Семь дней Дженни

– Как тебе он, Джек?

– Красивый, очень даже. Знаешь его название?

– Хризантема. Мне они тоже очень нравятся и к тому же они не особо прихотливые. Но если хочешь, то посмотри еще что-нибудь. Здесь как раз целая полка с цветами, которые можно выращивать дома.

Я осмотрел остальные цветы. Некоторые из них были уже завядшими, некоторые обладали слишком ярким цветом, который никак бы не сочетался с общим видом моей комнаты. Разве что цветок с названием "Глориоза" гармонично подходил к моим обоям. Да, в целом он выделялся на фоне всех остальных, но и стоил ощутимо дороже. В итоге, посовещавшись, нами было принято решение взять Хризантему. Девушка-консультант попросила подождать одну секунду и удалилась в комнату, находившуюся за кассой.

– Дженни, я на полке заметил один цветок. Гло-ри-оза. Конечно сложное у него название, но меня больше поразила его цена. Он стоит как пять билетов в театр. Интересно, почему он такой дорогой?

– А ты посмотри, как он отличается от других, – Дженни взяла горшок в свои руки, и её длинный пальцы коснулись стебля. – Взгляни на его лепестки. Правда, они очень похожи на пламя костра? Такой вид завораживает. Да и за этими цветами очень сложного ухаживать, к тому же они безумно редки.

– Первый раз вижу, чтобы цветок производил на кого-то такое сильное впечатление. Он является твоим любимым?

– Не знаю. Наверное, у меня нет явного фаворита, но он очень красив и необычен. Ты не представляешь, на сколько они уникальны и редки. Это первый магазин, где я его увидела.

Через несколько минут пришла девушка, державшая в руках горшок с одиноко стоящим стеблем посередине.

– Извините, а где, собственно, сам цветок? – озадаченно спросил я.

– Так всему своё время. Со временем он распуститься. Как раз сейчас самое время у хризантем, буквально нужно подождать пару недель.

– А, то есть пока я отдаю деньги за горсть земли и палку? В целом хорошее вложение на перспективу. – Я старался сказать это тонном преподавателя, которому студент не сдал зачет, и тот хочет отправить его на пересдачу. Но тут Дженни отдернула меня за рукав и тихо сказала, что лучше брать еще не распустившиеся цветы.

– Ну хорошо, как скажете. Надеюсь, он распуститься к лету. Цветок является подарком моему дедушке, которому так одиноко. А я как раз хотел его хоть красивым цветком порадовать. Поймите меня правильно, я ни хочу вести ему палку в копанную в землю, но благо хоть не в форме креста.

Дженни закрыла рот рукой, скрывая улыбку. А тем временем покрасневшая девушка консультант положила нам горшок с цветком в пакет, и мы покинули магазин. С неба уже во всю падали капли наступившего дождя. Мы встали под железную крышу, которую периодически шатало от порывов ветра.

– Возможно, моему деду не понравилась, как я приплел его к своей шутке.

– Тогда лучше поскорее укрыться в помещении, пока в нас не прилетела молния. Вот только где можно спрятаться?

– Если к этому цветку больше ничего не нужно, например, удобрений, то давай пока пойдем ко мне домой. Как раз не далеко и мы должны успеть до грозы.

– Хорошо, пойдем тогда быстрее.

Мы взялись с Дженни за руки и побежали по сырому асфальту к моему дому. Цветочный магазин находился на границе между старым и новым районами. Поэтому уже через несколько минут нам стали встречаться дома, похожие на тот, где я живу, только все равно каждый из них чем-то отличался друг от друга. Например, количеством этажей, цветом фасада, а некоторые уже были заброшенные, и только в паре квартир горел свет. На пути нам также встречалось много деревьев, достаточно ухоженных, будто в каждом доме живет своя миссис Лара, следящая за местным садом. В целом наш район является самым зелёным во всём городе. Меж тем дождь усиливался. Длинные волосы Дженни развивались на ветру и словно черным хвостом бежали вслед за нами.

Дверь в подъезд дома всегда открыта. Вбежав в неё, мы оказались в темном подъезде. Дождь изрядно успел нас промочить, и в этот момент я сильно пожалел о том, что не догадался взять зонт. Такая необходимая вещь, как зонт, почему-то часто забывается. Из-за темноты в подъезде мы постоянно запинались, пока поднимались по лесенкам. Ещё подошва намокла, и я боялся поскользнутся и упасть вместе с Дженни. Дверной замок входной двери поворачивался с большим трудом. Прошлые жильцы еще при первом показе квартиры советовали мне его заменить. Причем они говорили, что лучше это будет сделать как можно скорее. Но пока я откладываю это дело и рискую в один прекрасный день остаться в подъезде. Хотя и такой вариант маловероятен, поскольку можно будет пройти через балкон мисс Розы.

– У тебя такой интересный запах в квартире, словно мы находимся в музее. Он чем-то напоминает запах старых вещей, но при этом он необычайно свежий.

– Может, это связано с тем, что на улице идет дождь?

– Нет, в этом и дело, что он всегда такой и это так необычно. Главное, не подумай ничего плохого. Мне очень приятен этот запах.

– Я уже привык к нему и даже не ощущаю. – Правда, непонятно, что имела ввиду Дженни. Надеюсь, не то, что у меня дома воняет старьем? Я заметил, что с волос Дженни капает вода. Учитывая, как она легко простужается, нельзя дать ей замёрзнуть.

– Дорогая, тебе нужно вытереться, а то ты простынешь. Уже был случай, когда мы промокли под дождем, а на следующий день оба лежали с температурой. Проходи пока на кухню, а я схожу за полотенцем. – Дженни дрожала от холода, туш под глазами растеклась, и создавалось впечатление, что это следы слез, а не дождя.

Зайдя в ванную, было хорошо слышно, как дождевая вода спускается по трубам. Иногда складывается ощущение, что стены здесь сделаны из картона, ведь они настолько тонкие, что даже условная мисс Роза при желании может просверлить глазок в стене. Я нашел большое белое полотенце. Сам его использую редко. Даже вспомнить не могу, зачем покупал его, ведь мне хватает и маленького синего. Из кухни доносился свист закипающего чайника. Дженни сидела на стуле, когда я аккуратно, со спины укутал её плечи полотенцем.

– Какое мягкое полотенце! Откуда у тебя оно?

– Ты не поверишь, но я только что задавал себе этот вопрос. Может, оно здесь осталось от предыдущих хозяев? Главное, вытирайся быстрее, пожалуйста. К сожалению, не могу предложить тебе фен, но вот тёплый чай с удовольствием сделаю, хоть и без сахара.

– Спасибо, Джек. А тебе самому-то не холодно?

После слов Дженни я заметил, что с моей руки падают капли воды. Да и футболка промокла, даже ни смотря на то, что была под бомбером. Про волосы и говорить не стоит. Оказалось, придя с улицы, я сам еще не вытирался.

– Мне, правда, не очень-то и холодно. В последнее время из крана льет ржавая вода, поэтому хорошо, что хоть под дождем у меня получилось ополоснуться.

Кухню освещал старый, как и всё в этом доме, светильник. На стенах были наклеены белые обои, которые отходили от стены ближе к потолку. Проблема заключалась в том, что когда я их клеил, то до верха мне было тяжело дотягиваться, а стремянки попросить было не у кого. Голубые глаза Дженни блестели от света ламы. Дрожащими руками она держала кружку и аккуратно отпивала, чтобы не обжечься.

– Когда я прихожу к тебе в гости, – начала Дженни, – то как будто попадаю в другой мир, и ничего не существует, кроме этой квартиры. И мне кажется, что за окнами находится пустота. Чувствую себя очень спокойно. Но дело не только в квартире, а в большей степени в тебе.

– Ты можешь оставаться здесь столько, сколько хочешь. Когда тебя нет, то я чувствую себя очень одиноко. Но с твоим появлением всё меняется, и эти старинные вещи начинают новую жизнь. Да и не только вещи.

– Очень хочу у тебя остаться навсегда. и думаю, скоро так и будет. Но ты понимаешь, что я должна ухаживать за мамой. Потерпи, осталось не так долго. И кстати, когда я к тебе перееду, то мы весь балкон заселим цветами. самыми разными.

– Я выкуплю всю партию глориозы. Но главное, не увлекайся сильно садоводством, а то станешь как моя соседка сверху.

– Миссис Лара?

– Бинго!

– Прекрасно, что хоть сад у неё есть. Единственное утешение в её тяжелом мире. Мне жаль Лару. Может, как-нибудь поговорим с ней?

– Согласен. К тому же сегодня утром я разговаривал с её мужем. На самом деле он очень её ценит. Но мне кажется, что миссис Лара этого не знает. Потому что у него не хватает смелости сказать ей о своих чувствах. И она вечно гадает, почему Алевтин стал пить. Возможно, если мы скажем, что дело не в ней, то ей станет легче?

– Некоторые бы посчитали, что мы лезем с тобой не в свое дело. Но я думаю, что стоит её об этом сказать и желательно в ближайшее время. Ты же знаешь, лучше ничего не откладывать на потом.

– Да! Сделаем это как можно быстрее. Миссис Лара каждое утро работает в саду одна. В это время с ней и можно будет поговорить.

Дождь градом бил по стеклу. В комнате почувствовался запах вишневых сигарет. Это мисс Роза вышла на балкон. Дженни попросила закрыть форточку. Она не переносила запах табачного дыма. Пока я шёл к балконной двери, то заметил, как отречено Дженни смотрит в окно. Я чувствовал, что ей грустно, вот только в чем проблема, понять не мог.

– У меня есть вино. Может, ты хочешь выпить? – Предложил я в надежде, что это развеет грусть.

– Нет, спасибо, Мне сейчас не хочется пить. Если ты не против, можно я пока прилягу?

– Да, конечно. Но, Дженни, с тобой точно всё в порядке? Вижу, ты чем-то расстроена?

– Все хорошо, правда. Просто очень устала, наверно из-за того, что плохо спала сегодня. Но это пройдет.

– Точно? Знай, если ты хочешь о чем-то поговорить, то я всегда тебя выслушаю.

– Правда, Джек. У меня всё хорошо.

Хоть Дженни и сказала, что у неё все в порядке, но я понимал, что есть некая мысль, которая её гложет. Глаза всегда выдавали её истинное настроение.

– Как скажешь. Тогда пойду тебе расстелю.

– Нет. Просто дай мне плед. Я лягу на диване. Но у меня есть просьба, пожалуйста, будь со мной.

– Конечно же, буду! Куда я уйду? Ты всё ещё думаешь, что пока ты спишь, то я побегу к мисс Розе?

Дженни ничего не ответила, а только легонько улыбнулась. А я тотчас же сходил и принес теплый плед. Дженни легла на диван и, положив голову мне на коленки, постепенно заснула. Я долго сидел и не отрываясь смотрел на неё. Нет в мире более прекрасного человека, чем она. Мне часто хочется высказать Дженни, как сильно я её люблю, сказать, что она самое ценное, что у меня когда-либо было и на сколько изменилась моя жизнь, когда она в ней появилась. Я готов смотреть на неё часами, не отрываясь. Мне нравится, как капает с её длинных волос дождь, как она дрожит от холода, как она внимательно выбирает цветы. Но при этом сама является самым ярким цветком, который никогда не увянет. Но сейчас Дженни спит и ей снятся волшебные сны. А у меня очень сильно затекли ноги, но я продолжал смотреть на неё и старался не шевелиться, чтобы не нарушить её дивный сон. Скорее всего, Дженни расстроена из-за ситуаций с мамой. Она не успокоится, пока мама полностью не поправится. И самое худшее, что я никак не могу сделать так, чтобы она поскорее выздоровела. Только могу поддерживать Дженни, что и делаю из-за всех сил. Часто задаюсь вопросом, как за семь месяцев она стала для меня на столько близким человеком? Ближе, чем кто-либо и как я смог полюбить человека за семь месяцев такой сильной любовью, которую не испытывал никогда и ни один человек?

Я тихонько положил её голову на подушку и аккуратно закрыв входную дверь, вышел на улицу. Дождевые тучи постепенно рассеивались, но на улице было еще очень сыро. Из-за чего я несколько раз наступил в лужу, пока шел до цветочного магазина. За кассой стояла всё та же девушка консультант. Она предупредила, что до закрытия остается десять минут и что мне нужно поторапливаться. Мне кажется, сначала она подумала, что я хочу сдать обратно свою хризантему. Но моя просьба её изрядно удивила.

– Горшок с Глоризой, пожалуйста. Только на этот раз уже с распустившимся бутоном.

– Вы уверены? Вы внимательно ознакомились с данным товаром? – Девушка намекала на цену и что может я не обратил на это внимание. Но мой ответ был убедителен. И когда она провела горшок с цветком через кассу. То протягивая ей нужную сумму. Я прекрасно понимал, что это довольно большие деньги и что в этом месяце мне придется изрядно экономить. Но как сказала Дженни: "Нельзя ничего откладывать". Этот цветок принесет ей больше счастья, чем мне эти деньги. Перед уходом девушка переспросила меня:

– Вы точно знаете, как ухаживать за таким видом цветов?

– Разберусь, – уверенно ответил я и закрыл дверь магазина.

Когда я вернулся домой, то Дженни сидела на диване и пыталась включить телевизор с помощью пульта.

– Он не работает. Включить можно, только если нажать кнопку на самом телевизоре.

– Почему ты ушел? Ты же сказал, что будешь рядом. – Сначала мне показалось, что Дженни шутит, но голос у нее был напуганный, будто я испарился внезапно и при этом на очень долго.

– Прости. Не думал, что тебя это так напугает.

– Но ты же обещал, что будешь со мной. Не делай так больше. Я правда испугалась.

– Хорошо, но я знаю, что может тебя приободрить. У тебя же дома есть все необходимые инструменты и книги по уходу за редкими растениями?

– Да, – неуверенно сказала Дженни. – Но почему ты спрашиваешь?

– Это тебе, любимая, – Я протянул пакет с горшком глориозы. Дженни очень аккуратно его взяла и, посмотрев внутрь, чуть не выронила из рук. Неожиданно на её глазах выступили капли слёз, из-за чего они стали еще сильнее сверкать от света лампы.

– Как правило, подарки дарят, чтобы человеку стало лучше, а не для того, что он плакал. – Попытался я поднять шуткой настроение Дженни, но резко она сделала шаг в мою сторону и, обняв, крепко прижалась к моему плечу.

– Это ведь так дорого. Я этот цветок раньше видела только в книгах по биологии, а сегодня, увидев первый раз вживую, и ты даришь его мне. Джек, почему?

– Какой странный вопрос. Просто хотел, чтобы тебе стало лучше. Я видел, что тебе сегодня тоскливо, и подумал, что это может исправить ситуацию. Но ты, наоборот, начала плакать. Поэтому придется сдать подарок обратно в магазин.

– Это слезы радости. Для меня это очень трогательно. Даже не знаю, как тебя благодарить. Спасибо, спасибо огромное.

– Главное, что тебе стало лучше. Теперь ты поставишь этот цветок в комнате, и он будет всегда обо мне напомнить. А я поставлю хризантему у себя. Этот цветок будет ассоциироваться с тобой.

Дженни достала глориозу из пакета и увлеченно рассматривала её. Ни уж то один цветок может доставлять столько эмоций?

– Джек, для меня этот подарок много значит. Я не устану тебя благодарить за него.

– Просто будь счастлива, любимая. Для меня это самое важное.

Ближе к десяти часам вечера мы вышли на улицу и отправились в сторону дома Дженни. Наш путь пролегал по старой дороге, покрытой гравием. Только успокаивающий шелест листьев деревьев и лучи солнца, выглядывающие из-под туч. Но вдруг неожиданно из-за угла, прямо нам на встречу вылетел автомобиль зеленого цвета. Промчавшись рядом, он едва ли не облил нас водой из лужи. Странно, – подумал я, – первый раз вижу подобный авто, тем более в таком районе. Да и водитель безумец, по мокрой дороге нестись с высокой скоростью. Здесь же в легкую можно разбить всю подвеску или не дай бог сбить кого-то. Его беспечность вызвала у меня сильную злость. Вот с удовольствием бы объяснил ему правила дорожного движения. Водителю еще сильно повезло, что ни одна капля из лужи ни попала на одежду Дженни.

Проходя мимо парка, мы обратили внимание, что в него стали постепенно возвращаться люди. Но в основном это были хозяева с собаками. Хотя и по правилам выгул домашних животных в парке запрещен. Вскоре тучи рассеялись, и небо стал озарять яркий оранжевый закат. Большой плюс в дожде, так это то, что после него наступают такие триумфальные закаты.

Пройдя территорию парка, нам встречались всё более новые дома. Один выше другого. Сама Дженни живёт на десятом этаже. В моём доме всего их пять, поэтому, когда я бываю у неё в квартире, то мне кажется это невероятной высотой. Наши районы тоже сильно отличаются друг от друга. Магазины в каждом доме, различные кафе и практически нет мусора. Здесь даже находится баскетбольная площадка с резиновым покрытием, при чем независимо от времени суток, на ней всегда играют какие-нибудь ребята. Наш город – это город контрастов. Всего тридцать минут ходьбы и попадаешь в другую эпоху.

– Получается, ты бравый рыцарь эпохи Возрождения, – с улыбкой сказала Дженни.

– Ну, надеюсь, что дом, в котором я живу, не настолько старый. Скорее всего, мне подходит быть солдатом гражданской войны.

– И каждый вечер вы бы пили ром с Итаном и хвастались своими подвигами.

– А также соревновались за сердце мисс Розы.

Перед тем как попрощаться, мы очень долго обнимались. Это была наша традиция. Причём никто не хотел её прерывать, и объятия занимали около десяти минут. Люди проходят мимо и смотрят на нас. Наверно, думают, что мы прощаемся на очень долгое время. Хотя мы увидимся уже завтра или как максимум через день – два. На прощание Дженни попросила, чтобы я обязательно написал ей, как приду домой. А также отправлял сообщения во время дороги, иначе она будет очень волноваться.

– Буду ждать нашей следующей встречи. Когда ты только уйдешь, то уже начну скучать.

– Если бы ты знала, как я скучаю, когда тебя нет рядом. И как мне хочется, чтобы ты была постоянно со мной.

Мы снова обнялись. Дженни еще раз поблагодарила меня за подаренный цветок и сказала, что поставит его в квартире на самое видное место. Как же мне не хочется, чтобы она уходила. Я уже говорил, что в скором времени мы снова увидимся. Буквально через день, два. Но какими долгими будут эти дни? Дженни закрыла дверь в подъезд. Я проследил, чтобы следом за ней никто не зашел, и только тогда отправился домой. Стоило пройти мне пару десятков метров, как почувствовалась сильная усталость. Давно замечаю, когда Дженни рядом, я могу пройти сотни километров. А без неё уже через несколько метров ощущается тяжесть в ногах.

В вечернем парке уже не осталось хозяев собак, только пьяная компания пела песню под гитару. Ну а старый район был как всегда тих. Люди в возрасте раньше ложатся спать, но при этом раньше других просыпаются. Заброшенные дома в сумерках казались особенно жуткими. Проходя мимо них в такое время, всегда ускоряю шаг и стараюсь не смотреть в их сторону. Хотя в детстве мне очень нравилось исследовать заброшенные здания. А сейчас мне страшно даже приближаться к ним. Почему с взрослением я стал трусливей? Подходя к дому, на телефон пришло сообщение. В нём Дженни отправила мне фотографию, как на её столе стоит мой сегодняшний подарок. Она и правда поставила его на самое видное место. В ответ я отправил изображение улыбающегося сердечка.

Свет в моем доме горел только в квартире сержанта Итана. Или какое у него было звание в армии? Интересно, почему он не спит? Может, ставит ещё всякие разные прослушки на мою квартиру? Но не беда, в холодную войну могут играть и двое.

В подъезде уже несколько лет было отключено электричество. Поэтому я постоянно запинался, пока поднимался на свой этаж. Страшно подумать, что случится, если Алевтин не успеет вернуться домой до прихода темноты. Если и так, то это будет для него целая полоса непреодолимых препятствий. Главное не наступи на него, Джек.

Ключ с трудом повернулся в замочной скважине. И стоило мне только зайти в квартиру, как тут же в воздухе почувствовался гранатовый запах духов Дженни. Он оставался приятным отголоском сегодняшнего дня. Не хочу, чтобы этот запах выветривался из квартиры. Укрывшись пледом, мне вспомнилось, что я забыл купить сахар. Постараюсь сделать это завтра утром. Главное просто не лениться сходить до магазина, но и в случае чего мисс Роза никогда мне не откажет и поделиться сахаром, солью, сигаретами. Последнее, что я сделал перед сном, так это написал сообщение Дженни о том, как сильно её люблю и пожелал спокойной ночи. Закрыв глаза. В голове была приятная мысль, что сегодня был прекрасный день. Да, собственно, как и любой день, проведённый вместе с Дженни.