Декер. Книга первая. Ремиссия

– У Тикки ведь сегодня на техобслуживании этот Сеерин, ну, декер- полуэльф! Она говорила, что он парень что надо и дружит с ней, подарками хвастала. Они с Бритвой вместе под орком ходят, может, ничего страшного? – попытался успокоить своего товарища синтетический здоровяк.

– Да, мне тоже рассказывала, крысу какую-то показывала, сияла аж вся, – легкая тень надежды зажглась в глазах Бёрка.

Он знал, что их старшие велели не лезть, не потому что стягивали силы к блоку, а из-за нежелания влезать в свару с хозяином «Некроза», небольшого ночного клуба, под коим уже ходило несколько объединенных банд. Новоявленная безымянная группировка, прозванная средь остальных Умертвиями из-за отсутствия опознавательных знаков и привычки не оставлять после стычек тела своих бойцов, отличалась почти военной дисциплиной и первоклассным вооружением. Умертвия, что неуклонно расширяли свои территории, поглощая прочие банды сектора, безжалостно вырезали на корню всех конкурентов, именно они раздавили Алых сборщиков, и меряться концами с ними не представлялось заманчивым ни одной из группировок.

Бёрк, еще раз отстегнув барабанный магазин, проверил наличие бесполезных в этой ситуации патронов, будто их мог кто-то украсть. Вся его надежда была направлена на упомянутого напарником полуэльфа. И словно услыхав его мысли, дверь внизу лестницы плавно отъехала в сторону, выпустив из апартаментов киберхирурга Бритву. Девушка в коротенькой куртке мехового ворота, будто пьяная или упоротая «Озарением», чуть шатаясь и сбивая шаг, двинулась вверх по ступеням.

– Вызовите мне своего старшего! – алые огни линз биомеханических глаз впились в двух бандитов.

– С какой ещё стати? – выпятив челюсть, ответил Бёрк.

– А вот с такой, ублюдок! – в этот раз расщелкнулась на отдельные составляющие уже правая ладонь. Четыре пальца сложились вместе с разделённой ладонью на тыльной стороне запястья, оставив указательный, выдвинувший ноготь торчать сродни тонкому кинжалу-стилету. И этот клинок Бритва без всяческих прелюдий с ходу вогнала под нижнюю каемку бронежилета, глубоко в бок.

Берг, охнув, выронил штурмовую винтовку, припав спиной на стену, а его синтетический качок-товарищ, попытавшийся достать из-за пояса пистолет, замер, уставившись в дуло преобразившейся трансформацией левой руки.

– Старшего, долбоящер, пока я не превратила твои внутренности в желе! – девушка, наверное, пошевелила своим жутким пальцем в ране, отчего боевик жалобно вскрикнул, доставая из кармана штанов личный коммуникатор.

– Слушай меня, Аксель, и внимательно слушай! – нежно так и проницательно улыбнулась Бритва собеседнику, когда на экране инфопланшета показалось усеянное шрамами лицо одного из командиров Воспрявших с аугментированной черным металликом нижней челюстью.

Первое, что поразило Сеерина, едва он поднялся из подвала на цокольный этаж, пропуская нескольких работников в жёлтых спецовках «А.С.Т. Алсдар. Секьюрити.Тех», так это почти пустой атриум и с десяток бойцов Воспрявших, что деловито возились у нескольких распахнутых ящиков с автоматическими навесными турелями.

«Однако!» – не мог не удивиться полуэльф влиянию бывшей предводительницы потрошителей, что, закинув ногу на ногу, сидела на одной из лавочек подле живых деревьев и курила сигарету, всем своим видом понукая нет-нет да косящихся в её сторону бандюгов шевелиться. Видать, его слова, как и воздействие Сильраиры, возымели должный эффект, и потрошительница всерьёз озаботилась безопасностью гномы!

– Ну, двинули, – бросила она, поднимаясь.

– Что за срочность? – поинтересовался Сеерин уже на эскалаторе.

– Мне-то почём знать? Велел тебя найти и все дела! – пожала Бритва плечами. – Надо наладонник включенным держать! А я и не знала, что тебе нравятся поменьше, – разразилась она хохотом, минуя распахнутые гермостворы и окунаясь в смрад сектора.

– Язык свой придержи, пока не вырвал! – свел брови полукровка, морщась великолепному букету, пропитавшему лишенный света мир одного из подуровней древнего чуда технологий купола: дикой смеси гниющих отходов, испарений, химикатов и затхлого воздуха, нагнетаемого после цикла рециркуляции через огромные вентиляторы на всех концах сектора.

Его взору открылся объятый промышленным смогом город внутри улья, скрасивший свою угрюмость за феерическими огнями неона мегаполис, глубоко сидящий под поверхностью, словно паутиной оплетённый монорельсовыми и высокоскоростными трасами. Меж вычурных, будто желающих переплюнуть соседей своими замороченными формами и дизайном высоток, порождений пластика и стали, залепленных огромными экранами, высились, сверкая броней, однообразные своей структурой монолиты мегабашен: нерушимые жилые блоки и станции перехода меж секторами, костяки и вены всего купола, творения безумца или гения. Они, берущие своё начало у самых костей земли, служили опорой огромного свода, чье обвитое циклопическими кабелями и трубами дно, заменившее мириадами ламп солнце, было основой следующего сектора. Затем ещё одного и так дальше до самой поверхности, до высоких дворцов первородных, нежащихся под истинным солнечным светом, хоть и через призму огородившего от мёртвого мира пузыря.

Воздушное пространство сектора, словно тропинками, было расчерчено нескончаемым потоком дронов и грузовых воздушных барж, часто пробивающих на своём маршруте огромные рекламные и новостные голограммы, видимые со всех концов. А за жилой чертой города, занимающего лишь малую часть сектора, выглядывали гротескные громады предприятий и фабрик. Третий сектор, как и его расположенные ниже собратья, был индустриальной частью улья.

Сеерин всего несколько раз видел солнечный свет, всего пару раз его глаза слепили ласковые объятья живого светила. Не этой искусственной подделки, выдающей ровно отведённую порцию ультрафиолета, а настоящих ласкающих лучей. И эти воспоминания не померкли с годами, только усилили сосущую пустоту внутри, скорбный реквием об утраченном.

– Красотами залюбовался? – скупо из-за малого функционала красивой кибернетической маски, заменившей лицо, оскалилась бывшая потрошительница, глядя на задравшего голову декера-полуэльфа.

–Ты хотя бы раз видела настоящее небо? – печально глянул на свою собеседницу деккер. – Хотя такой как ты не понять, что значит красота! В твоём черном тухлом сердце нет места прекрасному.

– Что значит, нет, ты просто не видел мои работы! Я, можно сказать, художница! – Бритва и впрямь не хуже заправского мясника оглядела поднимающуюся по ступеням молодую пару, чья одежда пестрила вшитыми светодиодными нитями. – Вот у него, к примеру, искусственная почка и печень, слишком прямо держит спину, а у неё расширенный интерфейс нейроматрицы: постоянно щурит зенки, даже сейчас подключена к сети. Могу поспорить, что даже когда этот хлюст залезет на неё, она все еще будет далеко, заморочив мозг миражами киберпространства. Ух, я бы с ними позабавилась! – словно орудуя воображаемым скальпелем, расчертила она парой взмахов спины удаляющихся.

– Я видел твоё понимание искусства! – скривился Сеерин. – Вдоволь нагляделся на экспонаты, когда штурмовал вашу берлогу! Неужто в тебе не осталось ни капли сочувствия или моральных принципов? Ничего не обрывалось внутри, когда твои люди разделывали детей? – он давно хотел задать этот вопрос бывшей главе Алых сборщиков, но не представлялось возможным, ведь босс нарочито держал эту парочку подальше друг от друга, прекрасно зная моральные принципы полуэльфа-декера, что хотел ещё тогда расправиться с Бритвой.

– Я никогда не поручала работу над детьми своим подчинённым, столь деликатными делами всегда занималась сама!

От её слов Сеерина аж подкинуло, всё его естество взвыло бешеным, алчущим крови зверем, особенно от улыбки потрошительницы, явно предназначенной ему. Мертвые боги свидетели, каких усилия стоило ему не дать отмашку Сильраире испепелить всё высокотехнологичное нутро Бритвы, а лучше самому разделать её прям здесь, на ступенях третьей мегабашни.

– Чего скривился как от дрянного синтокофе? Уж ты-то не строй из себя непорочную деву, длинноухий. Знаю я, что вы сотворили при штурме купола Эль Дералиер! Хочешь сказать, что там, на прорыве, обошлось без смертей мирного населения? Или, когда интервенция вышла провалом, вы хоть кого-то эвакуировали, спасли гражданских? Вперёд того как взорвали, отступая, грязные бомбы?

Сеерин уже собирался ответить, как был заткнут очередным безумным смехом.

– Вот только не надо мне говорить про приказы и волю командования! Не перворожденные давили на курки и обрушивали целые сектора! – приблизилась девушка вплотную, прожигая багряные живые глаза полукровки огнем своих биомеханических аугментаций. – Не тебе меня судить, про небо он вспомнил! Тот мир мёртв! И здесь, в нашем тухлом аду нет места сентиментальности и возвышенным чувствам, оглянись по сторонам, обмудок! – обернувшись, она, словно пытаясь объять сектор, развела в стороны руки.

– Здесь можно только выжить! Не важно, какой ценой! И будь ты умнее, то не дарил бы своей ущербной подруге игрушки, а озаботился её охраной! Пять минут мне понадобилось, дабы увеличить её шансы! Всего пять минут, и местные мордовороты будут беречь её как зеницу ока! Но даже это её не спасет, она погибла в тот самый миг, когда укрылась от реальности в своей берлоге! Они все мертвы, большая часть населения, что, пуская слюни, живут на просторах сети в выдуманном виртуальном мире грёз, сотворенном для порабощения слабых духом. Я убивала себе в угоду их тела, обогащалась за счет их, но души их уже давно были омертвлены системой! Отринь пустые устои, разбей рамки! Убивай, воруй, пытай, дави слабых, вставших на твоём пути! Живи! Знаешь, высокоматериальный ты мой! Я боле не страшусь тварей из тьмы, настал их час дрожать от моего имени!

Сеерин даже пару раз моргнул, пытаясь после слов потрошительницы прийти в чувства. Оказывается, за образом больной садистки-психопатки крылась волевая личность, ведомая извращенной на свой лад идеей. Боец, что дальновидно углядел Гархар. Да, она купалась в крови и чужих страданиях, что было отвратно для совести полуэльфа, но она выживала и поднималась в иерархии этой звериной своры, пародии на человеческое общество, своей безмерной жестокостью оберегая себя.

«Но, так или иначе, я убью её, рано или поздно убью! Потому что всё её существование отрицает мои представления о самой жизни! Таким, как она не позволительно жить!» – дал себе зарок юноша, спускаясь по ступеням на небольшую площадь пред мегабашней.

– «А я с радостью помогу!» – подала в глубине разума свой голос искин.

– Ты куда? – поинтересовалась Бритва, глядя как полукровка, прорезая разношерстную толпу, направился через площадь в сторону прочих жилых кварталов.

– На станцию монорельса, – указал Сеерин на маячившую меж многоэтажек вывеску общественного транспорта, чья магнитная основа тугими узлами оплетала сектор. Искря напругой из-под клешней намертво вцепившихся в рельсину захватов, по ней как раз промчала сцепка нескольких подвешенных вагонов широких панорамных окон на сером, исщерблённом граффити корпусе.

– Пошли, декер, на моём «Гепарде» быстрее будет!

Пару секунд в раздумьях, провожая потрошительницу взором, и полуэльф, пожав плечами, двинулся следом.

«Гепардом» оказалась здоровенная приземистая зверюга двух широкопрофильных, как у грузовика, колёс. Алый с черными прожилками трассовый байк огромного движка под плавно изогнутой рамой, непристойно дорогущей марки, томительно ожидал их на одной из подземных стоянок вблизи мегабашни. И вскоре Сеерин, чуть придерживаясь за бока потрошительницы, мчался по одной из высокоскоростных магистралей.

И лучше бы он не спрашивал Сильраиру об их скорости, ведь искусственный разум без всяческих стеснений сообщила, что Бритва выжимала под громогласный рёв из переделанного движка в полтора раза больше допустимой нормы.

Мимо размытыми силуэтами на фоне озаренной неоновым светом жилой части сектора проносились силуэты легковых и грузовых автомобилей. Они непристойно близко пролетели мимо тяжёлого конвоя С.С.К.: двух серых бронетранспортеров высокой подвески и восьми колёсных пар с автоматическими орудийными башнями над кабинами широких капотов. Броневики вели в центре колонны длинный спецтранспорт с тяжёлым штурмовым отвалом на подъёмной кабине-аппарели. Конвой сопровождали тяжёлые воздушные дроны поддержки, что синхронно обернулись на мелькнувший рядом байк.

«Информацию?» – задал Сеерин вопрос своей второй половинке.

«При вооружённом столкновении двух группировок вблизи восьмидесятой башни была задета инфраструктура гидропонной фермы. Выслан оперативный отряд зачистки сил самообороны купола.»

Не боялся бы полуэльф, что порывистый ветер, вызванный скоростью «Гепарда» потрошительницы, порвёт при раскрытии ему рот, непременно бы присвистнул. В спецтранспорте, в своих стойлах-станциях ожидая активации, покоились частично автономные андроиды-пехотинцы, роботизированные бронированные солдаты, своим строением напоминавшие человека.

А это означало одно: всё живое в районе, представляющее хоть малейшую угрозу работоспособности гидропонной фермы, будет уничтожено. И даже будь среди местных боевиков коллеги полуэльфа – декеры, даже им не удалось бы остановить это бездушное воинство. Андроиды, не в пример тем же кибергончим оснащенные более продвинутым интеллектом, были объединены единой сетью, подконтрольной не иначе бинарному родичу Сильраиры – искину сил самообороны, что сводило на нет любые попытки взлома или перехвата.

Сеерин и тот, при поддержке своей высокоразвитой тени, не отваживался влезать в столь опасные кластеры киберпространства. Не один программист ещё не создал такого демона, что мог проломить «черный лед», создаваемый этими самодостаточными продвинутыми разумами, не обремененными слабой живой плотью.

Развить свою мысль полуэльфу не довелось: решив прибавить куража, Бритва выскочила на встречку.

Полчаса под завывание ветра в заострённых ушах заняла их дорога до центра сектора. Полчаса под громкий, словно набат воинов древности, лихорадочный стук сердца – и они тормознули у круглого трёхэтажного здания, облицованного черного мрамора панелями, освещённого снизу синим неоном, с огромной вывеской «Некроз» над двойными створками входа, изображавшей полуразодранное лицо с горящими, как и неон, синими глазами, из-под ошметков кожи которого проглядывали ржавые элементы киберимплантов.

Из нутра одного из самых популярных клубов сектора доносились оглушающие звуки музыки, не этот электромагнитный полуритмичный визг –блевотная какофония, так любимая в прочих клубах, а настоящая живая музыка, рев электро- и бас-гитар под обворожительный оперный голос певицы.

У прохода как обычно кипела давка. Кто-то, проказами алкоголя и несильных галлюциногенов шатаясь, выбирался наружу, кто-то, напирая на ограждение, прорывался во внутрь. Все посетители были юного, полного кипящих гормонов возраста. Но более-менее относительный порядок соблюдался волей двух огромных серокожих орков, братьев Дарза и Аргока, охранников, чьи огромные тела в черной униформе под бронежилетами прибавляли в мощи за счёт навороченного хрома.

Один хорошо знакомый декеру боевик Умертвий, именуемый Дарзом, увидав Сеерина с Бритвой, быстро разогнал возмущённую толпу и, оскалив страшенную морду огромных клыков в подобии улыбки, приветственно протянул полуэльфу руку.

– Он уже ожидает!

Нутро «Некроза», сотрясаемое музыкой, было сродни беснующемуся океану, подсвеченному синевой длинных люминесцентных ламп, едва разгонявшей царивший полусумрак. Качумающаяся толпа, отсвечивая светодиодными полосами на одёжке и светясь раскрашенными фосфорической краской лицами, бурлила во всем зале, нестройно подвывая певице – худой эльфийке, выступавшей со сцены на дальнем конце, в длинном, украшенном серебром, откровенных вырезов платье с белоснежного цвета волосами, убранными в невероятной сложности причёску.

Работая локтями, а где и кулаками, декер с потрошительницей насилу пробились сквозь толпу к длинной барной стойке.

– Привет, ушастый! – подмигнула Сеерину Анджела, протягивая банку с дорогой маркой эля. – Уже обкатал? – рыжая как пламя девушка, в синем переднике поверх клетчатой рубашки, что со своими напарницами непрестанно крутились за барьером стойки, безустанно подавая напитки, кивнула в сторону рюкзака полуэльфа, к коему был приделан серого пластика прямоугольный чехол.

– Немного, манёвренность на высоте, а оружие еще не доводилось! – тепло улыбнулся деккер, припомнив замысловатые пируэты, что бесшумно выписывал маленький дрон четырёх винтовых двигателей, снабжённый электромагнитным иглострелом. – Над чем сейчас корпишь? – спросил он Анджелу, лучшего, по его мнению, подпольного робототехника.

– Да всё воюю с гироскопами паука, никак, сучёныш, не хочет сложные препятствия переползать! Процессор сбивается в вычислениях, слишком много функционала съедает орудийная система.

Припомнив не махонького в размерах дрона шести многосуставных конечностей магнитных подошв, с турелью на усиленной раме, что видел у барменши в мастерской, распложенной в снятом складском помещении на дальнем конце сектора, полуэльф сочувственно кивнул головой.

– А головной модуль андроида-пехотинца уже вскрыла? – все повышая голос, дабы перекрыть музыку, поинтересовался декер

– Вскрыла, с тебя новый инструмент! Бронь хороша, да и хер-то с ней, а вот основа карбида-вольфрамовая, как костяк кибергончих! Но бесполезняк, не объединенные общей сетью, они просто груда высокотехнологичного металла и микросхем. Активация происходит из командного центра, протоколы подпрограмм процессора глушат системы при разрыве контакта. А переписать на новые – это не по моей части, да и сомнительно, что вообще кто-то сможет. Все железо заточено под определённый процессор и работает только с его кодировкой на определённой частоте. Кто бы не сотворил этих болванчиков, мозги у него покруче наших будут.

«Ну, я бы не спешила с выводами!» – почти обиженно подала голос Сильраира, вызвав усмешку Сеерина.

– А диапазон сигнала вычислила?

– Да, только в него не влезть, кодировка самопереписывается.

– А мне и влезать без надобности! – скрежетнув жестянкой, открыл Сеерин банку, и, многозначительно подмигнув девушке-робототехнику, добротно приложился. – Главное заглушить!

И под её оглушительный смех, чуть не перебивающий гвалт бас-гитар, он направился в сторону двери с табличкой «Только для персонала».

– У тебя все подружки ущербные? – поинтересовалась Бритва уже в технических коридорах.

– Нет, только одна, да и то я бы не назвал её своей подругой! – исчерпал беседу Сеерин.

Они прошлись мимо нескольких довольно-таки больших складов с выпивкой и продуктами, миновали гримёрки для выступающих, а затем спустились на несколько пролётов по старой металлической лестнице и замерли возле тупика, хитрой развязки труб и кабелей. Несколько секунд камера, вмонтированная в потолок рядом с очертаниями сокрытых турелей, сверяла биометрию, а затем по виду тупик отъехал в сторону, за ним, расцепив магнитные замки, распахнулись и взрывоустойчивые толстенные гермостворки.

Сеерин, шагнув за порог, не без удовольствия вздохнул куда более чистым, чем в секторе, воздухом, нагнетаемым первоклассной системой рециркуляции.

Более не было подсобок клуба, декер и потрошительница оказались на настоящей военной базе в логове Умертвий, сооружённой в обширном старом командном бункере, чьё законсервированное существование было стёрто из всех баз данных и архивов стараниями Сильраиры и самого Сеерина. Широкий бетонных стен коридор вёл мимо множества жилых блоков, мастерских, тренировочных залов, оружейных и тиров. Повсюду сновали бойцы в одинаковой чёрной униформе: эльфы, люди и гномы, завербованные и прошедшие суровый отбор по критериям Гархара.

Из тиров слышалась стрельба, из мастерских жужжание инструмента. Логово было огромным комплексом, имеющим самодостаточную инфраструктуру, собственные системы фильтрации воды и воздуха, небольшой реактор и множество отнорков, частью старых служебных коридоров, частью новых, специально проложенных для выхода в нужные районы канализации. Множество бойцов, примкнувших к Умертвиям, продолжали свою обычную жизнь на поверхности сектора, но другая часть уже давно перебралась сюда, усилив и без того рьяно насаживаемые руководством узы боевого братства.

«Скоро» – твердо сам себе молвил полуэльф, проходя мимо и глянув в сторону пустующего медблока, оборудованного на зависть любой дорогой клинике.

Их полевой врач – отличный киберхирург – сложил голову в одной из стычек с бандами восьмой мегабашни, и Сеерин уже давно собирался предложить Тикке это место, в котором она сможет забыть о страхах и собственной безопасности, но покамест находились более важные дела. Как, например, очередная дверь, в противовес прочих сделанная из дерева.

– Ну и где ты ползал, клятый ты мой компаньон? – это рычание нельзя было спутать ни с чем иным. И от его звука лёгкая улыбка тронула лицо полуэльфа. А вот Бритва в противовес Сеерину даже вздрогнула своим биологическим нутром; мало что могло напугать потрошительницу, но этот голос занимал в этом коротком списке первое место.

Посреди кабинета громадой, окруженной несколькими удобными креслами, высился здоровенный стол, вырезанный из целикового древнего костяка с заменившим столешницу экраном. Сам хозяин кабинета с раздутой гордостью заявлял, что это, дескать, драконья кость, и мало кто не соглашался с ним! Даже полуэльф и тот учтиво держал при себе информацию, что это останки кита, существа, некогда невообразимо давно обитавшего в бескрайних океанских просторах. Стены были завешены природной слабостью орков – трофеями и разнообразными витринами с великим множеством оружия, начиная от лазерной насечки мечей, цепных топоров и энергомолотов, заканчивая ракетными установками и импульсными штурмовыми винтовками последних моделей.

У дальнего конца своеобразного офиса, аккуратно орудуя масленкой и щеточкой у лишенного бронированных элементов силового экзоскелета «Берсерка» третьей модели, над механизмами и сервоприводами хлопотал здоровущий серокожий полуорк в свободного покроя камуфляжных штанах, заправленных в тяжёлые ботинки металлических тупых носков с высокими щитками, закрывающими голень.

Свитое тугими, невообразимо толстыми канатами мышц тело обернулось, и на еще больше прибавившем в шрамах лице с огромной нижней челюстью воцарилась улыбка, чей дружеский эффект скрадывали здоровущие клыки.

– Так в чем срочность, Гархар? – глянув в живое око (сержант люто ненавидел, когда пялились на его окружённую углепластиком аугментацию киберимпланта), Сеерин подошел к небольшой барной стойке, нацедив в прозрачный бокал дюже дорогого виски.

– Мы нашли его, ушастый! Нашли! – еще больше оскалился былой командир, подойдя к столу и достав из одного из шкафчиков ворох старых отпечатанных на бумаге чертежей и планов.

– Брешешь, поросячья морда! – устремился к столу Сеерин.

Бритва разинула с изумлением рот. Ещё никто на её памяти не смел не только оскорблять полуорка, но даже косо смотреть на него. А тут нате – поросячья морда! И Гархар, будто так и надо, только сильней оскалился.

«А не так-то ты и прост, полуэльф, ох, как непрост!» – улыбнулась своим мыслям, как и открывающимся возможностям потрошительница, глядя на склонившегося над ветхими, почти рассыпающимися бумагами Сеерина.

– Десятый уровень, первый заложенный при сотворении, – задумчиво бормотал себе под нос декер, и верная Сильраира уже выкидывала в сознание образы современных чертежей, молниеносно добытые искином из необъятных пространств сети с баз данных администрации.

Полуорк, нацедив себе стакан отвратно пахнущего грога, так излюбленного представителями его воинственной расы, тоже в свою очередь присоединился к Сеерину, накрыв дисплей костяного стола своей тенью.

– Умно запрятали. По современным схемам на юге основания двенадцатой мегабашни только очистные сооружения – система переработки и утилизации. Кто в дерьме будет искать старый узел-ретранслятор!

– Десятый. Пропитанная ядом ржавая выгребная яма, даже мои сборщики и те туда носа не совали. Одни фанатики, отшибленные на всю голову Дети распада. Мерзопакостные, доложу я вам, ребятки! Туда нужно лезть целой армией, и при поддержке техники, – многозначительно заметила Бритва, пряча истовую заинтересованность за скучающим видом, приближаясь к столу.