Бегущий За Ветром

Бегущий За Ветром и проклятие Ледяного Дыхания.

Над озером нависал густой белесый туман. Сквозь него едва только начали пробиваться первые лучи восходящего солнца. Человек, сидевший на корме небольшой лодки, не мог разглядеть даже ее носовой оконечности, не говоря уже о том, чтобы увидеть берега озера. Впрочем, человек и не стремился что-то рассмотреть сквозь сплошную туманную завесь. Казалось, он просто дремал, с ног до головы закутавшись в шерстяной плед и натянув на самые уши мягкую широкополую шляпу. Пара удочек, выставленных с обоих бортов лодки, вполне однозначно указывали, зачем человек в столь ранний час находился посередине озера.

Внезапно человек встрепенулся, поднял голову и словно к чему-то прислушался. Это действие могло показаться странным, так как туман не только закрывал обзор, но и заглушал любые звуки. Неподвижные поплавки на воде также вряд ли привлекли внимание человека. Тем не менее, он распрямил плечи, скинул с себя плед и принялся выбирать свои снасти. Затем человек взялся за весла и неторопливо погреб в сторону одному ему известной цели.

Человек недолго работал веслами. Уже скоро сквозь туман впереди по курсу проступили темные очертания какого-то приземистого сооружения. Это была деревянная пристань, вернее – мостки, установленные на сваях. Человек ловко заработал веслами в разные стороны, и вскоре лодка мягко прикоснулась бортом к пристани.

Человек привязал лодку к специальному колышку, вынул весла из уключин и положил их на дно лодки вместе с удочками. Затем он легко вскочил на настил пристани и направился к берегу. Судя по тому, что, кроме пледа, с собой человек не нес никакой другой поклажи – ни мешка, ни корзины – этим утром рыбацкое счастье ему не сопутствовало.

Тем временем солнце поднималось все выше и выше, его свет и тепло разгоняли туманную мглу. Уже можно было разглядеть, что дощатый настил пристани на берегу переходит в дорогу, ведущую к двухэтажному дому, сложенному из толстых бревен. Из кирпичной трубы в небо поднимались легкие облачка дыма.

Человек быстро поднялся по лестнице на широкое крыльцо дома и открыл входную дверь, однако не стал входить внутрь. Он просто крикнул:

– Гамус! К нам едут гости! Одна важная персона и четверо слуг!

Из глубины дома послышался ответ:

– Все понятно, хозяин. Я пошел в погреб за вином и окороком, а моя жена зажарит большую яичницу. Как рыбалка?

– Ничего не поймал! – без малейшего огорчения сообщил человек. – Самый лучший клев должен был начаться с рассветом. Но меня отвлекли.

– Не беда! Наловите рыбы завтра!

– Пойду встречать гостей! – объявил человек, а про себя добавил: – Кажется, завтра половить рыбку мне уже не удастся.

Он закрыл дверь, сошел с крыльца и остановился, вновь закутавшись в плед. Но теперь свою шляпу человек сдвинул на затылок, открыв юное лицо приятной наружности. Ждал человек недолго. Вскоре послышались частые дробные удары, плеск воды, а потом сквозь редеющую туманную пелену стало возможно увидеть пятерых всадников, которые скакали к дому вдоль кромки воды.

Заметив поджидающего их человека, всадники придержали своих коней и приблизились к крыльцу шагом. Один из них, одетый в богатый костюм с меховой оторочкой и золотой вышивкой, спрыгнул с коня и произнес:

– Приветствую тебя, хозяин!

Человек снял шляпу и ответил:

– Здравствуй, герцог Кранцер! Я думаю, что тебя привело ко мне какое-то срочное и важное дело, раз ты скакал всю ночь. Но, прежде чем ты заговоришь о деле, я считаю своим долгом предложить тебе разделить со мной трапезу. К сожалению, она слишком проста, и больше соответствует моим вкусам – неприхотливым и непритязательным.

– В твоем обществе я готов сжевать даже сырую древесную кору! – рассмеялся герцог Кранцер.

– В таком случае, прошу, проходи в дом. Твои спутники могут оставить коней вон в том сарае, где имеется свежая вода и сено. Потом мои помощники накормят их на кухне.

Герцог Кранцер обернулся к своим вооруженным слугам:

– Вы слышали? Не забудьте поблагодарить того, чье любезное гостеприимство распространяется и на вас.

Четверо всадников вразнобой проговорили:

– Спасибо! Благодарим!

– Ну, идем в дом! – нетерпеливо обратился герцог к молодому хозяину.

По-очереди уступая друг другу дорогу, они вошли внутрь дома и проследовали в просторную гостиную, где в большом камине пылал яркий огонь, а на столе уже были расставлены тарелки, бокалы и столовые приборы.

– Садись ближе к огню, герцог Кранцер! – предложил хозяин. – Ты всю ночь скакал сквозь сырой промозглый туман. Тебе надо согреться. Эй, Гамус, пожалуйста, принеси гостю подогретого вина с пряностями, а его спутникам вскипяти горячий чай!

Послышались легкие шаги, и вскоре в гостиную вошел мужчина средних лет. Он поставил на стол блюда с нарезанным окороком, с хлебом, с яичницей, с зеленью, а из глиняного кувшина разлил по бокалам рубиново-красный напиток, над которым поднимались тонкие струйки пара.

– Вы, хозяин, тоже немало времени провели на озере, так что и вам не помешает прогреть нутро, – уважительно, но твердо заявил Гамус.

– Подчиняюсь! – улыбнулся молодой человек.

Он поднял бокал и сказал герцогу Кранцеру:

– Первый тост сегодня имеет прямой смысл – за наше здоровье!

Сотрапезники сделали несколько больших глотков, блаженно вздохнули и принялись за еду. Герцог Кранцер был немногим старше хозяина дома, молодость и ночная скачка обеспечили ему отменный аппетит.

Гамус удовлетворенно кивнул, вышел из гостиной и закрыл за собой дверь.

Герцог Кранцер глазами показал в сторону удалившегося слуги:

– Он знает?…

Молодой хозяин пожал плечами:

– Конечно, Гамус не знает моего настоящего имени. Но я уверен, что он догадывается о моей принадлежности к волшебному братству.

Герцог выразительно обвел глазами гостиную, а потом вопросительно посмотрел на хозяина.

Тот улыбнулся:

– В этой комнате ты можешь говорить со мной совершенно свободно. Наших слов никто не услышит. Сейчас Гамус и его жена Мивара кормят твоих спутников. Они не явятся, пока я их не позову. До твоего приезда кроме нас троих в доме и в округе не было ни одного живого разумного существа. В этом я уверен.

– Это хорошо! – успокоился герцог Кранцер. – Дело, с которым я прибыл к тебе, Бегущий За Ветром, невероятно важное. От него зависит судьба всего Данимора и моя собственная.

Молодой хозяин, оказавшийся великим легендарным волшебником, ободряюще произнес:

– Если ты в первую очередь заботишься о своей стране, и только во вторую – о себе самом, то можешь рассчитывать на мою помощь.

– Помощь мне понадобится, еще как понадобится! – воскликнул герцог. – К сожалению, даже гибель барона Убарена и самых ярых его сторонников в мире ульвов не заставили своевольное дворянство призадуматься и поумерить свою спесь. До нас дошли сведения, что ближайшие родственники барона Убарена – граф Афальстагский и маркиз Дреусский – готовят заговор с целью свержения нашей королевской династии. Мой старший брат, король Далкор, плохо разбирается в военном деле. Он любит строить, а не разрушать. Он прокладывает дороги, возводит мосты, организует больницы и школы для простого народа. Поэтому охрану и безопасность Данимора он поручил мне. А я… Боюсь, я тоже не слишком хорошо справляюсь с этим делом.

– Но у тебя же есть верные и надежные помощники. К примеру, граф Гальтранский.

– К сожалению, граф Гальтранский в последнее время резко постарел и ослаб. За его здоровьем следят лучшие лекари королевства. Они предупреждают о возможной скорой кончине графа. Мне просто не на кого опереться для защиты трона Данимора. Проекты моего брата требуют слишком больших средств, так что на хорошую наемную армию денег в казне просто нет. А дворянское ополчение… Боюсь, что большинство самых умелых воинов перешло на сторону наших врагов.

– Может быть, есть способ вернуть их верность?

– Наверное, такой способ есть. Но не думай, что я приехал сюда для того, чтобы просить тебя внушить своим именем страх дворянам… Да это и не получится. Подумай сам, все дворяне достаточно хорошо помнят о том, что произошло во время похода на другую сторону нашего мира. Они не могут не знать, что ты, великий волшебник Бегущий За Ветром, поддерживаешь правящую королевскую семью Данимора. И все же они собирают силы для того, чтобы выступить против нас. Что это означает?

Бегущий За Ветром задумчиво ответил:

– Это означает, что кроме обычной армии, заговорщики рассчитывают на какие-то волшебные силы. И они верят, что эти силы возьмут верх надо мной. Интересно. Я не ощущал в Даниморе никаких проявлений мощного враждебного волшебства. Правда, должен честно признаться, я не очень-то его разыскивал. Ну, что же, видно, пришло время закончить жизнь мирного отшельника и вновь с головой окунуться в приключения, походы и битвы.

Герцог Кранцер заметно смутился:

– Для меня и для моей семьи это слишком большая честь.

– Вы справедливо управляете своим королевством. Помогая вам, я помогаю всему Данимору. И, вполне возможно, всему миру. Если заговорщики решили прибегнуть к какому-то злому волшебству, они не остановятся на захвате одного государства. Итак, решено! Я еду с вами!

Кранцер горячо и искренне воскликнул:

– Благодарю! Благодарю!

– Благодарить меня пока что не за что, – усмехнулся волшебник. – Я в последнее время не совершил ничего полезного. Просто убивал время и бездельничал в уединенном домике на берегу озера.

Он мог бы добавить, что причиной его ухода из мира была глубокая душевная рана, невольно нанесенная одной прекрасной девушкой, дочкой королевы ульвов и простого человека-охотника. Но никто из людей не мог заглянуть в глубину сердца Бегущего За Ветром. Все считали его бессмертным, неуязвимым, почти всемогущим волшебником, никогда не ошибающимся и никогда не терпящим поражений. Бегущий За Ветром сделал глоток вина из бокала и едва заметно улыбнулся. Пришла пора вновь стать таким, каким люди хотели его видеть.

Герцог Кранцер был так обрадован согласием волшебника, что, не обращая внимания на его задумчивый вид, торопился сообщить все последние новости:

– Наш отец учил нас не прятаться от опасности, а смело выступать ей навстречу. Поэтому, узнав о готовящемся заговоре, я посоветовал королю Далкору назначить ежегодный рыцарский турнир на более ранний срок – на три недели раньше обычного. Если мятежные дворяне намеревались выступить против нас на турнире, то это разрушит их планы. Они должны будут либо искать более удобного случая, либо начать бунт неподготовленными…

– Разумно, разумно… – кивнул Бегущий За Ветром.

– Турнир начнется через шесть дней. У меня есть верные люди, которым я приказал следить за прибывающими дворянами и узнавать об их настроениях. Беда в том, что мы не знаем, кто сохранил верность короне, а кто примкнул к мятежникам. Это окончательно выяснится только тогда, когда дело дойдет до вооруженной схватки. Но, по моему разумению, это слишком поздно.

Волшебник вновь одобрительно кивнул головой.

Герцог Кранцер с воодушевлением продолжил:

– Встречи дворян обычно сопровождаются пирами… точнее, попойками. Кроме того, их слуги, наверняка, знают о планах хозяев. Так что у моих людей есть способы заранее вызнать о замыслах заговорщиков. Единственное, чего я боюсь – это то, что определив количество и состав мятежников, мы поймем, что их силы намного превосходят наши…

Бегущий За Ветром усмехнулся, и Кранцер поспешил добавить:

– …Но теперь я больше не сомневаюсь в нашей победе!

В обратный путь герцог и его слуги смогли отправиться только во второй половине дня, когда кони достаточно хорошо отдохнули. Бегущий За Ветром выехал вместе с ними на своем тонконогом изящном скакуне, который поначалу показался Кранцеру настолько неподходящим для дальних путешествий, что он предложил волшебнику обменять его на коня одного из слуг.

Однако, после нескольких часов путешествия скакун волшебника продолжал двигаться все так же легко и резво, тогда как массивные кони герцога и его спутников начали сбавлять темп.

– Проедем мост через Закаролу и устроим привал! – громко объявил Кранцер.

Шум горной реки всадники услышали издалека. Закарола текла в глубоком ущелье, то перепрыгивая с порога на порог, то образуя глубокие заводи с водоворотами. Броды через эту реку были так редки, что прежде путешественники вынуждены были совершать многодневные переходы вверх или вниз по течению. Теперь же, благодаря королю Далкору, все королевство Данимор было покрыто сетью более или менее прямых дорог, а для преодоления водных преград построены надежные деревянные или каменные мосты.

Из-за скалы, которую огибала дорога, показалась телега, двигавшаяся навстречу всадникам. Ее тянул лохматый тощий вол со спиленными рогами. В телеге сидел бородатый, бедно одетый пожилой крестьянин. Увидев вооруженных всадников, крестьянин торопливо стегнул вола длинным прутом, заставляя свернуть на обочину, и стянул с головы подбитую мехом шапку.

Кранцер, Бегущий За Ветром и слуги герцога проскакали мимо крестьянина, не сбавляя скорости.

Кранцер сказал волшебнику:

– Приятно видеть, как труды моего брата приносят пользу простым людям. Мосты и дороги значительно облегчили крестьянам торговлю.

Бегущий За Ветром молча кивнул головой. Он не стал говорить герцогу, что крестьянин негромко, но от всей души выругался и плюнул вслед промчавшейся кавалькаде.

Впрочем, объяснение подобному поведению последовало очень скоро. Когда всадники обогнули скалу, их взглядам предстал добротный мост из толстых бревен, переброшенный через узкое ущелье, в котором бурлили воды Закаролы. Въезд на мост был перегорожен деревянным щитом на колесах. Возле этих импровизированных ворот стояли три человека в доспехах, с мечами, копьями и луками. На противоположной стороне также было установлено подвижное заграждение, охраняемое тремя воинами.

– Что это? – воскликнул герцог Кранцер, обращаясь скорее к самому себе, чем к своим спутникам.

Приблизившись к мосту, он повторил вопрос еще раз, громко и грозно:

– Что здесь происходит? Кто вы такие?

Три вооруженных человека были смущены, но не напуганы. Один из них выступил вперед и показал медную бляху, висевшую у него на груди:

– По приказу барона Дабернота я собираю плату со всех, кто проезжает по этому мосту. С пешего – одна медная данимарка, с конного – три, с телеги – пять.

От гнева голос герцога Кранцера задрожал:

– Что-о-о-о?!!! Этот мост построен королем Далкором для свободного пользования всеми жителями королевства! Как смеет барон Дабернот требовать плату за проезд?

Стражник отступил на шаг назад, но довольно твердо произнес:

– Этот мост построен на земле, принадлежащей барону Даберноту. Поэтому он вправе устанавливать здесь свои законы и порядки.

Кранцер поднял руку. Его слуги взялись за оружие. Трое стражников выставили перед собой копья. Другие трое стражников на другой стороне реки из-за шума воды не могли слышать разговора, но, наверняка, по движениям людей догадались о его содержании. Они побежали через мост, на ходу готовясь к стрельбе из луков.

Бегущий За Ветром привстал на стременах и прокричал:

– Стойте! Остановитесь!

Затем уже тише он обратился к герцогу:

– Стоит ли тебе наказывать простых воинов, исполняющих приказ своего господина? Мне кажется, правильнее было бы выполнить их требования, а потом отправиться к барону Даберноту и взыскать с него долг в десятикратном размере.

Поднятая рука Кранцера дрогнула, а потом медленно опустилась.

– Твои слова, как всегда, справедливы, – сказал герцог волшебнику. – А я в горячности едва не допустил ошибку. Сантер, заплати восемнадцать медных данимарок!

Слуга герцога порылся в кожаном кошеле, вытащил требуемое количество монет и демонстративно – по одной – вложил в руку начальника мостовой стражи. Когда стало ясно, что дело закончится мирно, стражники убрали оружие.

Получив деньги, начальник скомандовал:

– Отодвигайте загородки!

Воины быстро выполнили приказ, как будто боялись, что всадники передумают и вновь попытаются прорваться силой.

Всадники медленно, по одному, въехали на мост. Начальник стражи шагал рядом и торопливо, словно оправдываясь, говорил герцогу Кранцеру:

– Думаете, нам самим нравится тут стоять? Приятно нам выслушивать оскорбления, проклятия и угрозы? Но если бы не будем собирать дань, барон Дабернот прикажет нас выпороть, а если окажется не в духе, то и повесит.

– Сейчас мы заедем в замок барона и выясним, кто кого повесит! – сквозь сжатые зубы пообещал герцог.

– Если вы хотите найти барона, то поезжайте в столицу – в Даниманд. Барон уехал на ежегодный турнир, и в свой замок вернется не раньше, чем через пару недель, а то и через месяц.

– Поняааатно, – протянул Кранцер и многозначительно посмотрел на Бегущего За Ветром.

Волшебник слегка пожал плечами:

– Алчность и грабеж не всегда свидетельствуют о предательстве.

– Любое преступление против короны будет наказано! Дискредитация дел короля – то же самое предательство! Могу себе представить, что думают жители Данимора о короле Далкоре, когда такие вот бароны обирают их на мостах и дорогах!

Бегущий За Ветром усмехнулся. Он знал, что мысли простых людей ничего не стоят, пока не высказываются вслух и не объединяют трудовой народ на борьбу против высокопоставленных грабителей…

Мост остался далеко позади, шум Закаролы стих за спиной, а Кранцер по прежнему гнал своего коня вперед, напряженно глядя на дорогу.

Бегущий За Ветром счел необходимым напомнить:

– Кажется, герцог, ты собирался устроить привал?! Ваши кони устали, надо дать им отдых.

– Да, верно, – немного рассеянно ответил Кранцер. – Животные не виноваты в преступлениях людей. Как бы не хотелось мне поскорее рассчитаться с бароном Дабернотом, нужно помнить и о скакунах. Устроим привал вон там!

Всадники свернули с дороги на поляну, зажатую между покрытыми густым лесом холмами. Коней расседлали и выпустили попастись. Слуги герцога вытащили из переметных сумок провизию и организовали походный обед. Точнее – ужин. Солнце уже клонилось к горизонту, и становилось понятно, что путешественникам не удастся попасть в Даниманд до наступления ночи.

– Нам надо бы поискать место для ночлега! – произнес один из слуг герцога по имени Грентор, оглядывая темнеющее небо и негостеприимные окрестности. – Я знаю тут поблизости одну деревушку под названием Гарпенца, где есть постоялый двор.

– Мы будем скакать всю ночь! – объявил Кранцер.

– Но мы уже истратили все факелы прошлой ночью, когда ехали… ехали в ту сторону, – напомнил Сантер, исполнявший при герцоге обязанности казначея.

– Мы сделаем новые факелы! – запальчиво воскликнул Кранцер, но, оглядевшись, сам понял, что эта идея неосуществима.

Бегущий За Ветром тихо заметил:

– Поспешность не всегда идет на пользу делу.

Герцог немного подумал, а потом скомандовал:

– Седлайте коней! Едем в эту… как ее… Гарпенцу.

Слуги с радостью и готовностью исполнили приказ своего господина. Холмы и лес в конце дня выглядели зловеще и пугающе. Люди и даже, казалось, кони испытали облегчение, оказавшись на дороге. Отдохнувшие скакуны резво пустились вскачь, словно понимали человеческие слова, обещавшие ночлег в безопасном стойле постоялого двора.

Всадники миновали несколько небольших человеческих поселений, состоявших из десяти-пятнадцати бедных лачуг. Крестьяне, которые трудились на полях и в огородах до самой темноты, поднимали головы и провожали взглядами богато одетых и хорошо вооруженных путешественников.

– Люди стремятся выжать все возможное из каменистой скудной почвы, – заметил Бегущий За Ветром. – Они работают с рассвета до заката и, тем не менее, живут в ужасающей нищете.

– Так заведено с начала времен, – откликнулся герцог Кранцер. – Крестьяне пашут землю и терпят лишения. Но зато они не рискуют своими жизнями на поле боя… если, конечно, какому-нибудь военачальнику не приходит в голову мобилизовать крестьян на войну.

– Верно. Но если бы не было войн, крестьянам не приходилось бы кормить солдат.

– И людей благородного сословия?

– Ты умный человек, герцог Кранцер, – усмехнулся Бегущий За Ветром. – Неужели ты тоже подвержен глупой и не на чем ни основанной вере в некое «благородное происхождение»? Все люди одинаковы. У них красная кровь, одна голова, две руки и две ноги. Люди одинаково любят и ненавидят, радуются и печалятся, восторгаются и негодуют. Только предки у некоторых людей были более алчными и жестокими. Они силой отнимали у тружеников их достояние и присваивали себе. Так и появились дворяне.