Кредо инквизитора

Глава 1. Другой мир

2013 год. Декабрь.

Мир вокруг меня изменился. Я увидел то, о чём не мог и мыслить. Другой мир. Мир, в котором на защите людей от разного вида нечисти стоят существа, которые зрительно напоминают людей, но внутренне и мысленно намного сильнее. Я стал таким же…

Когда теряешь всё: твою невесту в подъезде дома её подруги режет наркоман. Твоего лучшего друга, что был тебе поддержкой и опорой, в метро толкают под поезд. Я хотел прыгнуть с моста и покончить с этой иллюзией жизни, но увидел… Их мир.

***

Стояла ночь. По всему телу бежал холод, а свет от фонарей резал полуоткрытые пьяные глаза. Запах жжёного бензина, звук хлюпающей под ногами слякоти. В руках недокуренная сигарета «DUNHILL» и бутылка самой дешёвой водки.

Я плёлся со стороны Курляндской улицы куда-то в сторону улицы Некрасова. Мне было плевать, куда идти, что со мной может случиться… Шёл уже, подумывая о суициде. Людей на улицах почти не было.

Возле какого-то круглосуточного магазина стояла группа молодых людей, где-то моего возраста – лет двадцать-двадцать пять. У них было пиво, рядом стояли и смеялись размалёванные шмары. «Стоят – и хрен с ними».

Проходя мимо них, я почувствовал отчётливый, резкий запах анаши, а в руках у парня, сидевшего в машине (красная шестёрка с открытыми передними дверцами), увидел пакетик с белым порошком.

Не придавая этому значение, я залпом выпил остатки водки, хватило на шесть-семь хороших глотков. Мне обожгло горло, как будто к нему приложили раскалённый утюг и продержали секунд десять-пятнадцать, но только изнутри. Из моих глаз пробились капельки чистой, солёной воды. Я сразу подумал о ней… Мне было больно физически, но душевно ещё больнее. Достал из пачки сигарету. «Ах, чёрт, последняя! Мать её за ногу!» подумал я про себя… Взял левой рукой, большим и указательным пальцами и поднёс ко рту. Потом плавно зажал между сухих и ломких губ. Тяжело вздохнул, хотел достать зажигалку, но она выпала из моих рук… Я услышал смех со стороны молодых людей и резко обернулся. У меня были злющие глаза, и в груди закипала ненависть к этим жалким ничтожествам. Один из них бросил мне:

– Ну чё пялишься? Театр что ль?

После этого они засмеялись ещё сильнее.

Я убрал сигарету в смятую мной пустую пачку и спрятал в карман куртки. Усмехнулся и уверенным шагом направился в их сторону. Приближаясь к ним, я стал идти быстрее, и примерно метрах в трёх от них всё началось:

– Что, смешно, сучата?!

Я с ходу ударил вполоборота правой ногой парня, стоящего рядом с женщинами, в область паха. Он загнулся. После взял его рукой за голову и резко направил вниз, навстречу моему колену. Первый был готов. Подскочил к машине, вытащил из-за водительского места другого, кинул на землю, сел на него и начал его избивать. Он потерял сознание, всё его лицо было в крови, но я продолжал его бить.

Вдруг мне прилетело сзади какой-то трубой, я упал. Была канонада в ушах, в глазах темнело. Меня стали бить… Крики, визги. Всё длилось секунд тридцать. Потом я услышал стук захлопывающихся дверей… Как завели машину… Нарастающий визг уезжающей красной шестёрки.

Попробовал встать – не особо, конечно, получилось. Дополз кое-как до стены дома, облокотился на неё, достал сигарету, засунул руку в карман и, не обнаружив зажигалки, вспомнил, что уронил её. Я стал смеяться, как ненормальный. На шум вышел продавец из магазина. Он ужаснулся, и начал щебетать вокруг:

– Вам не нужна помощь?

– Мне нужна зажигалка! – Закричал я и продолжил смеяться.

Продавец ушёл, но через минуту вернулся с самой дешёвой зажигалкой. Я наконец-то закурил.

Этот дым, наполняющий лёгкие, прогревает и опускается на дно во мне. Начинает немного давать в голову, но, после удара трубой, она до сих пор болит и как-то по фиг. Лёгкое жжение в горле. Когда я кашлянул, мне резко заломило лёгкие и сильно затрещала голова.

Докурив, по стеночке я встал. Продавец удивился:

– Вам точно не нужна помощь?

Улыбнувшись, я ответил:

– Точно, всё просто отлично. Вынеси водки? – Протянул ему двести рублей.

Он покачал головой, развернулся и пошёл в магазин. Вынес мне бутылку и опустил голову. А я побрёл куда-то в сторону станции метро «Площадь Александра Невского».

С огромным трудом я доковылял до моста через Неву, возле той станции. Посмотрел на часы… «Сука, разбил» – подумав, опять улыбнулся. «Стоят они на полпервого, где-то час шёл, сейчас, значит, полвторого, может, два».

– Во-о-у! Ура, я всегда знал, что математический анализ, который в меня запихивали в универе, мне пригодится в жизни, – кричал, как душевнобольной.

Внезапно я понял, что не слышу ни звук машин, ни завывания ветра, ни слова. Полное отсутствие живых звуков. Это меня насторожило, очень… Я занервничал и задёргался.

Что-то почувствовал… Слева от меня пыль сворачивалась в трубы и звук… Звук, как будто на улицах бушует ураган, снося машины, выбивая стёкла и валя деревья. Поднял глаза чуть выше и увидел такое…

Чёрная фигура, смутно напоминавшая человека в капюшоне, но очень высокого роста. В воздухе стоял запах жжёных перьев и моего страха. Присмотревшись, увидел за ним обгоревшие крылья и дым, идущий от них в небо. Он начал движение рукой вверх. Когда рука поднялась, я, наконец, осознал, что это передо мной – нечто человеческого вида, очень высокого роста, как в балахоне с оборванными краями, тлеющими крыльями за спиной и с огромным мечом, времени кровавого средневековья, в руке. Но только вся фигура полностью чёрного цвета.

В моей голове промелькнула в тот момент одна мысль: «Всё, я бросаю пить, бесповоротно и окончательно».

Мы смотрели друг на друга около минуты. Ну, по крайней мере, я смотрел, и мне казалось, что нечто смотрит на меня. Потом я почувствовал удар, сильный, резкий, сбивший меня с ног, причём не физический контакт, а словно волною воздуха меня снесло…, и оно зашагало ко мне.

– Что это за чертовщина? Пошла вон, не подходи ко мне! – Я пятился, ещё совсем немного и в моих штанах появилось бы тоже нечто. Холод полностью покрыл всё моё тело, я просто в момент протрезвел и наблюдал за происходящим. Во рту пересохло, всего затрясло… Оно приближалось уверенно, но неожиданно остановилось. Стало как-то оглядываться, своими конечностями словно загребать воздух. «Оно дышит, ведёт себя, как будто, что-то учуяло и это явно не нравится этому существу». Остановило на мне взгляд и рвануло ко мне. Я – бежать…

Не услышав движения преследователя, обернулся: вокруг фигуры стояло три человека, они сражались. Меня удивило, что они сражаются с помощью оружия ближнего боя. Я повернул голову направо и отскочил: в двух шагах от меня стоял человек лет тридцати, с вытянутой вперёд рукой и тоже принимал участие в битве, но как-то по-другому. У него были волосы, как пепел от сигареты, невысок ростом, весь обмотан какой-то хренью, стяжки, проволоки, ремни, на левой стороне были ножны, в которых имелось дополнение, его левое ухо было проколото, на запястье я заметил татуировку. Он опустил руку, я посмотрел на место, где был бой: чёрная фигура просто растаяла в воздухе.

Трое ребят шли к нам. Но пока они не дошли, человек, стоявший рядом со мной, спросил:

– Удивлён?

– Да, что это было?! – Истеричным голосом я почти кричал.

– Это был бес, – спокойно ответил мужчина, как будто ничего не случилось.

– Всего-то? – Съязвил я.

– Тебе повезло, что мы дежурили рядом, иначе…

– Стоп, стоп. Кто вы?

– Меня зовут Седой, я – инквизитор.

– Что?

Тут к нам подошли трое, и один с усмешкой спросил:

– Хорошо поохотились, Седой. А это кто?

– Парень, на которого совершили нападение.

– А, понятно, – потом он посмотрел на меня. – Мы думали, ты уже дома штаны сушишь.

Все начали смеяться. Я зарядил ему в челюсть. Начался переполох, но Седой всё уладил.

– Так кто вы? – Удивлённо переспросил я.

– Мы – инквизиторы. Вторые из ряда охотников, защитников людского рода от нечисти. Мы рождены такими. Мы получили сверхсилу для борьбы с любого рода проявлением адской сущности.

Они развернулись и пошли.

– А я человек, потерявший смысл жизни.

–Ты – не человек… Пойдём? – Седой протянул руку в мою сторону и махнул в свою. – Может, стоит найти смысл в служении и помощи людям?

Я задумался, они просто пошли вперёд. Подняв глаза, я побежал в их сторону.

***

Седой был моим наставником. Он учил меня борьбе с применением оружия и атаке с помощью магии. Развивал мои интеллектуальные и волевые способности.

Другой мир – он есть. Он существует бок о бок с нашим, и неизвестно, сколько таких миров существует.

Глава 2. Имя

2014 год. Декабрь.

Не знаю, есть ли что-то более волнующее и интересное, чем когда узнаешь о том, что бок о бок с этим миром существует другой мир, и – более неожиданно – что ты сам не тот, кем себя считаешь. В один миг всё моё представление о мире рухнуло и родилось из пепла что-то необычное.

Каждый день наряду с Ангелами нас защищают от тварей из преисподней инквизиторы, охотники и многие другие. На вид они обычные люди, но их сила, их интеллект, их чувства и восприятия поражают.

Год назад я узнал, что я один из них… Но поверить в это я смог только после тяжёлого года тренировок. Я не знаю, что будет дальше. Меня переполняют счастье и страх от мысли, что теперь мне могут дать дело. Понимаю, конечно, одного меня никуда не пустят, но… Как знать… Кто знает… Как всё будет…

***

Шел сильный снег. Вокруг всё было белое. В воздухе чувствовалась свежесть и присутствие чужого. Было пасмурно, но безветренно. На фоне серого неба Санкт-Петербурга я видел узоры, которые складывались из веток деревьев.

– Не отвлекайся! Будь сосредоточен и сконцентрирован…, – сказал мне Седой.

Он в таких охотах был очень мудр и спокоен. Я не мог долго терпеть, когда он смотрел мне в глаза. Он словно прожигал и стыдил меня.

Мы шли след в след. Впереди был Седой, сзади я. У меня имени ещё даже не было, так как оно даётся при боевом крещении, а это было моё первое задание.

Седой остановился, опустил голову и сказал:

– Они будут здесь через час. Он знает, что мы здесь.

– Что делать?

– Ничего. Мы будем отдыхать. Впереди бой. Готовься.

Он осмотрелся, потом подошёл к зданию, что было метрах в двадцати спереди. Вытащил нож и ударил рукояткой по стеклу. Потом повернулся ко мне и добавил:

– Проходи.

Мы залезли в здание. Это была какая-то каморка. Справа висело заляпанное зеркало, на столе и шкафу был столетний слой пыли, стул без спинки и какой-то непонятный рваный матрас в углу. Вот на него я и прилёг.

У меня сильно болели верх спины и шея, тяжелели глаза. Я помотал головой, но сильно это не помогло. Тогда достал из правого кармана куртки плеер и засунул в уши наушники. Закрыл глаза.

«Знаешь мы столько лет в пути

И всё труднее нас спасти

Нужно всё бросить и уйти,

Но остаёмся.»

Играл «НАИВ». Мне под спокойные песни легче думается, а подумать было над чем. Меня мучил вопрос, что за существо мы преследуем.

Вдруг я услышал быстрый, хлёсткий шум и резко открыл глаза: на стуле сидел Седой и метал что-то в стену.

– Метательное оружие ведь нельзя использовать?

– Да, да. Так гласит кодекс, но жить хочется больше. И, поверь мне, лучше бы тебе тоже научиться втыкать ножи, гвозди, вилки, звёздочки и прочую дрянь.

Я кивнул в ответ и снова закрыл глаза. Не заметил, как провалился в сон.

Меня толкнул Седой. Вытащив наушники, я спросил:

– Пора?

– Молчи… Он уже здесь.

– Кто?

– Он.

Всегда, когда я спрашивал Седого о чём-то, он не отвечал мне. Протёр глаза, скрутил наушники и убрал их с плеером в карман. Потянулся, встал и подошёл к разбитому окну, у которого стоял мой напарник и наставник.

По улице шли две собаки. Они напоминали овчарок. Шерсть у них была дыбом, они скалились и по их белым, как снег, клыкам, стекая, капала на землю кровь. Безумный взгляд и рычание сопровождало их. Седой резко развернул меня:

– Значит, слушай сюда. Кидаешь пламя дорожкой и потом идём в открытую. Тебе нужно зацепить обеих тварей. Одной из них будет очень плохо, другая ничего не почувствует. Нам нужна та, которая не отреагирует.

– Зачем?

– Нам нужно узнать в какой из тварей находится призрак.

Огненная дорожка – это разновидность мыследействия «Очищающее пламя».

Я посмотрел на Седого, он будто уже предвидел, что будет дальше. Его серебряные метательные ножи были закреплены на поясе и уже были готовы к использованию.

Мне было тяжело дышать. Сердце стало биться сильнее. Уже сейчас я должен был первый раз применить своё магическое умение в реальном бою. У меня потели руки, затряслась левая нога и как же я хотел вскочить и бежать прочь. В воздухе запахло тухлятиной. Меня чуть не стошнило. Я вылез в окно, пригнувшись отошёл в сторону и стал ждать, когда эти существа встанут в линию. По моей щеке поползла капля пота. Мне казалось, что я жду уже минут сорок, хотя мои часы говорили, что прошло три минуты двенадцать секунд. Болели глаза, обильное выделение слюны.

Один пёс остановился, закинул голову вверх и стал втягивать своими чёрными, мокрыми ноздрями воздух. Потом опустил голову, насторожился, зарычал, снова закинул вверх и завыл. Он почуял мой страх… Это конец… Они побежали в мою сторону, но меня ещё не видели. Я достал нож и приготовился, но когда кусты дернулись в трёх метрах от меня, я выронил нож и зажмурил глаза…

Шум стал удаляться. Через время я открыл глаза и увидел из окна здания, в котором были мы, луч света. Он был настолько яркий, что осветил всё вокруг. Неудивительно, что псы побежали на него.

Через момент я опомнился, кувырком вынырнул из кустов и, встав так, что псы относительно меня были на одной линии, кинул пламя дорожкой. Звук был, как от приближающегося мотоцикла. У меня сразу начала сильно раскалываться голова, как будто ножом резко провели по левой части черепа.

Одна из собак завизжала, заскулила и кинулась прочь. В воздухе появился запах жжёной шерсти. Другая бежала на свет. Я тоже побежал к нему.

Я подумал, что Седому может понадобиться помощь в схватке с призраком. Мы двигались на сближение. На ходу я достал свой длинный нож и, сблизившись с псом, ударил его. Я отсёк этому существу ухо и часть головы, даже мозг было видно. Оно, отскочив, повернулось ко мне, оскалилось пуще прежнего и нарастающим шагом медленно стало приближаться.

Невозможно! Такой удар получить и не умереть! Я в страхе заскочил через выбитое окно в здание. Седого там не было, а луч исходил от самодельного фонаря. Я всё испортил. Похоже, это план Седого.

Я резко двинулся к шкафу, открыл дверцу и залез в него. В помещение запрыгнула собака. Я крепко держал дверь изнутри и молился.

Вдруг я услышал удар молнии. В помещение было послано электрическое облако, которое просто разорвало собаку на части. Коморка, правда, тоже не ожидала такого, и потолок обвалился.

Кашляя, я выбирался из-под завалов. Потом почувствовал, что стало легче. Седой помогал мне откапываться.

– Идиот! Ты зачем на свет ломанулся, как ошалелый?

– Я думал, тебе нужна будет помощь.

– Думал он! Запомни: ты должен контролировать свои эмоции.

Когда мы вышли на свет, Седой начал смеяться. Я ещё никогда не видел, чтобы он без стеснений, так в открытую заливался.

– Ты посмотри на себя.

У меня была порваны куртка и штаны. Я был весь в пыли, где-то потерял целый правый рукав куртки, краем меня зацепило молнией и мои волосы выстроились в ирокез, а кончики немного тлели.

– Панк. Больше сказать нечего, – через смех произнёс Седой.

Теперь у меня хотя бы было имя.

Глава 3. Вепрь

2015 год. Июль.

«Как бессонница в час ночной

Меняет нелюдимая облик твой,

Чьих невольница ты идей?

Зачем тебе охотиться на людей?»

В ожидании Седого мне составила компанию молодая группа, певшая на сцене полуподвального клуба песню ныне несуществующей Петербургской рок-группы «Король и Шут». Я скучал по тому драйву, что получал на их выступлениях, и кавер звучал как-то не очень. Спокойно потягивая пиво и пуская дым, я не сводил глаз со входа.

Клуб как клуб. Состоял из трёх комнаток: в первой сидел охранник, и там же находился гардероб, в принципе, там никто не задерживался. Пройдя её насквозь, попадаешь в бар, где я и остановился, и уже оттуда – выход на танцпол, сцену и тому подобное. Мы с Седым любили это место. В нашей обычной одежде нас принимали здесь как своих. Не приходилось переодеваться и как-то доставлять себе неудобства.

Бармен – это была девушка лет двадцати-двадцати двух с сияющей улыбкой и голубыми глазами, а также русыми завивающимися длинными волосами – строила мне глазки.

– Я заканчиваю в десять. Может, сходим куда-нибудь? – Она покраснела и опустила глаза.

– Я бы с удовольствием, но моя работа не позволит мне провести с вами этот прекрасный вечер, – ответил я и снова прилип к стакану с пивом.

Да, вечер был, действительно, прекрасен. Летний Санкт-Петербург на закате солнца. Оно уже почти спряталось где-то за Адмиралтейством, но ещё видит своё отражение в спокойной чёрной воде. Небо по линии горизонта приняло ярко-жёлтый цвет. Он так и тянется длинной линией. Выше него сразу розовый, а местами в купе с облаками тёмно-красный. Самый верх тёмно-синий. Фонари ещё не зажгли, и только окна домов портили это зрелище.

– Вот мой телефон, – девушка протянула мне бумажку с цифрами.

– Я позвоню, – я улыбнулся и подмигнул ей левым глазом. Она засмущалась ещё больше.

Естественно, звонить я не собирался.

– Чем занят? – Меня по плечу кто-то хлопнул. Это был Седой, но, как он зашёл, я не заметил.

– Ничем, – я сглотнул от неожиданности накопившуюся слюну и закашлял.

– В общем, дела, так скажем, не очень хорошо… – он сел за стойку. – Горькой на три пальца, – и вздохнул.

– Что такое? Что тебе сказали?

Седой был опытным, сильным бойцом и имел право посещать закрытые совещания. Как раз сегодня было одно из них.

– Пойдём в рейд.

– Опять гоняться за нечистью и по яйца в грязи ползать.

– Нет, – он выпил водку и зажмурил глаза. – В этот раз мы чётко знаем где, когда и даже кто.

– Не понял…

– Короче, ты читал когда-нибудь об оборотнях?

– Естественно, на учёбе все уши прожужжали и об оборотнях, и о химерах, и о другой нечисти. Это человек, который превращается в огромного волка.

– Точно, у него есть всё, что есть у человека, а кроме этого – жестокость и сила.

– Короче, всё, что есть у человека. Ну и…?

– К нам обратился наш очень хороший знакомый. Его зовут Вепрь. Он как раз этим и занимается сейчас. Дело в том, что в Центральном районе есть один человек… оборотень.

– А…

– Вепрь уверен, что требуется его вмешательство.

– А мы зачем? Что один труп, что втроём трупы! – Резонно поинтересовался я.

– С оборотнем в одиночку совсем будет трудно справиться, если вообще возможно, а втроём уже можем потягаться, может, кто и выживет. Оборотень имеет разум человека. Он очень хитер и опасен.

– Ты думаешь, мы его обезвредим? – Усмехнулся я, зная, что это невозможно.

– Будем стараться. А что самое смешное, что охотников в поддержку нам не дадут.

– Как? Как это?! – Вот тут я испугался. Центр не мог бы одобрить такую операцию, не выслав в подкрепление существ выше рангом, чем мы.

– А вот так. Никто не верит, что это может быть правдой.

– А если это правда? – Закусив губу, невнятно спросил я.

– Тогда мы самоубийцы, что согласились на это, – спокойно, в свойственной ему манере, пояснил мой наставник.

– А мы уже согласились? – Удивился я, и тут в моей голове созрел ответ на мой предыдущий вопрос: Центр не мог одобрить операцию. А если Центр и не давал своё согласие? Как это понимать? Мы идём без разрешения?

– Да, – как-то грозно ответил Седой.

С оборотнем… это точно самоубийство. Интересно, а почему Вепрь?

– Седой, почему Вепрь? – Тут же озвучил я свой вопрос.

– В мифологии Вепрь – это бесстрашный зверь. То, что он творил, когда был, скажем так… не ослушником…

– Ослушник? Это же невозможно? – Да, всё встало на свои места: Ослушник – есть Отступник, инквизитор, нарушивший кодекс, значит, операция не согласованна с центром.

– Возможно, – Спокойно проговорил Седой.

Ослушников ждала судьба, как дезертиров во время войны. Они становятся одинокими, и против них встают все.

– И Вепрь? – Я не хотел называть вещи своими именами и надеялся, что Седой чувствует моё напряжение.

– Да, поэтому никто ему не поможет кроме нас. А живой он, потому что никто не может его поймать. Он неуловим и очень силён. Он должен был стать архинквизитором, но не судьба, – пояснил мой напарник.

Архинквизиторы – это самые сильные из класса инквизиторов. Я пока ученик, скоро, возможно, стану инквизитором среднего ранга. Седой – инквизитор высшего ранга, а архинквизиторы – как раз следующие.

– Никто, получается, даже не знает, что мы пойдём туда? – Наконец, я озвучил свои догадки.

– Да. Вепрь – ослушник, и его до сих пор все ищут, чтобы убить.

– А ты? – Мне стало любопытно, какое отношение к Отступнику по имени Вепрь имеет мой наставник.

– Когда-то давно он спас мне жизнь. Я его должник. Но не только это является поводом моей связи с ним. Он мой наставник и друг. – Седой даже не дёрнулся на мой вопрос, словно он мысленно к нему уже был готов.

– Почему ты мне так спокойно всё рассказываешь? – Удивился я.

– Потому что тебя я тоже считаю другом, – мой напарник, как всегда, был предельно ясен.

Наконец… он первый раз за два года нашего знакомства назвал меня другом. Мы с ним сблизились, и я давно уже считал его старшим товарищем, наставником, напарником, другом.

Я знаю, что это самоубийство, но пойду с ним. Даже на смерть пойду. Он ведь тоже уже ни раз спасал мне жизнь. Долги надо отдавать – это правда, но в дружбе нет долгов.

– Короче. Сутки на полный отдых, потом в бой. Полнолуние. Заодно, кстати, познакомишься с Вепрем. Надеюсь, тебя не смущает, что мы нарушим половину законов, о которых нам говорит кодекс?

– Плевал я на кодекс! Я с вами, – моё сердце рвалось изнутри, и я был безумно рад.

Что может быть лучше, чем идти на верную смерть с настоящими друзьями. В такой ситуации ненастоящие сидят дома.

Мы выпили и пошли на танцпол.

***

Ночь, спустившаяся на этот город, отправляет меня мыслями в детство. Яркие огни, тепло, свежесть после летнего дождя. И на фоне всего этого мысли о возможной близости смерти. Это прекрасно.

Мы с Седым стояли и курили недалеко от Литейного, где-то за мостом в сторону Спаса на Крови, в ожидании встречи с живой легендой. Конечно, для Седого Вепрь не был легендой. Они, как мне говорил Седой, вместе, так скажем, работали и не раз спасали друг друга.

Я волновался. Руки просто нельзя было держать в карманах, потому что буквально полминуты – и они становились мокрыми от пота. Трясло чуть-чуть от сильного желания, а время как-то уж слишком шло медленно.

– Ты чего? – Спросил Седой.

– Да так. Напрягает немного. – Ответил я.

– Успокойся. Держи себя в руках. Сейчас веселье начнётся, а ты не в форме. Непорядок, – сказал он и на миг даже улыбнулся.

Я кивнул в знак согласия и попробовал внутри успокоить свой огонь.

– Чувствуешь? – Полушепотом спросил Седой.

Я ничего не понимал, для меня ничего не изменилось.

– Вот он, – Седой кивнул в сторону силуэта, мелькнувшего вдалеке.

Фигура быстро приближалась. Это был мужчина лет тридцати пяти-сорока, коротко стриженный, не бритый, со шрамом на правом глазу, высокого роста, в лёгкой накидке в виде плаща чёрного цвета, в тяжёлых военных ботинках. Под накидкой была футболка жёлтого цвета, на талии пояс с метательными ножами. В руках была приличных размеров сумка.

Подойдя, он спросил: «Отдыхаем, ребят?», и, не дождавшись ответа, сказал: «Пошли. Времени нет». Он уверенным шагом пошёл в сторону Сенной Площади. За ним шёл Седой, а следом я.

– Вепрь, тебе всё равно, кто с нами? – Усмехнулся Седой.

– Ты его взял, значит ты ему доверяешь, а я доверяю тебе, – спокойно ответил Вепрь.

– Как ты? Не сильно мучают поисками и охотами? – Поинтересовался Седой.

– Нормально. Неделю назад из Монголии приехал.