«Хроники мертвых городов»

Сергей Кулагин

ОТ СОСТАВИТЕЛЯ

В сборник вошли рассказы-призёры конкурса «ХРОНИКИ МЁРТВЫХ ГОРОДОВ» – организатор сообщество ВКонтакте «Леди, Заяц & К» (https://vk.com/ledy_zaytc_k).

Конкурс проводился в три этапа: реалистический рассказ, фантастический рассказ и сказка. Для каждого этапа предлагалась иллюстрация, содержание которой, по замыслу организаторов, должно было органично вписаться в повествование.

Оценивали конкурс жюри в составе: писатель Тим Волков, журналист Алексей Сидоров, редактор Виталина Дзярик, композитор Андрей Гучков и художник Юлия Ростовцева. Спасибо им за оценки и комментарии. Услышать от специалистов такого высокого уровня рекомендации – очень ценно.

Отдельное огромное спасибо: Виталине Дзярик – за редактирование работ, корректору Галине Заплатиной, а также и Юлии Ростовцевой – за прекрасную обложку, которую она сделала для сборника.

В сборнике «чёртова дюжина» сказочных реалистично-фантастических историй. Думаю, описывать их нет смысла. Лучше читать и наслаждаться фантазией авторов.

Друзья, спасибо за добрую атмосферу, внимание и доброжелательность во время проведения конкурса.

ЛУЧШЕЕ МЕСТО НА ЗЕМЛЕ

– Дерек, тормози! – закричала Энн. Нервы уже не выдерживали. Четвёртый час они колесили по этому покинутому даже собаками городу и никак не могли из него выбраться. – Посмотри на эту вывеску, я её помню, мы проезжали здесь как минимум дважды.

Дерек резко вдавил педаль тормоза, машину немного крутануло, и она встала прямо посреди перекрёстка. Он откинулся на водительское кресло и убрал потные руки с руля. Пот заливал глаза, обильно затекал во все складки тела. Но снять опостылевший костюм инопланетянина Дерек так и не решился. Тревожный маячок, расположенный где-то в районе мозжечка, не переставал мигать и предупреждать об опасности.

Слухи про мёртвый город ходили разные. После закрытия гиганта-автоконцерна тридцать лет назад понадобилось всего полгода, чтобы большая часть населения, собрав вещи, переехала в другие штаты. Ещё какое-то время здесь работали магазины, городская больница, и даже вывозился мусор. Но через год бывший мегаполис превратился в город-призрак. Это место осталось городом: например, до сих пор в автономном режиме работала ТЭЦ, дающая электричество фонарям, вывескам и светофорам. Дерек не удивился бы, узнав, что в зданиях по-прежнему тепло и уютно. Но в то же время город стал настоящим призраком – ни людей, ни животных. За три часа катания они не увидели даже крыс, завсегдатаев подобных мест.

Вот только голоса… Ему постоянно слышались голоса: живые, человеческие, понятные. Мать отчитывает нерадивого сына, задержавшегося после школы со старшеклассниками с дурной репутацией; старушка дрожащим голосом просит полисмена помочь перейти на другую сторону улицы; зычный рекламщик предлагает зайти в недавно открывшийся супермаркет и получить максимум от сногсшибательных скидок… Голоса были повсюду, и с наступлением ночи становились всё отчётливее и реалистичнее. Дерек не решался спросить у Энн, слышит ли она эти разговоры. Во-первых, девушка и так была на взводе, а во-вторых, он боялся услышать неправильный ответ и понять, что сходит с ума.

– Я больше так не могу! – Энн открыла дверь и вышла наружу. – Ты как хочешь, а я намерена избавиться от этого чёртова костюма. Мне осточертело выглядеть словно амазонка из «Города грехов». Я простая учительница старших классов. И все эти надутые выпуклости и прямые носы мне претят.

– Стой! – протестующе закричал Дерек. – Не смей. Посмотри вокруг: электричество работает, значит и уличные камеры могут быть активированы. После всего, что мы вынесли за последние сутки, ты хочешь попасться вот так просто?

Энн вскочила на капот автомобиля. Резко крутнулась на высоком каблуке вокруг собственной оси, не удержалась и приземлилась на крышу.

– Да о чём ты говоришь? Это ты посмотри вокруг. Этот город давно вымер. Здесь нет никого уже несколько десятилетий. Мы здесь одни.

От отчаяния Дерек постучал кулаком по крыше.

– Энн, остановись! – но девушку уже несло, истерика набирала обороты.

– Знаешь, что здесь осталось? Что я чувствую в затхлом воздухе? Разбитые надежды. Неудавшиеся жизни простых людей, ехавших сюда делать карьеры, но оставшиеся ни с чем, – Энн с шумом втянула носом воздух. – Запах пороха от револьверных пуль, которые отцы-банкроты пустили себе в лоб, получив уведомления о сокращении. Запах слёз матерей, которые после этого вынуждены в одиночку воспитывать своих детей. Этот город сожрал так много жизней и сделал это так быстро, что средневековой чуме впору обзавидоваться.

Надо что-то предпринять. Дерек судорожно соображал, но что делать дальше, не понимал. Они не спали уже больше суток, почти ничего не ели, а этот мёртвый город кружил их и кружил. Конечно, можно было бы оживить айфон и включить навигатор, но Дерек не делал этого по той же причине, по которой не торопился избавляться от костюма инопланетянина – боялся быть обнаруженным.

– Наша жизнь – полное дерьмо! – продолжала причитать Энн. – Мы живём с тобой в нормальном цивилизованном мире. Но чем наши судьбы отличаются от судеб миллионов людей, оставивших свои надежды в этом городе? Та же боль, те же страдания, та же безысходность, – она с яростью содрала с себя маску и принялась кусками вырывать силиконовый костюм.

Всё, хватит! Дерек резко распахнул дверь, вскарабкался на капот и влепил звонкую пощёчину своей спутнице. И через два удара сердца ещё одну – по другой щеке.

Энн задохнулась от возмущения, покраснела, попыталась ударить его в ответ. Дерек отвесил ещё одну пощёчину, но уже несильную, почти нежную. И тут же взял её за плечи и притянул к себе. Девушка сделала вялую попытку вырваться, но быстро сдалась и уткнулась ему в шею. Она заревела в голос. Слёзы скатывались по щекам и неприятно щекотали кожу.

Дерек монотонно гладил её по волосам.

– Ну ладно, пора заканчивать, – сказал он через пару минут. – Мы не довели свою миссию до конца. Подумай о Дэнни.

Энн попыталась взять себя в руки. Получилось не с первой попытки, но кое-как девушка собралась.

– Надо расслабиться и немного отдохнуть, – решил за обоих Дерек. – Пойдём со мной. – Он спрыгнул с капота и предложил девушке руку – Энн аккуратно спустилась. Спутники направились в сторону мигающей бирюзовой вывески, ставшей причиной их внезапной остановки.

Как и предполагал Дерек, под вывеской располагался небольшой бар со странным названием «Круги миллениалов». Он дёрнул дверь – не заперто. Сразу за порогом валялся какой-то древний мусор, но в целом в помещении царил порядок. Многолетняя пыль была не в счёт. Странно было бы увидеть в мёртвом городе натёртые до блеска бокалы и тщательно вымытый пол. Лампы под потолком давно перегорели, но диодные полоски на окнах, вдоль барной стойки и на стеклянных полках между бутылками достаточно развеивали сумрак, чтобы ориентироваться в помещении.

– Словно в каком-то неудачном нуаре, – пробормотал Дерек, сняв наконец-то опостылевшую маску. Он с интересом стал разглядывать ассортимент спиртного. Энн заняла один из крутящихся барных стульев и уронила руки на стойку.

Через пять минут Дерек присоединился к ней. В одной руке он держал бутылку вычурной формы, по-видимому, с виски, в другой – два пузатых стакана.

– Стаканы почистил, как мог, – улыбнулся он. – Остальное продезинфицирует спирт.

Дерек плеснул в оба стакана не глядя. Хозяев нет – можно не экономить.

– Давай за Дэнни! – предложил он. Стаканы звонко соприкоснулись.

Энн лишь немного пригубила виски и сразу скривилась – для неё напиток оказался крепковат. А Дерек залпом выпил до дна. Это было приятно. Он налил себе снова. И замешкался, не зная, какой ещё тост будет сейчас уместным. Его выручила Энн.

– Ты знаешь, – сказала она. – Я так и не сказала тебе «спасибо». Ни разу. Я промолчала, когда ты согласился на мою авантюру, не поблагодарила, когда ты разработал весь план. Наверное, сейчас – самое время.

– Принимается, – чокнулся с ней Дерек. – Хотя ты знаешь, что я не мог поступить по-другому. Мы хоть и сводные брат с сестрой, но после смерти родителей ты по сути и была моей семьёй. Как же я мог бросить тебя в такой ситуации? Как я мог бросить Дэнни? Помнишь, как ты пришла ко мне три месяца назад, боясь, что и я, последняя твоя надежда, откажу тебе? Но я ни за что на свете не отпустил бы грабить банк тебя одну.

Энн кивнула. Она помнила каждый кошмарный день за последние полгода. А ведь день, когда всё началось, был ярким и солнечным. Провожая Дэнни в школу и укладывая сэндвичи в его рюкзак, она и помыслить не могла, что через несколько часов её жизнь закончится.

Энн специально отправила Дэнни учиться в другую школу – чтобы не давать коллегам лишний повод для сплетен. Впрочем, оба комплекса находились на соседних улицах, и в случае необходимости она могла дойти до сына за считанные минуты. После того страшного звонка она добежала за пятьдесят четыре секунды…

Энн всегда строго-настрого запрещала своим ученикам пользоваться на уроках смартфонами. Самой себе же она делала послабление – отключала лишь звук. В тот день её подопечные сдавали тест, и в классе царила гробовая тишина. И настойчивое рычание виброзвонка показалось раскатом грома. Или ударами колокола. Колокола, который звонил по её жизни.

Чтобы не мешать ученикам, она вышла в коридор. Звонок не сдавался и продолжал звонить.

– Мисс Джонсон? – раздался в трубке учтивый голос. Она узнала его, это был директор школы Дэнни. – Вам нужно срочно прибыть к нам. Ваш сын упал в обморок, мы были вынуждены вызвать скорую помощь.

Дальше Энн слушать не стала. Дала «отбой» и полетела через дорогу. Через пятьдесят четыре секунды она была во дворе и пыталась справиться с душившими дыханием и слезами. Её Дэнни, её маленький мальчик лежал с закрытыми глазами на каталке.

– Что с ним? – закричала она. – Что с ним случилось? Ответьте мне, я прошу вас! Я требую!

Врачи скорой помощи ответить не смогли. Как не смогли распознать болезнь и доктора в больнице. Анализы и процедуры не давали точного диагноза. Через месяц Дэнни транспортировали в столицу, где собрался целый консилиум. Сыну не становилось хуже, но и в сознание он не приходил. Спустя ещё месяц Дэнни всё же диагностировали редкую генетическую болезнь. Требовалась операция. Срочная. И очень дорогая. Чем дольше её откладывать, тем меньше становилось у Дэнни шансов однажды открыть глаза.

Конечно, у одинокой школьной учительницы таких средств не было. В течение следующего месяца она обошла все общественные организации и фонды, организовывала сборы средств через интернет, просила кредиты в банках и пожертвования у богачей. Нельзя сказать, что все ей отказывали. Но для операции и последующего лечения требовалось больше денег. Намного больше.

Обо всех своих неудачах она рассказывала Дереку. Тот обычно выслушивал её молча, хмурился, но помочь ничем не мог.

Отчаяние всё больше овладевало Энн. Однажды вечером, бесцельно переключая каналы телевизора, она наткнулась на фильм об ограблении банка. Парочка безбашенных молодых людей с дерзостью очищала один сейф за другим. Вот тогда и родилась идея, как спасти Дэнни…

К её удивлению, Дерек не покрутил пальцем у виска, когда она рассказала ему об ограблении. Как и раньше, он нахмурился и попросил зайти через три дня. За это время он превратил её мысль в продуманный план.

Убегать с деньгами через мёртвый город тоже было его идеей.

– Это последнее место, где нас станут искать, – убеждал её брат. – Оставь глупые суеверия, там давно уже никто не живёт. Соответственно, нет лишних глаз, ушей и наручников. Мы всё сделаем быстро, никто ничего и не поймёт. Нам не нужны миллиарды, возьмём, сколько необходимо Дэнни – и свалим. Обратно проедем через мёртвый город. Да – лишний крюк, но зато заметём следы.

Два с лишним месяца ушло на подготовку. Небольшая неувязка вышла с костюмами, но пришлось брать, что есть. Амазонка из «Города грехов» смотрится всё же лучше, чем инопланетянин из древнего фильма Спилберга, думала Энн, вертясь перед зеркалом.

Ограбление банка прошло чётко, как по нотам. Пока два пожилых охранника пытались осознать произошедшее, пока оторопевший кассир судорожно нащупывал тревожную кнопку под столом, Энн с Дереком уже выбегали из здания с сумкой, полной наличных. Через пять минут они уже петляли по узким улочкам. Через пять часов они въехали в мёртвый город.

И вот тут их план дал первую трещину.

Она допила свой виски и подтолкнула стакан брату. Тот послушно налил на два пальца.

– Мы заблудились в этом чёртовом городе! – чётко произнесла Энн. – Глупо отрицать очевидное. Нам нужна карта. А для этого…

– Нет! – отрезал Дерек. – Мы не будем включать телефоны. Сигнал, пойманный отсюда, вызовет вопросы. А дальше размотать клубок не составит труда даже стажёру из полицейской академии.

– И что ты предлагаешь?

– Больше не кружить по темноте. Давай заночуем здесь. Мы больше суток на ногах, сейчас усталость сильнее нас. Нужно отдохнуть.

Энн встала с виски в руке и подошла к окну. Напротив, через улицу, мигала вывеска. Присмотревшись, она прочитала лаконичное «HOTEL». Аргументы Дерека были весомые: она, действительно, очень устала. Да и садиться за руль после виски, откровенно говоря, небезопасно.

– Хорошо, – повернулась она к брату. – Давай отдохнём. Напротив есть отель. Я займу любой приличный номер на четвёртом этаже. Как закончишь с бутылкой, приходи. Найди меня и занимай соседний номер.

– Почему четвёртый этаж? Если придётся убегать, то это не самый лучший выбор.

– Первые два – занимают магазины, на третьем, скорее всего, ресепшн. Так что я буду на четвёртом.

– Хорошо, я скоро приду.

…Через несколько минут Энн стояла перед лифтом. Её слегка пошатывало от выпитого алкоголя. Электричество в городе было, лифт работал. Она поднялась на третий этаж.

– Бинго! – Энн щёлкнула пальцами, увидев ресепшн. Она перегнулась через стойку и сгребла все имеющиеся ключи с бирками – чтобы не возвращаться.

Этажом выше располагались номера. Некоторые были без дверей, такие были ей не интересны. Инспекция продлилась недолго. В первом номере было разбито окно, во втором – не работал свет. А вот в третьем всё было в ажуре, даже вода бежала из крана. Правда, только холодная.

Впрочем, принимать душ Энн не собиралась. Она подошла к окну и одёрнула штору. Она не увидела бара напротив и их машины – номер выходил на другую сторону здания.

– Да и чёрт с ним! – раскинув руки, девушка рухнула на двуспальную кровать.

Она закрыла глаза, но сон упрямо не шёл. Мысленно поборовшись сама с собой, Энн достала смартфон. Дерек строго-настрого запретил его включать. Но ей нужно посмотреть на Дэнни. В палате сына была установлена камера, онлайн-трансляция велась в интернете круглосуточно.

– Всего одним глазком, – бормотала Энн, удерживая кнопку включения. – Без этого я не засну. А если я не засну, то не смогу завтра здраво соображать.

Смартфон загружался мучительно долго. Но вот яркая заставка сменилась не менее ярким рабочим столом – фотография Дэнни, здорового и полного сил. Энн задержалась на изображении, любуясь сыном, прежде чем зайти в сеть. В эту паузу выскочило уведомление – «1 новое письмо».

Она зашла в почту. Письмо было из клиники. Сердце застучало быстрее. Энн отогнала мрачные мысли, успокоила дыхание и только потом открыла письмо.

«Уважаемая мисс Джонсон!

Мы не смогли дозвониться до Вас, в последние двое суток Ваш телефон постоянно выключен. Также мы не смогли дозвониться до Вашего брата Дерека. Вы оставляли его номер как резервный на случай, если Вы не сможете ответить.

К сожалению, у нас больше нет контактов. При регистрации Дэнни в нашей клинике Вы оставили адрес электронной почты. Поэтому мне не остаётся ничего другого, как написать Вам сюда.

Вчера Дэнни стало хуже. Это первое изменение с тех пор, как он поступил к нам. Мы срочно сделали анализы, по результатам которых созвали совет. Наше общее мнение – Дэнни необходима была срочная операция, дольше тянуть было нельзя.

Вы не оплатили последний взнос за хирургию, но мы взяли на себя ответственность и решили оперировать. Операция длилась более семи часов. И, как нам показалось, прошла успешно. Однако спустя два часа Дэнни снова стало хуже. Сделать ещё одну операцию мы не успели. В процессе подготовки у Дэнни не выдержало сердце.

Поверьте, мисс Джонсон, мы сделали всё от нас зависящее. Примите мои искренние соболезнования! Мы надеемся, что после того, как Вы прочитаете это письмо, Вы незамедлительно свяжетесь с нашей клиникой, чтобы утрясти все формальности! Мы не бросим Вас в этот тяжёлый для Вас момент и обязательно Вам поможем!

ПРИМИТЕ… МОИ… СОБОЛЕЗНОВАНИЯ!

У ДЭННИ… НЕ ВЫДЕРЖАЛО… СЕРДЦЕ!

Энн раз за разом повторяла эти слова, опустошающие её душу. В этих словах заключался её собственный мёртвый город. Они обрывали её жизнь, безжалостно и равнодушно.

Она поймала себя на том, что не дышит. С шумом впустив воздух в лёгкие, она встала с кровати и подошла к окну. Дэнни мёртв. Всё было зря, чёрт побери! Энн осознала, что чувствовали люди, пожираемые этим городом. Вот теперь он поглотил и её сына. Нет смысла идти дальше и ей самой…

Девушка открыла приложение, загрузила камеру. Связь была плохой, так что пришлось подождать. Наконец, картинка появилась. Та же палата, те же приборы. Вот только койка пустая и аккуратно застеленная. Закричав, Энн швырнула телефон на кровать.

Она распахнула окно. На улице пошёл дождь. Энн подставила ладонь, набрала немного воды и умыла рукой лицо. Затем, не раздумывая, встала на низкий подоконник и шагнула наружу. Чёрный латексный костюм амазонки идеально слился с мокрой мостовой.

…Дерек допил бутылку до конца и почувствовал себя пьяным. Но по-другому нельзя, иначе стресс догрызёт его и без того дряхлое сердце. Он снова подошёл к стеллажу с виски, раздумывая, не выпить ли ещё. Поколебавшись, он решил взять бутылку с собой. Дойдём до кровати – там видно будет.

Повернувшись к выходу, он обнаружил раскрытую коробку с сигарами. Порывшись, Дерек обнаружил одну, не рассыпавшуюся в руках.

– Великая вещь – целлофан! – улыбнулся он себе под нос.

Он с удовлетворением втянул запах крепкого табака. Окинул взглядом лежащую на барной стойке маску, но решил оставить инопланетянина на месте. Кому придёт в голову искать её здесь?

На улице шёл дождь. Неприятно, но не смертельно. Перебежав через дорогу, Дерек вошёл в здание. Поднялся на лифте на четвёртый этаж.

– Энн! – позвал он. – Ты где?

Ответа не было. Скорее всего, сестра уже спит. Дерек стал заглядывать во все двери подряд, но Энн нигде не было. Он прошёл полный круг и начал заново. На этот раз его внимание привлёк смартфон, лежащий на кровати. Дерек узнал его: это был аппарат сестры.

В номере было холодно из-за распахнутого настежь окна. Почуяв неладное, Дерек подбежал и высунулся наружу. Не увидев ничего криминального, он закрыл створку. В помещении сразу стало уютнее. Он взял смартфон в руку – от движения загорелся экран.

– Ах, Энн, ну что ж ты делаешь? – покачал головой он. – Я же сто раз говорил: никаких телефонов.

Дерек знал пароль сестры и ввёл его. Тёмный экран сменился страницей электронной почты. Нехорошо читать чужие письма, но любопытство взяло своё.

Он прочитал письмо дважды. Потрясение было слишком сильным.

И тут вернулись заглушенные алкоголем голоса. Их было много больше, чем раньше. Они стонали, кричали, жаловались на свою жизнь. Дерек стиснул ладонями голову и закричал:

– Прочь! Идите прочь! Оставьте меня в покое!

Неожиданно грянула тишина. Не в силах поверить, Дерек разлепил уши, напряжённо вслушиваясь в окружающее пространство. И услышал тихий, но такой родной голос:

– Примите мои искренние соболезнования! В процессе подготовки операции у Дэнни не выдержало сердце. Что нам его извинения, да, мой мальчик? Зато теперь мы с тобой вместе. Здесь, в самом лучшем месте на Земле…

Дерек вытащил из кармана сигару, чиркнул зажигалкой и закурил.

У СМЕРТИ ПОД КРЫЛОМ

Удушье вползло в кровать, залезло под одежду. Я хотела проснуться и сбросить с себя сковавший тело страх, но не смогла. Силы оставили меня, как и надежда, на их место пришла апатия. Смрад стелился между стенами, впитывался в них, рисуя кружева на чёрных цветах плесени. Она расцветала на бетонной стене подвала, которая была влажной и липкой.

Голос дочери вернул меня в реальность. Она говорила во сне. Я медленно осознавала, что кошмар не приснился. Теперь это моя жизнь, и к этому невозможно привыкнуть.

Отец Кэрри давно уехал, бросив семью, когда дочке было три года. Я переехала к маме, и мы были счастливы, разделив на троих радость и невзгоды.

Теперь, когда малышка повзрослела и ей исполнилось восемь, она была в том возрасте, когда школа и друзья занимали всё свободное время. Помню, как Кэрри считала дни до начала учебного года.

Мы очень переживали за бабушку. Она странно вела себя, многое забывала, даже по мелочам. Я пыталась с ней общаться, как раньше. Переживала, что между нами рвутся нити, связывающие нас. Верила, что диагноз болезнь Альцгеймера – не приговор.

Моя знакомая доктор Зоуи Мартин предложила пройти обследование в клинике, находящейся в живописном месте Йеллоустоунского заповедника. Идея доктора Мартин была воспринята на ура не только мной, мама с удовольствием согласилась отправиться в небольшое путешествие из Пенсильвании в Вайоминг со мной и Кэрри.

Мы остановились в Шайенне и добираться до клиники решили на скоростном поезде. Кэрри обожала смотреть в окно, где проносился необычный для нас, жителей Нью-Йорка, пейзаж. Болтали о пустяках, с удовольствием уплетая картошку фри и хот-доги, маме нравилась поездка, а я верила, что если доктор назначит правильное лечение, ей смогут помочь.

Рядом с клиникой притаилась небольшая уютная гостиница для родственников, которая оказалась удобной и недорогой. Вокруг важно раскачивались высокие деревья с густыми кронами. Доктор Мартин проводила маму к главному врачу, а мы с Кэрри вышли в парк лечебницы. Ухоженный сквер, с множеством дорожек, цветочных клумб и со вкусом и знанием дела постриженных кустарников радовал глаз.

– Мам, тут так красиво! – восхищалась Кэрри, делая снимки на телефон. Рассматривая поющую малиновку и дрозда, бегая за бабочками, девочка смеялась, и я немного отвлеклась от грустных переживаний по поводу болезни мамы.