Модернизация специальностей в юриспруденции. Сборник материалов

Объединение в рамках единой специальности международного публичного права и международного частного права может привести к умалению роли международного публичного права как права, регулирующего межгосударственные отношения, а также вольно или невольно способствовать подкреплению показавших свою несостоятельность идей о включении в круг субъектов международного публичного права физических и юридических лиц.

В науке и профессиональной юридической практике соединение в одном лице специалиста одновременно и по международному публичному праву, и по международному частному праву столь же неординарно как, к примеру, специалист одновременно по уголовному и по гражданскому праву. Это обстоятельство создаст проблемы как при формировании, так и при функционировании диссертационных советов в случае осуществления предлагаемого объединения в единую специальность специальностей международного публичного и международного частного права (Институт государства и права РАН).

Предметом международного частного права как отрасли права и правовой науки являются частноправовые отношения. Единственной особенностью этих отношений является то, что один или несколько элементов (характеристик) соответствующего отношения связаны с иностранными правовыми системами. Однако это ни в коей мере не меняет саму природу соответствующего отношения как отношения сугубо частноправового. Между тем предметом международного публичного права являются прежде всего особые отношения между государствами (или их различными образованиями) как носителями соответствующей власти (суверенами), между ними и образованными ими международными организациями (как лицами, призванными выражать волю ее соответствующих членов как носителей указанной власти), а также между самими такими международными организациями. В этой связи уяснение проблем международного частного права и правильное их разрешение невозможно без использования наработанных в частном (прежде всего гражданском) праве конструкций и институтов.

В международном частном праве используется метод правового регулирования, присущий частноправовым отраслям права. Это не исключает существования в международном частном праве особых приемов правового регулирования, также иногда именуемых методами правового регулирования в международном частном праве, таких, например, как коллизионный метод или метод материально-правовой унификации. Однако существование особых приемов правового регулирования ни в коей мере не затрагивает существо основного используемого метода, характерного для частного права в целом, – метода диспозитивности, основанного на автономии воли частных субъектов (общеизвестно, что диспозитивность является одним из принципов как коллизионного метода, так и используемого в международном частном праве материально-правового метода). В международном частном праве автономия воли допускается в максимальной степени, поскольку субъектам права предоставляется возможность самостоятельно как определять (выбирать) право, применимое к возникающим в процессе их деятельности договорным отношениям, а также многим другим разновидностям частноправовых отношений, так и определять содержание своих отношений в случае использования для их урегулирования не коллизионного, а материально-правового метода. Очевидно, что международное публичное право исходит из совершенно другого подхода, который выражается в императивности регулирования отношений, подпадающих под сферу действия его норм: в большинстве случаев субъекты обязаны подчиняться выработанным императивным нормам (ius cogens) и не имеют возможности осуществлять самостоятельное регулирование.

Как и в гражданском праве, субъектами отношений, регулируемых нормами международного частного права, являются в подавляющем большинстве случаев физические и юридические лица. Государства и (или) международные организации, которые, согласно доминирующей в отечественной доктрине точке зрения, являются основными субъектами международного публичного права, выступают субъектами международного частного права исключительно в небольшом числе случаев, когда государство или международная организация заключает гражданско-правовой договор или вступает в иные частноправовые по своей природе отношения (гл. 5 ГК РФ).

С точки зрения признанного в отечественной и зарубежной науке разделения на систему международного права, с одной стороны, и на национальные правовые системы, с другой стороны, международное частное право, несомненно, относится именно к национальной системе права. Это наглядно подтверждается тем, что не существует некоего универсального или всемирного международного частного права – каждому правопорядку отдельного государства соответствует свое национальное международное частное право, которое формируется исходя из различных факторов, в том числе исторических и культурных традиций, уровня экономического развития, степени интегрированности государства в мировое сообщество, а также политики каждого государства, проводимой в сфере частного права.

Основополагающие принципы частного права (прежде всего, основные начала гражданского права, выраженные в ст. 1 ГК РФ) непосредственно используются и учитываются именно в рамках международного частного права, а не международного публичного права. Учет же некоторых принципов международного публичного права (например, принципа суверенного равенства государств) характерен в равной мере и для большинства иных отдельных национальных отраслей права (включая уголовное, процессуальное и т. д.). Тесная связь международного частного права с правом гражданским также подтверждается тем обстоятельством, что средства разрешения споров, используемые участниками отношений, регулируемых международным частным правом, идентичны средствам, которые используются в сфере права частного (национальные государственные и третейские суды с использованием принципов гражданского судопроизводства), и нетипичны для разрешения споров между субъектами международного публичного права (Совет при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства; В. Ф. Яковлев – председатель Совета, д-р юрид. наук, проф.).

Перемещение международного частного права в специальность 12.00.10 влечет за собой соединение в одной специальности частноправовой отрасли науки и публично-правовой. Между тем противопоставление публичного и частного права, служащих обеспечению соответственно публичных и частных интересов, известно науке еще со времен Древнего Рима и продолжает оставаться фундаментальным для отечественной и мировой юридической мысли и практики. Бесспорно, частное право и публичное право взаимодействуют (как и международное частное право с международным публичным правом). Однако это не влечет допустимость их отождествления и не стирает грани между ними. Предлагаемые изменения являются возвратом к методологическому подходу, который использовался в истории отечественного права в прошлом и отрицал важность разделения права на частное и публичное, тем самым тормозя развитие частного права. В свете сказанного объединение международного частного и международного публичного права в одной специальности не отвечает принципу обеспечения баланса частных и публичных интересов (данный принцип вытекает из Конституции РФ и многократно применялся Конституционным Судом РФ).

Понятие «международное частное право» часто критиковалось как неточное и искажающее истинную правовую природу охватываемых им правил. Вместо него предлагалось использовать иные понятия: международное гражданское право; правила применения иностранного права; право о коллизиях законов, право о выборе применимого права; частное право иностранных лиц; разграничивающее право и т. д. Предельно четко эту проблему описал Л. А. Лунц. В наименовании «международное частное право» слово «международное» имеет иной смысл, чем в наименовании «международное публичное право». Международное публичное право и является международным в том смысле, что оно регулирует отношения между государствами: термин «международное» является синонимом термина «межгосударственное». «Международное частное право» не есть «межгосударственное право», но оно – международное в том смысле, что регулирует отношения, выходящие за рамки правовой системы одного государства; отношения, в которых участниками являются физические и юридические лица, принадлежащие к разным государствам; отношения лиц, вытекающие из международного общения, международной жизни. Соответственно, можно предположить, что если бы в русском юридическом языке утвердился бы, например, термин «часть гражданского права, регулирующая отношения с иностранными элементами», то тогда предлагаемые изменения вряд ли бы могли иметь место (А. А. Костин, зав. кафедрой международного частного и гражданского права МГИМО (У) МИД России, проф.).

Практически во всех странах мира международное частное право объединяется скорее с гражданским и торговым правом, нежели с публичным правом. Разный предмет, разные источники, разный порядок применения, неодинаковые правовые последствия. Возвращение российской правовой науки к уже пройденному этапу научнодифференцированного правового исследования и обучения будет лишь шагом назад в развитии российской правовой науки и практики (Л. М. Энтин, научный руководитель магистратуры Института европейского права при МГИМО (У), д-р юрид. наук, проф.).

Позиция о неприемлемости разделения специальности 12.00.03 неоднократно высказывалась в документах, поступивших уже в 2011 г. Так, Совет при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства счел неприемлемым и научно неоправданным разделение специальности 12.00.03 на две самостоятельные специальности (12.00.03 – Гражданское право; семейное право; жилищное право; и 12.00.04 – Предпринимательское право; корпоративное право; энергетическое право). Совет счел невозможным согласиться с предложением о выделении специальностей «жилищное право» и «корпоративное право» и их включения в специальность 12.00.04. Кроме того, по мнению Совета, принятие предложения о выделении корпоративного права приведет к необоснованному исключению из предмета гражданско-правовых исследований статуса юридических лиц и его ограничению отношениями с участием граждан. По поводу специальности «Жилищное право» отмечено следующее: «…последнее, как известно, никогда и никем не рассматривалось в качестве самостоятельной отрасли права, будучи комплексной отраслью законодательства, сочетающего в себе публично-правовое и частноправовое регулирование, разнородное по своей юридической природе. Гражданско-правовая наука традиционно занималась изучением договоров жилищного найма и иных обязательственных отношений по использованию жилых помещений, тогда как вопросы правового режима жилищных фондов, учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, установления тарифов на оплату жилья и коммунальных услуг, контроля за использованием по назначению и сохранности жилья и аналогичные им составляют предмет административного права (12.00.02). На таком подходе основан и действующий Жилищный кодекс РФ, закрепляющий в своих нормах правовое регулирование разнородных общественных отношений».

Совет подтвердил свое отрицательное отношение к выделению из специальности 12.00.03 составляющей «международное частное право» для ее последующего включения в специальность 12.00.10 – Международное публичное право; европейское право. Согласно аргументации Совета, «взаимодействие национальных правовых систем в сфере частного и в сфере публичного права само по себе не может приводить к однородности природы соответствующих отношений и, как следствие, к расширению предмета регулирования той или иной отрасли права». Кроме того, было подчеркнуто: «Международное частное право относится к национальной системе права. Это подтверждается тем, что не существует некого “универсального” или “всемирного” международного частного права – каждому правопорядку отдельного государства соответствует свое национальное международное частное право, которое формируется исходя из различных факторов, в том числе исторических и культурных традиций…» – и далее: «… сотрудничество государств в рамках унификации не может быть воспринято как в качестве обоснования объединения рассматриваемых дисциплин в рамках одной специальности Номенклатуры в силу того, что процесс унификации на сегодняшний день является фрагментарным и не получил широкого распространения в большинстве стран».