Секьюрити номер тринадцать, или Дневники «топтуна»

Звонит телефон. Это Володька. Получили они с Федькой расчёт, уже едут домой. Говорит, что опять чуть было не остались на бобах – приехали в «ЛОМ» уже в десятом часу, а там – как и вчера, толпища. Как будто все там и ночевали. Ну, они тогда в наглую прорвались в свой отдел, и деньги им, наконец-то, отдали.

Часу уже в третьем иду по залу, вдруг в дверях вижу Васина. Ну, думаю, сейчас что-то будет. И – точно! Как в воду глядел. Он с ходу затребовал мой договор с компанией. А бумажки-то у меня в общаге – чего их с собой таскать? Но он зашёл с другого боку:

– А почему договор не отмечен в администрации магазина? Ты же должен был его показать сразу, по прибытии! За это полагается штраф тысячи на три!

Вот это «счастья» привалило!! Ну, раз уж так приспичило – штрафуй! Что я ещё могу сказать?

Он почесал темя, морщится.

– Ну, ла-а-дно… Но завтра же чтобы всё оформил, как положено. Что у вас тут, как обстановка?

– Пасу одного крадуна. Его Володька уже задерживал, но он, зараза, сумел открутиться. Хитрый, чертяка!

Васин одобрил – лови, задерживай. Задержания – как воздух нужны! Как и обычно, сфотографировал меня, забежал к директорше, и – на выход. Ну, и на том спасибо, что штраф из-за ерунды не припаял. В десять вечера закрылись, в одиннадцатом пошёл на остановку. Подле магазина опять алкаши отираются. Только теперь обосновались у грузового терминала, что-то меж собой обсуждают.

В общагу приехал, из кухни выходит парень лет тридцати, ростом пониже меня, худой, щупловатый, хотя, в целом, довольно-таки жилистый, главное, трезвый. Поздоровался, спрашивает:

– …Вы – Володькин батя? Хороший пацан, дельный. Вы вместо него? А я – Толян..

Следом за ним – пригожая молодайка. Всё понятно – Ирина. Это наши соседи.

…Ну а сегодня – суббота, день запарочный и суматошный. Как и в любом другом магазине, выходной – маленькое стихийное бедствие. Правда, на работу ехать сегодня было одно удовольствие – автобус полупустой, места свободны. Ну а магазин, как только открылись, сразу заполнился покупателями, как будто двери мёдом намазали. Идут и идут, идут и идут…

Пришёл толстый, здоровенный цыган, и начал допытываться, где тут его любимое пиво «Клязьминское»? Ну, вот, ещё один поклонник персонально «любимого пива» выискался! Ну, прямо, сюжет – один в один, как с тем пивным гурманом в Чихалове. А я вообще не слыхивал про это самое «Клязьминское». Что за пиво? Спросил у девчонок – тоже не припомнят. Может, и этот любитель пива магазины перепутал? Утверждает, что – нет, брал именно здесь, во «Вкусе»! Кассирши разводят руками: нет у нас такого! Но этот чёрт настырный и приставучий всё равно не унимается: вот, вынь, да положь ему «Клязьминское»!

Позвали директоршу. Она молча сходила куда-то в грузовой терминал, и минут через пять принесла «фугас» «Клязьминского». Оказывается, завозили сюда и такое, но его мало кто брал, и поэтому заказывать перестали. А одна коробка как-то сохранилась, вот и повезло ромалу. Правда, совершенно непонятно, чем же оно ему так понравилось, если все прочие пить отказались? Может, у него какие-нибудь проблемы со вкусом – нравится то, что другим поперёк горла?

Сегодня, вообще, много брали пива – и авоськами, и ящиками, и сумками. Это и понятно – завтра же двадцать третье, народ праздновать собирается. Много покупали и закуси к пиву. Впрочем. водки и коньяка тоже брали много. Я замотался то и дело открывать шкаф с «элиткой» и доставать оттуда пойло, стоимостью от полутора тысяч и выше. Отчего-то вдруг появилось много поклонников отечественных вин и ликёров. В общем, полки пустели на глазах, Шухрат то и дело бегал на склад за пополнением спиртного. Спрашиваю его:

– К празднику тоже готовишься, или у вас дома его уже не отмечают?

Уверяет, что многие и у них тоже отмечают двадцать третье, но сам он сейчас уже ничего не празднует, поскольку со спиртным «завязал». Хотя, пару лет назад квасил – будь здоров! Случилось так, что в какой-то момент он вдруг счёл свою жизнь греховной, поэтому стал ходить в мечеть и три раза в день совершать намаз. Делает его и здесь – Шухрат договорился с директоршей, что днём ему выделят время на все эти религиозные дела. А в счёт этого, если будет такая необходимость, на любой срок он задержится вечером.

Перед обедом случилась небольшая катавасия. Пришла бабулька, которая осталась недовольна купленной у нас вчера копчёной рыбой. Доказывала, что её покупка пахнет соляркой (у этой, похоже, проблемы с обонянием). Директорша к этому времени уже ушла, за неё отдувалась Светлана. Понюхала рыбу, жмёт плечами – вроде, всё нормально. Покупатели – все, кто рядом оказался, тоже нюхали: копчёнка, как копчёнка… Мнение у всех одно: рыба нормальная. Нет!!! Бабка не сдаётся: соляркой пахнет, и – всё тут. Девчонки сомневаются: а не сама ли ты её куда-нибудь уронила? Она аж запрыгала от злости. Начала стращать жалобой в головной офис. Ну, Светлана спорить больше не стала, дала ей другую рыбу, но заставила бабку при всех её обнюхать: эта-то какова? Бабка признала, что эта – очень даже ничего. Ушла она, а ту рыбину, что она вернула, девчонки потом втихаря отправили в тачку с просрочкой – так, на всякий случай. Бабка на вид была какая-то дёрганная, нервная, можно даже сказать, припадочная. Мало ли что у такой может быть на уме?

Ну и, наверное, в честь праздника перед вечером напротив нас посреди улицы шандарахнулись две машины. Какой-то «ас» на «Фольксвагене» ехал мимо и, видимо, решил завернуть к нам во «Вкус». Не включил поворотник, и резко пошёл на левый поворот. И не поглядел, балда, что следом за ним шла «десятка», которая именно напротив нас пошла на обгон… Соприкоснулись они, конечно, здорово, можно сказать, смачно. Бумкнуло очень громко. Ну а потом, как и полагается, началось… Оба водилы из машин выскочили, и закипела дискуссия, кто из них «слепой раздолбай», а у кого «мозги усохли».

Учитывая накал дискуссии, в конце концов, дело могло бы закончиться даже рукопашной, однако прибыли гаишники, и бесплатный цирк закончился. Служивые порекомендовали «асу» из «Фольксвагена» в глаза вставлять спички, чтобы не проморгать аварийную ситуацию в следующий раз. Катастрофических повреждений машины не получили, поэтому с места ДТП уехали своим ходом.

Вечером, когда я зашёл расписаться, что смену закончил, Светлана что-то писала за своим столом. Стал выходить из терминала, она мне вслед с такой обидой:

– Алексей Петрович, а что это вы вчера, вот так, молчком: раз – и домой? А мне потом пришлось идти одной мимо толпы пьяниц. Хорошо ещё, что всё обошлось!

Это что-то новенькое! Ну, так, сразу и сказала бы, когда я только заступил, что тебя надо провожать! Где живёшь-то хоть? Оказывается, довольно далеко. Прикидываю, что пока её провожу, автобусы в Боровки ходить уже не будут. И куда мне тогда? Не к тебе же идти ночевать?! Тогда останется только одно – около часа топать пешком. Понятное дело, выспаться уже не удастся.

Вышел, сижу в терминале. Девчонки собираются уходить, интересуются, почему я не иду на автобус. Объяснил ситуацию. Они молча плечами пожали, и – на выход. Жду. Выходит Светлана, спрашивает:

– Алексей Петрович, а почему вы ещё здесь?

Ёшкин кот! Так, сама же сказала, что тебя надо провожать домой, охранять от криминальных элементов. Вот и жду. Или уже не нужно? Она:

– Вы выйдите, гляньте. Если поблизости выпивох не видать, можете идти.

Ну, вышел, глянул. «Синяков», и в самом деле, ни рядом с магазином, ни в отдалении, не заметно. Бегом на остановку, а автобус уже отходит. Пролёт! Подошли двое мужиков, разговаривают про то, что сегодня в Рогожном было, как минимум, пять ДТП. Ну, вот, думаю, и наш «Вкус» внёс свой посильный вклад в этот «день жестянщика». В общагу приехал – у нас новенький, прислали вместо Федьки, зовут Маратом. Он на вахте впервые, по части охраны – ни бе, ни ме. Пока ужинал, объяснял ему всякие тонкости и нюансы.

Двадцать четвёртое февраля

Ох, вчера и денёк был! Приключения начались ещё в общаге. И – какие! С более идиотской ситуацией сталкиваться ещё не доводилось.

Двадцать третье для нас началось с того, что всей комнатой мы проснулись в пять утра от громкой музыки из комнаты Толяна. Все глазами хлопают, но ничего понять не могут. Потом сообразили, что Толян уже праздновать начал. Ну и обормот! Ромка пошёл к нему, начал стучать в дверь. Слышим, долбит он так, что даже штукатурка посыпалась. Через пару минут музыка затихла. Ромка вернулся, рассказывает. Оказывается, Толян ещё вчера так надрался, что потерял ориентацию во времени, и пять утра принял за пять вечера. Пашка резюмируют:

– Зря он так ужрался водкой. Ирина теперь от него опять уйдёт.

Ромка смеётся.

– Так она от него уже ушла, ещё вчера днём. Он там с какой-то девахой квасит. Где он только откопал эту пьянюгу?..

Парни снова легли досматривать сны, а я вошёл умыться, приготовить завтрак и что-нибудь состряпать на обед. Где-то в полседьмого всех их разбудил, они тоже начали собираться на работу. И вот, в начале восьмого, к нам в комнату неожиданно вплывает ухажёрка Толяна. Идёт зигзагом, что-то пытается сказать, но вместо слов выдаёт какую-то кашу из нечленораздельных звуков. Одновременно начинает расстёгивать на себе и блузку, и джинсы. Я ей сразу указал на дверь:

– На выход! Дуй, дуй отсюда!

Она вышла. Через минуту, гляжу, опять тащится, блузка уже нараспашку, штаны сползают. Марат её уже выталкивать начал. Ещё пара, минут проходит, она снова к нам заваливает, всё уже напоказ. Я её вывел, дверь запер. Она постучала, постучала и, наконец-то, ушла. Ещё минут пять проходит, в дверь – бешеный стук. Открываю. Вбегает Толян. Морда багровая, пьянющая, глаза выпучены, волосы дыбом, и начинает орать, что мы совсем оборзели, что он нас собственноручно линчует. Да, что случилось-то?

Оказывается, мы смертельно обидели его подружку. Она только что ему рассказала, будто мы затащили её к себе в комнату, и пытались учинить над ней групповуху. Во, как!

Спрашиваю его:

– Ты с головой хоть иногда дружишь? На кой чёрт она бы нам сдалась, если прямо сейчас все уезжаем на работу?! Да эта пьянюха сама нас заколебала своим идиотским «стриптизом»! Три раза отсюда выгоняли. Пришлось закрыться на замок, чтобы не лезла.

Но Толян стоит на своём:

– Хорош мне всякую чушню тут городить! Вы же к ней приставали?! Она пришла – всё на ней расстёгнуто. Сама она, что ли, это сделала?

И тут на пороге появляется эта его мадам, и снова пытается устроить «сеанс стриптиза». Он смотрит на неё, как будто видит впервые. Потом хватает за руку, жмёт плечами, спрашивает:

– Яна, ты чего? Яна… Ты же сказала, что это они… О, зараза! А ну, давай, пошли отсюда! Быстро!!!

Уже без церемоний тащит её за собой, но она сопротивляется и мычит:

– Я з-зде-е-сь х-хочу-у-у… Здесь лягу!

Утащил Толян эту Яну к себе, там у них началась потасовка, что-то грохнулось на пол…

Пошли мы с Пашкой на остановку, он всё никак не успокоится:

– Ну, коза тупая! Дядь Лёш, ну и, вот, что теперь скажете? Опять будете мне доказывать, что я был неправ?

Смешной пацан, который годами уже за тридцать, а соображение – как у десятилетнего. Похоже, он даже рад этому дурацкому инциденту, поскольку есть возможность оправдать перед самим собой свою собственную, мягко говоря, наивность.

В магазине вчера народу поутру было немного – все ещё с вечера наквасились. Но ближе к одиннадцати толпа привалила не хилая. И опять – пиво, водка, коньяк… Сумками, коробками, ящиками… Кассирши меня поздравили. Кстати, сегодня новая смена. Спрашивали, как мне в их краях живётся, как нравятся здешние люди… Как-как… Живётся весело, люди – супер! Ну и в общих чертах, не вдаваясь в пошлые детали, рассказал о том, какой «подарочек» сегодня утром нам устроила их землячка со своим собутыльником. Смеялись долго.

Перед обедом появился всё тот же «баскетболист» (как же он достал, обормотина!). В зал прошмыгнул, видимо, надеясь, что я его не замечу. Идёт вдоль рядов пригнувшись, за стеллажами хоронится… Подошёл к сырам, для контроля ещё раз огляделся, и тут снова увидел меня. Я, конечно, на него не гляжу, рассматриваю водочные этикетки. Но он сразу понял – облом. Зыркнул волком в мою сторону, взял бутылку пива и – на кассу.

Кого только сегодня небыло! Приходила интеллигентного вида бабуля за семьдесят, прочитала мне целую лекцию о целебных свойствах ликёра. Если ей верить, то он – панацея чуть ли не от всех болезней и неудач. Купила себе бутылку итальянского, какого-то, то ли Бурупуччи, то ли Аризатти. Гляжу ей вслед, и разбирает любопытство: это она для гостей взяла, или в одиночку хочет этот пузырь «уговорить»?

Ближе к вечеру чуть не проморгал две продуктовые корзины-тележки. Первую чуть не увезли на японском джипе. Мне наша директорша (как это было и в других магазинах) в самом начале вахты дала установку: тележка пропадёт – будешь за неё платить! Поэтому, как только кто-то везёт покупки к своему авто на тележке, иду и отслеживаю, куда и зачем покатил. И вот, чуть начало смеркаться, вижу, что мужик тележку разгрузил, а потом и её саму начал пихать в багажник. Я сразу же вышел: в чём дело? Он, не моргнув глазом (недаром говорят, что наглость – второе счастье!), объявляет:

– Да мне – вот, рядом! Там до дома метров пятьдесят, думал, довезти на ней покупки, а потом вернуть.

Ну, уж нет! Знаем мы, как в таких случаях «возвращают». Забрал, откатил внутрь магазина. Через полчаса – глядь! – одна мадам тоже покатила тележку с покупками прочь от магазина. И покупок-то столько, что уместятся в не самый большой пакет. Кинулся вдогонку. Она развозмущалась:

– Что это такое?! Покупатель всегда прав!

Ну, выходит, что и не всегда… Вернулись назад, она сходила, купила себе пакет и преспокойно унесла покупки. Вот ведь народ! Даже по мелочам – глаз, да глаз нужен.

И вот, наконец-то, вечер. Очень уж долгим получился этот праздничный день! Зато, как здорово закончился – снова набрали просрочки. Перед тем, как идти на остановку, я вышел и хорошенько проверил всю прилегающую территорию. Ни алкашей, ни ГБРовцев не обнаружилось. Сообщил Светлане, что всё чисто, и в компании с Аллой – кассиршей из второй смены, пошли на остановку. Пока ждали автобус, от Аллы узнал, что в округе нашего магазина иногда бывает очень неспокойно. В прошлом году было два серьёзных случая поножовщины, один даже со смертельным исходом. Теперь понятно, почему Светлана побаивается здешних алкашей.

Приехал в общагу, смотрю – у нас уже открыто, хотя я, обычно, приезжаю раньше всех. В комнате – Ромка и хорошенькая такая, рослая блондинка. Всё понятно, это его невеста. И, скорее всего, она здесь с ночёвкой. То есть, надо понимать так, что у молодой пары намечается первая брачная ночь? Занятный случай… Ну, не при нас же?! Или у Ромки есть какие-то свои варианты? Как оказалось, есть – он арендовал ещё одну комнату в этой квартире. Вход туда по соседству с комнатой Толяна. Хозяева там не живут, и сдают её всем желающим помесячно, посуточно – как угодно.

Когда готовил себе ужин, на кухню забегал Толян. Надутый, недовольный, на весь белый свет обиженный. Что интересно, почти трезвый и, самое главное, один. Его ухажёрка куда-то испарилась. То ли сама смылась, разочаровавшись в своих ожиданиях, то ли он её выставил, тоже разочаровавшись, в чём-то похожем.

…Ну а сегодня утром – опять «сюрприз». Ромка со своей зазнобой ушли, когда я уже заканчивал завтрак. Марат ушёл следом за ними. Пашка тоже позавтракал, и мы начали собираться на работу. Тут на пороге нашей комнаты появился средней упитанности, потёртый жизнью мужичок, годами слегка за сорок, и объявил, что он Ромкин «дружбан», и что тот разрешил ему какое-то время пожить в нашей комнате. Зовут его Макс Йолин, он не так давно работал охранником в одном из «Купи!», откуда его, мягко говоря, «попросили». И вот, он снова решил устроиться в «ЛОМ».

Слушаю его, и начинаю сильно сомневаться в том, что он Ромкин друг. Попробовал я набрать номер Ромки, чтобы уточнить – тот ли это «Федот», но его телефон не отвечает, загати его болото! Этого Макса и я, и Пашка видим впервые. Что за человек? Тут вещи и наши, и того же Марата. Макс тут же достал свой паспорт, и давай его нам показывать. Действительно, это Максим Йолин, откуда-то с верхней Волги. Ну, мы подумали, и ключи ему решили дать.

Вышли на улицу. Я достал телефон и набрал Володькин номер. Спросил, знает ли он такого – Макса Йолина? Он подтвердил, что этот кадр одно время в их комнате, и в самом деле, проживал. Действительно, работал этот Макс в «Купи!», откуда его выгнали за пьянку. В кражах замечен не был. Одновременно Володька предупредил, что Васин иногда проводит рейды по общагам, и, если обнаружится, что в нашей комнате проживает нелегал, всех могут оштрафовать – к гадалке не ходи. Поэтому Макс пусть или скорее устраивается в «ЛОМ», или ищет какое-то другое место обитания. Это сразу же малость успокоило: раз Йолин, и в самом деле, там жил, то всё будет нормально.

Сегодня на работе все отчего-то взвинченные, все бегают, суетятся… Спросил у кассирш, что за суматоха. Люська – она тут самая бойкая, пояснила, что приезжает ревизорская комиссия из главного офиса. Будут две ревизорши, которые выборочно проверят разные отделы. Например, могут просчитать элитную «алкашку», сыры или колбасы. Высказалась Люська и о самих ревизоршах. Одна из них – ещё и так, и сяк, а вот главная в этой паре – завзятая зануда и стерва. Она уже давно копает под нашу директоршу, чтобы на её место пропихнуть свою знакомую.

– …Так что, Петрович, нужно быть готовым к тому, что проверят любого из нас, – пояснила кассирша. – Эта мымра может устроить проверку на рабочем месте, а может и устроить экзамен в кабинете Александры Юрьевны на знание служебных инструкций. Бывали случаи, даже увольняли людей по причине «несоответствия».

Ревизорши появились в начале одиннадцатого. Одна – брюнетка среднего роста в очках в брючном костюме, другая – тоже брюнетка, но в мини-юбке, только лишь до половины, обтягивающей её «корму» обхвата в полтора. Начали они ходить по отделам, что-то там при помощи Светланы пересчитывать. Я от них держусь подальше, обстановку контролирую на расстоянии. Но видно и издалека, что Светку эти две кобры шпыняют нещадно: и то им – не так, и это – не эдак… Она, бедная ходит, словно сама не своя.

Добрались ревизорши и до «алкашки». Там я, как раз, «пас» троих пацанов предармейского возраста – уж очень они облизывались, отираясь рядом с коньяками. И тут – эти проверяльщицы. Старшая идёт, ничего перед собой не видя, и не замечая. Подошла к стеллажам, осмотрела спиртное, и эдак через плечо бросает:

– У кого ключ от элитного алкоголя?

Ключ у меня, но я делаю вид, что ничего не слышал. Светка поясняет:

– Вот, у охранника… – и кивает в мою сторону.

И вот только тогда «их чванлившество» изволило обратить на меня своё «высокое» внимание. Говорит, переплёвывая через губу:

– У вас что-то со слухом не в порядке? По-моему, я спросила у кого ключи!

Достаю ключ из кармана, показываю ей. Поясняю:

– Здесь есть люди, которые по рангу выше, – киваю в сторону Светланы. – А я впереди паровоза не бегаю.

Главзлыдня недовольно скривилась и приказала открыть шкаф. Открыл, ревизорши пересчитали все бутылки, потом эта «стройняшка» спрашивает:

– А где кнопка вызова? Вдруг, если здесь не будет никого, а покупатель желает приобрести интересующий его товар?

Светка отчего-то замешкалась, пришлось вмешаться мне:

– Вот она! – ткнул в кнопку пальцем.

Эта мадам глянула, хмыкнула недовольно, только что не хрюкнула, и молча пошла дальше. По морде видно: антипатии я у неё вызвал серьёзнейшие.

Попёрли проверяющие к кассам. Гляжу, туда же спешит и наша директорша. Теперь обер-зануда принялись за кассирш. Вопросы, вопросы, вопросы, вопросы… Смотрю, самая младшая – Тамара, сникла, скисла, прижухла. То ли на какой-то вопрос не смогла ответить, то ли ещё что, но уж на ней-то старшая ревизорша отыгралась по полной программе. Крови выпила чуть не полведра. И – опять пошли шариться по отделам. Только часу в пятом ревизорши, наконец-то отбыли. Наши девчонки издали общий вздох облегчения. Но мне почему-то так подумалось, что это ещё не конец. Наверняка, эти две мадам появятся тут ещё раз.

Вечером, уже перед закрытием, мне позвонил Пашка. Он созванивался с Ромкой, и они обговаривали, как быть с Максом. Как оказалось, Ромка признался, что был не в восторге от его просьбы пожить у нас – это могло стать причиной такой, общей для всех мороки, что хуже не придумаешь. Он согласие, как бы, дал, но надеялся, что мы с Пашкой его отфутболим. А мы, явив мягкотелость, не отфутболили. И вот теперь Ромка сам не знал, как быть в подобной ситуации.

– Всё понятно… Вам это кажется неудобным, и поэтому вы хотели бы, чтобы с Максом поговорил я? Так, что ли? – спрашиваю его.

Он помялся, потом подтвердил:

– Да, дядь Лёш… Вы старше всех, у вас авторитет, и вас он поймёт лучше, чем любого из нас…

Ну, хорошо. Надо, значит, надо. Домой я с работы вернулся ближе к одиннадцати. Гляжу, Макс лежит на свободной раскладушке, смотрит в потолок. Спрашиваю:

– Ну, как успехи? С Васиным созванивался?

Он мнётся.

– Да, не получилось… Я раза два звонил, он к телефону не подошёл…

Всё понятно. Не звонил он никому, и звонить не собирался. Это плохо! Тогда, будем говорить более предметно.

– Макс, – говорю, – мы, конечно, помочь тебе готовы. Но ты и сам, малость, давай, напрягайся. Работу найти надо, и – чем быстрее, тем лучше. Мы с Володькой сегодня разговаривали – ты его знаешь, он считает, что, если сюда нагрянет Васин, нам всем не поздоровится. Устроишься в «ЛОМ» – проблем нет, это койко-место будет твоим и далее. Ну а не устроишься… Ну, сам понимаешь, как быть.

Он кивает:

– Да, да, Петрович, я всё понял… Послезавтра, если что не получится, отсюда сваливаю. Завтра хочу поехать прямо в офис. Если с Васиным договориться не удастся, то поговорю с другими «буграми». Может, кто и возьмёт? Но я и здесь буду искать работу на стройках, или ещё где-нибудь… Найду!

Ну, вот, это совсем другой разговор! Предметно и по-мужски. Подъехали и все остальные. Я им передал наш разговор с Максом, парни облегчённо перевели дух.

Двадцать восьмое февраля

Вот и зиме конец! Позавчера, двадцать шестого, утром Макс, как и пообещал, начал собираться в Москву. Правда, сразу же пожаловался, что денег на поездку не хватает. А я прошедшим вечером на автобусной остановке нашёл бесхозный стольник. Ну, отдал его Максу. Он:

– Ой, я верну, верну…

Но я сказал, что эти деньги не мои, поэтому мне возвращать ничего не нужно. Гляжу, Пашка тоже достаёт сторублёвку. Как потом оказалось, Ромка тоже дал сотку. Макс тут же побежал на электричку. Ну а мы все погнали на работу.

…Как я и думал, ревизорши снова заявились к нам, и начали шарить по магазину с новыми силами. Уж, не знаю, сколько пользы от их возни, но уж всем нам напрягов – предостаточно. Все нервные, все взвинченные, у всех работа идёт кувырком… А старшей ревизорше это, как будто даже нравится – расхаживает с многозначительной ухмылочкой, вроде того: «Ну, вы у меня тут все попляшете!». Сегодня докапывались до правильности раскладки товаров, до своевременности выбраковки просрочки, проверяла состояние холодильных витрин. Опять пересчитывали спиртное. Светлана сказала, что, вроде бы, не хватило четырёх бутылок коньяка «Фронтовой». Не многовато ли? По-моему, это уже явная брехня, какую-то муть погнали бабы. Спиртное у меня постоянно в поле зрения, и я ни разу не видел, чтобы кто-то с «алкашкой» проскочил мимо кассы.

Баламутили ревизорши часов до трёх, потом опять наступило затишье. Зато вечером в магазин завалили трое нехилых мужиков в камуфляже. Иду к ним – что за «трио бандуристов»? Один достаёт корочку: ГБР! Я их уведомляю:

– А я ГБР не вызывал!

Показываю пульт «тревожной кнопки» – она заблокирована монетой и пластырем. Они:

– А мы сами приехали с проверкой состояния работы охраны. Вы охранник? А почему одеты не по дресс-коду? Почему рубашка белая?

А у меня и в самом деле рубашка чуть голубого оттенка. Ну, а что поделаешь? Основную вечером постирал, а утром погладить не получилось – свет отключили. Ну и пришлось надевать такую, какая есть. Не ходить же в мятой? Но им объяснил так:

– Это специально, для маскировки. В синей рубашке воришки меня видят от самого порога, и легко отслеживают перемещения по всему залу, что повышает их шансы совершить кражу. А в такой рубашке я, как бы, малозаметен, и в ней мне самому легче выявить потенциальных крадунов. Вон, в Чихалово, в тамошней «Удаче», я вообще одевался бомжом. Васин тоже, сначала был в шоке, а потом даже одобрил.

– Это вы, что же, постоянно в такой рубашке дежурите?

– Нет, только сегодня. Предполагаю появление одного ушлого мужичка, который давно уже пытается совершить кражу, но это у него не проходило из-за моего присутствия. Два дня назад он здесь был, тёрся около спиртного. Если сегодня появится, постараюсь взять его с поличным. Кстати, если задержу, вас вызывать?