- -
- 100%
- +
© Даниил Михайлович Торопов, 2025
ISBN 978-5-0060-3788-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава первая: Обещания
Прошел месяц с тех пор, как по рекомендации психиатра я начал пить таблетки на основе трифтазина. Они мне помогают; по крайней мере, так все говорят. Да и голоса я давно не слышал, и маниакальные стремления перестали тревожить. Ха, тревожить. Самое главное: они ко мне не возвращаются. Я избавился от голосов в голове и, в принципе, получил то, к чему давно так стремился. Их я больше не слышу. Будильник сработает через 7 минут. Пожалуй, начну собираться в лабораторию…
По пути встретил свою избранницу:
– Доброе утро, дорогой.
– Доброе утро, дорогая.
– Ого, а кто-то и вправду пошел на поправку. Помнится, пару месяцев назад я тебя назвала «дорогой», и кое-кто с потрохами меня сожрал своими едкими фразами, потешая свое самодовольное и напыщенное эго. Умывайся и садись за стол, мы с Марией тебя ждем.
– Да, дорогая.
– О господи, кому скажи, никто не поверит: я от своего мужа услышала: «Да, дорогая». Напомни мне: когда мы будем в следующий раз собираться к Дарье Валерьевне, нужно будет что-нибудь купить для нее в знак благодарности за столь превосходно проделанную работу. Ты же ей благодарен?
– Да, дорогая.
– Все, иди. Мы тебя ждем. И поменяй мелодию будильника «День Сурка», а еще знай – эту твою злую шутку про одинаковость дней я тебе еще долго не прощу.
– Хорошо, дорогая.
Я, торопясь, вернулся в комнату за телефоном, в надежде успеть до включения будильника. Я пошел в ванную комнату, перебирая на телефоне релаксирующие мелодии для пробуждения, ища именно то, что понравится моей избраннице. Я остановился на мелодии под названием «Красивая Музыка для Утреннего Пробуждения». Сделав, что мне было необходимо, я направился на кухню, где меня ждала жена с Марией.
– Доброе утро, пап. Мама говорит, что ты, ты. Мам, в каком настроении папа?
– В замечательном, моя любимая.
– В замечательном!
– Да, Мария, мама все верно говорит.
– Ешьте быстрее, одному на работу скоро, а нашей любимице – в детский сад.
– Я не любимица, я Мария. Пап, ко мне опять пристают ебята.
– Ах-ха-ха-ха-ха. Мария, золотце мое, скажи «ребята».
– Ебята.
– Ребята.
– Я так и говорю, мам, «ебята». Пап, я так и не поняла, что мне теперь делать. Ты мне раньше говорил, что нужно им делать бобо больше, чем они мне делают бобо, и радоваться этому. Мне перестали делать бобо. Но потом вы с мамой сказали быть приличной, не делать им бобо. И теперь. Они мне снова делают бобо, а я сижу, такая вся приличная леди, и жду, когда можно будет по изучать что-нибудь, а они не отстают и мне мешают. Можно мне снова делать им бобо?
– Нет, дорогая. Ты приличная леди, для леди непристойно драться с мальчишками. Смотри на них с гордостью, и они сами отстанут.
– Пап?
– Да, Мария, слушай маму, она плохого не посоветует.
– Пап, можно я тебе кое-что покажу.
– Мария, выпей витаминки для зрения и духа. И что у вас там за секретики от меня? Может, и мне покажете?
– Это наша тайна с папой, да, пап?
– Да, Мария.
– Все, мы пошли.
Мария кладет в рот последний брокколи и забрасывает туда же витаминки от какого-то блогера – полу врача, полу какого-то эзотерика. Затем вскакивает со стула с кружкой свежевыжатого морковного сока и хватает меня за руку, попивая и проливая немного сока. Как только я начинаю вставать, жена резко останавливает нас:
– Так, всем стоять. Дорогой, тоже выпей таблетки, что на основе травтафазана и поешь на работе.
– Трифтазина.
– Да, держи и следи теперь за графиком их принятия сам. Доча, одевайся! Вам с папой пора в садик, а пока вы одеваетесь, я здесь все уберу. И не бегай по дому с кружкой! Всем все ясно?
– Я не доча, я Мария. Я хочу папе кое-что показать.
– Доча, одевайся, я сказала. Иди, одень ее, а то она сама не в состоянии, и поешь чего-нибудь. Я сейчас буду читать новую утреннюю мантру для благополучия, которую мне прислали из храма. Поэтому отвези ее в садик, у меня много дел.
– Я не доча, и я сама могу одеваться. Папа, иди покажу, как я сама могу. И я тебя, мам, вообще не понимаю!
– Пойдем, Мария.
Мы идем в детскую комнату, слышим, как что-то на кухне упало и слышим голос Лидии:
– Да ёк василек! Ебушки воробушки! Да почему на мизинчик-то опять, блин…
Мария в коридоре остановилась и сказала:
– Пап…
– Я весь во внимании, Мария.
– Вопрос: если мама перестанет читать текста благополучия, ты перестанешь ей давать благополучные денежки.
– Если она с нами, то я буду продолжать давать ей деньги, даже если она перестанет читать мантры благополучия.
– Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
– Зачем тогда мама их читает?
– Она склонна думать, что всё, что у нее есть, – это благодаря фантазиям, в которые она верит. Она называет это энергией, кармой и еще по-разному, полностью отказываясь признать тот факт, что всё, что ей дается, зарабатывается мной, а не её ритуалами.
– Факт: я снова не понимаю маму.
Мария, тяжело вздохнув, взяла меня за руку и повела в свою детскую комнату. Затем стала показывать, как она умеет одеваться. Она перепутала пуговицы, надевая на себя кофту:
– Мария, ответь на вопрос: «А так застегивать пуговицы нынче модно у вас в садике?»
– Только, если я приду так.
– …
– Так уж и быть, буду как все. Эх, а то Даша и Настя обзавидуются ещё. Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
– Ты такой стал из-за правила, что нельзя делать другим бобо?
– Я стал таким потому, что понял, что нужно быть хорошим человеком.
– Ты и так был хороший. Раньше ты с мамой был другим папой, и мама была другая с тобой, а сейчас она другая даже без тебя. Раньше вы мне нравились больше.
– Мне тоже, Мария, мне тоже. Вижу, ты оделась, чтобы другие от зависти не лопнули. Подожди, я таблетки выпью, и мы пойдем в машину. Я тебя в садик отвезу, а по дороге мы поболтаем. Согласна?
– Пап.
– Я весь во внимании, Мария.
– Мне кажется, ты стал такой тихий потому, что ты стал кушать таблетки, которые тебе мама дает. И я слышала, что ей дает эти таблетки другая тетя. Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
– Не кушай таблетки.
– Мария, пойми…
– Ты обещал, что для меня ты сделаешь все, что мне нужно, а мне, а мне. Ты умный, только когда мы вдвоем, а когда мама, ты молчишь, а раньше ты вечно что-то делал и постоянно учил нас с мамой чему-то. Мне кажется, если бы не ты, я была бы как Петька наш. Он вечно сидит и в носу куклами колупается, а мама наша так бы и сидела, раскладывая больно ноги издавая такие вот звуки «оооммм». И вообще не играла бы со мной в прием у психолога. И глупая была бы, видя мои изобретения… фух, я устяля.
– Мария, вспомни, чему я тебя учил.
– Невкусная еда не кушается через ушко?
– Скажи, еще чему я тебя учил?
Ну, это много перечислять. Ну-у-у… Не надевать тлусики на головку, когда ушки мелзнут? Сейчас скажу. Стремиться всеми силами к, к, мечте, а ну да, к науке. Эммм… Фарамулировать правильно то, чего я хочу от себя и от других. Там еще э-э-э…
– Мария, я сейчас выпью таблетки, отвезу тебя в садик, а по дороге ты сформулируешь то, что ты хочешь от меня. Я же обещаю, что сделаю для тебя то, что ты хочешь от меня, а взамен, ты сделаешь то, что я хочу от тебя.
– Как раньше?
– Да, Мария, как раньше.
– Но я не хочу в садик, я хочу быть с тобой тут. Мне, когда ты рядом, хорошо. Особенно, когда мы в маленькой лаборатории, а там, а там… в садике надо быть вся такая леди и ждать, когда мальчишки машинки перестанут на ножки мои ставить. А я даже не знаю, что такое быть леди, просто сижу и жду, когда мальчики уйдут.
– Пойдем, Мария, продолжим наш разговор в машине.
– Эххх… Хорошо, пап, я в машине сформилилую слова и скажу, что я хочу от тебя.
Мария взяла меня за руку. Я понимал, что сильно изменился, и решил в этот раз не пить трифтазиновые таблетки, дабы потом хорошо все обдумать. Взял портфель, после чего мы отправились в машину. В машине Мария сидела молча. Я знал: если она молчит, значит, она серьезно о чем-то думает. Спустя 10 минут пути она сказала:
– Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
– Я хочу от тебя, чтобы ты, ты создал для меня другую жизнь, где я всегда с тобой и где мир не был бы пассивным. Знаешь, как в игре: все всегда чем-то заняты и что-то делают, а называться это будет, будет… О, придумала! Игра «Другая жизнь». Я сфолмулиловала. Твоя очередь, пап, говорить, что ты хочешь от меня. А потом мы пообещаем друг другу, как раньше, что мы сделаем это друг для друга, да пап!? Да!? Да! Да! Да!
– Я хочу от тебя доведения до совершенства одного любого твоего научного проекта. Предел совершенства ты определяешь сама, и также ты должна заработать любую сумму денежных средств, благодаря своему проекту.
– Я обещаю получить денежку от проекта и довести проект, который выберу, до совершенства. А что такое совершенство, пап?
– Это высший образец. Совершенство – значит, что данные объект либо субъект лучше не сделать.
– Значит, я буду умнее ученых, и даже тебя, пап?
– Помни, Мария, предел совершенства ты определяешь сама.
– Значит, мне нужно сделать, например, прибор таким, что даже ты его не сможешь сделать лучше. Купи мне магнитики, я потом нарисую, какие мне надо.
– Я обещаю для тебя, Мария, создать мир. В созданном мною мире для тебя я буду всегда с тобой.
– Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
– Я хочу от тебя, чтобы ты сходил со мною в садик. И поговорил с воспитателем, как раньше.
– Я сделаю это для тебя, Мария. Напомни мне, ты пьешь витамины Пси, что я тебе недавно начал давать?
– Да, пап, я принимаю их согласно договоренности. Кстати, через три минуты их пора пить.
– Можешь выпить их сейчас, немного ранее. И теперь пей их не 1 раз в 2 дня, а 3 раза в день: утром по будильнику, в обед после приема пищи и перед сном. Помни: ни слова о них маме, если что…
– Это витаминки из садика. Помню, пап.
Мария съедает витамины Пси, которые я создал специально для нее, запивая их соком.
– Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
Ответь мне на вопрос, пап: «А так и должно быть, что после них словно в мыслях что-то меняется? Я там слышу какие-то слова, и они даже умные прямо, наверное».
– Да, это витамины для ума, они помогают тебе лучше думать. Мы приехали. Пойдем, Мария.
Мы вышли из машины, Мария взяла меня за руку, и мы направились в садик. Она снова молчала. Пройдя немного, она сказала:
– Получается, чтобы мне говорить, что мой папа лучший, совершенство, это значит нужно взять всех пап в мире и собрать статистику и, если мой папа победит в набирании баллов, то я смогу называть своего папу совершенством. Совершенный папа. Ты же мне не разрешишь называть тебя совершенством без собранных доказательств, да, папа?
– Да, Мария, ты сделала правильный вывод.
– Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
– Скажи, почему мама меня по-разному называет: то я Леди, то я Золотце, то я Искорка, то вообще Гайка. Мама вообще не знает, кто я такая? Да, пап?
– Я считаю: на эту тему нужно поговорить тебе с мамой, используя доводы и аргументы, и объяснить, кто ты на самом деле. И почему ты не Искорка, Золотце, Леди и не Гайка для мамы.
– Пап, смотри – вон воспитательница, пойдем к ней.
Как только воспитатель детского сада увидела, что мы идем к ней, она выпучила глаза и начала нелепо пытаться скрыться от нас, словно она что-то резко вспомнила и ей срочно что-то и где-то нужно сделать. Мария засмеялась, и мы пошли к воспитателю. Войдя в столовую, мы снова увидели воспитателя и ее выпученные глаза и то, как она нервно перебирает тарелки со словами:
– А, э-э. Здравствуйте. Мария, я же просила, чтобы пришла мама. Почему ты снова пришла с папой?
– Если бы я пришла с мамой, то она дома мне снова стала бы говорить всякие глупости, после которых я предрасположена думать, что глупая именно я.
– Татьяна Евгеньевна, скажите мне всё то, что вы хотели сказать моей супруге. И, если вы не против, то я помогу во время вашего рассказа переложить тарелки на 13 сантиметров левее за вас.
– Я вам уже сказала, что видеть вас больше не хочу и вообще, я буду разговаривать только с Лидией Анатольевной. Я занята, уходите.
– Пап, мама опять глупости громко говорить будет, у меня после этого мысли путаются.
– Татьяна Евгеньевна, в этот раз я вас внимательно выслушаю и больше не буду дрессировать вас через взрыв пакет с несмываемой краской и блестками. Также, больше не буду отправлять вам конверт с табличкой «Под высоким напряжением» с важным текстом для вас, который вы полдня вытягивали из меня. Постараюсь взаимодействовать с вами исключительно с помощью прямого диалога. Я вас слушаю, Татьяна Евгеньевна.
– …
– Начните уже говорить, Татьяна Евгеньевна.
– Э-э-э… ну, хорошо. Так уж и быть. Мария, иди переодевайся, а я поговорю с твоим папой. Хорошо?
– Пап?
– Я весь во внимании, Мария.
– Я составлю список и чертежи. Вечером, когда ты придешь, я тебе их передам, хотя лучше в планировщик скину, а если удастся выделить время, то сама все закажу.
– Если что, ты знаешь, у кого еще можно заказать все, что тебе нужно, если этого нет в интернете. Я добуду для твоего изобретения все, что тебе будет угодно. Но если дело будет касаться чего-то официально запрещенного, мы будем с тобой размышлять, чем его можно будет заменить и, возможно, заменим дозволенным в рамках закона. Напомни, Мария, почему мы будем искать официально разрешенные аналоги.
– Потому что в прошлый раз мы много времени потратили на создание алиби для полиции.
– Верно, и неоправданные риски…
– Удел слабодумающих. Я пошла, увидимся вечером, пап.
– У вас видимо хороший логопед, прошла неделя как… Ладно, неважно. Я сделаю вид, что этого всего не слышала. Итак, начнем с малого, ваша дочь чуть не лишила глаза одного мальчика. Как вы это прокомментируете?
– Чтобы дать хоть какие-то комментарии, мне нужно больше деталей и фактов о том событии. Вы продолжайте – я слушаю.
– Хорошо. Она дала резинку мальчику и сказала, чтобы тот растянул резинку с помощью двух пальцев разных рук и подвел один палец с резинкой к глазу, а второй палец с резинкой растянул как можно дальше. После этого приказала ему резко отпустить палец с натянутой резинкой, что дальше от глаза. Резинка ударила ему в глаз и, слава богу, что в закрытый. Достаточно деталей и фактов для вашего комментария, Юрий Михайлович?
– Следствие мне ясно, для моего комментария также нужно знать причину. Я вас слушаю, Татьяна Евгеньевна.
– Эммм… Андрейка обозвал вашу дочь глупой.
– Вот мой комментарий, Татьяна Евгеньевна. Психологические травмы для человека также вредны и опасны, как и физические. Из-за психологической атаки Андрейки у Марии был выбор: признать факт, что она глупая, и жить с этой правдой о себе всю жизнь. Либо доказать, что факты Андрейки ложь. Я считаю, что она сделала правильный выбор.
– С вами бесполезно разговаривать, я хочу поговорить с вашей супругой, пусть завтра приходит она.
– Татьяна Евгеньевна, успокойтесь. Ситуацию с резинкой и Андрейкой я обсужу с Марией дома. Будьте так любезны, скажите, есть ли еще истории про Марию, о которых вы хотите рассказать?
– Несомненно, есть. Она издевалась над кошкой на глазах у других детей.
– Татьяна Евгеньевна, дайте всю информацию на тему этого события.
– Ну, хорошо. У нас в садик повадилась ходить кошка, мы называем ее Маруся. Дети ее подкармливают, поэтому и ходит к нам. Она забеременела и стала малоподвижной, дети брали ее на руки, а она, уставшая, не двигалась. Понимаете, как кукла была, да еще и растолстела. Кхм… кхм… так вот. Ваша дочь, насмотревшись взрослых фильмов, видя, что кошка не активна, проверила у нее пульс. Подумала, что у кошки останавливается сердце и решила, что нужно ее спасать. Она раздобыла в мусорном баке старую зажигалку и разобрала ее. Получив, с её слов, шокер, она воскрешала им кошку. Но это еще не всё. Кошка, видимо, благодаря своему жиру не чувствовала ток, и ваша дочь решила, что нужно больше тока, чтобы якобы спасти кошку от остановки сердца. Она организовала ребят, чтобы одни отвлекали охранника, а другие стырили у него электрошокер. И, знаете, им это удалось. Благо, я услышала звуки электрошокера в тот момент, когда они его проверяли не на Марусе, а просто включали. Как говорится, благими намерениями вымощена дорога сами знаете куда…
– …
– Не молчите, я слушаю вас. Что вы скажите по этому поводу?
– Татьяна Евгеньевна, я скажу мудрость монаха храма Шедруб Линг «Пустословие бессмысленно». Лучше скажите мне: есть ли еще события про Марию, которые вы хотите огласить.
– Пожалуй, я рассказала вам все события, выходящие за рамки обыденности за вчерашний день. И, Юрий Михайлович, я рада, что вы меняетесь в лучшую сторону.
Я кивнул головой, пошел в машину. По дороге я увидел, как паренек катает машинку на голове Марии. Она скрестила руки и притопывала правой ногой, подавая сигнал, что она нервно ждет окончания этой игры. Я сказал Марии:
– Мария, маме не говори, но правило «не делай бобо в ответ на бобо» отменяется!
– Я поняла, пап!
Я продолжил свой путь к машине, слушая, что говорит Мария:
– Теперь моя очередь. Скажи, тебе это нравится, а?! Скажи: нравится?!
– А-а-а! Отстань, я маме пожалуюсь.
– Я продолжу до тех пор, пока не ответишь мне, нравится ли тебе это, а?! А мне вот сейчас нравится. Серотонин! Аха-ха-ха-ха!!
– Мамааа! Мамааа! Маааааауууаа!
Глава вторая: Они вернулись
Я приезжаю в лабораторию, захожу внутрь, показываю пропускной охраннику. Он мне говорит:
– Юрий Михайлович, здравствуйте, вам велено передать, что вас срочно ждет Илья Андреевич.
Я подхожу к лифту. Ко мне подбегают два наших младших специалиста. Один, нервно крутя обручальное кольцо, заговорил со мной:
– Юрий Михайлович, здравствуйте, вам на какой этаж?
– Седьмой.
– И нам туда же. Юрий Михайлович, у нас есть пара вопросов по поводу наших старых особых проектов. Информацию по ним надо бы обсудить где-нибудь в особом месте. Вы же меня понимаете?
– Всю информацию принесите мне в кабинет на стол в бумажном варианте, последний лист с записью, что вы конкретно хотите от меня.
– Юрий Михайлович, нам хотелось бы, чтобы таких проектов было как можно больше. Вы же гений, придумываете их, как Юстиниан свои законы.
– …
– А вот и наш этаж. Может быть, мы забудем про старые проекты и просто создадим новые. Судя по графикам, такая стратегия приносит куда больше адамовых яблок, если вы понимаете, о чем я. Мы с Евгением будем с нетерпением вас ждать у себя.
– Я непременно передам вам новый проект, ждите. И сделайте мне перевод.
– Перевод, какой перевод? Ах да, перевод. Да, да, да, все сделаем. Сейчас же этим и займемся.
Я дошел до кабинета Ильи, заглянул внутрь. Он очень активно разговаривал с кем-то по телефону, но, увидев меня, произнес:
– Да этот спекулянт со своими фьючерсами даже нефти-то вживую ни разу не видел. О, Юр. Так, всё, я вам потом перезвоню. Я же вам сказал «потом перезвоню». Все, до свидания. Юр! Как поживаешь, мой старый друг? Рад тебя видеть. Мария с тобой еще не свихнулась?
Он идет ко мне с целью обнять.
– С Марией все прекрасно, признаков шизофрении не наблюдается. Живу я в полнейшем потоке спокойствия, но стараюсь жить, выполняя свои обязанности.
– Вот я как раз-таки и хотел поговорить о твоих обязанностях. Понимаешь, Юр.
– Я весь во внимании.
– Как только ты стал пить неврологические таблетки, о выговорил, и не спрашивай, откуда я про них знаю, я за всеми ведущими специалистами слежу…
– Та-а-ак.
– С твоим потоком спокойствия у нас закономерно все проекты пошли с бюджетом в унитаз, а разработки стоят на месте либо ухудшаются. Весь поток идет в финансовый минус. А все знаешь почему, Юра?
– Предполагаю. У вас перестали появляться качественные готовые решения по развитию проектов и новые перспективно просчитанные проекты также отсутствуют. И разработка безопасного ИИ тоже, наверняка, встала. А сотрудники у нас, как оказалось, только и умеют работать по прописанным им задачам и готовыми решениями проблем.
– Вот именно, Юр, вот именно.
– И что же ты предлагаешь?
– Перестань жрать это дерьмо, которым тебя пичкают.
– Илья, что ты со мной, как с ребенком, а? Ты прекрасно знаешь причину, по которой я их принимаю. И уже наверняка знаешь мой ответ.
– Ну, хочешь я тебе…
В кабинет заходит секретарша, Илья срывается на ней:
– Олеся, раскудрит твою мать, а ну сгинь на хрен отсюда!
У Секретарши от резкости Ильи упал поднос с завтраком и документами.
– Иди отсюда, я сам уберу.
– Илья Андреевич, простите, там же документы от Нефтерос….
– Сгинь отсюда, я сказал! Вон! Дура никчемная. Так, о чем это я? … Ах да, денег тебе дам на продолжение твоих домашних разработок. Да оставь ты эти документы!
Илья швырнул в сторону секретарши подставку для ручек и крикнул:
Вон я сказал!
– Простите.
– Ты гений, у тебя получится от них избавиться.
– Мой ответ «нет».
– Хорошо, хорошо. Юр, давай так. Я тебя безмерно уважаю, особенно после того, через что мы прошли, и ты мой друг. Мне больно видеть, как ты превращаешься в овощ. Ты поработай сегодня. Сделай акцент на ИИ.
Я начал уходить и услышал, как Илья продолжил уже полушепотом говорить:
– Я же вижу, что ты их сегодня не употреблял, и я надеюсь, что ты поймёшь, что с твоими таблетками от невролога ты ничем не отличаешься от наших рядовых специалистов, я боюсь, что и ты станешь как овощ. Ступай, Юр, ступай мой друг.
Я пошел в свой кабинет. Войдя внутрь, я увидел кучу бумаг с пометкой «срочно». Включил компьютеры, обновил пароли. Войдя в почту и зайдя в чаты, увидел множество писем с пометкой «срочно» и множество писем и сообщений с темой: от вас, Юрий Михайлович, требуется помощь.
Проигнорировав все сообщения, я начал просматривать алгоритм ИИ, дабы понять, на какой он стадии разработки, и ничего не смог понять. Я четко помню, что весь алгоритм задавал я и как он должен выглядеть, тоже помню. Но ничего не могу понять, я вижу лишь набор символов. Нужно спланировать день, может, хоть тогда мозги заработают.
Задачи на 12.06
– Доработать алгоритм ИИ.
– Продумать основу мира для Марии.
– Придумать… и прийти к…
Поработав час другой, я ничего не смог сделать и многое даже понять, раньше ответы и понимание всего приходили сами на ум, а сейчас была просто пустота. В голову лезут лишь мысли: продолжить ли мне пить таблетки или нет, что будет лучшем решением для Марии? Прозвенел будильник «пить таблетки». Я не стал их пить, думая, что это хоть как-то поможет мне в разработке мира для Марии. Пришел отчет на телефон о покупках. Была куплена Библия на «Ridero» и магниты в форме шара на эксперимент.ру. Покупки совершены через аккаунт Марии. Через аккаунт супруги было куплено «Шардоне», ароматизированные свечи в форме женского кхм-кхм дырки, руфон последней модели «Макс про версия», аренда авто F класса, дальнейший список покупок я не стал смотреть. После нескольких часов работы мне удалось разобраться только в том, что алгоритм ИИ ищет обходные пути законов и правил. А каким образом он их находит – не совсем понятно. Полагаю – нужно просчитать все возможные варианты и там, где нужно, надо поставить запрет, а точнее: другие алгоритмы действий. Приступая к работе, я начал понимать, что это – титанический труд, который может занять годы и годы. Но продолжал работать. Секретарша принесла мне обед. Перекусив, я продолжил трудиться, пропуская приемы таблеток. Наступил вечер. Словно из ниоткуда я услышал голос Марии:
– Пап?
– Я весь во внимании, Мария, что!?
Я поворачиваюсь, никого нет. Я понял: началось. Я снова начинаю слышать голоса людей.
– В чем смысл движения?
– У нее опять началось.
– Мне нужны силы.
– Она снова с этим борется.
– Мне нужен покой.
– Он вроде тоже зашевелился.
– Я не с тобой говорю.
– Их нужно потом покормить.
– Если она не справится, она останется такой навсегда.
– Он тоже не справляется.
– А он и вправду думает, что мы там есть.
Я говорю им:
– Что вам нужно от меня?
– Ему не преодолеть это.
– Вас не существует.
– Он почти очнулся.
– Отстаньте от меня.
– Лень даже что-то сказать.