Игры мажоров. Совратить недотрогу

Пролог

– Да, детка, – в темноте слышится тяжелое дыхание и размеренные шлепки тел друг о друга. – Ты такая горячая, – шепчет мужской голос.

Женский стон пронзает воздух, сменяясь на всхлип.

– Сильнее! – выкрикивает девушка.

– Ты близко? – спрашивает ее партнер. – А вот так?

– Да-а-а-а, – кричит она. – Все-о-о-о!

– Я с тобой, Киса! – шлепки тела о тело учащаются, и в какой-то момент раздается низкий хрип, говорящий о том, что мужчина достигает пика следом за своей любовницей.

Внезапно в комнате загорается свет и слышатся хлопки, крики и улюлюканья.

– Красавчик, Дэн! – появляется прямо рядом с любовниками парень с телефоном в руках, снимающий обнаженную пару на видео.

– Что происходит? – ошарашенно говорит девушка, стараясь не смотреть на ту толпу парней, что пряталась в темноте. – Денис, откуда они здесь? – слышатся истерические нотки.

Парень, лежащий поверх девушки и закрывавший ее наготу от посторонних, начинает подниматься, открывая ее обнаженное тело для всеобщего обозрения.

– Денис, постой! – взвизгивает она, дернувшись, и пытаясь стянуть плед с кровати.

Но ее крики остаются проигнорированы. Любовник лишь выкидывает использованный презерватив на пол и, натянув спущенные брюки, встает с кровати.

– Красавчик! – хлопают по плечу, не обращая внимания на забившуюся в угол кровати девушку.

– Респект, бро! – слышится со всех сторон.

– Отличные сиськи, Ольга Александровна, – продолжает снимать на телефон тот, что оказался у кровати первым.

– Убери камеру! – нервно выкрикивает напуганная блондинка, еще пару минут назад сгоравшая от страсти под своим студентом.

– Не получится, Ольга Александровна, – хмыкнул оператор. – Теперь вам придется принимать наши правила.

– Что? – девушка испуганно переводит взгляд с одного своего студента на другого. – О чем ты?

– Если вы не хотите, чтобы это видео слили в сеть и его случайно не увидел весь университет, то сейчас закроете свой милый ротик и не будете спорить, – не останавливает съемку наглец.

– Что вы от меня хотите? – испугано смотрит на него преподаватель макроэкономики.

Запись остановилась, и я отдал смартфон Гарику.

– Годный пруф? – ухмылялся он, пожевывая уголком рта зубочистку.

– Годнота, – улыбнулся, засовывая руки в карманы джинсов.

– Зря ты в живую этого не увидел, – сиял Игорян.

– Думаю, выбирая между сиськами какой-то преподши и серфом, ты бы тоже сделал выбор в пользу последнего.

– Зачетные сиськи, между прочим, – добавил Мик.

– Тоже заценил? – обернулся на него Гарик.

– Вообще телки в возрасте самый смак, – мечтательно проговорил Дэн.

– Что? Продолжаешь ей присовывать? – удивленно посмотрел на него Тим.

– Хорошая соска. Когда сильно приспичит, можно и между парами спустить, – пожал плечами Дэн. – К тому же теперь она не рискнет отказывать, – захохотал он.

– Дальше что? Завирусим видео? – рассматривал довольные морды своих друзей, совсем не изменившихся за последние три месяца, что я провел на островах.

– Посмотрим, насколько окажется сговорчивой, – почесал подбородок Игорян.

– Вряд ли захочет такой славы, – добавил Мик.

– Особенно не захочет, чтобы в сеть попало второе ви-и-и-де-е-е-о, – заговорчески пропел Гарик.

– Что там? – уже догадывался, чем закончилось их общение с нашей преподшей по макроэкономике.

Таких сочных милф в вузе можно было по пальцам пересчитать. И парни вряд ли упустили возможность опробовать уже готовенькую Олечку, так называли ее между собой студенты.

– Там всё! – ответил Дэн.

– Прям всё?

– Всё и все! – ржал этот придурок. – Тоже хочешь? Так я договорюсь, – расплылся в довольной улыбке, словно мартовский кот, Дэн.

– Я больше по студенткам, – окинул парковку взглядом, наблюдая, как девочки в мини-юбочках спешат на пары.

Соскучился я по нашим скромницам, которые, стоило остаться с ними наедине, демонстрировали совсем не скромные умения.

– Это все очень мило, но я бы хотел увидеть свой кэш, – напомнил Дэн о том, что время перевести кассу ему на счет.

– Хорошо сработано, бро, – будучи казначеем этого раунда, я достал из кармана смартфон и, открыв приложение банка, перевел шестизначную сумму на счет приятеля.

– Задание плевое, – надменно смотрел на Дэна Тим. – Она изначально была готова запрыгнуть на твой член.

– Какие-то вопросы, бро? – гневно сверкнул глазами Денис.

– Ты изначально выбрал цель, зная, что она течет по тебе?

– Э, не, дружок! – ухмыльнулся Дэн. – Вы выбрали цель, я принял вызов. Не мои проблемы, что Олечка оказалась настолько легкой добычей.

– Это читерство, – вздернул подбородок Тим.

– Дело сделано, братан, – вмешался Гарик. – Не нравится? Выбирай следующую цель сам, если считаешь, что эта победа слишком легко досталась. Теперь очередь Пита. Пит, ты как?

– Решайте между собой, – пожал плечами, предоставляя право выбора парням.

Пока они препирались, глазел по сторонам, улыбаясь. Девчонки пробегали мимо, оглядываясь на нашу компанию и кокетливо улыбаясь, позволяя любоваться стройными ножками.

– Привет, мальчики! – подплыла к нам Мирка и тут же потянулась ко мне, целуя в щеку. – Пит, какой ты смуглый, – ворковала она, окидывая меня восхищенным взглядом.

– Солнце. Море. Сёрф, – ответил ей.

– Ты на сёрфе – это дабл-секси, – провела пальцами по моему плечу.

– Кажется, кто-то забыл про манеры, – прокашлялся Гарик.

– Понятно, что устоять перед загорелым блондином сложно. Но ты, Мирочка, еще месяц назад говорила, что я на байке – дабл-секси, – отвлек рыжую лису Гарик.

– И ты тоже дабл-секси, милый. Не обижайся, – повернулась к нему, поцеловала его, а следом и остальных парней в щеки, но Дэн отличился. Вместо щеки подставил губы и засосал рыжуху.

– Ну так что с нашим вопросом? – напомнил о себе Тим, игнорируя пищащую Миру и лапающего её Дэна.

– Все в твоих руках, – ухмыльнулись парни.

– Отлично, – хищно улыбнулся он, посмотрев куда-то через мое плечо. – Тогда я знаю, кто будет твоей целью, – довольно потер ладони друг о друга.

– И? – пульс ускорился.

– Она? – кивнул за мою спину.

– Ты шутишь?

– Да ну на хер! – почти в голос воскликнули парни.

Поворачивая голову в указанную сторону, я ощутил, как в кровь произошел выброс адреналина.

– Ты же не хочешь сказать, что это?.. – смотрел на миниатюрную брюнетку, смотрящую прямо перед собой и игнорирующую абсолютно всех.

– Хочу, – расплылся в довольной улыбке Тим.

– Ну, чувак, дерзай! – ржал в голос Мик.

– Смотри, как бы она яйца не отрезала, когда будешь их к ней подкатывать, – издевались эти кони.

– Котик, серьезно? – промурлыкала Мира, про которую я уже успел забыть. – У тебя встанет на это?

– Должен встать, бро! – похлопал меня по плечу Гарик. – Ради общего дела.

– Зачем вам это? – что-то рядом пищала Мира.

– Адреналин, малыш, – подмигнул ей Дэн.

А я смотрел на эту невзрачную стервозную идиотку, озлобленную на весь мужской род. На ней снова это бесформенное худи, а на голове все тот же мерзкий конский хвост. Пытался разглядеть в ней хоть что-то привлекательное и не понимал, как, блядь, провернуть это задание. Но затем она запнулась о бордюр и полетела на землю, встав на четвереньки. Из-под худи выглянула круглая задница, обтянутая черным денимом.

Парни разразились хохотом. А Моль лишь злобно сверкнула глазами и, посмотрев на нас, поднялась на ноги и отряхнулась. А меня внезапно зажгла идея сделать так, чтобы по мне текла даже такая, как Моль.

– Идет! – вытянул я руку.

– О, мужик! – заулюлюкали парни.

– Бабки на кон! – внутри меня что-то зажглось, и мне не терпелось приступить к сближению с объектом.

– Стандартные ставки? – спросил Мик.

– Стандартные – сотка! – подтвердил Дэн.

– Условия? – смотрел на ребят, дожидаясь конкретики.

– Два месяца. Доказательства как обычно. Только в реальном времени.

– Почему так долго? – обычно давался месяц на выполнение задания.

– Да тебе ее и за год не уломать, – хохотнул Гарик.

– Принято!

Вытащив смартфоны, все начали переводить деньги казначею, и, достав свой, я перевел сто тысяч рублей Тиму.

– Ставь таймер, – напомнил ему Мик.

Тим забил на смарт-часах дату и, нажав на кнопку, запустил обратный отсчет времени.

– Игра началась, – просиял он, предвкушая мои мучения.

А я, щелкнув на брелке сигнализации своей желтой красотки, направился в главный корпус университета, где только что скрылась моя жертва, чью жизнь в скором времени я превращу в ад.

Глава 1

Ната

– Чтобы вас всех! – вывалилась вместе с потоком людей из переполненного автобуса, чудом устояв на ногах.

– Ты что-то сказала, дочка? – обернулась на меня пожилая женщина, идущая к тому самому автобусу.

– Говорю, осторожнее, в автобусе давка. Подождите другого, – расстегнула рюкзак, сжимаемый в руках.

– Спасибо, дочка, – остановилась бабушка. – Наверное, лучше на трамвае поеду.

– Езжайте, бабушка, на трамвае. Так точно спокойнее будет, – улыбнулась старушке, попутно проверяя, не вытащили ли в толкотне бумажник с картами или телефон.

Это ж надо было встать позже на каких-то пятнадцать минут и угодить в самую настоящую утреннюю давку. Убедилась, что все на месте, закинула рюкзак на плечо и взяла курс на свою альма-матер, тяжело вздыхая.

Пошла вторая учебная неделя, а я еще ни разу не появлялась на занятиях. Осталось дотянуть два года, и об учебе можно будет забыть раз и навсегда. А пока придется разрываться между парами и работой, делая вид, будто не устала от этой бесконечной борьбы. Но я должна справиться. Иначе никак…

– Натка! – услышала окрик. – Наташка, стой!

Обернулась, увидев Ладу, выходящую из автомобиля отца, и помахала ей рукой.

– Подожди меня! – крикнула подруга, слушая что-то, что ей выговаривал папа.

– Догоняй! Я в деканат! – крикнула ей и повернулась к университету.

Шла мимо беззаботных студенток и студентов, радующихся чему-то в такую рань, и ощущала себя белой, а точнее, черной вороной среди стаи попугаев и павлинов. Сморщилась, увидев самых ярких представители клана пернатых. Мажоры и красавчики, от которых текут все глупые курицы в университете, которые без родительских денег, не представляют из себя абсолютно ничего. Кстати о курицах, самая пустоголовая, как обычно, терлась вокруг любимчиков нашего ректора, практически выпрыгивая из трусов.

Мазнула взглядом по пятерке мажоров, облепивших пошлый желтый спорткар с черными полосками, по мотивам всеми известного комикса, ну или фильма, все зависит от того, насколько его обладатель успел вырасти с момента пубертата. Но, судя по всему, мозг у его владельца не поспевал в развитии за физической формой.

Вдруг показалось, что все они вмиг уставились на меня.

“Чего им нужно?” – промелькнуло в голове перед тем, как я споткнулась и тут же полетела на асфальт на глазах у всего университета.

Поморщилась от боли, пронзившей колени. Стояла на четвереньках и чувствовала, как буквально весь двор прожигает меня взглядами, посмеиваясь. И эти вон тоже, короли жизни. Лицо запылало, и захотелось провалиться сквозь землю. Поднялась на ноги, стараясь как можно быстрее спрятаться от посторонних глаз.

Забежала в корпус здания, пробегая металлическую рамку и быстрым шагом направляясь к лестнице.

– Натка! – снова послышался знакомый голос. – Да стой ты уже!

Замерла на месте, медленно оборачиваясь и тут же встречаясь взглядом с Ладкой, моей единственной подружкой не только в университете, но и за его стенами.

– Ты куда так втопила? – бежала она, запыхавшись. – Я тебе кричу, кричу, а ты будто намеренно меня игноришь, – тяжело дышала светловолосая девчонка в очках и с россыпью веснушек на лице.

– Прости, Лад. Утро не задалось, – улыбнулась. – Да и в деканат надо успеть заскочить до начала занятий, – направились к лестнице вместе.

– Зачем? – нахмурила светлые брови.

– Заявление надо написать об отсрочке оплаты в связи с трудными жизненными обстоятельствами, – покраснела, признаваясь в этом вслух.

– Разве ты не работала все лето? – теперь уже внимательно смотрела на меня подруга.

– Ты же знаешь, какие сейчас цены на лекарства, – старалась не смотреть на нее.

Не любила, когда меня жалели. И пусть Лада – единственная близкая подруга, но ее жалости я не переживу в первую очередь.

– Давай я поговорю с родителями. Они дадут тебе в долг. А как заработаешь, все им отдашь! – воодушевилась она, будто нашла решение всех моих проблем.

– Не нужно. Все, и правда, в порядке. Возьму отсрочку оплаты, а потом разом внесу всю сумму.

– Уверена?

– Абсолютно! – улыбнулась ей, мысленно благодаря за участие.

– Нат! – внезапно крикнула она. – Я так соскучилась! – кинулась ко мне обниматься. – Кажется, я тебя за все лето два раза видела! А в августе ни одного. Да ты даже похудела, – остановилась она, рассматривая меня.

– На работе аврал, а свободное время с мамой. Сама знаешь… – пожала плечами, поднимаясь вверх.

– Как обычно, подменяла всех и каждого, – недовольно поджала губы Лада и дотронулась указательным пальцем до мостика на очках, задвигая их выше на переносице. – А сама лета и не видела, – нахмурилась она.

– Деньги нужны. Выбирать не приходится. И когда, как не летом, можно нормально подзаработать.

– Тоже верно, – заметно погрустнела она. – Да, ладно, Нат! – приобняла меня за плечи и потрясла. – Мы с тобой поедем еще куда-нибудь на море веселиться и отдыхать! – толкнула меня бедром, смеясь.

– Когда-нибудь, – улыбнулась ей.

– Неправильная формулировка! Так вселенная тебя не услышит. Нужно точно формулировать намерение!

– Например? – старалась не рассмеяться в голос, приобняв подругу за талию и позволяя ей точно так же обнять меня и идя с ней в ногу.

– Мы обязательно поедем на море следующим летом!

– Слышь, вселенная! – засмеялась я. – Мы едем на море!

Ладка дождалась меня у деканата. На социологию мы ввалились уже со звонком и, не глядя по сторонам, упали на заднюю парту. По поднявшемуся шуму поняла, что вслед за нами вошла золотая пятёрка мажоров. Не знаю, почему все так радовались их присутствию. По мне, так общие лекции проходят гораздо спокойнее, когда их нет поблизости.

– Эй, народ! Раскачаем вашу тухлую тусу! – закричал на всю аудиторию их самый противный клоун Игорь.

– Власов! Прошу вас занять место и соблюдать тишину, – раздался громоподобный голос Горгоны.

Не обращая внимания на суету в аудитории, я поставила рюкзак на стол, доставая тетрадь и ручку, как почувствовала толчок локтем в бок. Недоуменно взглянула на подругу. Та сидела, вытаращив глаза и слегка кивая прямо перед собой. Проследила за ее взглядом и наткнулась на надменный серый взгляд блондинистого любителя машинок из комиксов.

– Как жизнь? – кивнул мне.

– До момента, как увидела тебя, было лучше, – отвернулась от него, посмотрев на доску.

Его дружки внезапно прыснули со смеха, но мне было плевать на то, что именно смешного они нашли. А вот Ладка будто кол проглотила. Сидела не шевелясь и, кажется, даже не дыша.

– Ну а ты как, Кочеткова? – переключил внимание покрытый татуировками блондин на Ладу.

– Норм, – пискнула она.

– Кочетова, – поправила расписного мажора, не удостоив его и взглядом.

– Кто-то что-то сказал? – усмехнулся он, поворачиваясь к парням.

– Я сказала, ее фамилия не Кочеткова, а Кочетова, – кинула ему в спину.

– Похер, – обронил через плечо, сидя спиной ко мне и тут же забыв о нашем существовании.

– Державин! – выкрикнул преподаватель.

– Я весь внимание, Тамара Викторовна, – отозвался придурок, посмотрев на женщину.

Я же взглянула на Ладку, которая продолжала сидеть, будто парализованная и спрашивающая меня одними губами: “Что это было?”

Пожав плечами, сосредоточила внимание на социологии и постаралась не обращать внимания на нервирующую близость звездных козлов.

Остаток пары я едва поспеваю записывать лекцию и к ее концу, едва чувствую пальцы, скрючившиеся с непривычки от такой нагрузки. После звонка, как только преподаватель дает отмашку, с облегчением выдыхаю и поднимаюсь на ноги. Но не успеваю даже выйти из-за парты, как клоун Власов забирается на нашу с Ладой парту, сталкивая с нее наши сумки.

– Эй, осторожнее! – возмутилась, но на меня никто не обратил внимания.

– Народ! Жду всех в пятницу у себя на вписке! Будет много бухла и еще много чего интересного! Пятница, восемь, Гарик-Пэлас ждет вас!

– Власов! Немедленно слезьте со стола! – рявкнула на него Горгона.

– Ради вас все что угодно Тамара Викторовна! – спрыгнул он с парты, направляясь к выходу.

Сокурсники начали взволнованно перешептываться, явно воодушевленные новостью об очередной тупой тусовке.

– Кочеткова! – снова зовет Ладу Державин, и я, наверное, скриплю зубами от злости так громко, что этот звук перекрывает поднявшийся гвалт. Неужели за два года так и не смог запомнить ее фамилию. – Ты тоже приходи, – подмигнул ей, вгоняя мою бедную Ладу в краску и в полуобморочное состояние, и плавной походкой короля пошел к выходу.

– Ты слышала? – резко повернулась ко мне подруга, хватая за руки.

– К сожалению! – пробурчала под нос.

– Что думаешь? Почему он лично пригласил именно меня? – увидев блеск в ее глазах, поняла, что дело плохо.

– Не знаю, – ощутила неясную тревогу. В груде что-то царапало и ныло, но я никак не могла уловить это странное чувство. – Но мне это не нравится, – озвучила свои эмоции, не зная еще, что уже тогда должна была к ним прислушаться.

Глава 2

Ната

– Мамочка, я на работу, – присела рядом с креслом, смотря на маму снизу вверх. – Минут через десять придет Людмила Сергеевна. Она откроет дверь сама, не пугайся.

– К-к-к л—ю-ю-ю-ч, – протянула мама.

– Да, я отдала ей запасной ключ. Так всем будет легче.

– Н-н-н-о-о, – начала возражать родительница.

– Все, мамуль, не капризничай. Она точно придет. Едет уже на Ленина. Надеюсь, сегодня справитесь без меня. Я не могу разорваться и убегать с работы каждый раз, когда… – не стала заканчивать фразу, не желая обидеть ее. – Опаздываю, поэтому вот тебе пульт, – сунула ей в здоровую руку пульт от телевизора. – Вот телефон, – положила на подлокотнике рядом с рукой. – Быстрый набор работает. Если звонишь, бегу обратно. Поняла? – дождалась, когда она махнет рукой, и только после этого я поднялась на ноги.

– Буду поздно. Пятница, работаем до двух, – наклонилась, чтобы поцеловать ставшую седой голову самого родного человека и выбежала в коридор.

Посмотрела в зеркало, проверяя внешний вид, тут же запрыгивая в сникерсы, и вылетела на лестничную площадку, набирая сиделку.

– Наташенька, я уже вышла из автобуса. Бегу, – не дожидаясь моих вопросов, ответила женщина.

– Хорошо, Людмила Сергеевна. Я уехала на работу. Если что нужно будет, обязательно звоните, – перешла на бег, понимая, что сильно опаздываю. И если снова попаду под горячую руку администратора, то не видать мне премии в этом месяце. А у нас каждая копейка не счету.

Увидела на остановке свой автобус, уже закрывающий двери, и побежала во всю прыть. Стукнула ладонью в сомкнутые двери в отчаянии, когда транспорт тронулся с места. Но автобус тут же затормозил и открыл двери, дожидаясь, когда я войду.

– Спасибо! – радостная взлетела по ступенькам, думая, что, наверное, сегодня удача все же на моей стороне и я успею к положенному времени явиться на смену.

“Ты горишь как огонь, я, у меня агония”, – взорвался телефон звонком в моем рюкзаке.

Вздрогнула от неожиданности, стараясь как можно скорее достать смартфон из рюкзака и заткнуть его.

“Это любовь или это паранойя? Ля-ля-ля (Ля-ля-ля)”, – еще громче заорал динамик, стоило ему очутиться у меня в руках.

Быстро выключила звук и, посмотрев на имя на дисплее, приняла вызов.

– Да, – улыбнулась, уже догадываясь, о чем пойдет речь.

– Нат, – осторожно начала Ладка. – Ну, может, ты сможешь освободиться хотя бы на полчаса раньше?

– Прости, Конопатая, но никак.

– Совсем-совсем? А поменяться с кем-то сменами ты не можешь? – практически хныкала она мне в трубку.

– Лад, – устало закатила глаза.

Всю неделю, стоило мне зайти в университет, она тут же начинала рассказывать мне про эту стремную вписку, описывая в красках, как там будет круто, и кто там будет, и как было бы здорово туда попасть. Хотя я знаю истинную причину, по которой она так рвалась туда. За два года нашей дружбы Кочетова ни разу не изъявила желания посетить подобное мероприятие, а тут ее словно подменили. Стоило какому-то тупому мажору посмотреть на нее и пару раз спутать фамилию, как она уже не мысленно примеряла свадебное платье.

Но происходило что-то очень странное. Державин всю неделю то и дело подмигивал ей, садился во время общих лекций перед нами и спрашивал “как дела”, пусть даже и не дожидаясь ее ответа. Но это ничуть не смущало Ладку. Она смотрела на него щенячьими глазами, забывала дышать, когда он оказывался рядом, и густо краснела, стоило ему мазнуть по ней взглядом. Ну и, конечно, он сегодня не забыл напомнить лично “Кочетковой”, что ждет ее на этой проклятой тусовке.

Меня же бомбило не столько от этой нездоровой активности, сколько от реакции Лады на нее. Никогда бы не подумала, что этот придурок может интересовать ее. Ведь в нем кроме папиных денег, гонора и ущербных дружков ничего и не было. Да, возможно, и пряталось в нем что-то хорошее, но я этого в упор не видела, да и не горела желанием разглядывать. Лишь пафос, понты, непомерное самомнение и дурной вкус, вот и все из чего состоял Пётр Державин.

– Пятница самый оживленный день с самыми щедрыми чаевыми, – продолжила я разговаривать с подругой, будто с маленьким ребенком. – И ты предлагаешь мне пропустить работу, помогающую нам с мамой платить по счетам, оплачивать ее лечение и мою учебу, ради чего? Ради какого-то…

– Прости, – перебила меня Конопатая. – Просто первый раз нас куда-то позвали. И мне правда интересно, как все эти мажорские вечеринки выглядят изнутри, – шумно выдохнула.

– Лад, плохо они выглядят. Точно так же, как пьяные посетители нашего ресторана, только еще хуже. Во множество раз хуже, – не нравилось мне ее упорство.

– Да, наверное, ты права… – как-то равнодушно проговорила она.

– Только не вздумай поехать туда одна! – почему-то до этого момента я даже не рассматривала вариант, что эта дурёшка может решиться отправиться в логово разврата в одиночку.

– Нет, что ты! – нервно захихикала она. – Я ж не совсем ненормальная.

– Хорошо. Надеюсь на твое благоразумие.

– Как скажешь, мамочка, – пропищала она. – Ну, ладно. Если вдруг что-то изменится, звони. Пока, – хихикнула она и сбросила вызов, оставляя меня наедине с дурным предчувствием.

Но стоило заступить на смену, как мысли о мажорской вписке напрочь выветрились из головы. Ресторан оказался переполнен. Пятница и выступление шикарной кавер-группы, поэтому можно рассчитывать на хорошие чаевые. Честно говоря, пятничные смены – мои любимые. Так, наверное, у большинства официантов. И я не знаю, что должно произойти, чтобы я отказалась от смены.

Время перевалило за полночь, и у меня выдался десятиминутный перерыв. Я взяла сэндвич с кухни и пошла в подсобку, заодно проверяя, не звонила ли сиделка. Но вместо этого увидела двадцать пропущенных звонков на смартфоне от Лады и столько же сообщений.

– Боже! – с бешено колотящимся сердцем открыла мессенджер.

Конопатая: Натка! Здесь так здорово!

И ниже прикреплено фото шикарного, подсвеченного гирляндами и разными огнями двора с бассейном, вокруг которого полно людей, а позади них возвышался шикарный дом.

Конопатая: Жаль, что тебя здесь нет.

Грустное фото Лады с накрашенными губами.

Конопатая: Здесь буквально весь универ!

Конопатая: За тебя!

Приподняла красный пластиковый стаканчик в камеру телефона.

А дальше пошли фотографии, от которых у меня волосы на голове зашевелились. Кто-то фотографировал девушку со стороны. То как она пьет один стакан за другим, потом как танцует, и вот уже взобралась на стол. По лицу было видно, что она совершенно невменяема и не понимает, что творит. И вот уже этот расписной урод обжимался с моей конопатой Ладкой прямо на столе, а эта пьянь млела от этого.