Потеряшка. Дикие земли Лаори

Глава 1.

Я сидел и смотрел на город внизу. Уступ на скале позволял мне удобно расположиться, а бинокль – наблюдать за городом с безопасного расстояния. Город хоть и не впечатлял размерами, но его архитектура, вычурная и величественная одновременно, с крепостной стеной и высокими дворцами, устремлявшимися вверх остроконечными башнями и с развевающимися на них полотнищами знамен, наводила на определенные выводы об уровне развития его обитателей. И этот город был обитаем. По улицам передвигалась целая масса существ, отсюда с верхотуры, выглядевшая как потревоженная стайка муравьев. В мой бинокль, с восьмикратным увеличением, видно было достаточно, хотя и далековато все-таки. Бинокль у меня замечательный, БПЦ5 8х30 made in USSR 1981 года выпуска, случайно купил его еще в прошлой жизни за тридцать евро на блошином рынке в Будапеште. Настоящая, правильная вещь, еще советского производства, легкий, компактный, да и картинку хорошую дает, что для полевых условий, на мой взгляд, оптимальный вариант.

Ближе к городу подходить я опасался, итак, был удивлен, что на таком расстоянии от него, пусть даже и на скале, тем более на скале, нет никакого секрета или хотя бы простого стационарного поста от защитников города. Вроде бы это элементарное требование безопасности. Но что я знаю о жителях этого города? Ничего. Может оно им и не надо? Значит и мне не судить. «Погоды стоят шикарные», солнечно, редкие облачка разбросаны по небосклону. Старшая луна передвинулась ближе к западу, а вот Светило располагалось прямо в зените. День близится к своему апогею, а я все еще сижу и любуюсь городом. Все лес да звери, а тут все-таки первые следы цивилизации, встреченные мной на этой планете. Город был великолепен, невероятно красив. В лучах Светила переливались разноцветьем крыши жилых и административных зданий, купола храмов величаво отсвечивали серебром, множество флагов, как на крепостной стене, так и на башнях, да и просто на зданиях, развевались на ветру.

Флаги были, как и крыши разнообразной расцветки, а вот на самой большой башне, самого крупного замка, и на его нескольких меньших башнях-сателлитах, развевалось желтое знамя, с каким-то рисунком в центре, который с этого расстояния мне не удавалось рассмотреть. В центре города, как раз напротив этого замка располагалась огромная площадь, обрамленная по окружности явно торговыми рядами, посереди которой стоял памятник, поставленный скорее всего какому-то правителю этих земель. Он восседал на животном, напоминающем лошадь, держа в одной руке копье, а в другой религиозный символ. Такие же символы, в виде простого прямого креста в круге, возвышались и над зданиями, которые я идентифицировал как храмы. От площади отходили, словно лучи, пять крупных улиц, направляясь видимо к основным воротам города, или просто к крепостной стене, и между ними было неисчислимое число маленьких и не очень улиц, улочек и переулков. В целом город напоминал рисунок лабиринта, только раскрашенный в разноцветные цвета крыш. Крыши здесь были всех цветов и расцветок, видимо местные мастера умели придать черепице любой желаемый им цвет, а жители города не стеснялись в выборе цвета крыш для своих домов. А возможно их цвет говорил о принадлежности владельца дома к тому или иному роду, если подбирался по аналогии с расцветкой шотландских килтов на Земле.

Глядя на город, я постоянно щурился от переизбытка цветов и красок. Мне нравилось такое цветовое безобразие, так как на мой взгляд это говорило о том, что жители города не зациклены на только лишь пропитании, но и много времени и средств уделяют эстетической составляющей своей жизни. Все это вселяло оптимизм, так как я здесь уже больше двух месяцев гуляю, и только теперь увидел, что на этой планете присутствует разумная жизнь, и не мрачное средневековье, как любили у нас изобразить в голливудских фильмах, грязное, серое и немытое, а довольно-таки веселенькое средневековье. Почему средневековье? Не знаю, как-то сразу так решил, сработал шаблон, может отсутствие автомобилей и зданий из стекла к этому подтолкнуло. Зато я теперь знаю, что не один на планете. Хорошо это или плохо? При любых раскладах, хорошо, чтобы не случилось. Существовать в одиночестве на целой планете – «не есть айс», даже жизнью это не назвать, так прозябание. Все-таки люди существа стадные, за последние пару месяцев я в этом убедился на себе.

Как я уже и говорил, я здесь около двух месяцев, а точнее шестьдесят четыре дня. Но обо всем по порядку. Как вы уже наверняка догадались, я «попаданец», и на мой безусловно субъективный взгляд, попаданец без всяких кавычек, я бы даже сказал полный попаданец, не подумайте, что это я о весе. Как я сюда попал? Не знаю. Вернее, механизм переноса и его причины мне не известны. Да и всевозможными межпространственными туннелями или «складками пространства» объяснить это нельзя, так как попал я сюда прямо из лифта. Причину мне тоже никто не объяснил, так как с тех пор я никого не встретил, кто мог бы мне про эту самую причину рассказать. Ну из разумных существ я имею в виду. Хотя, начитавшись в свое время фентэзи и множество книг про попаданцев в другие, или как у нас любили писать, иные миры, я готов был встретить кого угодно, начиная с орков и заканчивая разумными улитками, демонами и всякой другой, подобной нечисти. Или уж на худой конец злобного колдуна, который похитил меня для каких-то своих целей или экспериментов. Меня до сих пор мучил вопрос, а встречу ли я здесь эльфов, наверняка ведь должен, вон они, практически во всех произведениях встречаются после того, как Толкиен всем о них рассказал. Но не встретил никого, я имею в виду разумную составляющую жизни. Хотя нет, сейчас вот встретил, сижу и смотрю на чей-то город. Жаль расстояние не позволяет мне, даже с биноклем, оценить внешний вид существ, в нем обитающих. Эх, как же мне хочется, чтобы это были люди. Ну или хотя-бы эльфы.

Теперь обо мне. Меня зовут Дмитрий, мне 45 лет, последние 12 лет, проживающий в городе Москве, и «понаехавший» в нее в поисках заработка и профессионального развития. Все-таки жизнь в маленьком российском моногороде, не предполагает высокий уровень доходов, если ты не бизнесмен или чиновник, конечно, а я таковым не был, да и в развитии как в профессии, так и в личностном, особых перспектив в своем городе я не видел. А развиваться мне хотелось всегда, не люблю рутину. С детства поглощал огромное количество книг, учился всему, до чего только мог дотянуться. Нет, никакого Дерсу Узала мне в жизни не повстречалось, да и где ему взяться в центральном черноземье, но мог и умел все необходимое в местности своего проживания. Отбить косу, запрячь лошадь и вспахать, провести отделочные и малярные работы, поработать сваркой и рубанком, провести в дом электричество и многое другое, вроде простое и обыденное, но для многих недоступное в наше время (особенно в крупных городах), все это для меня не являлось тайной за семью печатями. Так что я, наверное, сам себе до конца не смог бы ответить, что было определяющим при принятии решения о переезде, деньги или возможность узнать что-либо новое. Да и деньги то мне были нужны для того, чтобы можно было путешествовать по миру и учиться чему-нибудь еще.

Вырос я в деревне, в семье врача и учительницы, и перебрался в соседний районный городок только после института, поступить в который мне помогла светлая (да, я не очень скромный) голова, и то, что в советское время образование было бесплатным. Телосложение крепкое, сказывается деревенское детство, с постоянными огородами и уходом за домашней скотиной, а также детское увлечением спортом. Нам повезло, что в нашей деревне физруком работал фанат футбола, сколотивший из деревенских пацанов довольно крепкую команду, побеждавшую на всех областных и межобластных соревнованиях. Ну и нагружал он нас соответственно не по-детски, по довольно профессиональной программе подготовки молодых футболистов. После школы футбол я забросил, из деревни переехал, но база, заложенная в детстве, позволяла сохранять довольно приличную форму, вот правда от небольшого пивного животика меня не уберегла. В общем, как вы понимаете, я среднестатистический офисный планктон, не имеющий в прошлом каких-либо нужных увлечений в виде восточных единоборств и секций фехтования, да к тому же я еще и в армии то не служил. Сначала была отсрочка по институту, потом на третьем курсе я женился, и на четвертом курсе жена подарила мне первую дочь, а через полтора года еще одну. А с двумя детьми в армию уже не брали.

С женой мы живем до сих пор, и совсем недавно отпраздновали 25-летие совместной жизни. Как это ни странно сейчас, для моего вечно разводящегося поколения любили друг друга, став за это время не только друзьями, но и просто родственными душами. Так, все, иначе опять в тоску понесет. Ведь именно расставание с женой, детьми и первым внуком как раз и являлось для меня самой страшной утратой. Дня не проходило, чтобы я о них не вспоминал, жутко скучая буквально каждую минуту. Как я не сошел с ума в первые дни, когда осознал, что возможно, и это скорее всего, я их больше не увижу, я не знаю. То, что переживают они, я даже боюсь представить. Но это та боль, которую мне придется нести всегда, в том случае, если мне не повезет вернуться. Сами мысли о возвращении я постоянно гнал от себя, так как не представлял, как, а если постоянно думать об этом, то так и до поездки крыши вниз додуматься можно.

В тот день, 16 июня 2016 года, шестьдесят четыре дня назад, я с утра, проводив жену на работу, а младшую в институт, собирался поехать на рыбалку. Взяв несколько дней в счет отпуска, я освободил себе четверг с пятницей, и понедельник со вторником. Таким образом, у меня на рыбалку было шесть дней, ну за вычетом двух полудней на дорогу, полноценных пять. Ехать я собирался на озеро Селигер в Тверской области, а там уже доплыв на резиновой лодке до какого-нибудь островка, обосноваться на все время на нем. Такой тип отдыха, удавался мне крайне редко, так как все свои отпуска мы тратили на поездки за границу, и поэтому я аж дрожал в нетерпении, предвкушая его.

Для меня отпуск, как и любая долгожданная поездка, всегда начинался уже со сбора чемодана. Именно в этот момент, в душе начинался небольшой вихрь ожидания праздника, тебя что-то словно заводило изнутри. Эти моменты, сбор чемодана, поездка в аэропорт, или отъезд от двора на машине, именно первые моменты перед поездкой для меня были самыми любимыми. Как будто ты собираешься сделать шаг в неизведанное, и постоянно подгоняешь себя, торопишься насладиться им. Непередаваемое чувство.

Жена со мной на рыбалку не ездила, не находила прелести в том, чтобы жить почти неделю в палатке на природе, но и относилась с пониманием, никогда не запрещая, а даже поощряя такое мое увлечение. Как она любила говорить – мужчина без увлечений и игрушек, неполноценный. Да и рыбу я всегда привозил, что позволяло считать меня добытчиком, эдаким пещерным человеком. В наш век инфантильных мужчин, хипстеров и так называемых «бруталов» ей нравилось видеть и находить во мне черты, подтверждающие, что ей достался «настоящий мужчина».

Я довольно безалаберный человек, так что хотя и планировал поездку на рыбалку заранее, все-таки все основное пришлось собирать и проверять в последний вечер. Поэтому и притащил в дом все свои снасти и удочки, чтобы осмотреть их перед рыбалкой и подготовить к тому, чтобы по приезду можно было сразу начать ловить. Как же я благодарил Бога за эту свою безалаберность, когда оказался здесь. Я «поплавочник», люблю рыбалку на удочку, иногда лишь разбавляя ее спиннингом. Так как основное (лодка), было уже у меня в машине, то оставалось погрузить удочки, спиннинг, рюкзак с палаткой, притороченной сверху рюкзака и сумку со снастями и прочими мелочами. Постаравшись ухватить все за один раз, чтобы не ездить с 10-го этажа дважды, я весь эдак раскоряченный погрузился в лифт, держа все необходимое в руках и на спине. В общем, со стороны я выглядел как очень жадный краб.

Самого момента переноса, как такового то и не было. Вот я стою в большом, так называемом грузовом лифте, моргает свет, и я уже стою на поляне возле леса, на берегу реки. Солнце светит, птички поют, в реке что-то плещется и никого вокруг. Да и не Селигер – это явно, там все-таки озеро. Я тихо сел. Так как потери сознания не было ни на мгновение, я четко понимал, что со мной приключилось что-то из ряда вон. Аккуратно положив на траву все, что у меня было в руках, я также сидя снял рюкзак, и достав из сумки нож, прицепил его на пояс, сделав это практически машинально, только отметив для себя, что нож я достал правильный.

Из всех моих ножей, а беру я их на выезды на природу всегда несколько штук, в этот раз под руку попался купленный пару лет назад в поездке по Испании, в том самом Толедо, толедовский же кинжал. Небольшой, с хорошей сталью и правильной рукоятью. Но про ножи я могу говорить и писать долго, это настоящая моя страсть, их у меня дома около пятидесяти штук всех возможных типов и размеров. В основном легендарных моделей и производителей, хотя и простых, сделанных знакомыми слесарями, или попросту купленных на московском Клинке, и изготовленных мало кому известными мастерами, тоже хватало. Сидел я долго. Осматривался и пытался понять, что меня окружает, прислушивался к своим ощущениям, телу, запахам. Было страшно, очень, и в первую очередь из-за того, что я не понимал, что происходит, и вместе с тем ощущал, где-то внутри себя, что я влип.

Поборов первый приступ страха, встал на ноги и огляделся. Я находился на берегу реки, шириной метров сто пятьдесят, или двести, на ее левом, если брать течение берегу. В этом месте берег был сравнительно невысок, возвышаясь на метра полтора-два от воды, спускаясь в том месте, где я стоял, к реке небольшим пляжиком, метров десять длиной, с пологим спуском и желтым песком на берегу. По сторонам пляжа высились заросли камыша, вдаваясь в воду не более чем на два-три метра, что говорило о том, что дно уходит на глубину достаточно резко. На берегу пляж переходил в овальную поляну, со всех сторон окруженную смешанным лесом и кустарниками. Я не специалист, но деревья напоминали земные, практически полностью их копируя, и это меня немного успокоило, дав мне надежду, что я все-таки на Земле, просто меня перенесло куда-то, так сказать, по горизонтали. Оказалось, зря давало, так как тут я повернулся и посмотрел назад и вверх, и понял, что таким надеждам хана, так как рядом со светилом, полностью похожим на Солнце, только левее и ниже, по виду, так у самого горизонта, в небе находился еще и какой-то громадный спутник, раз в несколько больше нашей Луны. Вид был я бы сказал впечатляющим, такой своеобразный полукруг, протянувшийся от поверхности до поверхности занимая собой чуть ли не треть неба. Первая же мысль, которая пришла мне в голову была – «Это какие же тут приливы».

Я опять сел. Осознал. Глубоко осознал. Даже всплакнул немного, при мысли «ну за что мне все это». Потом уминал все в голове какое-то время, пытаясь спасти свой мозг тем, что это мол глюки, что мерещится мол. Не получилось, но немного успокоился. Снова встал, собрал свои вещи и подтащил их к огромному дереву, по мне так раките, растущей на берегу реки. Подобные деревья росли у нас в деревне, правда таких размеров не достигали, но тоже были большими. В одном из них в дупле жил удод, с голубым хохолком, мы его еще Василием звали, а в других, тоже в дуплах и стволовых трещинах, мы ловили летучих мышей. Хорошие деревья, раскидистые, с большими крепкими ветвями, на них спать можно, если соорудить гамак, или привязаться. Что мы пацанятами и делали, когда мамы нас отпускали на ночь. Поляна, где я оказался, была светлая, кое-где усыпанная зарослями земляники, ну так я ее окрестил, так как ягоды выглядели, пахли и на вкус были как земляника, а я все-таки не удержался и попробовал несколько штук, предварительно обнюхав их и лизнув. Подумав, я понял, что скорее всего, если мир микроорганизмов и бактерий здесь разительно отличается, а он скорее всего отличается, то просто попив воды я все равно могу умереть, так как мой организм не имеет иммунитета к местной биосфере. Поэтому заморачиваться я не стал, и слопал несколько ягод. Вкусные кстати, и опять же можно сделать вывод, что попал я примерно в тот же период начала лета, что и был на Земле, в момент моего переноса, либо помутнения рассудка. Хотя я понимал отчетливо, что это не так, голова работала хорошо, тело себя ощущало живым, и тактильные ощущения были достаточно правдоподобны. Это был явно не глюк.

Дальше поляны я пока не заходил. Боялся. Сел возле своих вещей и достал мобильные телефоны. Догадался блин, не прошло и часа, хотя по-хорошему нужно было сразу их использовать. У меня их два, оба с двумя симками. Началось все с того момента, когда мне на работе выдали рабочую сим-карту, и чтобы не таскать два телефона, купил двухсимочный смартфон, потом, для выхода в интернет, завел еще одну, ну а потом потребовался номер, который почти никто не знал, только для своих, его знали только члены семьи и самые близкие друзья. Итак, ни один из известных мне операторов не обнаружился, из неизвестных тоже, полное отсутствие каких-либо сетей. Помучив немного оба телефона и слазив на дерево «за сигналом», так ничего и не обнаружив, перевел оба смартфона в режим «самолет», в нем они больше продержат заряд. Не знаю зачем, по инерции наверно. Сделал это прямо на дереве. Ракита, которая мне приглянулась сразу же, имела внизу в окружности около трех моих обхватов и в высоте достигала просто исполинских размеров. Вокруг, насколько хватало глаз, стоял лес, только вдалеке были видны отроги каких-то скал, а река через несколько десятков метров сворачивала, скрываясь из глаз. На что я обратил внимание сразу. Самолеты здесь не летают, реверсивных следов видно не было. Но правда это еще не доказательство их отсутствия и уровня/наличия цивилизации. Может маршруты проходят мимо, а может только начали летать, а может еще и не начали и тут какое-нибудь средневековье, или вообще каменный век. Вариантов много. А может быть и так, что вообще никого нет. Хотя верилось с трудом. Если на нашей планете образовалась жизнь, то почему, на практически ее копии, также не образоваться какой-либо разумной жизни. Вопрос какой? Вот тут-то мне и поплохело. Мысль оказаться на планете, населенной разумными ящерами, меня не прельщала, в лучшем случае в зоопарке запрут, чтобы показывать посетителям неведомую зверушку. Так себе перспективка.

В этот момент я пожалел, что в свое время зачитывался книгами про иные миры. Своей бы фантазии на все то многообразие у меня бы точно не хватило. Хотя, дело не только в книжках, достаточно было просто вспомнить «Звездные войны». Каких только омерзительных типов там не напридумывали сценаристы. Да уж. Пока не будем об этом, а будем решать проблемы по мере их поступления, и по мере возможности их решить. Сейчас я также обратил внимание на то, что нигде, насколько позволяла видимость, либо на сколько хватало глаз, не было видно ни одной струйки дыма, поднимающийся вверх, а лучше бы сразу нескольких, что явственно указывало бы на то, что там есть жизнь. Нет, лес и небо были девственно чисты.

Ну, что ж, надо решать, что делать дальше. В принципе, вариантов немного. Первый, остаться здесь на какое-то время, в надежде, что меня перекинет обратно, да и просто для того, чтобы осмотреться. И второй, сразу начинать передвигаться в поисках людей, или кто там населяет это место. Двигаться можно как вдоль реки, так и в сторону гор, что в принципе, судя по всему, было в одном направлении. Для того, чтобы принять верное решение, я спустился вниз, и подошел к своим вещам. Что радовало, за все время моего нахождения здесь, на поляну не вышел ни один из хищников, или зомби, или еще какой-нибудь нечисти. А я это подспудно ожидал, начитавшись фэнтези. С одной стороны, это хорошо, может быть нечисти тут и нет, а вот хищники должны быть, значит на ночевку нужно будет устраиваться основательно, и желательно повыше. А вот, с другой стороны, непонятно, что-то же могло их извести. Что-то, что пострашнее хищников и нежити. Или они выйдут позже? Хотя, пока я сидел на верхушке дерева, я увидел мельком что-то вроде глухарей, на другой полянке, чуть ниже по течению реки. Это меня успокоило и обрадовало, значит с голоду не умру, да и речка рядом. Поэтому, я решил считать, что это самый обычный лес, со своими хищниками, без всяких проклятых земель и орд нежити, и, этих хищников просто не оказалось поблизости, либо они спят, так как уже поели. Хотя все равно страшно было, где-то на задворках мыслей. Поразмыслив, я решил провести ревизию всех своих вещей, потому что они становились едва ли не самым главным сейчас в моей жизни. Вернее, все мое существование, да и жизнь зависели от того, что было у меня с собой. Был и другой повод. Перебирая вещи, перекладывая их и копаясь с ними, я отвлекался от мыслей о своих потерях. Мелкая моторика, штоб ее. Перебирая вещи, и оценивая их полезность, я переключал сознание на насущные проблемы, не позволяя себя свалиться в отчаяние.

Итак, что у меня с собой. Две удочки, вернее два телескопических удилища на три и на четыре метра длиной, легкие и гибкие, обе снаряженные для рыбалки либо с лодки, либо с берега. Леска выдерживает до пяти килограммов, по крайней мере до этого она меня не подводила, правда и лещей, весом более полутора килограмм, я на нее не ловил. По меркам Селигера с лодки возле берега это и так был трофейный улов. Вообще я рыбачить умел и любил, так что можно сказать с уверенностью, что от голода, рядом с речкой не умру. Обе удочки снаряжены безинерционными катушками. Спиннинг один, но очень качественный, мне его на день рождения подарили, как раз для таких рек, рядом с которой я обосновался, и к нему две снаряженные монохромной леской катушки, выдерживающей какую-то умопомрачительную нагрузку. Не суть, главное, что крепкая. Рюкзак, на семьдесят плюс десять литров, с жесткой спинкой, со вставными стальными планками, почему-то подумалось, что из них можно мечи будет сваять. Представляете мое состояние? Как сваять? И что бы я с этими мечами делал, даже если бы сумел? Скакать с грозным видом по поляне размахивая ими над головой? Порезаться только сумел бы. Сверху к нему приторочена палатка, сбоку прикреплен туристический коврик-пенка. Палатка у меня одноместная, но комфортная, с большим тамбуром для обуви и рюкзака, по-хорошему для собаки конечно, но ввиду отсутствия у меня таковой, я туда складывал вещи, чтобы уберечь их от дождя, да и обувь туда же ставил, чтобы в палатку не тащить, а то от запаха, исходящего от них, в маленьком помещении палатки, через неделю помрешь. А так и укрыто и снаружи, красота. Самое главное, что днище у нее сделано из очень крепкого, не промокаемого материала, с защищенными стальными кольцами отверстиями по углам, что позволяло ее использовать как гамак, так как ставить палатку на землю я пока не решусь. По крайней мере пока не оценю кровожадность и размеры местной хищной фауны, мне на дереве как-то спокойнее будет спать. Зачем я это пишу? На нервах я, потерпите, скоро рассказ динамичнее будет идти.

Итак: палатка, рюкзак, пенка, бинокль, два удилища поплавочных с катушками готовых к рыбалке, спиннинг, из обуви тапочки и сапоги в рюкзаке, на ногах кроссовки, из одежды свитер, пять пар носков, маленькое полотенце, куртка непромокаемая, брюки (тактические), специально купленные для рыбалки из легкого и прочного материала, которые я собирался одеть по прибытию на рыбалку, джинсы на мне, клевые, классический 501 левайс (хотя правильно говорить левис, но уж как привык), других не признавал, топорик, небольшой с прочной, обшитой пластиком рукояткой, саперная лопатка, солдатская фляга с холодным кофе, четыре футболки, пара трусов, одна запасная рубашка, рулон туалетной бумаги, кусок мыла и зубная щетка с маленьким тюбиком пасты (такие в некоторых авиакомпаниях выдают при длительном перелете), котелок с крышкой, небольшой, но крышку можно использовать как сковороду и тарелку, две синих, из толстого твердого пластика тарелки, стальная термокружка, купленная в магазине «Экспедиция», две новых непочатых пачки соли, так как собирался на неделю, место было прикормленное, и планировал наловить много рыбы и соответственно ее засолить.

Конечно, две пачки перебор, но не смог не порисоваться перед женой, мол смотри, какой я крутой и успешный рыбак, а она восхищенно и вместе с тем чуточку по-матерински снисходительно, посматривала на меня, соглашаясь со мной, что соли надо взять побольше, и побольше мешков под рыбу, тихонько посмеивалась. Вот тут-то меня по-настоящему и накрыло. Плотно так. Представил только, что я ее больше не увижу, именно ее. Приходил я в себя долго, даже опять поревел, вернее повыл, благо луна была, и огромная, вой не хочу. Потом, успокоившись, продолжил ревизию.