- -
- 100%
- +
Вполне логичное объяснение. И, пожалуй, беспокоиться о чужих чувствах сейчас действительно не самое подходящее время.
Снова и снова я делала попытки обзавестись плотью, но каждая из них заканчивалась неудачей. Время от времени казалось, что вот оно, свершилось, но в тот же миг меня вышвыривало обратно. Дор даже не пытался скрыть своё разочарование. Кричал, ругался, даже перешел на нецензурную лексику. Всё это, безусловно, подстегивало, так как пробуждало жажду борьбы и дикую ярость. И единственное, что мешало мне выполнить это задание – неуверенность в собственных силах
После очередной неудачи я упала на заснеженную площадь, устремляя взгляд в зимнее небо, серое полотно, с плотно нависшими, почти черными облаками, несущими в себе холодную зимнюю красоту. Снежинки, медленно кружась, падали на землю, пролетая сквозь меня. Как сильно я любила ловить их ладонями, пытаясь рассмотреть очередной неповторимый узор, а сейчас не могу даже покрыться снегом и замерзнуть насмерть от холода. Что вообще представляет собой моя сущность? В зеркале я не отражаюсь, рук и ног тоже не вижу. Как Дор вообще определяет меня среди потоков воздуха? Сейчас я ничто. Пустое место, с ноющей душой и загаженной памятью. Хочу ли я снова почувствовать холод, снег на своих щеках, вкусы и запахи? Ответ однозначный – да! Я хочу жить! И пусть это не будет той жизнью, к которой я привыкла, но снова дышать, осязать, чувствовать – всё это стоит усилий.
Я поднялась с земли, в который раз осматривая своё потенциальное тело. Женщина за все это время так и не сдвинулась с места. Внезапно омерзение к ней, наполнило мою сущность до краёв: почему она так бездарно распоряжается своей жизнью, позволяя тратить драгоценные минуты на страдания и самоистязание? Любые сложности преодолимы! Она – ничтожная дура, раз не понимает этого и предпочитает жалеть себя, вместо того, чтобы жить!
Не медля ни секунды, шагнула в тело. Зажмурилась, впитывая в себя темноту. Пальцы ног закололо множеством мелких игл, покалывание сменилось пощипыванием, поднимаясь все выше и выше, охватывая каждую клеточку тела. Открыла глаза, опуская взгляд к рукам, держащим телефон. Сжала его в ладони, оценивая на вес. Увесистый. С трудом подняла тяжелую руку с гаджетом, нащупывая карман. Переступила ногами, но они с трудом слушались меня, словно к каждой ноге привязали по неподъемной гире. Оглянулась в поисках своего Проводника.
Дор внимательно рассматривал меня.
– Ты теперь видим для людей?
– Я знал, что этот момент должен наступить! – расхохотался он. – Нет, Детка. Я видим только для тебя, – он хлопнул ладонью по плечу, от чего я поскользнулась и упала на землю. – Вставай! – засунув руки в карманы, он возвышался надо мной.
Я перевернулась на живот, беспомощно перебирая руками и ногами в тщетных попытках встать на четвереньки. Сильная рука схватила меня за капюшон и поставила на ноги, как тряпичную куклу.
– Совсем забыл, что после долгого пребывания без тела, первое время тяжело приспосабливаться к новому весу и силе притяжения, – хмыкнул Дор.
– Спасибо,– принялась отряхивать пуховик от налипшего снега.
– Теперь выходи из тела. Будем искать тебе новое, – Проводник достал сигареты из портсигара и прикурил от зажигалки.
– Ты шутишь?! – его слова поразили меня. – Я только что смогла заполучить руки и ноги, и ты хочешь, чтобы я снова слонялась как бестелесное нечто?!
– Да, – он спокойно выдохнул облако дыма прямо мне в лицо.
Закашлявшись, я поняла, как сильно мне не хватало вот таких вот мелочей, пусть даже не совсем приятных. Падать, пачкаться, задыхаться от дыма – всё это делает нас живыми, а не бесчувственными зомби.
Какое-то время я просто смотрела на Проводника, пытаясь передать взглядом всю ту злость, что кипела во мне.
– Может, хватит на сегодня? – всё еще надеялась на его снисхождение.
– Ты хочешь ходить в этом теле? – презрительно осмотрел меня с ног до головы.
– Блин, Дор! Я готова ходить уже в любом теле, главное с руками и ногами!
– Мне оно не нравится, пойдем искать что-нибудь более приличное, – повернулся ко мне спиной и пошел в сторону торговой улицы.
– Как выйти-то теперь? – крикнула ему в спину.
– Так же как из надоевшего платья, – ответил Дор, не сбавляя шага.
Твою мать! Должно быть действительно просто, если он так легко уходит, оставляя меня без наставлений. Закрыла глаза, мысленно отторгая принявшее меня тело, и снова выпала на землю. Догнала Проводника, успевшего уйти уже довольно-таки далеко:
– Куда мы идем?
– Туда, где ошиваются шикарные цыпочки, – бросил на землю дотлевающий окурок.
Мы оказались в самом дорогом торговом центре города, пестреющим названиями известных брэндов и тысячами гирлянд. В городе началась подготовка к Новому году. На первом этаже магазина стояла высоченная ель, достигающая макушкой практически пятого этажа здания. Игрушки на ёлке переливались белыми и голубыми огнями, даря окружающим предвкушение праздника. В каждой детали декора чувствовалась рука дизайнера. Здесь одевается только золотая молодежь и самые состоятельные люди города. Мы поднялись на верхний этаж для более удачного обзора. Но когда я увидела всех этих снующих по бутикам мажорных девочек, стало как-то не по себе: никогда не горела желанием общаться ни с одной из них, тем более становится ими. Их силикон в губах и груди, злоупотребление солярием, не говоря уже о манере общения – все это вызывало рвотные позывы.
– Хочешь, чтобы я стала одной из этих тупых куриц? – я с отвращением смотрела на людей, спешащих из отдела в отдел или выпивающих дорогущие коктейли в кафе на открытой террасе.
– Тебе нужно менять мышление. Срочно! – Дор подошел к перилам, опираясь на локти и рассматривая происходящее внутри торгового центра. – Забудь обо всех привычных «нравится» или «не нравится». Сейчас твоя задача номер один – заполучить тело, так? – повернул ко мне голову, дожидаясь ответа.
– Так, – согласилась с ним, вставая рядом.
– Чтобы получить тело, тебе нужно заработать его. А для этого необходимо как можно скорее заполучить парочку душ. Это ясно?
– Вполне.
– А на этих тупых куриц, как ты говоришь, клюют как нельзя лучше. И, с другой стороны, ты только подумай, так ты сможешь показать все своё отвращение к ним гораздо эффективнее, чем бессмысленно фыркать при их виде.
Каждое сказанное Дором слово было обоснованно и абсолютно логично для меня. Сейчас в самом деле необходимо засунуть подальше свою гордость и неприязнь, и думать о собственном благополучии.
– Так, давай посмотрим, кто нам подходит больше всего, – я принялась рассматривать присутствующих девушек.
Одни проходили под ручку со своими папиками, другие трепались о шмотках с подругами. Некоторые из них были мне даже знакомы. Я, словно хозяйка, выбирающая на рынке картошку, оценивала длину ног, степень ухоженности кожи и волос, и всё же пыталась определить, в каком теле меньше всего силикона. Это могло бы продолжаться бесконечно, но тут я заметила до жути знакомое лицо, которое ещё некоторое время назад была готова расцарапать в кровь.
– Я выбрала, – кивнула в сторону запримеченного силуэта.
– Неплохой выбор, – одобрительно засмеялся Дор. – Пойдём забирать твоё тело.
Проводник оттолкнулся от перил и, обходя эскалатор, двинулся к одинокой блондинке. На этот раз, не сомневаясь ни секунды, я обогнала его и немедленно погрузилась в стройное тело. Приятное пощипывание, которое я испытала в теле женщины на площади, сменилось болезненным покалыванием. Неприятное ощущение не проходило, и я сжала пальцы в кулак, вонзая ногти в ладонь. Одна секунда, две, три, вдох-выдох, четыре, пять… На тридцатой секунде боль ушла, оставляя только тяжесть в конечностях.
– Решила стать блондинкой? – усмехнулся Дор, поддерживая меня под локоть.
– С этой сучкой у меня свои счеты, – схватилась за его руку, как за спасательный круг.
– А ты удивляешь, детка! – сжал крепче мою ладонь Проводник.
– Теперь тебя видят все? – спросила, представив, как должна выглядеть девушка, обнимающая воздух.
– О, да! Теперь нас видят все.
Дор уверенно повел меня в сторону бутиков. Прохожие с недоумением переводили взгляд с меня на блондина и на оборот. Пусть! Эта сучка должна поплатиться за все мои страдания.
– Дор, в прошлый раз ты что-то говорил про безнаказанность для тел? Но сейчас нас видят десятки людей, которые не смогут забыть увиденного, – я кивала всем здоровавшимся с моим телом.
Дор наклонил голову, глубоко вдыхая запах.
– Адски приятно прикасаться к плоти, а не к воздуху, – прошептал он, снова вдыхая аромат дорогих духов. – Ты хочешь, чтобы они ничего не вспомнили?
– Нет. Я хочу, чтобы все присутствующие помнили эту сучку Марго, гуляющую по торговому центру отца под руку с красивым блондином, – подняла вверх подбородок, копируя выражение лица этой дряни.
– Ха-ха-ха! Детка, я тебя обожаю, – Проводник чмокнул меня в висок и направил к бутикам.
Весь день мы бродили по магазинам, подбирая самые сексуальные и развратные наряды, разоряя кредитную карту подружки моего бывшего. Дор предоставил мне собственную карту с неограниченным лимитом, но я хотела обчистить богатенькую стерву, подпортив ей отношения с папочкой. С непривычки пребывать в теле и тем более бродить весь день на высоченных шпильках оказалось жутко утомительным. Но к вечеру во мне будто открылось второе дыхание. Дор объяснил это тем, что душа свыкается с сущностью Охотника, заряжаясь его силой и энергией. Какой должна быть сила Охотника, осталось не ясным. Но это совершенно не беспокоило меня. Главной проблемой стало то, чем мы должны заняться ночью. Сегодня Дор впервые выведет меня на охоту.
Лёжа в ванной отеля, в облаке густой пены, я мысленно настраивала себя на предстоящее испытание. Именно испытание. По-другому я не могла это назвать. Лишь одна мысль о том, что мне предстоит совершить убийство, приводила меня в дикий ужас, и тогда даже горячая вода не могла избавить от пробирающего насквозь холода. Совершить преступление, отобрать жизнь у человека – это расходилось со всеми моими понятиями о правильном и неправильном, хорошем и плохом, добрым и злым. Всё, четко разделенное до этого на черное и белое, смешалось, окрашиваясь в темно-бордовый цвет. Подбадриваемая пошлыми выкриками Дора из-за двери, я обтерлась полотенцем, попыталась восстановить дыхание и настроиться на работу: решение воспринимать это именно как работу возникло, как наиболее адекватное, способное оправдать меня в собственных глазах.
Натянув алое бандажное платье без бретелек, я нарисовала жирные черные стрелки и накрасила губы. После чего посмотрела на девушку, отражающуюся в зеркале.
«Сегодня не я убью человека, – сказала себе, – а это тело».
С этой мыслью я и покинула ванную комнату, стремясь навстречу своей участи.
Глава 3
Мы покинули отель на арендованном мерседесе. Для одного Дора, наверняка, достаточно было бы только моргнуть, и он оказался там, где ему нужно, но такой довесок в виде никчемной подопечной, как я, лишил его всех удобств. Всю дорогу до места назначения не могла произнести ни звука. Ледяные щупальца страха сковали снаружи и изнутри, превращая в онемевшую статую. Если в номере отеля меня била дикая дрожь, то теперь казалось, что не могу сделать и вздоха от паники. Всё то волнение, что довелось испытать при жизни, не идет ни в какое сравнение с тем, что творилось со мной в этот момент. Хотелось выпрыгнуть из тела и, наплевав на всё, скитаться по земле неприкаянной душой, лишь бы не проходить через уготованное испытание.
Машина мчалась по ночным улицам, освещенным множеством фонарей. Городские пейзажи сменились промышленной зоной, за которой нас встретил лес, пугающий молчаливой таинственностью. Высокие сосны, зловеще нависающие над дорогой и закрывающие широкими ветвями свои глубины, растянулись по обе стороны от проезжей части. На километры вперед не видно ничего кроме трассы и непроглядной лесной чащи. Вот так же выглядит и моё будущее.
Куда мы мчались, я не знала. Единственным желанием было, чтобы эта дорога никогда не заканчивалась, и все оказалось только сном. Жутким ночным кошмаром. Но одновременно с этим я не понимала, почему Дор так тщательно оттягивает неизбежное. На задворках сознания маячило желание покончить с этим так же быстро, как с больным зубом, не дающим думать ни о чём другом, кроме адской боли. Уже не оставалось сил на то, чтобы бояться. Сбежать всё равно не выйдет: где бы я ни спряталась, они найдут меня.
Машина ворвалась на полной скорости в курортный городок, нарушая спокойствие безлюдных улиц шумом мотора и визгом покрышек на поворотах. Весь путь Проводник шутил, пытаясь вывести меня на эмоции, но я лишь молча улыбалась и отворачивалась к окну, стараясь избежать разговора.
Дор затормозил рядом с огромным курортным комплексом.
– Ну, всё, детка. Мы на месте, – повернул голову, всматриваясь в моё лицо.
– Почему здесь? – причина выбора места была для меня абсолютной загадкой.
– Подумал, что ты захочешь сделать это где-то, где ни к чему не привязана воспоминаниями.
Ответ Дора поразил и одновременно растрогал: не думала, что такой бездушный идиот способен думать о чувствах других.
– Тебя волнуют мои чувства? – посмотрела в его глаза, пытаясь понять, говорит он правду или в очередной раз решил неудачно пошутить.
– Я помню, как это тяжело сделать в первый раз, – ответил он, не моргая. – Хотя и прошла уже чертова уйма времени, – захохотал он, почти заглушая мотор.
И почему Дор так любит портить даже самые трогательные моменты? Я, можно сказать, уже прониклась к нему, почувствовав его заботу, но он и здесь умудрился все изгадить.
– Теперь давай обсудим, что от тебя требуется, – тон Проводника резко сменился на деловой.
Только сейчас на меня нахлынуло осознание того, что момент пришёл, и никто больше не будет оттягивать его, даруя мне такую необходимую и в то же время мучительную отсрочку. Сделаю это как можно быстрее и постараюсь примириться с самой собой, избавившись от совести, которая почему-то именно сейчас решила напомнить о своём существовании. Неблагодарная сука! Лучше бы сидела в той дыре, в которой пряталась при жизни. Но, как часто случается, совесть, как и любовь, приходит, когда совсем не ждешь. А зря…
– Уф, – тяжело выдохнула. – Скорее проводи свой инструктаж, и покончим с этим!
– Э нет, детка. Сегодня мы только положим начало, поэтому слушай внимательно. Сейчас мы войдём внутрь, по отдельности, – Дор сел ко мне в пол оборота, положив колено на сидение. – Ты сделаешь заказ и начнешь выбирать жертву. Будет это мужчина или женщина, выбор остаётся за тобой. У Охотников есть своеобразный радар на грешные души. Твой пока ещё не развит, но, думаю, ты сможешь разобраться, где невинный агнец, а где прогнивший духом безбожник.
– А если я ошибусь? Что если выберу не того? Ты сможешь остановить меня? – паника холодными оковами скрутила по рукам и ногам. Если нужно казнить кого-то, то ни в коем случае это не должен быть человек с чистой душой. Как я буду жить после этого? Точнее существовать.
– Притормози! – резко оборвал меня блондин, хватая за руку. – Я не смогу тебе помочь, – приблизил своё лицо, не давая отвести взгляда от его глаз. – У меня нет радара, как у охотников. Я только проводник и могу чувствовать только потерянные души, такие как ты. Но ты разберешься, я знаю.
Дор четко проговаривал каждое слово, повторяющееся эхом в голове. Он не сказал ничего, что могло бы успокоить. Но было в его словах и интонации нечто завораживающее, заставляющее если не избавиться от переполняющих эмоций, то хотя бы смириться. Властность и уверенность в его голосе позволила взглянуть на этого насмешливого мужчину с абсолютно другой стороны. Паника ушла в глубину сознания, и я спокойно слушала указания Проводника.
– Чтобы забрать душу, тебе необходимо получить троекратное согласие жертвы, иначе это будет просто убийство, после которого дух убитого пройдёт мимо нас. Это тебе ясно? – его глаза внимательно следили за малейшим изменением в моём лице.
– Да. Я должна буду вырвать у жертвы сердце? – этот вопрос не давал мне покоя с того самого момента, как я выбрала судьбу Охотника.
– У каждого Охотника свои способы. Неважно, как ты это сделаешь, главное – заключи сделку. Пусть жертва сама отдаст тебе себя, и потом сделай это так, как сможешь.
Убивать, не выдирая сердце, уже звучит радостнее, чем разодрать человека как дикое животное. Твою мать! Я – псих, если нашла в этой ситуации радостный момент Интересно, а в их мире есть психотерапевты? Кажется, не помешало бы встретиться с таким.
– Почему же мой Охотник не мог сделать это нормальным способом? Вечно мне попадаются какие-то маньяки, – пробубнила под нос, проверяя содержимое клатча.
– Теперь ты сама маньяк! Поздравляю с повышением!– рассмеялся Дор.
– Когда-нибудь я тебе врежу! – повернулась к смеющемуся блондину. – Честное слово, Дор! Причем врежу от души, чтобы запомнил надолго! – сощурилась, сжимая пальцы в кулаки.
– Звучит многообещающе! Детка, кажется, я завелся от твоего подката! – подмигнул мужчина.
– А-р-р-р! Ты несносен! – зарычала от досады, открывая дверь машины и выбегая на улицу.
Громкий смех Дора раздражающим звуком преследовал меня, пока за спиной не закрылась дверь ресторана. Взбешенная на Проводника за его неуместные шуточки, даже не посмотрев на присутствующих, сразу же пошла к бару. Кинула на барную стойку сумочку и забралась на высокий стул.
– Джин с тоником, пожалуйста, – крикнула бармену.
Если выпивать мне не положено, то, в конце – концов, не стоило так выводить из себя. Да и для работы, не помешает употребить бокальчик – другой, для большей уверенности, впрочем, и для прикрытия без этого никак.
Бармен поставил передо мной бокал с прозрачной жидкостью. Вынув соломинку, залпом осушила содержимое и попросила повторить. Теперь пришла пора осмотреться. Села в пол-оборота, так, чтобы видеть весь зал. Почти все столики были заняты. В приятном полумраке ужинали состоятельные люди. И всё же с телом я не ошиблась. Мужская часть посетителей составляла возрастная категория за сорок, которая обычно отлично велась на молоденьких девочек. Тем более, кроме меня здесь было только парочка девушек до тридцати, сидевших в объятиях престарелых кобелей. По всей видимости, дамы отрабатывали свои деньги. Несколько супружеских пар танцевали под аккомпанемент рояля.
Сканировала клиентов ресторана, отбрасывая в сторону пустые варианты. Оказалось несколько тех, которые вызвали мой интерес. Три столика с одинокими мужчинами и два, за которыми пили крепкие напитки мужские компании. Осталось только определить, кто из них менее других достоин жить.
Протянула руку за вторым бокалом джин-тоника, пытаясь лучше разглядеть объекты. Мужчина в самом дальнем углу зала быстро поглощал ужин, за всё время трапезы ни разу не подняв глаз от тарелки. Последила за ним внимательнее, пытаясь настроить мифический радар, но не почувствовав абсолютно ничего, перевела взгляд к шумной компании, сидящей недалеко от входа в ресторан. Трое уже изрядно подвыпивших мужчин среднего возраста громко обсуждали женщин, сопровождая всю беседу смачными подробностями личной жизни. Их беседа не была предназначена для женских ушей, и они явно не были настроены на склеивание девочки на вечер. Похоже, очень скоро эти мужланы сами склеятся, и персоналу отеля придется растаскивать их по номерам.
Не простая задача – выбрать жертву. Теперь я отлично понимаю нашихпикаперов в клубе. Именно по этой причине они полночи высматривали жертву и только потом начинали действовать.
Продолжила наблюдать за следующими объектами. Перевала взгляд к центру зала и поморщилась, наткнувшись на Дора. Чёрт! Когда он успел войти, я даже не заметила. Проводник многозначительно подмигнул мне и продолжил изучать меню. Идиота кусок! Через пару столиков от него сидел мужчина с бокалом янтарной жидкости, задумчиво взирающий на происходящее. Чуть тронутые сединой виски, двухдневная щетина и уставший взгляд. Интересный субъект. Если бы это была сексуальная охота, то он вполне мог стать жертвой. Но сейчас в нём совершенно не чувствуется ничего способного пробудить инстинкты Охотника на душ. Совершенная пустота.
Чем больше изучала объекты, тем больше выходила из себя. Абсолютно точно, радар охотника у меня не работал. Чутьё также не давало ни малейшей подсказки. Время шло вперед, бокалы с джином сменяли один другой, шумная компания, пошатываясь, отправилась на боковую, а я так и не определилась с жертвой. Если так пойдёт дальше, то действительно превращусь в маньяка, выслеживающего месяцами свою жертву.
– Чудесная ночь сегодня, не правда ли? – послышался низкий голос за спиной.
Развернулась на стуле, посмотреть на заговорившего со мной человека. Как только оказалась с ним лицом к лицу, в нос ударил жуткий запах гнили. В одно мгновение захотелось выбежать на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Игнорируя собеседника, принялась осматривать зал в поисках источника зловония. «Надо же, до этого не замечала никакой вони».
– Я весь вечер наблюдаю за вами, похоже, у вас был плохой день, – продолжил мужчина.
Повернула голову к нему, рассматривая собеседника. Мужчина около сорока пяти лет. Тёмные глаза, легкие морщины вокруг глаз, шатен. Широкие плечи, спрятанные под дорогим костюмом, на шее чуть ослабленный галстук. Снова резкий запах гнили окутал зал. Твою мать! Такой вони я не чувствовала уже долгое время. Чем больше смотрела на него, тем сильнее становился смрад. Не может быть! Неужели это и есть тот самый радар, о котором мне твердил Дор? И только не говорите, что я воняла так же, как этот мужик. Стараясь не морщиться, чуть улыбнулась, сосредотачиваясь лишь на его внешнем облике, игнорируя тошнотворный запах.
– Вы правы, день был не из лучших, – сделала глоток джина, не прерывая зрительного контакта.
Мужик прожигал молодое тело взглядом. Мысленно он уже наверняка имел меня в различных позах, не отходя от барной стойки. Мне это на руку. Чем больше мышка заинтересуется сыром, тем легче будет её заманить в мышеловку.
– У таких прекрасных девушек жизнь должна быть легкой, как сказка, – улыбнулся собеседник. Запах вони медленно развеивался, оставляя вместо себя, темное свечение вокруг объекта.
– К сожалению, не все это понимают, – провела пальцами по декольте. Мужчина жадно следил за моей рукой, незаметно сглатывая. «Да, ты, похоже, станешь самой лёгкой жертвой всех времен и народов».
– Хотелось бы сделать её немного лучше, – опомнившись, перевел затуманенный взгляд от ложбинки между грудями к глазам.
– Мне уже лучше, – игриво улыбнулась. – Не ожидала, что смогу заполучить такого интересного собеседника, – слегка дотронулась рукой тыльной стороны его покрытой тёмными волосами кисти.
Мужчина сделал протяжный выдох, поворачиваясь к бармену.
– Повторите для девушки её напиток и виски для меня!
Собеседник перевел своё внимание к моим ногам, медленно прослеживая от щиколоток к бедрам, где из-под платья виднелась резинка чулок. Было забавным наблюдать, как этот озабоченный кобель пытается бороться со своей истинной сущностью, разыгрывая передо мной весь этот спектакль с джентльменскими штучками. Все это жутко омерзительно. Не удивительно, что от него исходил такой смрад.
– Сергей, – представился он, с трудом возвращаясь к моему лицу.
– Марго, – облизала губы, перед тем, как взять бокал. Медленно покрутила между пальцами соломинку, и чуть высунув язычок, провела по ней, смыкая губы.
Бугор в штанах объекта красноречиво говорил о том, что его можно уводить сейчас же. Да и не хотелось мне разыгрывать этот дешевый спектакль. Я по-прежнему мечтала как можно скорее покончить с этим и спокойно выдохнуть.
– Вы прекрасны, Марго, – завороженно наблюдал за тем, как я посасываю напиток через трубочку.
– Давайте уйдем отсюда? – поставила бокал на стойку, положив ладонь на его бедро. – Здесь невыносимо жарко, а мне так хочется вдохнуть свежего воздуха, – приблизилась к нему, наклоняясь вперед, демонстрируя декольте.
– Что же вы сразу не сказали, что вам нехорошо, – полез во внутренний карман за бумажником, кинув на барную стойку пару купюр. Слез со стула, подавая руку. Когда моя рука соприкоснулась с его кожей, по телу прошла волна отвращения. «Нет, дружок. Тебе абсолютно точно не светит завалить меня сегодня. Будешь играть по моим правилам».
Новый знакомый подставил локоть, чтобы я смогла за него держаться. Продолжая играть, изобразила томный смех, обнимая его руку. Мужчина, подстегиваемый предстоящим действом, быстрым шагом повел меня из ресторана.
– Марго, вам необходимо скорее оказаться на воздухе! – будто оправдывая свои действия, бурчал себе под нос.