- -
- 100%
- +
Я кивнул головой, сопоставив историю Изначального мира с историей Земли. В основном, все сходилось.
Отшельник продолжал рассказ:
– Так получилось, что государства, созданные людьми на территории Еропки и Империки, быстро набирали силу. Этому способствовало использование нафтелина и теллургия. Теллургий – это металл, из которого изготавливаются различные механизмы и приборы. Нафтелин – жидкое вещество, которое при сгорании выделяет энергию, приводящую в движение машины из теллургия. Люди постоянно совершенствовали теллургические машины, и потому смогли добиться больших успехов в военном деле, в строительстве, в сельском хозяйстве. Люди Еропки подчинили себе практически весь Изначальный мир, разграбили богатства древних государств Язвии и Аффиги, захватили страны боблинов и оборотней.
Я уже знал, что последует дальше, поэтому слова Отшельника меня не удивили:
– Но, как я уже говорил, люди воевали не только с боблинами и с оборотнями, но и друг с другом. Причем, чем сильнее становились человеческие государства, тем больше они боялись и ненавидели своих соседей. В Еропке произошло несколько чудовищных войн, которые ослабили человеческую расу. Одновременно с этим боблины из захваченных колоний начали переселяться в Еропку и Империку. Постепенно боблинов становилось все больше и больше. Вначале их принимали только на «черную», непрестижную работу, но вскоре боблины начали проникать в торговлю, в финансовую область. И вскоре людям пришлось считаться с ними. Под давлением боблинских финансово-промышленных корпораций были приняты законы, уравнивавшие в правах людей и боблинов. А еще через некоторое время вдруг выяснилось, что теперь боблины управляют странами Еропки и Империки, а люди являются лишь послушными исполнителями их воли. Но в Еропке и особенно в Северной Империке в настоящее время достигнут определенный баланс между интересами людей и боблинов. И те, и другие живут вполне благополучно. Это объясняется тем, что империканским и еропкейским боблинам нет необходимости грабить «своих» людей. Им достаточно того, что они занимаются экономическим грабежом Язвии, Аффиги и Южной Империки. И хотя большинство политиков в Империке и странах Еропки – люди, на самом деле они всего лишь выполняют приказы истинных хозяев – боблинов.
– Расскажи Калки о Колоссии! – подсказала Отшельнику тетя Вика.
– О, у Колоссии весьма необычная судьба! Она расположена частично в человеческой Еропке, частично – в боблинской Язвии. Люди и боблины издавна жили здесь бок о бок. Ни в одной другой стране нет такого количества полукровок, как в Колоссии. И раньше в этой стране никогда не возникали межрасовые конфликты. Много раз колоссийские люди и боблины плечом к плечу отстаивали свободу своей Родины от вражеских вторжений с Запада и с Востока. Но «беда» Колоссии в том, что на ее территории находятся необъятные запасы теллургия и нафтелина. Эти богатства давно не дают покоя боблинам Еропки и Империки. Много раз они пытались наложить на них свои руки, и много раз получали достойный отпор. Поэтому боблины решили изменить тактику. В начале прошлого века они организовали в Колоссии революцию, рассчитывая этим ослабить страну. К власти в Колоссии пришла Уравнительная церковь, которая пропагандировала идеи всеобщего равенства. Но империканские и еропкейские боблины просчитались – Колоссия под властью Уравниловки только окрепла и стала еще сильнее, чем была прежде. Теперь уже ее враги начали опасаться, что весьма привлекательные для простого народа идеи равенства распространятся по всему Изначальному миру.
Чтобы установить свою власть над Колоссией, боблины придумали новый план. Они внедрили в верхушку Уравнительной церкви своих тайных агентов. Те начали разлагать государство изнутри, на фоне общего равноправия демонстративно заниматься личным обогащением, в то время как нормы потребления для народа были значительно снижены. Говорят даже, что некоторые представители Центрального Конклава Уравнительной церкви, их жены и особенно дети на самом деле были подменены оборотнями. Так вражеские агенты подготовили почву для массового народного недовольства. Чтобы хоть как-то стабилизировать положение в Колоссии, Центральный Конклав Уравнительной церкви избрал своим Верховным Жрецом Мафусаила Трепачёва. Худшей кандидатуры невозможно было представить. Трепачёв был безвольным, недалеким человеком, а его жена – полукровкой, которую одинаково не любили и люди, и колосские боблины. Трепачёв довел жителей Колоссии до проявлений открытой ненависти к государству и правительству.
Все это было на руку тем, кто давно работал на боблинов Империки и Еропки. Под их руководством десять лет назад произошел государственный переворот, в результате которого от Колоссии отделились несколько больших частей. В самой Колоссии к власти пришел Эль-Цзын. Возможно, сам он искренне полагал, что действует во благо колосского народа, но окружавшие его боблины, оборотни и продавшиеся им люди управляли Колоссией от его имени и в своих интересах. Для Колоссии наступили тяжелые времена. Боблины проводили одну реформу за другой, и каждая новая реформа приводила к тому, что честные рабочие люди жили все хуже и хуже. В то же время появилась прослойка богатых боблинов, которые не без помощи своих заморских сородичей прибрали к рукам все заводы и фабрики Колоссии, а особенно добычу и переработку теллургия и нафтелина. То, что раньше принадлежало всему колосскому народу, как-то быстро и незаметно перешло в личную собственность нескольких боблинских кланов. Теперь боблины полностью контролируют торговлю, средства массовой информации, энергетическую сеть страны. Боблины-журналисты формируют общественное сознание. Люди нищают, боблины богатеют, и при этом все считают, что так и должно быть.
– Если я не ошибаюсь, Эль-Цзын Колоссией больше не управляет? – спросила тетя Вика. – На Земле к власти пришло другое отражение.
– Да, ты права. Два года назад Венценосцем Колоссии стал Вессарион Вессарионович Статин.
– Венценосцем?
– Да. Теперь правителя Колоссии называют Венценосцем. Этот титул принял еще Эль-Цзын. Его преемнику он тоже очень нравится. Статин пришел к власти под лозунгами защиты людей от произвола боблинов и оборотней. Но в настоящее время разграбление богатств Колоссии продолжается, боблины по-прежнему выкачивают из нее теллургий и нафтелин и проводят новые античеловеческие реформы. Все боблинские средства массовой информации работают для того, чтобы лишить людей остатков самостоятельного мышления и трезвой оценки окружающего мира. То, что происходит сейчас в Колоссии, вы могли видеть по телевизору.
– Но причем здесь я и мои родители?! – вырвалось у меня.
– Магия в Изначальном мире издавна соседствовала с наукой и техникой. Но около трехсот лет назад, когда началось широкое использование теллургических машин и нафтелиновой энергии, магия оказалась на задворках прогресса. Маги обладали огромной властью в древности, но в эпоху становления демократических государств они добровольно ушли с исторической сцены. Ушли, но не исчезли. Маги образовали тайный союз, который поставил перед собой цель исправлять несовершенство мира, сдерживать напористых боблинов и поддерживать честных людей. Позже магов обвиняли в том, что они сотрудничали с оборотнями, но это отвратительная клевета. Союзы магов и союзы оборотней издавна враждовали друг с другом. Маги вели Изначальный мир по пути познания и добра, а оборотни стремились столкнуть его в хаос и анархию. Но не оборотни, а захватившие власть в Еропке и Империке боблины стали для магов самыми страшными врагами. Боблины не собирались мириться с силой, которая ограничивала их притязания на мировое господство. Так началась долгая тайная война. Причем война не столько физическая, сколько интеллектуальная. Боблины объявили магию мифом, вымыслом, детской сказкой. Успехи научно-технического прогресса вроде бы свидетельствовали о справедливости этих утверждений. История Изначального мира была боблинами частично подкорректирована, частично переписана по-новому. Так что сейчас практически все обычные жители Изначального мира – и люди, и боблины, и оборотни – не верят в реальность магии и в существование магов. Я даже скажу больше: о множественности миров, об Отражениях знают лишь единицы. Эта информация строжайше засекречена и доступна только боблинам из высших эшелонов власти.
– Но почему маги не сопротивлялись?
– Во-первых, их всегда было очень мало. Постижение магии – долгий и трудный процесс. Не каждый может пройти этот путь до конца. Во-вторых, маги, конечно же, пытались бороться. Но их подвела собственная доброта. Боблины без всяких угрызений совести уничтожали магов, тогда как маги причиняли вред живым существам только в исключительных случаях. Когда маги опомнились, их сопротивление уже было сломлено. Перед ними была поставлена дилемма: либо открыто выступить на последний бой со всем миром, либо скрыться. Они выбрали последнее. Но боблины не прекратили преследования магов. Они отыскивали их по всему миру и уничтожали. Так произошло и с твоей семьей. В правление Уравниловки в Колоссию не могли проникнуть боблинские специальные службы по уничтожению магов. Но во время переворота десять лет назад они нанесли стремительный и жестокий удар. Остальное ты знаешь…
– Выходит, магия – не такая уж сильная штука, если не может защитить даже самого мага.
– Это не совсем так. Просто истинный маг скорее допустит, чтобы причинили вред ему, чем сам причинит вред.
Я хмыкнул:
– Тогда я не истинный маг!
Отшельник и тетя Вика внимательно на меня посмотрели.
Старый боблин осторожно спросил:
– Скажи, Калки, как ты сможешь себя защитить?
Я решил произвести впечатление и продемонстрировал свой трюк с «бабочкой»: выхватил нож из кармана и одним взмахом развернул лезвие. Но эффект получился совершенно не такой, на какой я рассчитывал. Тетя Вика вскрикнула от ужаса, а Отшельник горестно вздохнул.
– Калки, зачем ты это сделал? – спросил боблин.
– Земля – не самое спокойное Отражение, – объяснил я. – У маленького слабого хоббита должны быть острые зубки.
Отшельник не оценил мою цитату из Толкиена:
– Ты не должен пользоваться материальным оружием. Ты – маг! Твоя сила – в твоем таланте.
– Но я-то об этом раньше не знал!
Отшельник осуждающе посмотрел на тетю Вику:
– Виктрикс, почему ты не заметила, что Калки идет не в ту сторону?
– Да, я виновата, – опустила глаза тетя Вика. – Я проглядела мальчика. Но Земля, и правда, не лучшее место для спокойной благостной жизни. На ней отразилось все, что происходило в Изначальном мире. На Земле много зла, которое влияет даже на маленьких детей.
– Это не оправдание! – крикнул Отшельник. – Ты отвечала за Калки, Виктрикс! Тебе доверили не только его жизнь, но и его душу!
Боблин гневно скалил свои клыки, и во мне внезапно закипел гнев. Как смеет это существо кричать на тетю Вику, которая посвятила мне всю свою жизнь?… Раздался звон разбитого стекла. Я не столько увидел, сколько почувствовал, как домовые бросились врассыпную. Оказалось, что нож вырвался из моей руки и, просвистев возле уха Отшельника, попал в шкаф и вдребезги разнес половину его содержимого.
В комнате повисла мертвая тишина. Тетя Вика и Отшельник сидели с совершенно белыми лицами. Домовые прятались где-то в дальних комнатах.
– Извините, – пробормотал я. – Сам не понимаю, что на меня нашло.
Губы Отшельника дрогнули, шевельнулись, а потом растянулись в широкой улыбке:
– Виктрикс, я беру все свои слова назад. Калки вырос именно тем, кого мы ждали. Ему еще не хватает выдержки и самоконтроля, но его сила сильна.
– Я что, рыцарь-«жидай»? – спросил я.
Но Отшельник опять не понял моей шутки:
– Ты – маг по крови. Кроме того, ты маг, способный на решительные, подчас жесткие действия. Но тебе нужен достойный учитель. Боюсь, что я тебе помочь не смогу. Я всего лишь маг по обучению.
– А в чем разница?
– Маг по крови – это не просто ребенок магов. Это совершенно особый организм, буквально пропитанный магией на генетическом уровне. Маг по крови творит магию естественно и не задумываясь. Маг по обучению – это человек или боблин, который всю свою жизнь потратил на то, чтобы выучить несколько десятков более или менее эффективных заклинаний.
– То есть, я не совсем человек? – решил уточнить я.
– Ты человек. Ты уязвим и смертен. Но ты имеешь талант, который делает тебя непохожим на обычное разумное существо.
– Мне хотелось бы поточнее узнать, на что я способен и что мне угрожает.
– Увы, я этого не знаю. Обучить тебя может только такой же маг по крови. И я знаю одного такого. Это Вечный Ребенок.
Тетя Вика открыла рот, как будто хотела что-то сказать, но потом передумала и промолчала. Однако Отшельник заметил ее сомнения:
– Виктрикс, ты слышала о Вечном Ребенке?
– Слышала. Я знаю, что он живет в Детском мире.
– Вот именно! – Отшельник поднял вверх указательный палец. – Туда не смогут проникнуть враги Калки.
– Ты хочешь послать Калки в Детский мир?
– Ты можешь предложить что-то получше?
Тетя Вика грустно вздохнула:
– Мне будет его не хватать…
Отшельник успокаивающе произнес:
– Не переживай, Виктрикс. Думается мне, что обучение Калки продлится недолго.
– Но зачем мне вообще куда-то идти?! – вскричал я. – Вы ведь тоже могущественный маг. Вон сколько домовых вам подчиняются.
– Домовые – это всего лишь духи, которые нашли себе последнее убежище в Тассисудуне. Сюда они перебрались из-за того, что теллургические машины и нафтелиновая энергетика наносят вред их полуматериальной сущности.
– Сейчас мы находимся в местности под названием Тассисудун, – сказала тетя Вика. – На Земле это примерно соответствует Тибету.
– Я не знал, что мы так далеко от Колоссии, – удивился я.
– Для магов нет больших расстояний, – наставительно произнес Отшельник. – Ведь ты можешь открыть дверь в любое место.
– А вы тоже можете?
– И я могу. Но мне для этого приходится прилагать намного больше сил, чем тебе. Кроме того, выбираться из затерянного в горах Тассисудуна в последнее время становится небезопасно. Боблинские спецназовцы сжимают кольцо вокруг последнего прибежища магии.
У меня мелькнула догадка:
– Уж не поэтому ли вы так торопитесь отправить меня в Детский мир? Кстати, что это за место, и почему боблины не смогут меня там достать?
– Детский мир – это одно из Отражений Изначального мира. Его история несколько отличается от нашей. В последней войне там было использовано биологическое оружие – так называемый «вирус старости». Когда организм зараженного человека выходит из детского возраста, перестает расти и развиваться, его клетки сразу же начинают разрушаться. Так что ни одному обитателю Детского мира не удается перешагнуть восемнадцати-двадцатилетний рубеж. В этом мире, как и на Земле, живут одни лишь люди. Вирус поразил их всех. От него нет защиты. Он в воде, в воздухе и в почве.
Я не поверил своим ушам:
– Если там остались одни только дети, то все они должны скоро умереть?
– Нет. Ведь способность к деторождению появляется раньше, чем организм окончательно взрослеет. Так что обитатели Детского мира продолжают свой род, несмотря на поразившую их болезнь. Среди них живет один из последних магов по крови – Вечный Ребенок. Там он чувствует себя в безопасности, так как агенты боблинов не могут до него добраться. Ты должен разыскать Вечного Ребенка. Он тебе поможет.
Я сразу почувствовал подвох:
– Если я попаду в Детский мир, то и сам заражусь «вирусом старости»!
– Ты опять не прав, Калки. Твоя кровь прирожденного мага защитит тебя от любых болезней. Вечный Ребенок живет в Детском мире уже лет тридцать, и чувствует себя довольно хорошо.
– А когда я вернусь из Детского мира, то не принесу вирус с собой?
– Ты предусмотрителен, Калки. Это делает тебе честь. Но ты можешь не беспокоиться. Вирус не повредит тебе, и ты не заразишь им другие Отражения.
Похоже, на все мои вопросы старый боблин имел ответы. У меня больше не было причин отказываться от путешествия в Детский мир, разве только…
– Тетя Вика, ведь ты не сможешь пойти со мной?
Виктрикс вздохнула:
– Калки, я буду ждать тебя здесь. В Детском мире я не проживу и трех дней. Я и тебе ничем не помогу, и сама погибну. Но я знаю, что в Детском мире тебе грозит меньше опасностей, чем в Изначальном мире или в любом другом его Отражении. Поэтому я за тебя спокойна. Ты даже не простудишься и не заболеешь.
– Но разве боблины или оборотни для проникновения в Детский мир не могут воспользоваться противогазами и герметическими комбинезонами?
– Могут, – ответил Отшельник. – Но представь себе длительную военную экспедицию, ни один участник которой не может ни на минуту снять защитный костюм. Стоимость необходимого оборудования, запасов воздуха, воды и пищи несоразмерна возможной удаче. Ведь такая экспедиция привлечет внимание жителей Детского мира, и маг – объект охоты – сто раз успеет скрыться.
– Тоже верно… – пробормотал я, но тут же спохватился: – А как я сам найду Вечного Ребенка?
– Уверен, он сам тебя найдет. Когда ты появишься в условленном месте…
– В условленном месте?
– Я имел в виду, что ты появишься в месте, которое нарисовано в альбоме для открытия дверей. Вечный Ребенок сразу почувствует, что в Детском мире появился маг, и поспешит к тебе на встречу.
Крыть эту карту мне было нечем. Отшельник продумал абсолютно все. Моя судьба была определена и расписана гораздо подробнее, чем жизнь на Земле.
– Калки, ты согласен? – с надеждой посмотрел на меня Отшельник.
– А разве вы оставили мне выбор?
Лицо старого боблина просветлело:
– Калки, твое появление – просто чудо! И сам ты – молодец! Мы на тебя надеемся!
– Отшельник, дай Калки немного отдохнуть, – вмешалась тетя Вика. – Сегодняшний день изменил всю его жизнь. Пусть он переночует здесь, а завтра отправится в Детский мир.
Пока мы обедали, смотрели телевизор и разговаривали, на улице стемнело. Домовые зажгли несколько ярких ламп, которые хорошо освещали внутреннее пространство дома Отшельника. Лампы были изготовлены из литого металла и полупрозрачной бумаги, внутри них горели живые огоньки, которые давали много света, больше, чем от свечей или керосинок.
– Пока ты будешь спать, я соберу твои вещи, – сказала мне тетя Вика.
Я почувствовал, что и в самом деле не прочь прилечь на кровать. Впечатления сегодняшнего дня будоражили мой мозг, но тело требовало отдыха. Отшельник и пара домовых проводили меня в отдельную комнату, где я обнаружил вешалку и низкую кровать.
– Вот твой нож, – боблин протянул мне мою «бабочку», а я даже не заметил, когда он успел вытащить ее из разбитого шкафа. Впрочем, это могли сделать и домовые, а потом передать ее своему хозяину.
– Я прошу прощения за свой поступок, – сказал я. – Я не нарочно.
– Ничего страшного. Такой быстрой телепортации предметов я не видел лет двести.
– Вам так много лет? – удивился я.
– Немало, – вздохнул боблин. – Спи, Калки, завтра тебя ждет первое самостоятельное путешествие.
Он вышел из комнаты, и домовые задвинули за ним створки скользящих по полу дверей. Я разделся и лег на непривычно жесткую кровать с маленькой узкой подушкой. Впрочем, несмотря на неудобства, заснул я почти мгновенно…
* * *Когда я проснулся, то сперва не понял, что по-прежнему нахожусь в доме Отшельника. Я начал строить в голове планы на сегодняшний день: успеть в школу, сделать уроки… но потом ощутил под собой непривычно жесткое ложе, и сразу же мои мысли побежали в совершенно другом направлении. Да, вчерашний денек выдался просто изумительным! Наверное, я не сошел с ума только потому, что во мне, и правда, текла кровь магов. Я не только узнал о мире и о себе много нового, но и взвалил на себя груз обязанностей и обещаний. Возможно, уже совсем скоро мне придется пожалеть о том, что я дал себя уговорить. Перспектива путешествия в Детский мир и поиск волшебника с идиотским именем Вечный Ребенок вызывала у меня не слишком большой энтузиазм.
И еще: я чувствовал, что Отшельник и тетя Вика вчера что-то не договаривали. Речь шла не об истории Изначального мира – тут-то рассказ боблина был честным и, несмотря на вынужденную краткость повествования (попробуйте сами за пару часов пересказать всю историю человеческой цивилизации на Земле!), достаточно емким. Но вот все, что касалось магии, моих родителей и меня самого…
Отшельник прямо не ответил ни на один мой вопрос, а вместо объяснений торопился выпроводить в Детский мир. С чем это было связано? С тем ли, что он сам, и правда, не мог мне ничем помочь? Или же здесь, в его доме, мне грозила опасность? В любом случае, тетя Вика была согласна с Отшельником, а у меня не было причин перестать ей доверять. Значит, меня ждало первое за десять лет длительное расставание с тетей Викой и путешествие в Детский мир.
Я потянулся, встал и начал одеваться. Домовые, как будто все время караулили под дверью, тотчас же появились в комнате и начали наводить порядок на кровати: убирать смятое белье и стелить новое. Поняв этот весьма недвусмысленный намек, я вышел из комнаты и направился в гостиную. Там меня уже ждали тетя Вика и Отшельник. Боблин был одет по-домашнему – в длинный халат из блестящей зеленоватой ткани с вышитыми ярко-алыми цветами. Тетя Вика была одета во вчерашний дорожный костюм, как будто совсем не ложилась спать или готовилась к путешествию.
Я обрадовался было, подумав, что планы изменились и я вместе с тетей Викой отправлюсь куда-нибудь в более гостеприимное место. Но первые же ее слова показали, что все осталось по-прежнему:
– Доброе утро, Калки! Я собрала твои вещи. Вот посмотри: носки, свитер, теплая куртка…
Тетя Вика демонстрировала мне содержимое рюкзака, на котором был нанесен характерный рисунок в виде запятой-закорючки и написано: «MIKE». То ли это была местная оригинальная продукция, то ли земная китайская подделка под известную спортивную фирму. Скорее, все-таки первое. Откуда у Отшельника могли оказаться земные предметы? Вчера я пребывал не в том состоянии, чтобы заметить, какие вещи захватила из нашей квартиры тетя Вика, но такого рюкзака у нас точно раньше не было.
Слушая тетю Вику, я ритмично кивал головой в знак согласия, а сам поглядывал на стол, где домовые расставляли чашки с дымящимся ароматным напитком, напоминающим кофе, и тарелки с горячими булочками.
Отшельник перехватил мой взгляд и сказал тете Вике:
– Калки сам разберется со своими вещами. Дай ему спокойно поесть!
Та запнулась на полуслове, но быстро сообразила, что завтрак остывает.
– Прошу к столу! – произнес боблин и сделал широкий жест руками.
Меня долго упрашивать не требовалось. Я схватил теплую булку раньше, чем опустился на стул. Отшельник сел медленно и степенно, как и полагалось хозяину дома. А тетя Вика присела на краешек стула боком, и одной правой рукой стала брать по очереди то чашку, то булку. Ее левая рука была прижата к телу. Кроме того, тетя Вика даже не сняла свою удлиненную куртку. Ее поведение меня удивило. Мне показалось, что у нее болит рука. Я присмотрелся и тут только сообразил, что домовые стараются держаться от тети Вики на некотором удалении. А левой рукой она не действовала потому, что локтем прижимала спрятанный под одеждой довольно тяжелый предмет.
Я спросил с совершенно невинным видом:
– Тетя Вика, что ты держишь под курткой?
Она заметно смутилась, а Отшельник широко улыбнулся:
– Вот видишь, Виктрикс, я был прав. Калки все заметил. Не стоило садиться за стол с автоматом.
Я едва не поперхнулся:
– С автоматом?!
Тетя Вика, словно пойманная с поличным школьница, списывавшая на контрольной со шпаргалки, приоткрыла полу куртки и продемонстрировала оружие, очень сильно смахивавшее на пистолет-пулемет фирмы «Хеклер и Кох». Но это была не земная модель. Автомат имел короткий ствол с широким кубическим глушителем на конце. Его магазин был прямым и длинным, а приклада не было совсем.
Извиняющимся тоном тетя Вика произнесла:
– У Отшельника есть оружие, но не нашлось никакого снаряжения. Я не успела изготовить подвеску под автомат… и пистолеты.
Она вытащила из карманов куртки и выложила на стол пару изящных блестящих «стволов» тоже неземного производства.
– Это мне? – спросил я без всякой надежды на положительный ответ.
– Нет, ЭТО – мне, – внушительно произнесла тетя Вика. – У тебя свое оружие, у меня – свое. А, как известно, за двумя зайцами погонишься…
– …Штаны порвешь! – закончил я. – Можно хоть пощупать?
– Пожалуйста, – тетя Вика быстрыми профессиональными движениями вытащила обойму из пистолета, оттянула затвор, убедилась, что патрона в стволе нет, и только потом протянула оружие мне.
Пистолет удобно лег в мою ладонь. Он был не тяжелым, а… как бы это поточнее выразить… весомым. С ним бы я чувствовал себя более уверенным, чем с ножом-«бабочкой». Хотя… у огнестрельного оружия есть один серьезный недостаток – слишком быстро заканчиваются патроны. Только в кино и в компьютерных играх их запас безграничен и неисчерпаем.