- -
- 100%
- +
— Арслан Мурадович дал распоряжение вас никуда не выпускать.
— В смысле? Мы что теперь, в тюрьме? Зачем это?
— Что вы! — возмущается он, но, судя по ухмылке на лице, считал он как раз именно так, как я описала. Мы в тюрьме. — Все ради вашей же безопасности.
— Мне нужно поговорить с Арсланом! — говорю я строго.
— Он передал, что у вас есть его номер и в случае чего вы можете набрать его.
— То есть вы ему не передадите, что я просила его приехать?
— Мне было выдано распоряжение, что все ваши просьбы вы должны адресовать ему напрямую.
Вот только мне так и хочется крикнуть: “Ага! Попался!”
Потому что кое-что расходится в его рассказе.
— Но вы же сами сказали написать список необходимого и передать вам.
— Не делаю сверх того, что мне сказано, — снова отделывается этот жук.
— Ясно, — вздыхаю и возвращаюсь внутрь.
— Мы не поедем домой, да? — грустно спрашивает Даня.
— А тебе разве тут не нравится?
— Нравится, — тяжело вздыхает.
— Тогда давай раздеваться и погостим еще немного у Арслана.
— Если мы у него в гостях, то где он спал?
Интересный вопрос. Но я предпочитаю не думать об этом. Хватает мне того, что меня не пускают домой элементарно за вещами.
Хотя кого я обманываю. Ни за каким вещами я не планировала ехать. Я просто хотела вернуться в свою берлогу, которая является и моим местом силы.
— А это ты спросишь у него, когда он придет, — снимаю с сына куртку.
— Долго мы еще будем гостить?
— Не знаю, сынок.
— Я хочу домой, — канючит он.
— Здесь много новых игрушек, — стараюсь его успокоить.
— Мне нужны мои. Старые, — настаивает на своем.
— Я постараюсь решить этот вопрос. Иди, поиграй.
Сын недоверчиво смотрит на меня, но все же возвращается в детскую. А я остаюсь в прихожей, прижимаясь лбом к холодной двери. За ней стоит охранник. Тюремщик. Ирония судьбы. Я пять лет назад сбежала из одной клетки, чтобы попасть в другую…
Телефон вибрирует в кармане. Вижу на дисплее имя тёти Любы.
— Анечка! Ну как вы? Я звонила, звонила! Выписались уже? Я заходила — вас нет. Даня как?
— Всё хорошо, тёть Люб, — говорю как можно бодрее, отходя вглубь квартиры. — Выписались. Мы... в гостях.
— В гостях? — в ее голосе явное недоверие. — У кого это? Ты ж никогда ни к кому не ходишь.
— У старых знакомых, — мой голос предательски дрожит. — Тёть Люб, присмотрите, пожалуйста, за квартирой. Я скоро приеду, заберу кое-что из вещей.
— Анечка, у тебя голос странный. Ты в порядке?
— Да-да, все нормально. Я перезвоню.
Сбрасываю звонок, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.
Все нормально. Все просто замечательно. Я в ловушке у человека, который ненавидит меня за то, что я сбежала, и теперь использует моего же сына как рычаг давления.
Я заглядываю к сыну.
— Мам, включи мультики.
Включаю ему “Три кота”, а сама ухожу на кухню. Достаю телефон, нахожу номер Арслана.
Пальцы дрожат, когда я нажимаю “Вызов”. Слышу гудок, второй, третий. Уже хочу сбросить, но наконец-то раздается:
— Да, — его голос звучит отрывисто, на фоне слышны чужие голоса, какая-то суета.
— Арслан, это я, — говорю тихо, чтобы Даня не услышал. — Нам нужно поговорить.
— Я занят, — сухо отвечает он.
— Мне плевать, занят ты или нет! — во мне закипает злость. — Твои люди не выпускают нас из квартиры. Что это значит? Мы в заложниках?
— Это значит, что я обеспечиваю вашу безопасность.
— От кого? От моей нормальной жизни?
— Аня, — в его голосе появляются металлические нотки. —— Я не собираюсь обсуждать это по телефону. Тем более при посторонних.
— Тогда приезжай и обсуди лично! — перебиваю я, повышая голос. — Потому что я не собираюсь сидеть здесь как в клетке и ждать, когда тебе вздумается со мной поговорить! Мы не твои пленники, Арслан.
— Пленники? — он усмехается, но усмешка выходит злой. — Ты правда думаешь, что я тебя похитил?
— А как это назвать? Твои люди не выпускают нас за дверь! Я даже не знаю, где мы находимся!
— Вы в безопасности. В моей квартире. И если ты не заметила, там есть всё необходимое. Еда, игрушки, одежда. Чего тебе не хватает?
— Свободы! — выкрикиваю я и тут же прикусываю губу, потому что из детской доносится голос Дани:
— Мама, ты чего кричишь?
— Все хорошо, сынок, — отзываюсь я, стараясь говорить спокойно. — Я по телефону разговариваю. Смотри мультики.
В трубке тишина. Потом Арслан говорит уже тише, но от этого не менее жестко:
— Ты хочешь свободы? Хорошо. Я приеду. Мы поговорим. И вряд ли тебе понравится наш разговор.
Глава 16
Время тянется бесконечно долго. Я готовлю суп-лапшу и тефтели с картофельным пюре. Похоже, Арслан заранее подготовился к нашему приезду, потому что холодильник и шкафчики забиты едой.
Мы обедаем с сыном, но я не перестаю прислушиваться к звукам за дверью.
Уложив сына на дневной сон, я сижу в кресле рядом с его кроватью и смотрю на то, как он спит. У меня сердце сжимается от любви и нежности. Но рядом с этими светлыми чувствами теперь поселилась тревога. Я не знаю, сумеем ли мы договориться с Арсланом и что нас дальше с сыном ждет.
Щелчок входной двери заставляет меня вздрогнуть. Я осторожно выхожу из детской, прикрывая дверь, и иду в прихожую.
Арслан стоит у порога. Его волосы блестят от растаявшего снега. Гатоев смотрит на меня долгим тяжелым взглядом.
— Хотела меня видеть? Вот он я, — говорит глухо.
— Вижу. Не шуми, Даня спит.
— Будем разговаривать?
— А ты за этим приехал?
Вместо ответа он снимает дутую куртку и вешает ее в гардероб, а после проходит в гостиную и опускается в кресло. Я остаюсь стоять в дверях, скрестив руки на груди и опасаясь приближаться к нему.
— Садись, — кивает на диван.
— Я постою.
— Дело твое, — он трет переносицу, и я замечаю, как он напряжен. — Что ты хотела, Аня? Спрашивай.
— Мы теперь пленники? Почему твоя охрана не выпускает нас из квартиры?
— Пленники? — Арслан усмехается, но взгляд остается тяжелым. — Можно и так сказать.
— Ты серьезно? — я не верю своим ушам. — Ты решил просто запереть нас здесь, потому что… что? Боишься, что я сбегу?
— А ты не сбежишь? — он поднимается с кресла и делает шаг ко мне. — Скажи честно: если бы не охрана у дверей, ты бы уже давно была в своей конуре, да? Собрала бы вещи, дождалась, пока я уеду, и — поминай как звали.
Я открываю рот, чтобы возразить, но слова застревают в горле. Потому что он вполне может думать именно так.
— Вижу, — кивает Арслан, и в его глазах вспыхивает что-то темное.
— Не совсем так, — наконец-то решаюсь объясниться. — Сын хочет домой, я тоже предпочитаю жить там, где есть хоть какие-то гарантии, что к нам не ворвутся в дом незваные гости. Где мы можем строить быт, как нам нравится.
— Это я незваный гость? — сверкает глазами.
— Нет! Это мы тут гости. Но, как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше. Серьезно, Арслан. Мы взрослые люди, неужели не можем договориться о том, как будет лучше нашему ребенку?
— Вот именно, Анна. И условия проживания в моей квартире, с моими ресурсами, для него лучше.
— Но это же не делается так резко! Ему нужно время, хотя бы чтобы привыкнуть к тебе. А потом к новому жилью. Или наоборот. Но не все сразу. Слишком резкие перемены для ребенка!
— Ты можешь как угодно выворачивать ситуацию, — он понижает голос, и у меня от его интонации мурашки по коже. — Но я не позволю тебе снова развести меня. Усекла?
— Ты не имеешь права держать нас взаперти! И вообще! Мне нравилась моя работа.
— Серьезно? Обслуживать чужаков за те копейки, что ты получала?
— Я собираюсь учиться дальше. И стать врачом!
— Прекрати! — обрывает он меня. — У тебя ребенок маленький. Им занимайся. И не будет нужды думать о том, как заработать. Разве не об этом мечтают все женщины?
Я молчу, не хочу вступать с ним в спор, который я заведомо проиграла. Ничто Арслана не переубедит пойти мне навстречу.
— И сколько это продлится? Год? Два? Всю жизнь?
— Столько, сколько потребуется, — отрезает он. — Пока не научусь тебе доверять. Если вообще научусь.
Я смотрю на него и вижу в глазах самую настоящую злость. Этот мужчина, привыкший все контролировать, столкнулся с тем, что не может контролировать меня. И это сводит его с ума.
— Арслан, — говорю тише, стараясь унять дрожь в голосе. — Я понимаю, ты злишься. Но так нельзя. Даня напуган. Он спрашивает, когда мы поедем домой, скучает по своим игрушкам. Ты думаешь, что создаешь ему безопасность, а на самом деле делаешь только хуже.
Он замирает. Смотрит на меня долгим взглядом, потом переводит глаза в сторону детской.
— Что он говорил? — спрашивает глухо.
— Что хочет домой. Что ему нужны его старые игрушки. Он не понимает, почему мы не можем уйти, — я делаю шаг к нему. — Арслан, если ты хочешь быть частью его жизни, нельзя начинать с тюрьмы. Даже если эта тюрьма — роскошная квартира.
Он молчит. Играет желваками. Я вижу, как внутри него борется желание все контролировать и… что-то другое. Может быть, страх потерять сына снова.
— Я привезу его игрушки, — наконец говорит он. — Все, что скажешь.
— Дело не в игрушках. Дело в доверии. Ты не доверяешь мне, но требуешь, чтобы я доверяла тебе. Так не работает.
— А как работает? — усмехается он горько. — Научи меня, Аня. Потому что я уже забыл, что это такое — доверять женщине. Особенно той, которая исчезла посреди ночи, не сказав ни слова.
У меня сжимается сердце. Я хочу сказать, что у меня не было выбора, что иначе нельзя, но все эти оправдания для него — пустые слова.
— Дай нам время, — шепчу я. — Не запирай. Позволь хотя бы выходить. Я обещаю, что не сбегу. Куда мне бежать? Ты знаешь, где я работаю, где живу, даже с кем оставляю ребенка. Я не могу рисковать им.
Арслан долго смотрит на меня. Потом тяжело вздыхает и проводит рукой по лицу.
— Хорошо, — говорит он тихо. — Завтра охрана будет только у подъезда. Сможете гулять во дворе, ходить в магазин. Но далеко не уходить. И без глупостей, Аня. Если попробуешь сбежать, я найду и заберу сына. Навсегда. Ты меня знаешь.
Я киваю, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Знаю. Он не шутит.
— И еще, — добавляет он, и в его голосе появляются новые нотки. — Сегодня охраны у дверей не будет.
— Почему? — настораживаюсь я.
— Потому что я остаюсь здесь. На ночь.
Сердце пропускает удар.
— Что? Зачем?
— Затем, что хочу побыть с сыном, — отвечает он, глядя мне прямо в глаза. — И показать ему, как выглядит нормальная семья.
— Ты же не хочешь сказать, что будешь спать со мной?
— И это тоже, — усмехается он.
Глава 17
— А теперь пора бы тебе и покормить меня.
Я открываю рот, но не нахожу слов. Потому что все еще пребываю в шоке от его наглости и непробиваемости.
И почему-то у меня нет сомнений в том, что он думает именно так, как сказал. Считает, что поступает правильно. И плевать ему на чувства других. Ладно на мои, но ребенок-то в чем провинился? Ведь я прятала его не потому, что так захотела, а потому, что у меня не было выбора и я считала, что поступаю верно.
— Ну? Чего смотришь? — Арслан смотрит на меня сверху вниз, и мне хочется укрыться от его взгляда за толстой стеной. А в идеале — за сотни или даже тысячи километров. Но, как показал мой опыт, даже расстояние не способно спасти меня от Арслана Гатоева. Недаром он говорит, что всегда получает то, что ему нужно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.