Печать грешника

– Понятно, – тяжело буркнул бандит. – А второй кто с тобой?

– Так, отмычка. Я грешным делом подумал, что такой опытный курьер как Беглый вляпался во что-то, и взял с собой ключик.

Натэр ненадолго замолчал, возможно, впопыхах взвешивая все «за» и «против».

– Здесь я тебе, сталкер, к сожалению, ничем помочь не могу, – тяжело проговорил мой собеседник. – Беглый твой попадает в зону моего влияния. В сферу, так сказать, моих интересов.

– А мне сталкер и не нужен, мне посылка нужна, – я настаивал на своём, но уже понял, что конфликта не избежать.

– Уходи, Рэд. Здесь тебе ничего не обломится, – попросил меня нынешний хозяин гостиницы, но меня это категорически не устраивало.

– Натэр, ты знаешь, кто я такой, и ты должен понимать, что я из-за слов какого-то бандита никуда не уйду. Отдай мне посылку, и разойдёмся, как в море корабли, – я был абсолютно спокоен.

– Рэд, я не какой-то бандит. Мои подопечные, мои волки тебя на куски порвут, если сунешься. Да и за что тут умирать? – А вот нервишки моего оппонента начали сдавать.

– Натэр, я не стану тебе что-то объяснять или доказывать. Я всё равно приду и заберу то, что мне причитается. Уйди с моего пути. – Я надеялся дожать его, может жизнь ему всё же дороже, чем посылка Снуза.

– Тебе так нужно это платье?! – Проронил лидер бандитов и замолчал.

«Что?», я недоумевающе уставился на покрасневшего пристыженного сталкера, который явно в моих глазах прочитал: «Какого хрена тут происходит, родной? Ты вообще серьёзно, мать твою?». У меня слов не было, я разглядывал своего коллегу, который от стыда поменял уже тридцать с чем-то оттенков на своём лице.

– Тебя это волновать не должно, – с прежней интонацией сказал я в молчавшую рацию, также укоризненно смотря на своего сегодняшнего турагента по бескрайним территориям внутреннего идиотизма.

– Хорошо, шакал, попробуй забрать! – Жёстко рявкнул в трубку мой собеседник.

– Натэр…, я иду, – мягко бархатно пугающе нежно на выдохе произнёс я и выключил рацию.

Я встал с колена, проверил оружие и, наконец, обратил внимание на Снуза, мнущегося в стороне от меня.

– Рэд, – только и успел произнести он.

– Заткнись, – быстро оборвал его я. – Слушай: цель на юго-западе в двухстах метрах, опорный пункт – в пятидесяти впереди, до него ведёт одна дорога. Там нас точно будут ждать. Скорее всего, мой ПДА среагировал как раз на то, что там уже кто-то обитает. Дальше за постом возле платформы будет развилка: один человек пойдет через ангары и выйдет восточнее здания гостиницы; другой – по путям через платформы прямиком к её западной части. Если пойти по путям, остаться незамеченным возможности не представляется. Идущий через ангары, теоретически, имеет шанс не обнаружить себя. Сделаем так: один из нас с двумя ПДА отвлечёт их с платформы плотным огнём; другой с моей малышкой, – я демонстративно погладил свою винтовочку, – выйдя из ангара, незаметно сможет подобраться к самому центру базы и аккуратно всех порешать. Ты спец подготовку имеешь? – Съязвил я, заранее зная ответ.

Снуз хотел было что-то сказать, но я не дал ему вставить слово.

– Что и требовалось доказать. А значит возьмёшь мой ПДА и пойдёшь со своим калашом к платформам.

Снуз обреченно вздохнул, поджал губы и смиренно покивал головой.

– Да ты серьезно подумал, что я тебе винтовочку свою дам? Опорный пункт пройдём, и пулей давай на точку!

Быстро перебегая от дерева к дереву, прячась за столетними стволами зелёных гигантов, мы аккуратно пробирались вглубь заводского дворика. Я был почти на сто процентов уверен в том, где засела первая порция наших недругов: метрах в тридцати впереди была разрушена стена в продолговатом проходе, соединявшем два заводских корпуса. Давным-давно сталкеры превратили второй этаж этого прохода в очень удобное смотровое гнездо. По второму этажу в аккурат по всему проходу была сломана обшивка в стене, выходившей в сторону этого дворика, и теперь ничто не мешало высунуть в одну из этих рваных дырочек автомат и поливать свинцом нежелательных гостей. Территория оттуда как на ладони, но был один изъян, которым мы сейчас и воспользовались: пышные кроны деревьев мешали обзору и были отличным укрытием для противной стороны. Конечно, мутанты этой маскировкой не пользуются – они всегда прут напролом, да так, что хрен остановишь, ещё и тебя на своих клыках с собой заберут.

Корпусу слева от нас внимание я тоже уделял; не помню, чтобы в него кто-то забирался за всю мою сталкерскую карьеру, но неприятных сюрпризов хотелось избежать. В Зоне любая ошибка может стать фатальной.

Подойдя на максимально близкое расстояние, я обогнул ствол и, стоя на одном колене, через прицел начал изучать второй этаж этого злополучного перехода на наличие жизни. Одно рыло в чёрной маске я срисовал моментально и мог без колебаний избавиться от него, но выдавать своё месторасположение, не собрав всю возможную информацию, было глупо.

Чуть позже я заметил второго злодея, нервно мелькавшего через дыры в обшивке. Я повернулся к Снузу, ожидавшему меня чуть сзади, за другим деревом, и показал, что сделаю всё сам. Затем вернулся в прежнее положение, нашёл в оптическом прицеле красавца в черной маске и, мягко нажав на спусковой крючок, отправил его в лучший мир.

Второй не успел понять, откуда был произведён выстрел, но, увидев, как его товарища откинуло назад, начал не раздумывая палить во все стороны. «Вот бандосы патроны не берегут, всё на фарт надеются» – подумал я, знатно засев за дерево и совсем не желая высовываться навстречу отчаявшемуся психу, палившему от страха куда глаза глядят.

Автомат, жадно стрелявший в молоко, замолчал. Возможно, его владелец меняет магазин. Мне было необходимо, чтобы столь пылко желающий прикончить нас молодой человек стрелял хотя бы в одно место, а не поливал как ошалелый во все стороны – так шанс получить случайную пулю резко снизится. Поэтому я воспользовался этой заминкой и рванул со всех ног к старым ржавым трубам, отдыхавшим справа от нас. Теперь засевшая наверху скотина заметит это и будет стрелять куда надо.

Был бы я на все сто процентов уверен в снайперских способностях Снуза, закончить дело поручил бы ему, но это не наш случай. Я не уверен, а, значит, сделаю всё сам.

Пули мерзко заскрежетали по трубам – полдела сделано. От труб я незаметно прошмыгнул к бетонным плитам. Обойдя их с невидимой для противника стороны, я прилично приблизился к месту засады стрелка. Быстро смекнув, что из-за плит вести огонь не очень-то удобно, я перебежал под дерево, роскошно расположившееся чуть впереди. Бандит по-прежнему обстреливал трубы и прилегающие к ним территории. «Другое дело» – подумал я, вздохнул, аккуратно обогнул ствол дерева, прицелился и снял несчастного романтика с большой дороги. Мой ПДА показывал, что рядом присутствует только один человек – им был Снуз.

Я подбежал к пролому в стене, зашел внутрь и, после того, как никого не обнаружил, жестом позвал к себе коллегу.

Этот своеобразный коридор был пуст. В стене с другой стороны него также был проломан проход, а рядом с ним – лестница на второй этаж. Возле неё валялся труп бандита в чёрной кожаной куртке со стеклянным взглядом, направленным в потолок.

Проверив карманы и рюкзак убитого, из полезного я нашел только сигареты. Снуз смотался на второй этаж, чтобы проверить обстановку там, но через минуту вернулся, показав, что там чисто.

Мы шли вперед, ПДА молчал – никого не было. На протяжении всего пути нам встречались трупы мутантов: снорков, тушканов, слепых псов и псевдособак; а также нескончаемые трупы сталкеров, погибших в разное время. Степень разложения и степень обглодания у всех была разная, а вот мерзкий тухлый тошнотворный запах – разбираться не хотелось, от кого был сильнее. Хотелось просто быстрее пройти это место.

– Рэд, мне нехорошо, – промямлил Снуз, еле сдерживая позывы.

– Бывалый сталкер, а туда же, – ухмыльнулся я. – Что ж ты? Это же самый что ни на есть запах Зоны. Перегной, тухлятина, недоразложившиеся человеческие останки. А если я тебе сейчас буду природу некоторых артефактов рассказывать, например, Ломтя мяса…, думаю, тебе совсем хреново станет. – Я злился, сам не знал, на что, но злился, а Снуз зеленел на глазах.

Мы дошли до развилки. Мой спутник издал хрюкающий утробный звук, сплюнул и вытер накопившийся пот со лба.

– Нормально, – буркнул сталкер.

– Это хорошо, – без эмоций произнёс я.

– Как-то их там чересчур много, – Снуз говорил про трупы, оставшиеся гнить позади нас.

– Дикая территория, – спокойно сказал я. – Дикая территория.

***

Я отдал Снузу свой ПДА и он, как и велено было ему ранее, пошёл отвлекать на себя внимание наших недоброжелателей. Как только со стороны железнодорожной станции до меня стали доноситься выстрелы его верного товарища, созданного великим конструктором Михаилом Тимофеевичем Калашниковым, я выдвинулся в путь.

Что такое для опытнейшего сталкера пройти через заросший непонятным кустарником ангар, в котором радиации столько, что любое живое существо моментально отправится к духам? За исключением только уже мутировавших тварей, которым радиация не опасна для здоровья. Правильный ответ – раз плюнуть да вторым растереть.

Я закинул в себя один из приятнейших препаратов из лавки высококлассного торговца прелестями Зоны ещё в XX-35. В моём случае торговцем, поставлявшим мне счастье прямо из лабораторий учёных, был Тесей, а препаратом была обычная химоза из семейства радиопротекторов. Быстро эти чертовы таблетки действовать не начинают, но зато хватает их надолго. А мы всё-таки на Дикую территорию лыжи навострили, поэтому я мог себе позволить сейчас сунуться туда, куда не каждый осмелится. Да и бандиты не будут ожидать Вестника смерти с этого фланга.

У самого выхода из ангара пришлось из моей бесшумной малышки приговорить пару слепых собак, мирно прикорнувших. Устали, наверное, от своей вечной беготни и слепой ярости. Лёгкой дороги вам в лучший мир, твари.

Автомат Снуза всё ещё лупил по неприятелю с противоположного фланга, чем я был безусловно обрадован. Хотя, с другой стороны, если бы они шлёпнули Снуза, идти к ним в гости мне было бы уже без надобности.

«Стоп!», яростно промелькнула в моей голове мысль, словно в шаге от себя я увидел растяжку: «Эти суки до конца не имеют понятия, кто я такой, и уже смели глотки свои раскрыть? Я Натэра лично прикончу, теперь это моё личное дело, а дело Снуза – так, побочка». Я чувствовал, как место во мне, в котором до этого царило равнодушие, потихоньку заполняется ненавистью. Она придаёт мне сил и уверенности, она заставляет сжимать кулаки с такой силой, что предплечья видимо увеличиваются в размерах.

Аккуратно обогнув врата ангара, я быстрыми короткими перебежками вдоль стеночки приблизился к выступу, откуда очень хорошо можно было начать истребление этих недалёких пресмыкающихся. В прицел своей ВСС я видел красивое трёхэтажное здание. Сложно было представить, что когда-то здесь являли миру свой некрасивый вид пустые бетонные балки, которые даже в то время служили прекрасным местом для отдыха или, скажем, для опорного пункта во времена большой войны кланов друг с другом. Кто контролировал стройку на заводе «Росток», тот контролировал в то время дорогу на Янтарь, ибо другого пути тогда не было.

Вот было время: стройку то наёмники, то клановцы, то бандиты под себя поджимали; костёр возле железной дороги тоже никогда не пустовал – там чаще всего обитали те, кто готовился как раз к захвату этой несчастной стройки; мутанты по всей округе носились как угорелые – вот же славные были времена! Тьфу! Да три раза, чтобы такое снова повторилось.

Позже война миновала, народу много полегло тогда, и пришло ж в голову какому-то умному человеку достроить эти проклятые развалины. Получилось неплохо, и ведь какое-то время сохранялся очень хрупкий мир. В этом месте было организовано нейтральное заведение, в котором приют мог найти любой желающий, поэтому и название оно получило «Гостиница». А сейчас снова: одни придут, захватят; другие постреляют этих да придут свои порядки наводить. Смысла теперь в этом месте не так много, так как до Янтаря уже давно открыты новые пути-дорожки. А смерть всё равно не обходит его стороной, проклятое это место какое-то, здесь бы святой водицей или хотя бы водкой полить.

Из окон этого шикарного по меркам Зоны комплекса выглядывало с десяток злых головёшек. Они злобно поливали свинцом в сторону железнодорожной станции в надежде подстрелить моего коллегу и меня. Парочку этих прекрасных мишеней я успел прострелить, пока остальные не почуяли неладное и не попрятались. Эх, а вот теперь – винтовочку за спину и бегом по стеночке, стараясь не привлекать к себе внимания, да к подножью данного сооружения. Будем, как говорится, штурмом брать.

Стопка бетонных плит, гниющая здесь уже чёрт знает какой десяток лет. Заваленный проход в подземный туннель. Никому не нужный бесполезный забор, который когда-то, видно ещё до аварии, ограждал стройку. И я достиг стен гостиницы. Спиной надёжно ощущая стенку, я достал пистолет и настроился на проникновение и ближний бой с неприятелем.

«У любого объекта есть слабые места», проносилось в моей голове вместе с воспоминаниями из моей прежней жизни. Не выдавая своего местонахождения, я внимательно посмотрел, куда меня может вывести ближайшее окно, находившееся по левую руку от меня. Это был большой, просторный и, к моему счастью, пустой зал на первом этаже. У меня не было лучшего выхода кроме как обмотать бинтом рукоятку пистолета и, дождавшись очередной автоматной очереди в этой непрекращающейся мелодии боя, разбить одно из окон. После проникнуть внутрь и, держа пистолет невероятно близко к своему лицу, чтобы удобно было целиться, продвигаться внутрь.

Шум разбивания стекла мне хоть и удалось спрятать, а вот падения кусков стекла и хруст от наступания на них скрыть не представилось возможным. Да и, честно говоря, я не рассчитывал на то, что во время перестрелки кто-нибудь обратит внимания на такой пустяк. Однако, на лестнице, ведущей на второй этаж, я встретил двух шестёрок Натэра и совершенно спокойно убрал их со своего пути. Они и понять ничего не успели, как отправились на божий суд.

На втором этаже мне пришлось убрать пистолет и снова браться за винтовку, правда, теперь пришлось стрелять из неё очередями, потому что засевшие в зале возле окон бандиты услышали, как я расправился с их товарищами на лестнице. Первого я убил совершенно легко и просто – сказалось и мастерство, и везение. С двумя другими пришлось повозиться.

На ум пришла одна старая армейская уловка и её действие, как всегда, не подвело. Двум товарищам я кинул подарочек в виде лимонки, правда, чеку я оставил на месте, а то ещё здание сложится, а мне погребённым заживо под обломками сомнительных материалов не очень хочется быть. Моментально после стука этого смертоносного кусочка металла об пол выстрелы моих неприятелей прекратились и, выскочив из укрытия, я прикончил их обоих.

Поднимаясь на третий этаж, я устранил ещё одного подручного Натэра, прострелив ему сначала живот, а подойдя вплотную, наградил и контрольным выстрелом в голову, на всякий, как говорится, пожарный. И уже на последнем этаже я услышал гнев его святейшества, великого стратега и могучего владыки Натэра. Он яростно, находясь в своём кабинете, стрелял в закрытую дверь с другой стороны из своего дробовика в надежде попасть в меня. Я же облокотился на стеночку сбоку от двери и стоял безмятежно курил. У меня в голове было две мысли. Первая: может гранату ему кинуть, а вторая – может, докурить, а потом гранату ему кинуть. В общем, я курил и думал о том, что же делать дальше.

«Сколько раз он уже перезарядился? Эх, как с жизнью страшно расставаться», сомнений не было, Натэр бил очередями по два выстрела с разным приблизительно равным интервалом между ними, значит, у него обрез или обычное охотничье ружьё. Гостиницу держат, значит, огневой мощи им должно хватать, так можно было бы и чем-то более изобретательным обзавестись, например, Mossberg Maverick M88 был бы неплохим дополнением к образу и производил бы устрашающий вид. Всему вас учить надо.

Выстрелы неожиданно прекратились, не уж-то боеприпасы закончились.

– Кричи, сука! – Донеслось из комнаты несостоявшегося Аль Капоне.

– Помогите! – Раздался женский крик из покоев злодея.

– А это ещё кто? – Безразлично крикнул я, потягивая сигарету.

– Подарок от прошлых хозяев этой лачуги, – восхищался собой мой оппонент.

– Ого, так ты с боем гостиницу взял, – саркастически издевался я над ним.

– Зря скалишься, мои псы тебя на куски порвут! – Злобно ревел Натэр.

– Где твои? Нет твоих, – засмеялся я. – Порешал я всех твоих.

«С другой стороны», задумался я: «Десятка рыл слишком мало, чтобы контролировать такое место. Скорее всего, сегодня здесь были не все. Ушли на дело? Хотя, мне-то какая разница. Встречу бандита в Зоне – всё равно на тот свет отправлю».

– Святой! Может, договоримся? – Завыл из своей конуры прижатый к стенке лидер местных бандитов.

– Что, Натэр, как хвост прищемили, так и поговорить охота появилась? – Смеялся я, чтобы ещё немного позлить своего врага.

– Святой, нам ли с тобой кусаться? Нужно платье – забирай. Хочешь деньги, бабу – всё тебе отдам, да разойдёмся мирно как в море корабли. Идёт? – Вовсю капитулировал некогда смелый Юра Мейхоп.

– Идёт, – крикнул я и достал из кобуры пистолет. «Мы с террористами переговоров не ведём», подумал я и сплюнул от напряжения горькую слюну. – Платье и бабу. Деньги свои себе оставь, мне проблемы из-за них не нужны. Ты сейчас, чтобы шкурку свою спасти, мне общаг сольёшь, а потом на меня же всех собак и повесишь.

– А ты не промах. По рукам, – донеслось до меня из комнаты.

«Надеюсь, мастерство меня не подведёт», резко выдохнув, я вышел из своего укрытия, сделал два быстрых шага навстречу неприятелю, прикрывшемуся от меня женским телом, и, вскинув руку с пистолетом, уверенно нажал на спусковой крючок.

Стена за Натэром моментально окрасилась в красный цвет. Его труп с застывшей гримасой удивления рухнул вниз, а девушка отскочила в сторону и присела на пол, обхватив колени руками, дрожа, как колышется лист на сильном осеннем ветру. Я подошёл к телу своего врага, вырвал из его мёртвых лап орудие, которым эта падаль пыталась убить меня. Советский ТОЗ-БМ 16 калибра сильная вещь, тяжёлая, но убойная. Проверив, я убедился, что ружьишко заряжено, поэтому я с удовольствием направил этот метровый ствол в его бывшего хозяина и разрядил его. «Это личное дело», пронеслось в моей голове во время этих действий и что-то у меня внутри безудержно ликовало.

После этого я достал из открытого сейфа две хорошие пачки купюр, закинул ружьё себе за свободное плечо и направился к выходу.

– А ты чего расселась? Собирайся, если жить хочешь, или оставайся тут и подыхай. Я уйду через десять минут, – сказал я перепуганной девушке и отправился на улицу.

Там меня уже поджидал куривший Снуз.

– В здании чисто. Иди за своим платьем да пошли отсюда ко всем чертям.

– Твой ПДА, – выбросил сигарету мой коллега и протянул мне мой персональный компьютер.

– Иди, бегом, – улыбнулся я. – Не хочу здесь задерживаться больше необходимого.

– Хорошо, – закивал гривой Снуз и побежал в гостиницу.

– Только…, – я хотел сказать ему про девушку, но не успел. Из здания уже раздался женский крик.

Я тяжело выдохнул и направился к ним.

Передо мной стоял обескураженный Снуз, который явно не знал, что ему делать, и до смерти перепуганная женщина с небольшим портфельчиком за спиной.

– Успокойтесь! – Крикнул я, чтобы привлечь их внимание. – Это мой товарищ, – обратился я к девушке. – Мы с ним пив-пав и сделали необходимое нам дело, побочно спасли тебя, – я объяснял ей как маленькой, потому что понимал, что она сейчас в очень плохом эмоциональном состоянии. – Снуз, – переключился я на сталкера. – Это…, – я понял, что не знаю, как её зовут. – Девушка, короче, которую Натэр с приятелями в плену держали. Доведём её до ХХ-35, а там разберёмся, что дальше делать.

– Без проблем, – откликнулся мой коллега и побежал дальше искать своё чёртово платье.

***

Снуз забрал свою посылку, я докурил очередную сигарету, девушка сидела и ждала нашего выхода в стороне от нас со своим маленьким синим портфельчиком. Она не проронила ни слова. Наконец, мы были готовы уходить. Снова пошёл дождь.

Снуз шёл первым, следом за ним девушка, замыкал колонну я.

– Шагай след в след, если жизнь дорога, – напряженно проговорил я. У меня в голове зудела мысль о том, что мы возвращаемся почти той же дорогой, а делать этого в Зоне не принято от слова «совсем».

Счётчик Гейгера слегка пощёлкивал, если можно так выразиться, когда мы подходили к железной дороге, огибая заколоченное со всех сторон здание. Бывалые сталкеры знают, как проникнуть внутрь, но держат этот козырь в секрете, тем более что вылазки в подобные места опасны для здоровья больше, чем другие.

– Как тебя зовут? – Спросил я девушку, идущую впереди меня. Дамам, как говорится, уступать надо, тем более, если впереди может быть карусель, она же мясорубка, или жарка.

– Белла, – еле слышно произнесла девушка.

– Что же, Белла, ты делаешь в Зоне? – Ухмыльнулся я.

– Я – абитуриентка медицинского университета. Я с детства мечтала стать доктором, а баллов для поступления не хватало. Один профессор подсказал мне выход из моей ситуации. Он сказал: «Каждый второй хочет поступить в медицинский университет, тем более в наш. Тебе нужна льгота. Ты – не сирота, не немощная, поэтому тебе можно рассчитывать только на специальную льготу. Можешь податься в добровольцы и уехать в горячую точку, помогать спасать людей в военных конфликтах, а можешь стать помощницей учёных, например, в Чернобыльской Зоне, – спокойно рассказывала она, словно это обычная история. – Я боялась войны и подписала контракт на год с НИИЧАЗ.

Примечания