Роман Волшебного мира

– Я приношу тебе свои искренние извинения, принцесса Иланира! Есть законы, которые неизмеримо выше нас, и мы обязаны их выполнять. Закон благодарности – один из них.

– Я полагаю, принц Малидор, ты мне должен объяснить то, что сейчас случилось.

– Да, Иланира, должен. Это не получится скрыть, как хотел совет королей. Слишком многие знают правду. Не проговорились бы сейчас генералы, всё равно пошли бы слухи от рассказов рядовых воинов.

– Малидор, для разговора мы вернёмся за стол или прогуляемся по тихим коридорам дворца подальше от шума большого парадного зала?

– Как пожелает Ваше Высочество!

Иланира улыбнулась, вновь положила ладонь на руку принца и произнесла:

– Моё Высочество предпочитает прогулку.

– Тогда веди меня по своему дворцу, восхитительная Иланира, а я буду рассказывать…

Рука об руку они вышли из пиршественного зала, и Иланира лёгкими надавливаниями на стальные мускулы Малидора стала подсказывать, в какую сторону надо сворачивать. Фрейлины и охранники принцессы, приближённые и телохранители принца следовали позади, соблюдая такую дистанцию, которая создавала иллюзию уединения юноши и девушки.

Неторопливо шагая по хорошо освещённому коридору, глядя то на свою спутницу, то на картины и статуэтки, Малидор говорил:

– Всё, что ты ранее слышала о ходе битвы у Синих холмов, является правдой. Но это не вся правда. Кочевники, действительно, расположились перед нашим лагерем и постепенно накапливали силы. Разведчики сообщали, что из степи прибывают всё новые и новые отряды, и мы понимали, как трудно будет противостоять превосходящим силам врага. Но мы знали, что защищаем родную землю и семьи. Мы верили в свою победу, а короли и генералы составляли разные варианты генерального сражения. Наконец, однажды утром из становища кочевников начали выезжать отряды воинов. Мы поняли, что великий день настал, спешно вооружились и выступили из лагеря навстречу врагам. Впереди стройными рядами двигалась тяжеловооруженная пехота, прикрывавшая стрелков и всадников. Я находился в рядах рыцарской конницы, рядом с королями и высшими генералами, поэтому о начале сражения узнал только по гулкому топоту множества копыт, крику и визгу атаковавших кочевников. Потом я увидел тучи стрел, затмившие небо. Восточные воины стреляли на скаку, а наши лучники и арбалетчики поражали врагов из-за стены щитов и копий. Когда короли увидели, что атака кочевников захлебнулась, они приказали бить в барабаны и трубить в трубы, это были сигналы пехоте и коннице. Пехотинцы образовали проходы, сквозь которые на кочевников ринулись закованные в железо всадники под предводительством лучших рыцарей Содружества Западных Королевств. Это было великолепное и поражающее своим размахом зрелище. Реяли разноцветные флаги, развевались накидки на доспехах, мощный топот могучих коней заглушил все остальные звуки битвы. Всадники запада и востока сошлись в ожесточенном смертельном бою. И все, кто в нём участвовал, заслуженно называются героями…

Принц замолчал и сжал кулаки. Иланира погладила его по руке:

– Ты так замечательно всё рассказал! Одно дело прочитать о битве в письме, и совсем другое – услышать рассказ участника, совершившего множество подвигов.

– Я рассказал не всё, – тихо произнёс Малидор. – Самое главное впереди. Кочевники начали отступать, отстреливаясь из луков. Мы их преследовали до самого становища. Там, среди шатров, повозок и загонов для скота, некоторые восточные всадники спешились. Рядовые воины нашей конницы также соскочили на землю и продолжили бой в тесноте. Мы оставались в сёдлах, чтобы при необходимости помочь пешим. В это время прискакали наши всадники, погнавшиеся за конными отрядами кочевников. Они-то и сообщили…

– Что сообщили? – нетерпеливо спросила Иланира.

– Позже, анализируя произошедшее у Синих холмов, мы поняли, что армия востока оказалась намного более многочисленной, чем посчитали разведчики. Она была разделена на две части. С большим трудом мы победили только половину кочевников. А вторая половина врагов собиралась атаковать, когда наши ряды расстроились, силы иссякли, пехота осталась позади. Нас должны были полностью уничтожить, потому что никакой героизм не помог бы выстоять против свежих сил.

Принцесса затаила дыхание, догадываясь, что далее скажет Малидор. Тот подтвердил её догадку:

– Однако вторая половина армии кочевников на нас не напала. Наши всадники обнаружили огромное пространство, сплошь покрытое мёртвыми вражескими воинами.

Иланира ахнула. Принц покивал головой:

– Я был там и всё видел своими глазами. Люди лежали на земле в полном вооружении, сжимая в руках оружие. На их телах не было ни ран, ни следов какой-либо заразной болезни. Лишь у некоторых на лицах застыло выражение ужаса. А кони мирно стояли рядом или разбредались по окрестным холмам. Потом нашим воинам удалось найти и захватить нескольких врагов, чудом избежавших смерти, спрятавшихся в узких оврагах и лощинах. От них-то мы и узнали о драконе…

– Дракон?! – воскликнула принцесса. – Нет, не может быть!

Малидор вздохнул и произнёс:

– И, тем не менее, это был дракон. Все кочевники описывали его одинаково. Он был огромен, но появился внезапно, как будто возник прямо из воздуха. Он пролетел над ожидавшими сигнала к наступлению отрядами, и воины валились с сёдел на землю, словно мешки с сеном. Странно, что мы его не видели, ведь, по рассказам, он летел довольно высоко. Как бы то ни было, всего одного пролёта дракона над вражеской армией оказалось достаточно, чтобы она перестала существовать. Вот вся правда о битве у Синих холмов. Мы разбили половину армии кочевников. А вторая половина должна была нас раздавить и истребить. Но нас спас дракон, появившийся ниоткуда и исчезнувший в неизвестности. Понимаешь, принцесса Иланира, как обидно и тяжко это осознавать и признавать? Мы сражались с врагами на пределе напряжения физических и душевных сил, мы проливали кровь и пот, мы видели гибель друзей и соратников… А дракон просто пролетел один раз – и всё!

Иланира молчала, не зная, что сказать. Слишком много воспоминаний, сопоставлений, предположений и подозрений перепуталось в её голове. Не дождавшись слов от своей спутницы, Малидор проговорил:

– После битвы у Синих холмов прошло больше полугода. Сначала у походных костров только и обсуждали, откуда взялся дракон, куда исчез, случайно или намеренно он уничтожил кочевников. Но потом долгий поход на восток, новые схватки с врагами, штурмы городов затмили битву у Синих холмов. А постоянные славословия о нашей победе, о подвигах и героизме со временем отодвинули на второй план дракона и уничтоженную им армию. Теперь кое-кому очень не нравится, когда вспоминают про дракона. Ведь именно ему мы обязаны своей победой, своими жизнями и жизнями всех людей из западных королевств.

– Храбрый и честный принц Малидор, твой рассказ такой удивительный, что мне нужно время, чтобы его осмыслить.

– Изумительная принцесса Иланира, я счастлив, что заинтересовал тебя… хотя бы своим рассказом.

Принцесса с едва заметным лукавством и невинным естественным кокетством произнесла:

– Ты меня заинтересовал с момента нашей встречи, герой-победитель принц Малидор. К сожалению, сама я не столь знаменита, и ни в чём себя не проявила.

– Ты, конечно же, шутишь, великолепная принцесса Иланира? Кто в Содружестве Западных Королевств не знает о таинственной заколдованной принцессе Брандизии?! Только, должен честно признаться, идущая сейчас рядом со мной восхитительная девушка совершенно не соответствует описаниям…

– Что же про меня говорят? – с любопытством поинтересовалась Иланира.

– Рассказывают, что в Брандизии живёт прекрасная принцесса, которая с рождения обречена быть отданной Владыке Воды. Что её держат в высокой башне, где она томится и скучает в одиночестве… Представь, Иланира, каково было моё удивление, когда я увидел и услышал, как ты мудро и властно отдаёшь распоряжения слугам, как ты уверена в себе, свободна и… как ты невероятно, потрясающе красива…

– Я снова должна поблагодарить тебя за приятные моему слуху добрые слова. И снова вынуждена усомниться в том, что я их достойна.

– Умоляю тебя, Иланира, поверь, что я от всего сердца восторгаюсь твоей красотой, восхищаюсь умом и преклоняюсь перед стойкостью! Девушка, спокойно и твёрдо ожидающая исполнения своей предопределённой судьбы, совершает подвиг не меньший, чем идущий в смертельную битву воин. Я… я хочу изменить твою судьбу!

– Изменить? Как?

– Во время похода твой отец, благородный король Ранатол, рассказывал о тебе очень мало. Я и мой отец понимали, что воспоминания об обречённой дочке сопровождаются болью, и потому ничего не спрашивали. Я знал только, что ты красивая, умная, одаренная многими талантами принцесса. А сегодня я увидел тебя и… – Малидор запнулся и замолчал.

– И что? – тихо, с замиранием сердца спросила Иланира.

– И я решил, что не смогу спокойно жить дальше… без тебя. Герои древности бросали вызов высшим силам и побеждали! Позволь мне поступить так же! Скажи, что я могу рассчитывать на твою благосклонность, если я сумею вырвать тебя из оков проклятого Договора.

Принцесса почувствовала, что её ноги слабеют, и крепче опёрлась на руку Малидора. Тот вполне мог расценить усилившееся давление, как пожатие. Дрогнувшим голосом Иланира проговорила:

– Отважный принц Малидор, ты понимаешь, что я не могу нарушить Договор с Владыкой Воды?

– Ты его не нарушишь, достойнейшая принцесса Иланира. И твой отец, благородный король Ранатол, тоже его не нарушит. Его нарушу я. Точнее, я его разрушу! Я сделаю всё, чтобы освободить тебя от Договора… Только дай мне своё соизволение!

До следовавшей позади свиты принцессы, несомненно, доносились отдельные громко произнесённые слова, такие как «Договор» и «Владыка Воды». Фрейлины и охранники сократили расстояние и приблизились к принцессе, точно так же поступили телохранители принца. Иланира коротко обернулась, потом посмотрела на принца.

– Я должна обдумать твои слова, храбрый рыцарь принц Малидор.

– Ты не желаешь, чтобы я спас тебя от Владыки Воды? – в голосе принца прозвучали удивление и обида.

– Я не хочу, чтобы ты подвергал свою жизнь опасности из-за меня, – ответила Иланира.

Малидор обрадовано воскликнул:

– Всё дело только в этом? Значит, моя жизнь тебе не безразлична?!

– Я дорожу жизнью каждого человека, – принцесса помедлила, вспомнив про сто сорок три имени в Договоре. – А твоя жизнь, высокочтимый принц Малидор, для меня особенно важна.

– О, как я рад слышать эти слова, драгоценная принцесса Иланира!

Девушка хотела сказать, что «драгоценной» её называет только отец, но вместо этого произнесла:

– Я предлагаю вернуться в пиршественный зал! Наверное, родители уже беспокоятся.

Эти слова были только предлогом для того, чтобы прервать разговор, волнующий разум и чувства. Иланиру захлёстывала буря эмоций, мыслей и переживаний. От большого, сильного тела Малидора исходило тепло, и распространялись едва уловимые ароматы, приводящие в смятение и вызывающие головокружение.

К счастью, прогуливаясь по дворцу, принцесса и принц совершили круг и вскоре вновь оказались в пиршественном зале. Их родители также были там и с высоты своих мест наблюдали за праздником. Множество взоров сопровождало вернувшихся рука об руку Малидора и Иланиру, идущих к своим местам за главным столом. Следующие за ними по пятам фрейлины и охранники должны были свидетельствовать о соблюдении этикета, приличий и правил гостеприимства.

Малидор проводил Иланиру до её места за столом, которое теперь находилось рядом с матерью, поскольку юных принцев отправили спать. Затем принц сел рядом с королём Мараладом, взял со стола кубок и наклонился вперёд, чтобы привлечь внимание принцессы. Иланира повернула голову в его сторону и подняла свой бокал. Юноша и девушка сделали едва заметные движения сосудами, словно чокались, и поднесли их к кубам. Милидор несколькими большими глотками осушил кубок, а Иланира лишь слегка пригубила напиток. Хотя её горло пересохло, она боялась от волнения подавиться терпким, сухим, вяжущим рот вином. Принцесса не беспокоилась о том, что всё происходило на глазах у родителей. Она вообще не думала ни о чём, кроме слов Малидора об освобождении от Договора. Впрочем, король Ранатол и королева Истоала не проявляли явного недовольства прогулкой и поведением дочери.

Тем временем праздник продолжался. Люди группами, парами и поодиночке перемещались между пиршественным и парадным залами. Громкие разговоры, взрывы смеха, застольные песни смешивались и складывались в единый неразборчивый шум. Обилие выпитого расслабляло гостей, правила этикета соблюдались не так строго, однако ссор и потасовок не возникало. Капитан Кваринол и его офицеры пожертвовали весельем ради работы, оставались трезвыми и быстро вмешивались в возникающие конфликты, отвлекая спорщиков и разводя их в разные стороны.

От выпитого вина, накопившейся усталости, множества впечатлений, клокотания эмоций и мельтешения мыслей у Иланиры начала кружиться голова. Глаза закрывались сами собой, звуки как будто отдалялись и заглушались. Принцесса боялась взять столовые приборы или бокал, чтобы не выронить их из ослабевших рук. Девушка пыталась бороться со слабостью, но только ещё больше теряла силы и утрачивала контроль над телом.

Королева Истоала заметила состояние дочки, наклонилась к ней, положила руку на плечо и тихо сказала на ухо:

– Родная, ты выглядишь крайне утомлённой. Время уже позднее, тебе лучше отправиться спать.

Принцесса повернула голову к матери, однако посмотрела не на неё, а на принца Малидора. Тот выглядел бодро и о чём-то оживлённо разговаривал с подсевшим к нему справа длинноусым генералом Капароном. Иланире очень хотелось остаться в пиршественном зале и продолжить общение с принцем, но она понимала, что приближается к пределу своих сил. Ещё немного, и она может вновь потерять сознание, как после разрыва с Несом. Поэтому Иланира посмотрела в глаза королевы и согласно кивнула головой.

– Да, мама, мне нужно отдохнуть. Я не имею права своей слабостью нарушить общее веселье и испортить праздник. Мне лучше удалиться.

– Дорогая моя девочка, я тебя провожу…

– Благодарю, мама, я справлюсь сама. Меня сопроводят мои фрейлины. Папа, я так счастлива, что ты вернулся!

Король отвлёкся от разговора с Мараладом, повернулся и произнёс, избегая прямого взгляда в глаза Иланиры:

– Я тоже рад тебя видеть, моя драгоценная дочь! Желаю тебе доброй ночи!

Принцесса встала и, осторожно переставляя ноги, пошла вдоль главного стола за спинами сидевших. Заметив её передвижение краем глаза, Малидор вскочил и подал руку:

– Дражайшая принцесса Иланира, позволь мне вновь стать твоим спутником!

– Благодарю, любезный принц Малидор. Я направляюсь в свои покои.

– Я вижу, что ты устала, поэтому тебе нужен надёжный сопровождающий.

Иланира почувствовала, как застыли на своих местах два короля и королева. Казалось, что их уши шевелятся, ловя каждое слово происходившего сзади разговора. С одной стороны, принцесса не знала, как будут восприняты столь близкие отношения с Малидором. С другой – она поняла, что встав на ноги, переоценила свои силы, и ей действительно нужна опора на крепкую руку.

Иланира мысленно собралась с силами и проговорила:

– Хорошо, верный и надёжный принц Малидор, ты можешь довести меня до моих покоев.

Несмотря на довольно большое количество выпитого, рука принца была по-прежнему твердой, а шаги ровными и чёткими. Всю дорогу Малидор произносил дежурные учтивые фразы про оказанную честь и проявленное доверие. Иланира также отвечала заранее заготовленными благодарностями, выученными на уроках этикета и красноречия. Она почти засыпала на ходу и прилагала усилия, чтобы более или менее сохранять ясность мыслей и поддерживать беседу.

Только перед покоями принцессы, когда пришла пора расставаться, Малидор сказал:

– Я знаю, что не имею права требовать от тебя немедленного ответа, очаровательная Иланира, но моя душа пылает от нетерпения. Разреши мне, умоляю, совершить для тебя подвиг!

Принцесса хотела напомнить, что на подвиги отправляются без предварительных вопросов и гарантий, но вежливо и немного уклончиво ответила:

– Я разрешаю, благородный принц Малидор, проявить всю храбрость и мужество, которые мне так нравятся в тебе.

– Благодарю, прекрасная Иланира! – принц опустился на одно колено и прижался горячими губами к руке девушки. – Знание того, что я тебе нравлюсь, поможет мне преодолеть все препятствия и победить всех противников!

Принцесса едва держалась на ногах, поэтому, возможно, слишком быстро выдернула кисть из ладони Малидора и, пожелав ему спокойной ночи, удалилась в свои покои. Вошедшие следом за ней фрейлины и служанки быстро раздели и умыли свою подопечную, отвели в уборную, а потом уложили в кровать. Иланира коротко, сонно и иногда невпопад отвечала на обращённые к ней вопросы. При этом между собой девушки свиты не переставали обсуждать события сегодняшнего дня, возвращение родных и знакомых, а также прибытие гостей из Ланитары, особенно принца Малидора. Наконец, приготовления ко сну завершились, и Иланира погрузилась в небытиё раньше, чем щебетавшие фрейлины и служанками покинули покои.

Принцессе приснился удивительный сон. Она находилась в небольшой комнате, которая, как она знала во сне, называлась странным словом «офис». Иланира сидела по одну сторону стола, а по другую располагалась хозяйка «офиса» – молодая женщина с тёмно-каштановыми волосами, собранными в плотную замысловатую причёску. Губы женщины были накрашены ярко-алой помадой. Глаза закрывали очки. В мире Иланиры совсем недавно научились изготавливать линзы для улучшения зрения. Их делали толстыми, круглыми и помещали в массивные литые серебряные или латунные оправы. Очки сидевшей перед принцессой женщины были почти невесомыми, изящными, с линзами в форме капель, растянутых в стороны и вверх, отчего лицо приобретало сходство с кошачьей мордочкой. Женщина носила необычную и диковинную для Иланиры одежду, которая напоминала мужскую и называлась «брючный костюм». К лацкану пиджака была прикреплена прямоугольная пластинка с тремя буквами «ВеЛ». Принцесса не знала, что означает эта надпись: то ли имя хозяйки «офиса», то ли её титул. Зато почему-то понимала, что мебель в «офисе» изготовлена из материала под названием «пластик».

Иланира опустила взгляд и увидела, что на столе лежат несколько листков бумаги, покрытых мелкими письменами. В верхнем углу каждого листка виднелась маленькая картинка, изображавшая человеческое лицо. Во сне принцесса знала, что такие картинки называются «фотографиями». На трёх верхних документах она узнала себя, Неса и Малидора. Иланира очень хотела бы прочитать, что написано на листках, но из-за того, что они были повёрнуты к хозяйке «офиса», не могла разобрать ни слова.

– Так-так-так… – деловито пробормотала женщина в очках и взяла со стола документ с фотографией принцессы. – Иланира Ранатоловна Брандизийская, полных пятнадцать лет, проживает с родителями в собственном доме.

Свободной рукой женщина сняла очки и посмотрела прямо на Иланиру зелёными пронизывающими глазами:

– Ты хочешь изменить свой выбор?

Почему-то от этого вопроса принцесса испытала мучительное чувство стыда и страха. Она быстро залепетала, будто оправдываясь:

– Я ещё ничего не решила… Я никому… то есть, ничего не изменяю. Я просто не понимаю, что со мной происходит.

Женщина снова надела очки и издала неопределённый звук:

– Угу!

Внезапно Иланиру пронзило осознание того, что когда-то раньше, в забытом сне, она уже бывала в этом «офисе» и общалась со строгой женщиной в одежде, похожей на мужскую. Но она не могла вспомнить, о чём тогда шёл разговор.

А женщина тем временем взяла в руки листки Неса, Малидора, нескольких других незнакомых Иланире людей, и стала их бегло просматривать, быстро перетасовывая между собой.

– Ты не волнуйся, Иланира Ранатоловна, – задумчиво и немного отстранённо проговорила женщина. – У тебя ещё есть время всё хорошенько обдумать и принять решение. Либо, как поступает большинство людей, ты можешь это решение никогда не принимать.

– Что?

– Ты же понимаешь, что сама создаёшь и направляешь собственную судьбу каждым своим словом, каждой своей мыслью?

– Это очень сложно, – с жалобными нотками проговорила принцесса. – Я не могу решиться…

Хозяйка офиса слегка улыбнулась, понимающе покивала головой и смягчившимся голосом сказала:

– Тогда мы попрощаемся до следующей встречи!

Сон Иланиры прервался. Принцесса открыла глаза и вздрогнула, всё ещё пребывая под впечатлением от привидевшегося. В покоях было темно, тихо и успокаивающе привычно. Девушка перевернулась на другой бок и снова заснула, на этот раз без ярких и запоминающихся сновидений.