Игры мажоров. Испортить сводную

Тимур, несмотря на свое состояние, задвигает меня за свою спину, выступая живым щитом, прикрывая меня собой. Я чувствую, как его пальцы сжимают мою руку еще крепче, будто пытаясь передать мне свою уверенность.

– Мы уходим, – произносит твердо. – У нас была сделка.

Взгляд охранника скользит по Тимуру, затем по мне, и я не вижу в нем никаких эмоций. Будто ему плевать на нас и пламенную речь Тима.

– Валяйте, – отступает он в сторону лениво, будто и не собирался нам препятствовать.

Охранник открывает замок и со скрипом распахивает дверь.

Сводный просто тянет меня за собой, и мы выходим на улицу. Ночной воздух касается разгоряченной кожи. После спертого воздуха закрытого клуба он приносит не только свежесть, но и ощущение долгожданного освобождения. Я чувствую, как дрожь пробегает по телу, но это не только от холода. Мы сделали это. Мы выбрались. И только теперь я делаю глубокий вдох.

– Тим, – шепчу я, когда мы отходим на безопасное расстояние, – ты в порядке? Мы должны вызвать скорую.

– Не надо, – он качает головой, но его голос звучит слабо. – Просто… давай найдем такси. Я отвезу тебя домой.

– Ты не в состоянии даже идти, – возражаю я, чувствуя, как его шаг замедляется и теряет твердость. – Ты еле стоишь на ногах.

– Все в порядке, – он упрямо сжимает губы, но я вижу, как на его лбу выступает испарина. – Ты же обещала.

– Обещала что? – не понимаю я, но затем вспоминаю его слова о поцелуях. – Тим, ты серьезно? Разве это важно сейчас? Ты нуждаешься в помощи!

– Для меня важно, – он останавливается и поворачивается ко мне. Его лицо в свете уличных фонарей кажется бледным, но в его глазах все еще горит тот самый огонь, который заставил его выйти на ринг. – Ты обещала.

Я смотрю на него, чувствуя, как сердце сжимается. Он еле держится на ногах, но все еще думает о нашем глупом уговоре.

– Хорошо, – наконец соглашаюсь я, понимая, что спорить с ним сейчас бесполезно. – Но сначала мы должны найти такси, – говорю я, обнимая его за талию и помогая ему идти. – Мы должны как можно скорее уехать отсюда.

Мы медленно движемся по улице, и я достаю смартфон, вызываю такси.

– Приедет через пятнадцать минут, – смотрю на него растерянно, чувствуя, что у нас нет столько времени. Тим держится из последних сил.

– Пятнадцать минут, которые нам есть чем заняться, – хрипло говорит он.

– Что? – удивленно смотрю на него. – Ты серьезно хочешь потребовать с меня долг сейчас?

– Именно! – отвечает он уверенно, обнимая меня за талию и притягивая к себе. – Я хочу получить свой первый взрослый поцелуй.

– Взрослый? Не помню, чтобы мы обсуждали тип поцелуев.

– Десять поцелуев, а то, какими они будут и куда, решать мне, – произносит сводный с коварной улыбкой на губах.

Лицо вспыхивает, и меня бросает в жар от его слов.

– Нет же! Просто поцелуи. Что значит “какими и куда”? – пытаюсь отстоять свою честь и право выбора. Но глядя в блестящие возбуждением глаза сводного, понимаю, что он не даст заднюю.

– Значит, что целовать можно не только в губы, – обдает дыханием мой рот. И я даже не успеваю возразить, как Тим впивается в меня поцелуем.