Модернизация специальностей в юриспруденции. Сборник материалов

Обзор второго координационного совещания руководителей диссертационных советов по юридическим наукам в Саратовской государственной академии права 23 мая 2011 г

По проекту новой номенклатуры научных специальностей по юриспруденции доклад был сделан председателем рабочей группы Н. А. Власенко, доктором юридических наук, профессором. В своем докладе он отметил следующее.

Проект новой номенклатуры специальностей обсуждался на первом совещании в Саратове (апрель, 2010 г.), где было принято решение вынести данный документ на рассмотрение юридической общественности[5].

В результате в рабочую группу ВАК поступило 14 заключений от ученых советов юридических вузов и научных учреждений России (в их числе ИЗиСП при Правительстве РФ, ИГП РАН, МГЮА, МГИМО(У) МИД России, РУДН, Всероссийская академия внешней торговли, Нижегородская академия МВД России, Уральская государственная юридическая академия и др.); заключение Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию законодательства; заключения от диссертационных советов, а также отзывы и предложения ведущих ученых и специалистов в области юриспруденции и должностных лиц (министров, губернаторов и др.). Всего около 76 документов.

По итогам рассмотрения поступивших заключений рабочей группой составлены предложения по внесению изменений и дополнений в номенклатуру специальностей научных работников по юриспруденции, которые сведены в таблицу; диссертационным советам и специалистам ведущих высших учебных и научных учреждений страны даны поручения подготовить расшифровку научных специальностей с учетом предлагаемых изменений.

Выступили И. М. Мацкевич, д-р юрид. наук, проф.; Н. П. Яблоков, д-р юрид. наук, проф.; Т. Е. Абова, д-р юрид. наук, проф. и др.

Принято решение продолжить работу по совершенствованию номенклатуры научных специальностей по праву.

СВОДНАЯ ТАБЛИЦА

предложений по внесению изменений в номенклатуру специальностей научных работников

в сфере юриспруденции

РАЗДЕЛ II

НАУЧНАЯ ДИСКУССИЯ О СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ДЕЙСТВУЮЩЕЙ НОМЕНКЛАТУРЫ НАУЧНЫХ СПЕЦИАЛЬНОСТЕЙ ПО ЮРИСПРУДЕНЦИИ

Рабочая группа экспертного совета ВАК на первом координационном совещании предложила обсудить проект изменений и дополнений в номенклатуру научных специальностей по праву. Дискуссия развернулась вокруг этих предложений. Предлагаем краткий обзор точек зрения и мнений.

Специальность 12.00.01 – Теория и история права и государства; история учений о праве и государстве. Предлагалось включить в состав специальности компоненты «сравнительное правоведение» (проф. Ю. А. Тихомиров), «информационное право». Предложения приняты не были.

Специальность 12.00.02. Действующая формулировка специальности 12.00.02 звучит следующим образом: «Конституционное право; муниципальное право». В ходе обсуждения предложений по внесению изменений в номенклатуру специальностей научных работников в сфере юриспруденции утвержден итоговый вариант формулировки специальности: «Конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право».

Как видим, при сличении действующей и итоговой формулировок, в специальность был добавлен компонент «конституционный судебный процесс».

Объединение конституционного и муниципального права с конституционным процессом в общую специальность является потребностью современной юридической науки по следующим причинам. В стране осуществляется конституционное судопроизводство, в связи с чем увеличивается число дел, рассматриваемых Конституционным судом РФ и уставными судами субъектов РФ, «что предполагает собой расширение процессуального характера конституционно-правовых отношений, нуждающихся в глубоком научном осмыслении». Объединение конституционного процесса с конституционным и муниципальным правом решит формальную задачу проведения существующей реальности в научную жизнь. «Конституционное право, муниципальное право являются родственными отраслями права, изучают государственно-правовую группу публичных правовых отношений, и отделить друг от друга общественные отношения, возникающие при реализации полномочий структур исполнительной власти, и исполнительно-распорядительных органов муниципальных образований не представляется реальным и соответствующим логике» (Академия ФСИН России).

Не отрицается тот факт, что конституционное судопроизводство стало неотъемлемой потребностью юридической практики. В исследованиях разного уровня большое значение уделяется сравнению особенностей конституционного судебного процесса с иными процессами – гражданским, арбитражным, уголовным. Требует особого осмысления влияние практики органов конституционного судебного контроля на развитие самых разных отраслей российского права, причем не только процессуальных. В зарубежных странах конституционный контроль осуществляется разными органами и в разных процессуальных формах. Из этого следует, что при проведении сравнительного анализа количество исследований в данной сфере будет только увеличиваться, что подтверждает необходимость включения данного направления в специальность 12.00.02. Наименование «Конституционный процесс» слишком широко (включает в себя все конституционные процедуры: процесс принятия и изменения Конституции, процедурные правила приобретения и прекращения гражданства, все парламентские процедуры и др). Более соответствующее название – «конституционный судебный процесс» (Уральская государственная юридическая академия).

Выделение же конституционного процесса представляется нецелесообразным по ряду причин. Реализация норм конституционного права происходит не только в рамках указанного процесса, но и в рамках всех иных юридических процедур, что исходит из верховенства норм Основного закона в российском праве. Помимо этого, не представляется возможным рассматривать конституционный процесс в качестве самостоятельной отрасли знания и области научного исследования, отграниченной от конституционного права. В этой связи «возникает вопрос о включении в название и административного процесса, который, несомненно, более сформирован как отрасль знания…» (Академия управления МВД России).

Другая точка зрения сводится к следующему. Необоснованным представляется введение конституционного процесса как отдельной специальности, поскольку такое понятие, как «конституционный процесс», науке неизвестно (А. Г. Лисицын-Светланов, ИГП РАН). Данная позиция подкреплена еще и таким аргументом: «Существует конституционное судопроизводство (а не конституционный процесс). В режиме процессуального производства рассматриваются те нормы, которые влекут конфликтные ситуации. Если нормы исполняются в режиме законности, они не относятся к процессуальным. Конституционное судопроизводство затрагивает только конфликтные ситуации. Раз нет единого для всех институтов процессуального порядка рассмотрения всех конституционных правовых норм, то нет и отраслевого процессуального права» (Е. И. Козлова, д-р юрид. наук, проф., МГЮА им. О. Е. Кутафина).

Необходимо отметить, что в ходе обсуждений относительно внесения изменений в содержание специальности 12.00.02 рядом специалистов поддерживалось предложение о включении компонента «административное право».

Специальности 12.00.03; 12.00.10. Дискуссионность вопроса об изменении научных специальностей 12.00.03 (гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право) и 12.00.10 (международное право; европейское право) предполагалась изначально. В рабочую группу при экспертном совете ВАК поступило самое большое количество предложений по этой проблеме от ученых советов юридических вузов, научных учреждений, диссертационных советов, ученых и специалистов в области международного публичного права, международного частного права и европейского права.

Изменение и совершенствование данных научных специальностей основывается на теоретической проблеме о соотношении международного публичного и международного частного права. Все представленные позиции можно свести к трем вариантам.

Согласно первому варианту международное частное право необходимо изъять из специальности 12.00.03 и переместить в специальность 12.00.10. Тем самым объединяются две научные специальности – международное публичное право и международное частное право. По поводу оставления или исключения европейского права из специальности 12.00.10 единства мнений не достигнуто (см. далее).

Аргументация сторонников первого подхода следующая. Сближение международного частного и международного публичного права в настоящее время происходит по многим позициям: по источникам права (международные договоры стали непосредственно устанавливать правила для юридических и физических лиц); по субъектам (юридические и физические лица приобрели качества правосубъектности в международном публичном праве). Наблюдается проникновение частных компонентов в такие традиционно публичные отрасли, как конституционное право, административное право, уголовное право, уголовно-процессуальное право. Включение в ГК РФ раздела «Международное частное право», предметом регулирования которого являются коллизионные правила, позволяет говорить о международном частном праве только как об аналоге гражданского права или как о его составной части (Г. В. Игнатенко, д-р юрид. наук, проф., Л. А. Лазутин, д-р юрид. наук, проф.).

В современный период развития мирового сообщества и мирохозяйственных связей невозможно провести четкое разграничение международных публично-правовой и частноправовой сфер – они взаимосвязаны и взаимоувязаны, т. е. наблюдается взаимопроникновение систем международного публичного и международного частного права.

Регулирование международных публичных отношений и международных частноправовых отношений базируется на одних и тех же принципах международного права. Субъекты международного публичного права, обладая суверенитетом в своих публичных действиях, не утрачивают часть его элементов и при участии в международных частноправовых отношениях: в частности, они обладают иммунитетами (судебным, собственности и пр.). С объединением международного публичного права и международного частного права удастся преодолеть наблюдаемое расщепление публичных субъектов на суверенов и частных лиц.

В отдельных случаях вопросы, являющиеся объектами диссертационных исследований, настолько объединены близостью публичного и частного правопорядков, что невозможно проводить исследование, не затрагивая какой-либо из этих правопорядков. Так, например, анализируя в диссертации правовое положение иностранцев в России (тематика международного частного права), нельзя обойти вопросы гражданства, въезда и выезда с территории РФ, соблюдения норм международных договоров и др. Несомненно требуется исследование и норм международного публичного права (зав. кафедрой международного права З. И. Воронина, Тюменский государственный университет).

Отнесение международного частного права к цивилистическим наукам (отстаивавшееся некогда Л. А. Лунцем), все больше подвергается сомнению в современном отечественном правоведении, поскольку такая квалификация расходится с действительностью. Дореволюционные специалисты в области международного частного права признавали его международно-правовую природу. Так, Ф. Ф. Мартенс указывал на объективную основу международного частного права – международное общение, т. е. широкое международное сотрудничество. А. Н. Мандельштам определял международное частное право как то, что «обеспечивает законам каждой страны сферу влияния, требуемую интересами международного общения». Необходимость междисплинарного подхода – один из главных вопросов современной юриспруденции. Применительно к развитию науки международного публичного права и международного частного права он выглядит закономерным и естественным, поскольку опирается на объективную основу – оформление международного сотрудничества посредством международных договоров и международно-правовых обычаев, без которых ни международное право, ни международное частное право развиваться не могут (С. Ю. Кашкин, зав. кафедрой Европейского права МГЮА, д-р юрид. наук, проф.).

Международное частное и международное публичное право взаимосвязаны «генетически и онтологически», отсюда любые попытки расчленения данных правовых явлений безуспешны, а разделение наук, изучающих соответствующие сферы, малопродуктивно. Присоединение международного частного права к международному публичному праву совершенно необходимо, поскольку одной из проблем правоприменения в России является практически полное пренебрежение международным правом. Причина этого заключается и в том, что включение международного частного права в гражданское законодательство РФ позволяет применяющим субъектам сосредоточиться на национальном законодательстве. Это ведет не только к фактическому игнорированию ч. 4 ст.15 Конституции РФ, но и к неисполнению международных обязательств РФ. Все большая часть современного международного права реализуется внутри государств, а обязательства, которые государства берут на себя, касаются не затрагивающих межгосударственные отношения актов, а документов, регулирующих положение иностранных и собственных юридических и физических лиц. Это особенно четко проявляется в таких быстро развивающихся отраслях международного права, как права человека или система правил ВТО. Поэтому можно утверждать, что публично-правовые обязательства государств реализуются в частноправовой сфере, что создает тесную неразрывную связь между международным публичным и международным частным правом (А. Я. Капустин, кафедра международного права РУДН, д-р юрид. наук, проф.).

Согласно второму варианту международное частное право следует оставить в специальности 12.00.03. Аргументация ученых, обосновывающих нецелесообразность перенесения международного частного права в специальность 12.00.10, следующая.

Международное частное право – это самостоятельная отрасль права, которая основана на частноправовом методе регулирования и развивается в системе российского законодательства. Данная концепция базируется на классических трудах в этой области юриспруденции И. С. Перетерского и JI. A. Лунца, согласно которым международное частное право рассматривается как область внутригосударственных отношений гражданско-правового характера в широком смысле слова, осложненных иностранным элементом.

Вопрос о развитии международного частного права в России связан не столько с международным публичным правом, сколько с развитием системы российского права, совершенствованием российского законодательства, обеспечивающим поступательное движение по пути экономических реформ. В этой связи было бы целесообразным принятие закона о международном частном праве.

Источником международного частного права является не только международный договор, но и национальный закон. Однако главное состоит в том, что международное публичное право и международное частное право регулируют различные правоотношения: первое регулирует межгосударственные отношения, второе – частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом. Международное публичное право и международное частное право тесно взаимодействуют, и общие начала международного публичного права используются и в международном частном праве. Однако международное частное право применяет институты и терминологию, закрепленные не публичным, а частным, в том числе гражданским правом (например, купля-продажа, аренда, лизинг, расчеты и др.). В силу теории трансформации, которая в настоящее время получила признание в российском законодательстве и отечественной доктрине, нормы международного договора, даже унифицированные, не имеют прямого действия на территории государства, а применяются в силу генеральной трансформационной нормы, какой является ч. 4 ст.15 Конституции РФ (Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ).

Международное частное право имеет предмет, субъекты, метод, функции, принципы, определяющие своеобразие международного частного права в качестве самостоятельной отрасли национального права и, соответственно, ее науки.

В силу особенностей самого предмета международного частного права (трансграничные частноправовые отношения, которые, благодаря наличию иностранного элемента, выходят за пределы одного государства и, следовательно, связаны с правом разных государств), международное частное право и его наука взаимодействуют, с одной стороны, с разными отраслями частного права (гражданского, семейного, трудового) и, с другой стороны, с международным правом. Взаимодействие с отраслями частного права определяется сущностной характеристикой предмета международного частного права как частноправовых отношений. Данное обстоятельство предопределяет и место международного частного права – в системе национального права разных государств, в том числе российского. Поэтому связь российского международного частного права с отраслями российского частного права, среди которых ведущую роль играет гражданское право, является сущностной и объективной, не зависящей от усмотрения тех или иных представителей российской науки. К этому следует добавить еще два объективных обстоятельства, характеризующих международное частное право (субъекты и источники) и его неразрывную связь с отраслями частного права. Субъектами международного частного права, равно как и других отраслей частного права, являются частные лица – физические и юридические. Государство может быть субъектом при условии, что его контрагентом будет выступать частное лицо; при этом государство выступает не как субъект власти, а как частное лицо (по аналогии к нему применяются правовые нормы, определяющие участие юридических лиц в этих отношениях, – п. 2 ст. 124 ГК РФ). Основными источниками, содержащими нормы международного частного права, является национальное законодательство – Гражданский кодекс РФ, Семейный кодекс РФ, Кодекс торгового мореплавания РФ и некоторые другие законы. О роли международных договоров будет сказано далее. Другая сторона международного частного права выражается в том, что оно регулирует не традиционные частные отношения, а только те, которые осложнены иностранным элементом, в результате чего они выходят за пределы юрисдикции одного государства, приобретают международный характер (более удачным термином представляется термин «трансграничный характер») и связаны с правом разных государств. Двуединая характеристика предмета порождает все юридические особенности международного частного права: функций, метода, принципов, механизма правовой регламентации, которые в совокупности с предметом обусловливают место международного частного права в качестве самостоятельной отрасли российского права, а не в качестве части гражданского, семейного или иной отрасли частного права. Точно так же наука международного частного права является самостоятельной отраслевой юридической наукой. Международность частноправовых отношений недостаточна для объединения науки международного частного права с наукой международного права. Обращает на себя внимание такой очевидный факт, что наличие иностранного элемента и связь с иностранным правом ни в коей мере не меняют саму природу трансграничного отношения как сугубо частноправового. Кроме того, иностранный элемент присутствует в сфере различных отраслей национального права: административного, финансового, гражданского процессуального, арбитражного и т. д. (в условиях углубляющейся глобализации иностранный элемент все чаще оказывается в сфере действия любых отраслей права).

Международные договоры действительно имеют определенное значение для международного частного права. Но это утверждение не отражает специфику международного частного права, оно справедливо и для других отраслей права, которые находятся под воздействием соответствующих международных договоров, включая даже конституционное право (нормы о правах человека исходят из международноправовых обязательств государства). Международные договоры с юридической точки зрения не являются источником национального права, в том числе и международного частного права. Международный договор устанавливает права и обязанности для договаривающихся государств и является источником международного права. В случае необходимости государства берут на себя международно-правовое обязательство обеспечить действие норм международного договора в национальной сфере. В России такой процесс обеспечивается Конституцией (согласно п. 4 ст. 15 «международные договоры являются составной частью ее правовой системы») и Федеральным законом о международных договорах 1995 г., согласно которому основной правовой формой придания международному договору юридической обязательности для России и для всех, кто находится под ее юрисдикцией, является федеральный закон о ратификации. Последний является источником как международного частного права, так и любой отрасли российского права, к сфере которой относятся нормы международного договора. Без закона о ратификации (в некоторых случаях других национальных актов) нормы международных договоров не будут иметь юридической силы в национальной сфере.

Объединение международного частного права с международным правом в одной научной специальности невозможно по объективным основаниям: предмет, субъекты, метод регулирования и механизмы регулирования международного частного права имеют частноправовую природу, в то время как эти же категории международного права носят публичный характер. Взаимоотношения между физическими и юридическими лицами всегда находятся под юрисдикцией государства, иногда нескольких государств и регулируются национальным правом. Международное частное право также относится к национальному праву. Вопреки своему названию единого для всех государств международного частного права не существует, поэтому под термином «международное частное право» имеется в виду российское международное частное право. Напротив, международное право носит вненациональный характер, применимо ко всем государствам и производным от государств субъектам.

Международное частное право не тождественно и гражданскому праву, а также другим отраслям частного права и занимает в системе национального права самостоятельное место в качестве его отрасли. В силу его специфики следовало бы отвести в Номенклатуре научных специальностей отдельную строку. При невозможности такого решения науку международного частного права возможно объединить только с системой частноправовых наук – 12.00.03, т. е. сохранить существующее положение (Г. К. Дмитриева, зав. кафедрой международного частного права МГЮА, д-р юрид. наук, проф.).

В международном частном праве удельный вес унифицированных актов (конвенций и соглашений) не является преобладающим. Основными регуляторами отношений являются нормы, установленные национальным законодательством участников гражданско-правовых отношений разной национальной принадлежности. В отличие от международного публичного права в международном частном праве весьма широко используется коллизионный метод регулирования. Основную специфическую проблематику международного частного права составляют коллизионные нормы как «нормы о нормах». Они тесно связаны с существом определенных отношений, поскольку это нормы не о нормах вообще, а о национальных нормах, устанавливающих правовой режим конкретных частноправовых отношений, прежде всего гражданско-правового характера.

Споры между разнонациональными физическими и юридическими лицами (преимущественно гражданско-правовые) решаются судами соответствующих государств либо международными коммерческими арбитражами и иными альтернативными методами. Разрешение споров между государствами осуществляется в ином порядке. В этих целях могут создаваться международные суды и (или) арбитражи, но на иной, чем коммерческие арбитражи, основе и в иных целях.