вновь начал тянуть голову к моему лицу. Он клацнул пастью, донося до меня отвратительный гнилой смрад. Я вдавил пальцы здоровой руки прямо ему в глаза, тот взвыл нечеловеческим голосом и отскочил от меня. Здоровой рукой я подтянул себя поближе к окну и схватил коробку с патронами. Правда неудачно, они все высыпались и разбежались по комнате, оглашая ее мелким звоном. Все же один я успел ухватить и, уперев ствол в ногу, я разомкнул двустволку. Пальцы были мокрыми от крови, патрон выскользнул из них, но я успел прихлопнуть его рукой, чтобы тот не ускакал. Дед уже успел опомниться и начал вставать на четвереньки, стараясь получить преимущество перед лежащим противником. Батюшка все так же стоял у входа и, кажется, молился.

–Да твою мать! – закричал я, вставляя патрон в ружье, пока дед не успел подскочить ко мне. – Помоги мне! Он сожрет меня живьем!

Это немного отрезвило Гавриила, тот открыл глаза и начал метаться по коридору, видимо искал какое-нибудь оружие. А дед времени не терял и, наконец, восстановил выдавленные глаза. Он потряс головой и нашел взглядом свою добычу. Кажется, он изобразил некое подобие улыбки, обнажая свои желтые зубы и пару новых клыков. Таких зубок у него точно раньше не было. Он резко рванул ко мне, но я успел выставить ружье. Моя тупость просто не знала границ – я нажал не на тот курок!

Однако это не стало моим смертельным приговором. Гавриил все-таки сообразил, что нужно делать и ударил найденным табуретом по деду, не давая добраться и откидывая того от меня. Теперь я мог спокойно прицелиться. Вот только одной рукой, сквозь одурманивающую боль, это оказалось непростой задачей. Батюшка сзади схватил меня за подмышки и потащил из комнаты. За мной тянулась по полу багровая полоса – похоже, я потерял слишком много крови. Дед уже опомнился и начал бежать ко мне на четвереньках, но в этот раз я был готов. Я намеренно подпустил его поближе, потому что не смог бы попасть в голову даже с дистанции четырех метров. Оживший труп уже приблизился вплотную и распахнул пасть, чтобы куснуть меня, но его рот взамен плоти встретил дуло двустволки. В этот раз я нажал на правильный курок. Отдача выкинула двустволку из моих рук. Половину головы моего деда оторвало моментально, забрызгивая все помещение кровью и ошметками черепа с мозгами. Мое сознание начало потихоньку гаснуть. Гавриил говорил что-то мне, но я уже не мог понять что именно. По-моему он кричал, чтобы я не вздумал умереть. В голове проскочила последняя мысль и я усмехнулся ей, прежде чем окончательно отключился: «Зато не надо пол будет красить».

***

Я вдыхал свежий воздух, приходящий из распахнутого окна больничной палаты. Перебинтованная рука все еще ныла. Врачи сказали, что не смогут восстановить былую подвижность, а нога восстановится, но со временем. Я глубоко вдохнул ароматы благоухающих цветов и обернулся. На стуле для посетителей сидел Гавриил и нервно теребил крестик на своей груди.

–Сколько? – это единственный вопрос, что я решил задать ему, но учитывая все произошедшее, он сам поймет контекст.

–Две могилы, – батюшка подумал пару секунд, прежде чем ответить. – Но старые. Один разложился настолько, что даже не смог отползти от выкопанной ямы. Прибил его лопатой. Второго не нашел. Правда и в деревне он пока не появлялся.

–Ты сделал то, о чем я просил? – я вновь повернулся к окну. Пережитый кошмар сильно повлиял на меня не только в физическом плане. Морально я был раздавлен и первые дни, когда очнулся, просто лежал и мочил подушку своими слезами. Если бы не Гавриил, то думаю я дошел бы до суицида, от того безумия, что пришлось перенести.

–Да, я обрезал ружье твоего деда. Теперь сможешь пользоваться им одной рукой. – он встал, подошел ко мне и положил руку на плечо. – Ты уверен, что хочешь заняться этим? Ты не обязан…

–Уверен. – твердо сказал я, прерывая батюшку. – Не хочу, чтобы эти твари загрызли какого-нибудь ребенка. Я не смогу простить себя, ведь я узнал о них, но ничего не сделал. Это будет моей виной.

Мы оба замолчали и задумались о своем. Я лежал в больнице уже второй месяц и за это время из мертвых восстали еще пять человек. Трех из них Гавриил смог устранить, но он уже не в том возрасте, чтобы гоняться за прыткими упырями по всей округе. Как мы узнали, что это именно упыри? Батюшка нашел в церковной библиотеке древние писания, в которых рассказывалось о различных тварях, что населяют наш мир. Изначально он думал, что это бред сумасшедшего, но хранил книгу, как древнюю ценность. Он принес ее мне и вместе мы пролистали ее полностью. Там было написано о самых разнообразных монстрах: от злобных домовых до гигантских насекомых, что дышат огнем. Там был даже аналог бабы Яги. Только более реалистичный, менее сказочный и чертовски страшный. В книге было немного информации об упырях, редко кто переживал встречу с ними, чтобы рассказать подробности. Но самое главное – мы узнали способы их убийства. Нужно либо снести им голову, либо сжечь. По-другому никак, восстанавливаются они невероятно быстро, в чем я уже убедился.

–Смог выяснить, почему они вообще встают? – я прервал раздумья. Судя по тому, как дернулся Гавриил, не только себе.

–Нет. – он пригладил свою седую бороду к пузу и вновь вцепился в крестик. В последнее время он не выпускал его из рук. – Зато выяснил, что мы не единственная деревня с такой напастью. Где-то даже армия подключилась. Целый отряд был сожран всего четырьмя упырями. А власти решили замять свою оплошность и не разводить панику, поэтому широкая общественность еще не в курсе.

–Завтра меня выписывают. – я закрыл окно, посчитав, что достаточно проветрил помещение. – Я вернусь в деревню. Нужно будет поставить пару камер по периметру кладбища, чтобы моментально реагировать на вставших упырей. Так же нужно еще пару человек, что смогут нам помочь на добровольных началах – у меня нет больших денег для оплаты наемников, думаю у тебя тоже. Еще хотелось бы связаться с другими деревнями, возможно, сможем сотрудничать. Пора начинать охоту…